Глава 19

Я просидела в своей комнате целый день, сославшись на то, что еще неважно себя чувствую и опасаюсь повторного нападения. Не знаю, поверили ли мне, но ни Ивона, ни Геральд меня не беспокоили, и лишь со слов Марты, принесшей мне ужин, я узнала, что днем состоялся какой-то совместный обед, на котором присутствовали все высшие инквизиторы и мои сестры. Вечером в мою дверь неожиданно постучали. «Интересно, кто бы это мог быть? – подумала я, направляясь к ней, чтобы открыть. – Уж точно не демоны, они входят без разрешения». За порогом обнаружилась Кора, которая, увидев меня, облегченно вздохнула и улыбнулась. – Мадлен, как ты? Я только сейчас узнала, что с тобой произошло. – Марта рассказала? – Да. Признаться, я думала, что они тоже увели тебя, когда ты не пришла на обед… – Заходи, – я пропустила девушку внутрь и закрыла дверь, предварительно убедившись, что в коридоре никого нет. Мы расположились на диванчике у разожженного камина, где было особенно тепло и уютно, так как вечером ощутимо похолодало. – Ты видела, кто это сделал? – Нет, – я покачала головой, – все случилось слишком быстро. – Странно… Кому нужно вредить тебе и, главное, зачем? Мы замолчали. Не знаю, о чем думала Кора, я же размышляла о том, что недоброжелателей… потенциальных, конечно, у меня было не так чтобы много: Луиза с ее подружками, охотящиеся за Кайденом и Геральдом и… Ивона. И почему-то я была уверена, что второй вариант более правдоподобен, но делиться этим с Корой пока не стала. – Мне удалось поговорить с Гаваром сегодня днем, – вновь заговорила девушка, – и он рассказал, что они увели Мину и других в свой мир. – В качестве кого, Кора? Постельных игрушек? – я горько усмехнулась. – А что будет, когда с ними наиграются? – Все не совсем так, послушай. Он сказал… что у них не так много женщин, понимаешь, что это значит? – Хочешь сказать… – что-то вдруг болезненно кольнуло в сердце. – Да, есть шанс, что у сестер все будет хорошо. – Хорошо? Ты это считаешь хорошим? Стать бесправной рабыней для утех, вынашивать им детей? И все это под навязанными чувствами? – во мне внезапно прорвалось напряжение последних дней. Боль, страх, осознание неминуемого, ненависть к этим нелюдям, которые покоряли нас своей магией и смеялись над нами за то, что мы слишком слабы и не справились… Все эмоции смешались сейчас, выливаясь в злые слова. Кора молчала, давая мне спокойно выговориться, лишь крошечная морщинка залегла меж темных бровей. – А ты, Кора… Скажи, ты тоже уже покорилась им, как и Мина? Просто забыла сказать? – я вспомнила о вчерашних словах Кайдена, когда он говорил о том, что я наивна и не замечаю очевидного. Раньше я никогда не позволила бы себе лезть в чужую жизнь, но сейчас… на кону стояло слишком многое, и я уже не понимала, кому могу доверять, а кому нет. – У тебя ведь еще не было мужчин, я права, Мади? – тихо спросила вдруг ведьмочка. – Что? Откуда ты знаешь? – из меня будто разом выпустили воздух. – Это всегда видно, если пообщаться с человеком чуть дольше и интересоваться им, а не только собой, – она пожала плечами. – Просто ты напоминаешь мне меня саму несколько лет назад, – она светло и грустно улыбнулась, как будто что-то вспоминая. – Я тоже отрицала многие вещи, и не хотела жить как другие сестры – родив ребенка для продолжения рода и меняя мужчин как перчатки. Я всегда была неправильной, – она вздохнула, – слишком… спокойной, домашней. Любила возиться со своими цветами, выращивать целебные травы, наводить уют в маленьком садике. Знаешь, – она легко коснулась моей руки, – тебе бы там обязательно понравилось. Долина, окруженная горами, маленькие аккуратные домики с палисадниками перед ними. И цветы… очень много цветов, Мади. Целые поля вокруг – розовые, фиолетовые, белые, особенно в начале лета… Дочка так любит бегать по ним, собирая букеты. Это мой маленький мир, – глаза ее заблестели от слез, – и другого мне не надо. И я не знаю, вернусь ли я в него когда-нибудь… к ней. – Кора… – я потрясенно молчала, остро чувствуя ее боль. – Прости, я не хотела тебя ни в чем обвинять. – Ты и не обвиняла, – Кора покачала головой, – ты просто многого не видела в жизни, особенно, что касается мужчин, а я не хотела тебя пугать, видя, что ты еще, по сути, дитя. Ты ведь прошла инициацию с помощью артефакта? – Да. – И вряд ли тебе кто-то рассказывал о том, что близость между мужчиной и женщиной может быть… разной, – Кора немного замялась, и я подозрительно на нее посмотрела. – Гавар… он… поcтавил мне условие, и за свое украшение попросил… доставить