ГЛАВА 10. «Под золотою розою»

И они снова сидели за столом, но в совершенно другом заведении. Быстрый бег по лужам окончился в очередном переулке у ресторана с забавным названием «Под золотою розою». Никаких пошлых статуй, хостов в коже и с плетками, все прилично, уютно.

Встретила их миниатюрная, хорошенькая девушка с черными, как ночь волосами, карими глазами, чуть темноватой кожей и с вполне характерным носом. Одетая в милое темно-зеленое платьишко с аккуратным белым передником, она казалась выходцем из сказки — то ли лепреконом, то ли кем-то из дивного народа.

— Ох, ты, вей! — всплеснула руками красотка и тут же посторонилась, пропуская промокших гостей.

— Господин Макс, что же с вами стряслось?!

Похоже, ее босса знали и тут. Впрочем, Арину это уже не удивило, да после сегодняшнего ее мало, что уже могло удивить — она, черт побери, колдовала! Теперь это уже никак не получится воспринимать розыгрышем или дурной шуткой. Теперь это стало реальностью. Изменившаяся реальность занимала ее мысли, когда рядом плюхнулся Макс и недобро на нее уставился.

— Что? — спросила Арина.

— Что?! Ты что со мной сотворила? — все еще рычал викинг, хоть и вернувшийся в человеческий облик.

Сердобольная Дина провела его в подземный схрон, дала обсушиться и переодеться, вот только настроение от этого не улучшилось ни на грамм.

— Ученица моя, нерадивая, кто тебя просил лезть?!

— Чтооо?! Да я жизнь тебе спасла!

— Не факт. Скорее ты мне ее окончательно испортила! — навис над бедной девушкой Макс. — Что со мной сделала, по шагам!

Арина сжалась на стуле. Совсем не такого она ожидала от Макса. Конечно, надеяться на неземную благодарность и вечное восхваление не стоило, но элементарное «спасибо» было бы очень к месту. Вместо этого босс в ярости, а она в непонятке.

Девушка тряхнула головой, от чего мокрая прядка, выбившаяся из прически хлестнула по щеке, расправила плечи и холодно отчеканила:

— Потух свет. Кто-то ринулся на нас. Не разглядела, только зеленую вспышку. Когда фонари вновь зажглись, ты уже лежал на мостовой, бился в агонии. Хотела позвать на помощь, но…

— Что «но»?

— Не знала кого можно, — почти не соврала Арина.

Говорить про татуировку почему-то не хотелось, да Макс и не стал настаивать:

— Ясно. Дальше.

— Закрыла глаза, попыталась разглядеть, что с тобой. Увидела сгусток чего-то ядовито-зеленого у тебя в животе. К этому времени ты уже харкал кровью. Решила попытаться помочь, раз уж я Расплетающая, а ты мой бессценный наставник.

Макс поморщился от язвительного тона последней фразы, но комментировать не спешил.

— Обратила внимание на то, что нити стараются меня не касаться, подумала, что заклинанию, убивающему тебя, тоже не понравится мое соседство. Приложила руки к твоему животу, зелень стала разрастаться быстрее. Тогда я ударила Тьмой, и она за несколько секунд пожрала все чужеродные нити.

Возможно, ему и не стоило так остро реагировать на произошедшее, но Арина и сама не поняла, что именно натворила. «Ударила Тьмой». Из ее уст это прозвучало как нечто само собой разумеющееся, вот только у него от этих двух слов засосало под ложечкой.

Тьма Всеблагая. Сущность, сила, богиня, как ее только не называли — это особого значения не имело. Важно было другое — ступивший на путь Тьмы, никогда с него уже не свернет. Нет, Адепт Тьмы — это не крошащий невинных налево и направо монстр, это нечто иное. Совсем иное. Даже в мире иных. Особенно в мире иных.

Любая другая сила, источники, обезличены, но не Тьма. Пусть он не верит в древние легенды, но все хроники сходятся в одном — Тьма обладает собственной, изощренной волей, способной подчинить слабый разум и развратить сильный. Тьма необходима, без нее нет, и не может быть Света, но с Тьмой шалить нельзя, любое обращение к Ней должно быть взвешенным, осознанным и под контролем.

Обращение Арины никто не контролировал, никто не ограничивал. Это была его задача, как учителя, провести ее по тонкой грани между дозволенным и запретным, обрисовать границы и правила. Научить ее быть Расплетающей, без ущерба для окружающих и для самой себя. Стать для нее якорем и поводырем. Вместо этого она ухнула в пропасть, потянув и его за собой.

Он чувствовал Тьму, чувствовал, как черную кляксу, метку, что никогда не удастся стереть. Всеблагая его коснулась, тогда, когда он не был способен защититься, и во всем виноват он сам, так что на Арину он зря сорвался.

— Прости, — глухо прошептал Макс, — я злюсь не на тебя.

