Глава 32

— Марк, нет! — кричу я, когда он резко поднимается, как зверь, и бросается на Блейка. Блейк делает шаг вперед, чтобы перехватить его, но все происходит слишком быстро. Их тела сталкиваются, Марк рычит что-то бессвязное, его лицо искажено ненавистью, но Блейк отвечает ударом. Всего один, но такой мощный, что Марк отлетает назад, падая на пол. Его голова стукается о каменную плитку, и он затихает, безвольно раскинув руки.

Я прижимаюсь к спинке стула, не смея пошевелиться, сердце готово выскочить из груди.

— Черт… — тихо ругается Блейк, тяжело дыша, его лицо окровавлено, взгляд острый, как лезвие. Он бросается ко мне, опускаясь на колени, его руки мгновенно принимаются развязывать веревки.

Я смотрю на него. На его лицо, измученное, окровавленное, но все равно самое родное.

— Ты был прав, — вырывается из моего горла, пока слезы текут ручьем. — Во всем был прав.

Блейк замирает на мгновение, потом говорит мягко, но с легкой хрипотцой:

— Ну все-все… — Его пальцы осторожно освобождают мои запястья, но тут же я бросаюсь к нему, обнимая так крепко, будто боюсь снова потерять.

— Прости… — шепчу я ему в шею, всхлипывая, зарываясь лицом в его плечо.

— Элайна… — Он чуть отстраняет меня, его взгляд тревожно изучает мое лицо. Блейк касается моей щеки, а затем сжимает губы в линию. — Что это?

— Он дал мне пощечину, — отвечаю я тихо.

— Что еще? — Голос его становится ниже, опаснее.

— Живот… — слова выходят дрожащим шепотом. — Сильно тянет.

Лицо Блейка мгновенно меняется, тревога заполняет его глаза. Он быстро поднимает меня, помогает встать.

— Надо в больницу, сейчас же, — говорит он решительно, но я замечаю как позади быстро мелькнула тень. Марк. Мое лицо искажается в ужасе.

— Блейк! — кричу я, но слишком поздно.

Блейк резко разворачивается и в следующий миг воздух разрывает его болезненный стон. Моя голова кружится, я почти теряю сознание, когда вижу кровь, текущую из его бока. Нож выпадает из рук Марка и глухо ударяется об пол.

— Нет, — выдыхаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Нет, нет, нет…

Блейк качается, его взгляд на мгновение пустеет, а затем он падает.

— Блейк! — кричу я, бросаясь к нему. Колени больно ударяются о холодный пол, когда я переворачиваю его на спину. — Господи, пожалуйста, нет!

Марк, бледный как смерть, отступает на шаг, а затем еще на один, его руки дрожат. Он пятится, бросается к двери и исчезает, оставляя нас одних.

— Блейк, — всхлипываю я, дрожащими руками разрывая его рубашку. Кровь течет слишком быстро, пропитывая ткань, мои пальцы лихорадочно скользят, все никак не переставая дрожать. Я прижимаю ткань к ране, пытаясь остановить поток, но это бесполезно.

— Элайна… — Его голос слабый, будто срывается. Он накрывает мою руку своей, удерживая меня.

— Нет, нет, пожалуйста, не умирай! — шепчу я, задыхаясь от рыданий.

— Тшш… Подумай о ребенке, — хрипит он, едва улыбаясь. Его пальцы слабо касаются моего живота. Это прикосновение вызывает горячий комок боли в груди, смешанный с еще большей волной страха.

— Я вызову скорую, я… — Я оглядываюсь, но понимаю, что телефон остался в машине. Ноги становятся ватными. — Господи, Блейк, прости меня!

— Это я… прости меня, — он прерывает меня, его голос хриплый, дыхание затрудненное. — За все. За то, что… с тобой так.

— Нет… — шепчу я, рыдая. — Я простила, уже давно. Ты нужен мне, Блейк… Я люблю тебя.

Его глаза слегка расширяются, и он тоже едва слышно шепчет:

— Я люблю тебя, Элайна...

Моя грудь сдавливает ужас, боль в животе становится острее, но все это меркнет по сравнению с тем, как Блейк закрывает глаза.

— Нет! Нет! — кричу я, наклоняясь над ним, пытаясь его разбудить. Его лицо становится белее мела, а тело обмякает под моими руками.

— Блейк… Блейк, пожалуйста… — Голос срывается в крик, но он мне больше не отвечает.

Весь мир рушится вокруг меня, и ничего, кроме этой боли, уже не существует.