удовольствие… – Что?? – возмущение взвихрилось во мне с новой силой. – Да как он посмел? – Не ему, Мади. Мне… Кора замолчала, пытливо глядя на меня, будто ожидая, догадаюсь я, или нет. А я… кажется, догадалась. И покраснела немного. Нет, ханжой я отнюдь не была, но и обсуждать подобное было для меня непривычно – бабушка умерла два года назад, а подруг у меня никогда не было. – И что, – я с трудом выталкивала из себя слова, как будто они стали вдруг очень тяжелыми. – Тебе… понравилось? Кора долго молчала, задумчиво перебирая тонкими изящными пальчиками кружево на манжете. – Это… сложно. Говорят, ведьмы не умеют любить, но я любила отца своей дочки. По-настоящему любила, понимаешь? Я смогла лишь кивнуть. – Гавар совершенно другой. Пугающий, властный. С ним… тяжело. И еще мы постоянно ругаемся. – Ругаетесь? Вы? – я невольно улыбнулась, с трудом представляя, что спокойная Кора может вообще с кем-то ругаться. – Да, – в голосе Коры послышалось затаенное раздражение. – Он постоянно пытается сделать меня слабой и беззащитной, якобы без мужчины женщина ни на что не способна. А еще считает, что все проблемы можно уладить в постели, и что довольная женщина не будет ничем возмущаться. Я расхохоталась, и через пару секунд Кора присоединилась ко мне. Наверное, нам обоим это было нужно сейчас, чтобы снять напряжение. – Послушай, Мади, я не могу давать тебе советов, – когда смех стих, Кора вновь стала серьезной. – Скажу лишь одно: если ты хочешь отсюда выбраться, тебе нужно выбрать того, кто готов ради тебя меняться. Понимаешь, о чем я? Я задумалась над ее словами. Меняться… ради меня… Возможно ли такое в принципе с демонами? И если даже представить, что теоретически – да, кого из двух опасных мужчин мне выбрать? Кайдена, с которым мне легко, даже слишком, но который очень хитер и явно ведет какую-то свою игру? Или Геральда, с которым мне… тяжело, но который, в общем-то, никогда и не скрывал своих планов? И который может свести меня с ума, если верить Кайдену. Но… верить ли ему? Та еще задача… – А как же ты, Кора? – я подняла взгляд на девушку и встретила ответный – янтарный, пронзительный. – А я постараюсь договориться с Гаваром. Других кандидатур у меня все равно нет. Мы обе надолго замолчали, глядя на то, как жадное пламя пожирает сухую древесину в камине. – Как думаешь, что будет с Миной? – решила я, наконец, нарушить молчание. – Не знаю, Мади… Гавар сказал, что первыми забрали тех девушек, что показались демонам самыми походящими. – Подходящими для чего? Чтобы родить им ребенка? Кора лишь покачала головой. Ответа у нее не было. Как и у меня. Пока. ***** Кора уже давно ушла, а я все думала о нашем с ней разговоре. И чем больше думала, тем больше сомневалась. Ошибиться было… страшно, ведь ценой ошибки станет моя свобода, а, возможно, и жизнь. «А про честь ты уже не вспоминаешь?» – проворчал внутренний голос. Честь… Что вообще это такое? Сложное понятие и очень абстрактное. Я могу не покориться высшим, неизменно выбирая наказания, но рано или поздно сломаюсь. О да, я была уверена в том, что они найдут способ это устроить, если захотят. Так я сохраню свою честь? Может быть. Но чем это поможет мне, и поможет ли? А еще я помнила об их ручной шавке Соллене, который обещал заняться мной напоследок. Такие, как он, всегда оказываются рядом в нужный момент. Я могу покориться им, оказавшись в постели с Кайденом или Геральдом, сама, добровольно. Ради того, чтобы выжить. Так я сохраню свою честь или нет? Если буду знать, что это лишь плата, всего лишь игра? И как я потом буду жить с этим, убеждать себя, что отдала лишь тело, но сохранила разум и чувства? Есть еще варианты? Не знаю. Наверное. Притвориться, что я согласна на все, чтобы спастись? Надолго ли это сработает… с ними? Да разве их вообще можно обмануть? От тяжелых мыслей у меня разболелась голова, и я, немного поколебавшись, все же решила выйти в парк, подышать свежим воздухом. …Замок спал, или лишь умело притворялся спящим, пока я шла по его безлюдным коридорам и залам, стараясь производить как можно меньше шума. На удивление входные двери не были заперты, и я беспрепятственно вышла на улицу, с наслаждением вдыхая прохладный воздух, в котором уже чувствовалось приближение скорой зимы. Неспешно бредя по скудно освещенной дорожке, вдоль которой росли высокие кусты с рубиново-красными ягодами, похожими на капельки крови, просто наслаждалась тишиной и спокойствием – всем тем, чего мне так не хватало последнее время. Сейчас я как никогда хорошо понимала Кору с ее желанием не