Что-то заставило Арину протянуть руку и коснуться его скрещенных на столе рук.

— Я думала, что ты умираешь.

— Знаю. Это моя вина, что я до сих пор тебя ничему не научил, ничего не показал. Ты действовала, как могла, как должна была.

Арина кивнула, принимая извинения и пояснения босса, хоть они ей показались не до конца искренними.

— Что будем делать? — спросила она, вместо дальнейшего выяснения отношений.

— Ждать.

— Чего?

— Кого. Это нейтральное место в нейтральном городе. Сюда приходят за информацией, а доставляет ее Сионский круг.

— Сионский?

— На название обратила внимание?

— «Под золотою розою»?

— Ага, и маленькая Звезда Давида в углу на окне. Кстати, пока ждем, можем поесть. «Мазох» нас так и не насытил.

И опять этот пристальный, горящий взгляд. Только что он злился на нее, потом просил прощения, теперь опять пожирает глазами. Арина терялась от таких перемен настроения, невольно распуская иголки, пытаясь хоть как-то защитить себя.

— Тут тоже…своеобразное меню?

— Есть такое, но не в том смысле. «Под розою» тебе цену не скажут, сначала все откушаешь, выпьешь, а потом принесут заоблачный счет, на который ты закономерно возмутишься. Пойдут торги до последней капли крови и, в конце концов, сойдетесь на приемлемой цене.

— Даже так?

— Ну могут еще загадать спеть песенку или рассказать стишок для дополнительной скидки.

— И часто ты тут рассказываешь стишки? — недоверчиво уточнила Арина.

— Не очень, предпочитаю матерные частушки, — ухмыльнулся Макс.

У нее невольно округлились глаза — Макс, весь такой в костюме и поет матерные частушки? Да, ладно, он ее разыгрывает! Хотя, сейчас, в этой простой одежде он казался другим, более близким что ли, более человечным?

Какой бы ни была оплата после, есть хотелось уже сейчас, и Арина послушно заказала себе рыбы с гарниром и компот, ну его к черту, все эти изыски и алкогольные напитки с вычурными названиями.

Ели молча, чему она была несказанно благодарна, было время еще раз обдумать все произошедшее, свои ощущения и выводы. О чем думал викинг тоже было несложно догадаться — о личности нападавшего и о его мотивах. У Макса не было сомнений, что все это звенья одной цепи — атака на Северный Круг, убийство Божены, покушение на них с Ариной, вот только дело ли это рук Западного Круга?

— Шалом алейхем![1]— раздалось учтиво, выводя Арину из задумчивости.

Она отвлеклась от почти доеденной рыбы и столкнулась взглядом с чернильно-черными глазами, блестящими двумя маслинами, за толстым стеклом круглых очков в золотой оправе. Ортодоксальные пейсы вились у висков, а черные волосы были уложены в гладкий хвостик. Черный костюм тройка, белоснежная рубашка и золотые запонки. Из-за этих деталей ощущение от подошедшего человека было каким-то… скользким, вроде как солидный дядя, но слишком уж канонический.

— Шалом у враха[2], - спокойно ответил Макс.

Гость, а вернее хозяин заведения кивнул и отодвинул для себя стул, подзывая официантку:

— Диночка, услада глаз моих, принеси компота из сухофруктов, в горле пересохло, а гостям пейсаховки[3], шо-то они выглядят продрогшими.

— Ицхак Давидович, мы по делу, — мягко попытался возразить блондин.

— Все и всегда приходят к дяде Ицхаку по делу, это не мешает угощать дорогих гостей. Гостеприимство — все, что нам остается, когда весь мир идет прахом.

Макс выгнул бровь:

— Как-то мрачновато, Ицхак Давидович.

— И это говоришь мне ты?! Только что переживший жуткую атаку в одном из самых людных мест города?!

— Что вы знаете об этом? — тут же уцепился викинг.

Сейчас викинг был как никогда похож на гончую, взявшую след, полностью оправдывая свою должность и ее представления об обязанностях.

— Что может быть известно скромному бизнесмену? Там шепоток, тут звоночек, приходится все складывать по кусочкам, собирать мозаику из осколков, — сионец притворно покачал головой, ожидая, видимо, учтивого поддакивания от Макса.

На Арину он делано не обращал внимание, хотя острый взгляд то и дело проходился по ее лицу, периодически задерживаясь на цепочке кулона, что все также был спрятан за воротом блузы. Не дождавшись никакой реакции, еврей резко выдохнул, его лицо сменило радушную маску на нейтральную, а говор потерял хорошую долю акцента:

— Немного. Чужак, след незнакомый. Некромант. Опережая твой вопрос — не Западный Круг, их шлейф силы нам известен, — четко и без лишних эмоций ответил хозяин «Розы».

Макс откинулся на спинку дивана, переваривая услышанное. Что атака была некромантская он уже знал — Арина довольно четко описала заклинание, но вот то, что сионец так уверенно отмел Западный Круг, вот это было странно.

