Глава 23

Лидия

Не может быть! Этого просто не может быть! Я… я не верю!

Сан Саныч вызывает меня днем. Я уже сделала обход, познакомилась с новыми пациентами, осмотрела, проверила санаторные карты, назначила процедуры – рутина.

Пока занималась этим, думала про переезд.

Харитон сказал, что забирает нас.

Вот так просто сказал – я вас забираю.

Пока у него тут служебная квартира, но большая. Если он решит тут остаться, то надо будет искать вариант постоянного жилья.

Еще у Халка в Подмосковье есть дом. Там рядом живет моя подруга Геля, которая тоже вышла замуж за генерала.

Тоже…

Я пока еще сама до конца не осознаю, что происходит.

Генерал предложил мне стать его женой!

Это… это так нереально! И реально в то же время.

Альбина заходит в кабинет, смотрит так, с интересом, ну, мол, давай, подруга, рассказывай, как так получилось, что я его кадрила, а ты взяла и…

А я сама не знаю.

– Ой, ладно, Лид, я сразу поняла, что он на тебя свой генеральский, кобелиный взгляд положил.

– Почему кобелиный?

– А какой?

– Он не кобель. Он меня замуж зовет.

– Да ладно? – Тут у Альбины реально глаза на полдвенадцатого.

Я же не говорила никому. Да и вообще ничего не говорила.

Но как-то всё равно все всё знают.

Маленький город, маленький санаторий.

Все видели, как Миронов ко мне с букетами ходит.

И как домой ко мне ездит – тоже видели.

И я к нему.

Ой, господи… Неужели это всё реально со мной?

– Ты его любишь, Лид?

– Люблю, Альбин… Сама не понимаю, как вот так всё быстро случилось, но… Люблю.

– Ой, да что там понимать, подруга? Такой мужик! И видный, и красивый, и генерал.

– Без ноги.

– Ты же травматолог, Лид? Сама знаешь, ноги для мужика не главное.

– А что главное? Как кардиолог скажи?

– Да и не сердце, – Альбина смеется. – Это надо у уролога спрашивать. Ой, шучу, Лид… Конечно, сердце важно. А вообще… – Она стучит себя пальцем по виску. – Вообще, главное, что тут. Есть мозги – всё остальное не важно.

– Это точно.

– Это мне моя старая педагог говорила, еще в ординатуре. Самый сексуальный орган у мужчины – мозг.

– У моего генерала с этим всё в порядке.

– Мой генерал! Эх, звучит красиво. Тоже, что ли, завести своего генерала? А то что-то мой капитан ни “бэ”, ни “мэ”, ни “кукареку”. Получил лечение, отбыл в часть и не мяукает, хотя живет в городке, сколько тут на машине ехать? Полчаса. У него всё времени нет, ну нет, и до свидания. Я страдать и ждать не намерена.

Альбина вздыхает.

– Спроси там у своего генерала, у него нет холостого приятеля поприличнее? Можно даже полковника…

Смотрит на меня, и мы смеемся, а потом меня просят пройти к главному.

Сразу чувствую – что-то не то.

Сан Саныч сам не свой.

И у меня словно камень на сердце.

– Сядь, Лида. Тут, такое дело…

Я в шоке.

Не понимаю – как?

То, что Миронова арестовали – это бред!

За что?

Он не успел в должность вступить, почти сразу в санаторий лег, что он мог успеть сделать?

Наворовать?

Да у нас тут и без него ворья… Но все почему-то на своих должностях!

– Это еще не всё, Лид. Указание пришло выше.

Сглатываю. Чувствую, как глаза слезами наливаются.

Понимаю всё до того, как он говорит. Без объяснений.

– Я только руками развел, понимаешь? Сказал, что Халк… то есть Миронов к твоему назначению не имел никакого отношения. Ровным счетом никакого! Что кандидатуру твою давно выдвинули, что ты прекрасный заведующий, заведующая…

– Сан Саныч, да поняла я, не оправдывайтесь.

