Эпилог 2

Поступающих девочек просматривали десятками. Ожидающие своей очереди на просмотр тряслись как осиновые листья. То ли от страха, то ли от холода. Кто-то что-то шептал. Кто-то поправлял прическу.

Полина рассматривала высокие потолки с лепниной и фотографии на стенах. Страха не было. Они приехали вместе с мамой и папой. Но все сопровождающие остались за дверями.

И уже в который раз открылись высокие тяжелые двери в зал. Преподаватель произнесла последние десять фамилий. Полина услышала свою. Помогая себе плечами, протиснулась к входу.

— Ты кто у нас?

— Бодровская Полина.

— Заходим. Становимся в линию перед комиссией.

Это был третий решающий тур. Собственно танец. Полина репетировала даже дома, сводя с ума пришедшего в увольнение брата. Мама, конечно, помогала.

— Поленька, представь, что ты и есть эльф, про которого танцуешь. У тебя не руки, а крылышки. Такие тонкие, прозрачные. И не танцуй специально ногами. Живи и дыши под музыку. Ножку держи аккуратно мышцами и мыслями.

Полина, так ей показалось, свою минуту танца вообще не дышала. Только слушала каждую ноту музыки и представляла себя эльфом с крылышками и почему-то в серебряной короне.

Педагог классического танца снова обошла строй поступающих девочек.

— Ларионова зачислена, — крикнула в сторону стола комиссии.

— Варвара Яковлевна, у нас нет Ларионовой в списке, — отозвалась секретарь, просмотрев документы.

— Как нет? Ларионова есть, — она ткнула пальцем с огромным перстнем в сторону Полины, — А в списке нет?

— Я Бодровская, — тихо сказала Полина.

— Детка, на морочь мне голову. По документам ты, может, и Бодровская. Но я-то вижу, что Ларионова, — и подмигнула, — Мама здесь? — спросила очень тихо, наклонившись к самому Полининому уху.

Девочка кивнула. — И папа тоже.

— Тогда попроси их подождать, будь любезна.

Полина выскочила на улицу бегом. Папа с мамой стояли возле машины.

— Я поступила! Такая седая дама сказала, что Ларионова зачислена. А я говорю, что я Бодровская. А она... мам, она подождать просила.

— Солнышко, поздравляю! — Полину подхватил на руки отец, поднял высоко, — Горжусь тобой, эльфеныш мой!

— Поленька, детка, ты умница, — Аллу трясло. И от радости за дочь, и от предстоящей встречи, — Перстень был у дамы? Такой большой.

— Да, мам. Это твой педагог?

Алла не ответила. Она кинулась к дверям. Там на ступенях, опираясь на трость, стояла Варвара Яковлевна.

— Ну, здравствуй, пропавшая звездочка! Глаза-то какие счастливые! Нашла того, о ком думала во время моих уроков? — педагог кивнула на Юру, — Фомина Таня сказала, что видела тебя с мужем-офицером. И что ребенок у тебя. Только...

— Да, Варвара Яковлевна. Сын еще старший. В Нахимовском учится. Муж капитан первого ранга. Доктор наук.

— Ого! И где ж таких берут?

— В метро! — рассмеялась Аллочка.

— Доверишь мне дочь? Поверь мне, девочка, она сможет.