Глава 12

Кое-какие дела по дому я действительно выполнила. Как-никак, а теперь и мне здесь жить.

Хотела освоиться на кухне, посмотреть какие блюда обычно готовят, что где лежит. Подмела пол в прихожей и слегка прибралась в выделенной мне комнате, разобрав некоторые вещи. Среди которых было и несколько тёплых платьев, заботливо сложенных Зои так, чтобы не помялись. И меховая, но лёгкая накидка, похоже, из кроличьих белых шкурок.

Её я и набросила на плечи, переодевшись в тёмно-синее вельветовое платье с высоким воротником, и вышла во двор, ждать почётного гостя.

По пути никого, кроме Гертруды, которая, будто обидевшись, демонстративно отвернулась от меня, не встретила. Из-за чего сердце то и дело кололо жгучей иглой тревоги от догадки, что все сейчас, вопреки своим суевериям, находятся у постели князя.

А я даже не знаю теперь, за какой он дверью…

Жестоко было скрыть его от меня. Даже дорожка из чёрных роз не спешила указывать мне путь...

* * *

Аэрон так и не приехал. Я лишь целый день провела за вратами, танцуя от холода и грея дыханием ладони в красных варежках. 

Гертруда всё же выходила ко мне разок, делала вид, будто тоже вглядывается вдаль, а не проверяет, в порядке ли я.

И откуда в ней столько глупого упрямства и горделивости?

И нет бы молчать дальше или сказать что-нибудь ободряющее, но вместо этого, возвращаясь в особняк, женщина напоследок указала рукой на сеть трещин в его стене:

– Это до вашей свадьбы произошло. Думаю, дом бы обрушился, а дальше, может, и всё поблизости… А ты хотела сбежать!

И оставила одну, с осознанием того, что на меня, видимо, все здесь сердятся по этой причине. А ещё с мыслью, что, если они в своих опасениях правы, то вдруг и в скорой гибели князя не ошибаются?

Хотя сердце моё по-прежнему отказывалось это принимать.

Дорога, по которой должен был приехать Аэрон, убегала к самому горизонту, обрамляемая стеной синеватого леса. Небо было высоким и расписанным рваными линиями облаков, будто кто-то гигантской кистью с белой краской, не разбавив её водой, просто провёл по листу, оставляя неравномерные пятна и черточки.

Рядом стояла лавка, деревянная беседка и полыхал костёр, пламя которого было с меня ростом, а потому довольно громко шумело и щедро дарило своё тепло.

За ним следили местные мальчишки, которые за весь день не перемолвились со мной и словом, смущаясь и убегая каждый раз, как я пыталась их разговорить.

И лишь к ночи, когда уже собиралась возвращаться в особняк, почти допив уху из металлической массивной кружки, сидя у огня вместе с мальчишками, я дождалась приезда… кого-то важного!

Рядом с нами остановилась повозка и из неё, гордо держа голову, выплыла Зои в чёрной накидке и кружевных перчатках, наверняка никак не защищающих от мороза.

Отставив кружку в ближайший сугроб, я поспешила к ней.

– Вы откуда? Что случилось? Я была уверена, что вы находитесь дома!