бунтовать, а… просто мягко подстроиться под ситуацию? Победить не силой, а хитростью, какой-то пока недоступной мне женской мудростью. Может это идеальный план… и для меня тоже? Я так погрузилась в собственные мысли, что слишком поздно заметила высокую мощную фигуру в черном плаще, возникшую из ниоткуда и молча преградившую мне путь. Его неприкрытый интерес ощущался сотней раскаленных игл, впивающихся под кожу. Давил, пытаясь сломать волю и заставить дрожать от удушающей, почти животной паники. Невольно сглотнув, перевела взгляд туда, где вместо лица под черным капюшоном клубилась опасная тьма, и пораженно вздохнула – из глубин ее на меня смотрели черные, как сама бездна, глаза. Мерцающие и… такие знакомые? Но этого не может быть! Или… все-таки может? ***** Я стояла на месте, не зная, что делать, что говорить. Бежать? Он сразу догонит, бежать от них бесполезно. Попытаться просто разойтись? Но весь облик этого не человека, его хищная подобравшаяся поза говорили о том, что этот охотник явился сейчас по мою душу. Что ж… значит, мне придется выяснить, что ему нужно. – Доброй ночи, – поздоровалась я, стараясь, чтобы голос прозвучал ровно. Без паники. Без неприязни. – Здравствуй, – раздался из-под капюшона обманчиво спокойный голос, уже слышанный ранее. Пугающий бархатом, под которым была сокрыта острая сталь. И столько внутренней силы в нем было, что я отчего-то поняла: этот высший здесь самый опасный. Самый главный, быть может? Незнакомец все так же молча рассматривал меня, обжигая холодной тьмой своего взгляда, заставляя нервничать. Что ему нужно? Я, быть может, порадовалась бы, что сейчас слишком темно, если бы точно не знала – в темноте демоны видят так же прекрасно, как днем. В отличие от меня. – Простите, я не хотела мешать, – я сделала робкую попытку разорвать затянувшееся молчание и сбежать. Но мне не дали такого шанса. – Ты мне не помешала, напротив… И снова эта опасная тишина, от которой сам воздух, казалось, стал напряженнее… «Напротив»? Что он имеет в виду? Нет, даже знать не хочу. – Мне пора возвращаться в замок, – я сделала один шаг назад. Очень медленный, плавный. – Как тебя зовут? – Мадлен, – я кусала губы, чувствуя, что что-то не так. Да все было не так, если уж на то пошло! Я умудрилась встретить того, о ком предупреждали Марта и Геральд. «Или он сам встретил тебя», – зловеще прошелестел голос в моей голове. – Мад-лен, – растягивая слово, будто пробуя его на вкус, повторил высший, и вдруг неожиданно оказался рядом со мной. В шаге от меня, так что теперь я стояла, упершись взглядом в широкую мощную грудь. – Посмотри на меня, девочка, – мой подбородок сжали стальные пальцы, затянутые в черные кожаные перчатки, вынуждая поднять голову, запрокидывая ее вверх – настолько он был выше меня. Глядя прямо в завораживающие омуты глаз, из которых на меня в ответ смотрела древняя тьма – оценивая и изучая. – Очень красивая, – мое лицо чуть развернули, как будто я была куклой в его руках, что он хотел получше рассмотреть перед покупкой. Впрочем, наверное, для него это так и было. – И такая невинная, чистая. Как тебе это удалось, Мадлен? Я вдруг поняла, что он задал мне вопрос, и теперь ждет ответа. Вот только я не знала, что ему отвечать. – Пожалуй, я сам хочу увидеть этот ответ, – демон вдруг наклонился ко мне, обхватывая мое лицо ладонями, беря его в плен. Глаза в глаза – не отвернуться, не отвести взгляд. Тьма его глаз медленно приближалась к моим – ближе, еще ближе, и я с ужасом поняла, что что-то внутри нее потянулось ко мне. Что-то опасное, страшное. Живое? – Не сопротивляйся мне, – раздался вибрирующий шепот, и я застыла, как кролик перед огромной змеей. Страшный, подавляющий взгляд, проник уже, кажется, в самую душу, выворачивая наизнанку все то, что было укрыто, надежно спрятано в ней. Перебирая самое ценное, потаенное, будто что-то ища, обнажая меня перед ним – не физически, а духовно. Судорожно вздохнув, поняла, что еще немного, и он доберется до воспоминаний о маме, о кулоне, и о том, что я видела в той пещере, и попыталась отстраниться, чтобы не видеть этот жуткий демонический взгляд. Я сделала то единственное, что мне было дозволено – закрыла глаза, пытаясь мысленно вытолкать высшего из своей головы, и все равно ощущая его взгляд, даже сквозь кожу. – Глупая… – стальные пальцы тисками сжали мое лицо, и я внезапно почувствовала, как голова взрывается от нестерпимой боли, раскалывая рассудок на множество острых стеклянных осколков, что разлетаются в разные стороны… Кажется, я вновь потеряла сознание.