ЭПИЛОГ

Старческая рука, подрагивая гладила черную, треугольную змею по глянцевой голове, пока та выбрасывала и прятала свой дрожащий острый язык. Потом вдруг сделала резкий выпад и свернула змее шею, сдавила пальцами так, что та раззявила пасть и выдавила ярко-желтую жидкость в стеклянную банку. Отшвырнула дохлую змею и поднесла банку к лицу. Белесые глаза сосредоточились на жидкости и на том, как та сверкает в огнях от множества свеч, зажженных в дряхлой хижине.

Старуха поставила пузырек на полку и вернулась к столу, опираясь на клюку. Она долго рассматривала фигурки, сшитые из лоскутов с соломой вместо волос. Выдернула из них иглы, подержала над огнем и воткнула в подушечку. Затем сложила тряпичных кукол в коробку, завязала тесьмой и спрятала под кровать. Села в кресло-качалку и прикрыла глаза. Когда кресло раскачивалось взад и вперед раздавался неопрятный скрип. В хижину, через низкое окошко впорхнул ворон и сел старухе на костлявое плечо. Несколько раз громко каркнул, вращая выпуклыми глазами и склоняя голову в один бок, затем в другой.

— Значит сын говоришь родился у Ламберта… у Джейсона Ламберта… С серыми глазами говоришь… сюда идет… пусть идет… — запрокинула голову и сложила руки на груди, — снято проклятье… она таки этого добилась маленькая ведьма. Обдурила старую бабку Клеменцию… обдурила саму смерть… моя кровь…

Резкий порыв ветра распахнул дверь и на пороге появился парень с золотистым венком на черных волосах в одежде расшитой желтыми лилиями, со сверкающими ножнами на боку и блестящей рукоятью королевского меча.

— Я нашел логово ведьмы! Всем сюда!

Несколько мальчишек ворвались в хижину и подошли к раскачивающемуся креслу. Резко развернули его и замерли, распахнув широко глаза — в кресле лежал скелет с истлевшими волосами в лохмотьях. Мальчишки шарахнулись к стене, когда черный ворон вспорхнул, задевая крыльями стены и пол, и вылетел, громко каркая, из хижины наружу.

— Морган… ха-ха-ха, кажется ты нашел саму смерть!