Глава 25

Виола

Сам! Сам все сделал, не спихнул поручением на других.

Волна крупной дрожи пробежала по моему телу.

Я была восхищена и дезориентирована. И… поняв, что это сделал Громов, сразу же начала переживать за него.

— О боже. Зачем…

— Что? — огрызнулся Громов.

— То! Сами знаете. Это вы Ширликова поколотили!

Я настойчиво вытянула руку начальника.

— Больно, наверное? Ужас…

Я чуть не разревелась, жалея руки начальника — у него такие красивые пальцы! Сейчас костяшки безобразно опухли и наверняка болели ужасно.

— Вы… Вы псих!

Никто никогда не делал так много для меня, как Громов.

Никто не выводил меня из себя так, как умел делать он.

— Это плохо! — шепнула я, пребывая в раздрае.

— Все же хорошо.

— А если… Если он заявление на вас напишет, то что?

— Посадят.

— И вы так легко об этом говорите?!

— Ага. Деньги от меня ты брать не хотела. Я вернул тебе — твои. Все. Закрыли тему. Возвращаемся к работе.

— Нет, вы точно псих. Псих, боже. А если… Если реально он на вас заявление напишет? Он же как мясо… Потрепанное, его как будто по земле тащили.

— Он сам упал. Неуклюжий. Не угнался за байком. Я, что, виноват? — беспечно спросил босс.

— Боже! — я закрыла ладонями лицо.

Представила, как Громов протащил Ширликова за байком. Там много и не надо. Всего десять-двадцать метров ужаса по асфальту…

— Что ты разохалась? — Громов откинулся в кресле. — Переживаешь, что меня посадят? На твоем месте я бы о другом переживал.

— О чем?

— О том, как ты сидишь и где… Думаешь, у меня есть приличные мысли на этот счет? — облизнулся. — В особенности, когда я вижу вот это… — провел пальцем по обнаженной коже в разрезе на талии. — Так и хочется тебя куснуть за бочок.

У меня не должны были бежать мурашки от прикосновений мужчины, который мог так жестоко избить другого и еще ухмыляться, смакуя. Но они, предатели, еще как побежали и затанцевали от восторга.

Я встала, не желая провоцировать Громова и… себя.

— А что, если посадят? Ну, все-таки…

— Сухари сушить тебе придется. На зону ко мне таскаться. Свиданки у нас будут. Я же тебя не уволил и не отпускаю. Будешь ко мне на свиданки приезжать, ммм? — стрельнул взглядом на меня так соблазнительно и горячо.

Моя дурная фантазия мигом нарисовала эти свидания в местах не столь отдаленных и раскрасила их пошлым… Вот неугомонная!

— Передачки вам носить?

— Ага. А еще быть моим голосом, глазами, ушами и руками… И ох, бляя… — протянул. — Как бы мне понадобились твои умелые ручонки в одном непростом вопросе прямо сейчас! — кивнул подбородком на свою вздыбленную ширинку.

— Боже, вы невыносимы!

Громов промолчал, продолжая на меня пялиться своим жутко маньячным, голодным взглядом. И я, приличная девушка, не могла не завестись от его взгляда.

Поняла, что он меня хочет… Безумно! Никакие его слова сейчас не имели вес.

Он меня хотел.

— А как же… Как же… “Мы немножко потрахались. Проехали и забыли…”

Громов посмотрел по сторонам. В коридоре уже сновали сотрудники. Он поманил меня к себе пальцем. Я, как загипнотизированная, приблизилась.

Гром шепнул на ухо, едва коснувшись его губами.

— Еще вчера у меня был план.

— План, значит?

— Был план, да. Но что-то пошло не так, и план пошел по пизде. И ты мне хоть пятьдесят китаянок закажи, одну тебя они не заменят. Только ты, порно-зайка, заставляешь мои чресла гореть костром до самых небес. И как бы ты не была против, свою зайку я в обиду не дам.

— Сами обижать будете?

— Когда я тебя обижал? — беспечно поинтересовался Громов. — Пошутил неудачно? В остальном я предельно серьезен.

Громов повел носом по моей шее, шумно втянул воздух.

— Духи еще эти… блять… Хочу. Бесишь, как хочу…

Я задрожала, забывшись.

Громов оттолкнулся первым.

— Теперь все, пошла работать. Не отвлекай. И задом виляй меньше, — добавил.

Я сделала несколько шагов. Чувствовала себя безобразно пьяной и не могла не спросить, позлив начальника еще немного.

— Вилять это как? Вот так? — двинула бедрами. — Или так? — снова вильнула.

Громов сцепил челюсти, посмотрел на меня полыхающим взглядом.

— Иди отсюда. И лучше тебе до конца рабочего дня со своего кресла не вставать и не крутить этим задом перед моим носом. Не то насажу. На поршень…

— Пошляк!

— Провокаторша! — мгновенно отбил подачу. — Скажешь, не так?

— Спасибо, — поблагодарила его от всей души. — Спасибо, что вступились.

Я предпочла развернуться и идти спиной вперед, чтобы не крутить задом, который так и норовил выйти из-под моего контроля и нарочно повертеться перед взглядом начальника.

Громов смотрел на меня, я — на него, отходя медленно.

Между нами натягивалась струна. Ох, как сильно!

Начальник даже вперед подался, не сводя с меня безумного взгляда. Боже, как бы не сгореть…

Внезапно мое тело натолкнулось на препятствие. На талию легли горячие ладони.

— На ловца и зверь бежит! — прогудел над ухом голос Дубинина.

К попе прижались мужские бедра.

— Ты-то мне и нужна, красавица!

— Чего тебе? — привстал из-за стола Громов. — Виола нужна мне сегодня.

— Нужна? — удивился Дубинин, отодвинувшись немного, выйдя вперед, из-за моей спины, но все еще касаясь моего плеча своим. — Я думал, ты и без нее отлично справляешься. Вчера вон как лихо… Все сам-сам, даже не запорол ни разу и не запутался в слайдах.

Вот же засранец.

Я мигом оценила, как сильно взбесился Громов.

В то же время я им безумно загордилась. Обычно я все подготавливала, Громов даже пальцем не касался ни презентаций, ни тезисных докладов. За много лет работы прикипели и были слаженным механизмом — единым. Он творил, я обеспечивала ему порядок и помогала не отвлекаться на необходимые, но досадные мелочи или кропотливую работу вне интересов Громова.

— А вы, Ростислав, как я понимаю, напротив, сами даже с простейшими слайдами разобраться не способны, если пришли ко мне за помощью? — поинтересовалась я, поджав губы.

В ответ мужчина лишь расстегнул еще одну пуговицу на своей и без того безобразно низко расстегнутой рубахе, обнажая мощнецкую, но волосатую грудь. Как у медведя. Или мамонта… Фу, какая волосатая.

То ли дело у Грома грудь — ни единого волоска, а кожа смуглая, отливает бронзой, когда по ней капельки пота скользят, так вообще хочется высунуть язычок и просто снимать эти капельки.

Трепетно. Каждую…

— Мне кажется, или в офисе Грома в последнее время стало как-то слишком жарко, Виолетта? Кажется, именно ты — ответственная и виновная по поднятию… столбиков термометра. Ох, как стоят!

Дубинин сунул большие пальцы за петельки ремня и продолжал демонстративно облизываться на меня.

— Мне срочно нужна твоя помощь. В одном очень непростом деле.