— Вы уверены? — на всякий случай переспросил блондин.

— Никаких сомнений, — еще суше подтвердил Ицхак Давидович. — Более того, у меня для тебя еще новость.

— Слушаю.

— Западный Круг уничтожен, практически полностью. Всех выкосило одним заклинанием на утреннем собрании, Гончая Западного Круга выжил и объявил охоту на виновных.

— Он назвал имена? — насторожился Макс.

— Да. Максим Дэй и Арина Вига — Гончий Северного Круга и Расплетающая вне закона.

— Что?! — в голосе викинга послышалось рычание.

Однако сионец даже не дрогнул, лишь пожал плечами:

— За что купил, за то продал, — и вновь немного нарочитый, то ли ироничный, то ли излишне учтивый тон. — Говорю же — звоночек, шепоток. Вы же не удосужились оповестить Сообщество о столь ценном прибавлении в семействе, вот и приходиться собирать сплетни.

— Ицхак Давидович, обвинения Поляка беспочвенны, мы не имеем никакого отношения к атаке на Западный Круг.

Макс опять злился, и это было явно видно. Провидец не посчитал нужным сообщить остальным Кругам о произошедшем, что было вроде как обоснованно, но сыграло против них. Беспринципный Поляк, Гончая Западного Круга воспользовался трагедией, чтобы вновь возобновить нападки на северных соседей. Да-да, в Сообществе царили те же настроения, что и на большой политической арене, и нет никаких сомнений, что Поляк выжмет максимум из сложившейся ситуации.

— Ицхак Давидович, на Северный Круг тоже было совершено нападение. Атаку удалось лишь частично отбить, погибла Божена.

— Вот как? — тонкий палец постучал по столу. — Вы зря утаили это, теперь это будет выглядеть как повод для мести, а обвинения Поляка получат еще более веское обоснование. Еще и Расплетающая.

Арина продолжала молчать, не вмешиваясь в разговор двух иных, да и что она могла сказать? Она пока мало понимала, и в ситуации вообще, и про себя в частности. Лишь уловила, что «Расплетающая» — это отнюдь не комплимент.

Блондин недовольно фыркнул:

— При всем уважении, но дела Круга не всегда подлежат разглашению.

— Да кто же спорит, мой дорогой друг, вот только о Расплетающей уже известно, и не от вас. Чувствуете разницу? Кто доводит новость, тот может и окрасить ее в нужный тон.

Макс нахмурился:

— Кстати, откуда стало известно об Арине?

— Вы же знаете наше правило — источники не выдаем, — черные пейсы колыхнулись. — Лучше согрейтесь настойкой. Спасибо, Диночка.

Викинг задумчиво покрутил высокую стопку с желтоватой, густой жидкостью, а потом одним махом опрокинул в себя. Сионец давал понять, что разговор окончен, и ему больше нечего сказать. В свете уже объявленного было странно, что их вообще впустили в «Розу». Хотя это как раз могло означать сомнения в словах Поляка.

— Ицхак Давидович, уверяю вас, мы не имеем отношения к нападению на Западный Круг, мы сами жертвы, вы же уже в курсе.

— В курсе, но вы могли что-то не поделить с исполнителем, или интрига совсем о другом. Вы же как-то выжили? Дважды. Притом, что весь Западный Круг полег.

— Кроме Гончей, — уточнил Макс.

Сионец покивал головой:

— Кроме Гончей. И это тоже меня беспокоит, как и тот факт, что наши не выходят на связь со вчерашнего вечера, — тонкие пальцы сжали край столешницы, выдавая настоящие эмоции побелевшими костяшками. — И все же я попрошу вас покинуть мое заведение, а еще лучше Львов. Во избежание и до выяснения, так сказать.

— Сионский Круг отказался от нейтралитета? — с вызовом спросил Макс.

— Сионский Круг как никогда нейтрален, поэтому сообщение о вашем местонахождении будет отослано только после вашего ухода.

— Объявлена Охота?

— Поляк сделал все для этого, но остальные Круги его пока не поддержали.

— Они ждут вашего мнения?

— Что может слабый еврей против целого мира? — всплеснул руками мужчина.

— Правильно подать информацию, — констатировал Макс, поднимаясь. — Что вы им скажете?

— Что у меня больше вопросов, чем ответов. И что ваша Расплетающая еще совсем девчонка. Смелая, с ярко блестящими глазами, но всего лишь девчонка.

Блондин мягко улыбнулся, перевел взгляд на Арину и не отрывая льдисто-голубого взора тихо произнес:

— Всего лишь девчонка.

[1] «Мир вам» — формальное, учтивое приветствие (иврит).

[2] «Мир и благословение» — формальный ответ на приветствие, высокий стиль (иврит).

[3]Традиционная настойка на изюме.