Он усмехается горько, головой качает.

– Ненавижу я всю эту шваль бюрократическую. Делают вид, что всё для людей, а сами…

– Отделение-то хоть оставите за мной?

Он с шумом выдыхает, с присвистом, смотрит исподлобья.

– Простым доктором можешь остаться, конечно, Лид… пойми, я боролся, но…

– Простым доктором, значит…

Усмехаюсь, качаю головой, опуская ее вниз.

Так оценили многолетний труд майора медицинской службы!

Значит так ценят работу доктора, которая пациентов выхаживала, самых тяжелых.

Так решили расплатиться за то, что спасала людей.

Да, я подписала контракт не потому, что так сильно хотела повоевать. Да, я пошла туда за деньги. Но это не значит, что я жизнью и здоровьем не рисковала, и спасала бойцов, которых, между прочим, родина отправила на помощь многострадальному сирийскому народу.

Что ж…

– Извини, Сан Саныч, сам понимаешь, не могу я простым, слишком я для этого сложная. Мне прямо сейчас уходить или как?

– Лида… Лидия Романовна, я…

– Да знаю я, что ты не виноват, Сан Саныч, всё понимаю. Это под генерала моего копают, вот и давят по всем фронтам.

– Я б сам их давил… как гнид…

Санин встает, прохаживается по кабинету, потом в сердцах лупит по столу ладонью, сжимает в кулак и…

– А вот хрен им! Не буду я тебя увольнять! Не за что! Работник бы отличный, дело свое знаешь, с людьми находить общий язык умеешь, даже с пациентами. И с хрена ли я буду такой ценный кадр терять? Да и заменить тебя мне некем, так что…

– Погоди, Сан Саныч. Не руби с плеча, не пори горячку. Давай я сегодня пойду. Можешь мне потом больничный открыть, если что. Разберемся. А дальше…

– Я не собираюсь тебя увольнять!

– Смотри, как бы самому место не потерять. А то мало ли… Скажут, что генерала Миронова поддерживал, и не сносить головы. Вы же с ним как раз решали вопросы расширения территории, да? Новых корпусов? Так что… опасно это. Свою задницу прикрой.

– Да, что мне своя? А вот за тебя я, Лида, биться буду. Я же…

Он подходит ближе, смотрит… как собака, преданно.

– Я ж, Лида, сам хотел… серьезно… Не так вот как… как сначала, не кобелиную тебе натуру показать, а… Ты же, Лида, настоящая, понимаешь? Настоящая женщина. Таких, как ты… Ты соль земли, понимаешь? Сама жизнь… И муж твой, мудак последний, как он мог тебя…

– Не надо, Сан Саныч, не сыпь мне соль…

– А генералу повезло. Чувствую, что он еще не раз заставит тебя поволноваться. Но и поймет, что сделал в жизни самый правильный выбор.

– Спасибо, Сан Саныч… Я… я пойду? Хочу заехать туда, в отдел, понять, за что его и что можно сделать.

– Езжай. Сам тебя подменю сегодня. И держи в курсе!

Он похлопывает меня по руке, отворачивается. Вижу, что расстроен.

Да, может, и не надо ему лезть в бутылку, пытаться меня защищать?

Может всё потерять, а смысл?

В кабинете скидываю халат, переодеваюсь, вещи в сумку бросаю, выхожу…

– Лидия Романовна, а вы куда? – спрашивает один из моих коллег, травматологов.

– В свободное плавание.

Отвечаю и быстро выхожу из отделения.

Мне нужно попасть туда, где держат Харитона. Я должна выяснить, чем могу помочь. Вот только…

– Лид, не стоило тебе приходить. И вообще, знаешь… я подумал… Не нужно мне всё это. Наверное… Я одинокий волк. Не хочу тебя тянуть на дно, так что… Прощай, хорошая девочка Лида…