Эпилог

Лидия

– Какие у нее нежные пальчики… Она вся нежная!

– Да, а он такой крепенький, сразу видно – мужичок.

– Весь в меня, да? А она в тебя, куколка, принцесса моя…

Смеюсь тихонько.

– Ты что, Лидушка?

– Всё ясно, кто у нас будет папина доча!

– Оба будут папины, Лидуш, не переживай! И Женьку нашего не забудем.

– Я не переживаю, Харитон, это нормально. Девочка должна быть папина. А мальчишки всегда к маме тянутся. Законы природы.

– Ну какие законы? Парень со мной будет. На рыбалку поедем, и на снегоходе его научу, и на лыжах, и с парашютом.

– Подожди с парашютом! Хотя бы лет до десяти.

– Посмотрим. И раньше же прыгают.

– Халк! Уймись!

– Понял. Так, что случилось?

– Что-что, кто-то проголодался, подавай ему мамку.

Наш сын куксится, бровки хмурит, глазками хлопает, губами причмокивает, я тут же выпрастываю грудь, подставляю сосок, слышу тихий, низкий выдох мужа.

– Ох… Лида…

– Тише, держи пока Марью, я Ванюшку покормлю.

Смотрю, как мой малыш сразу принимается сосредоточенно работать ротиком, а его сестра, принцесса, спокойно сопит у отца на ручках.

Это счастье.

Такое счастье, от которого в груди тесно.

Думала ли я, майор медицинской службы, что в сорок три рожу двойню?

Конечно же, нет!

И не мечтала.

Хотела?

Если честно, тайно, где-то глубоко в сердце, хотела всегда.

Дочку хотела однозначно. Может, еще и сына.

Понимала, что непросто будет. Но хотелось родить.

Только как-то очень быстро поняла, что бывшему дети не очень нужны. У нас же всё и разваливаться стало, когда я Женьку родила. Потом сын заболел, и всё стало совсем хреново.

И мечта о детках ушла из моей жизни.

Понимаю, как невероятно мне повезло, что я встретила моего генерала Миронова!

Он моя судьба, моя любовь, мое счастье.

Мой мужчина.

Моя крепость.

Стена, за которой я могу спрятаться от любых невзгод.

А невзгод у нас и нет уже!

Только радость, счастье, свет.

Всё дурное осталось позади.

После того как Харитона выпустили, пошла целая волна арестов, брали тех, кто пытался его подставить. И армейских – штабных, вернее, и гражданских.

Да, не просто так его поставили управлять нашим военным округом.

Знали, что готовится наглый захват земель, принадлежащих военным.

Причем министерство обороны само собиралось отдать эти земли местным властям, но под строительство домов для простых людей и спортивных объектов для детей и взрослых.

А те, кто хотел захватить территории, задумывали построить там коттеджи для элиты.

Кто-то очень надеялся, что Халка смогут опорочить, как тогда, в Сирии…

Это был тот же человек.

Некто генерал-полковник Свиньин. И фамилия говорящая.

Когда-то у них с Харитоном вышла неприятная история. Халк при всех дал Свиньину в морду – тот заслужил. Свиньин, офицер, позволял себе издеваться над солдатами! Миронов же всегда считал это неприемлемым. Позорящим честь офицера.

Свиньин тогда не ответил, но обиду затаил и, как только появилась возможность, решил отомстить. Отыграться.

Отыгрался, да так, что подставил сотни людей.

Мразь.

И при этом смог остаться при должности!

Увы, справиться с ним было непросто. Но я собрала неплохую компанию.

Зимин, Зверев, Фролов, Булатов, Сафонов.

Все как на подбор.

Все встали на защиту моего Харитона.

И помогли.

Теперь генерал-полковник Свиньин будет доказывать свою непричастность к миллиардным хищениям в армии. В самые непростые для нас времена!

Когда вместо строительства пограничных объектов строились дачи с золотыми унитазами, а любовницы получали “Порше” и “Мазератти”.

Как я счастлива, что всё это в прошлом!

И бывший мой, Новиков, тоже в прошлом.

Он пытался присосаться к истории с Харитоном, дал пару каких-то интервью – опустился ниже плинтуса!

У меня в голове не укладывалось, как в одном человеке может быть столько гнили! Я ведь ему помогала! И готова была помогать, и с протезированием и вообще. А он…

Вычеркнула его из своей жизни.

И сын тоже вычеркнул. Сказал, что такой отец ему не нужен.

– Мам, а можно я Харитона буду батей звать?

Это вопрос он мне задал на нашей с Халком свадьбе.

Обняла его, слезу смахнула.

– Ну, что ты делаешь, расплачусь же?

– Ой, реви сколько влезет, Лидуш, – это Альбина сказала. – Мы ж тебе макияж водостойкий сделали! Кстати, этот твой генерал Зверев холостяк, кажется?

– Ох, Альбина!

– Что, Альбина? Ты, значит, замуж за генерала выходишь, а я?

– И ты выйдешь, не переживай!

Свадьбу мы решили прямо у нас в санатории сыграть, у нас же там был большой банкетный зал. Сан Саныч с удовольствием пошел на встречу.

Конечно, приглашены были все генералы.

Зимин с женой Эвелиной, Фролов со своей Алёнушкой, Булатов с Ангелиной.

Зверев один, да… Я помнила, что он был женат, значит, в разводе? Расспрашивать вроде бы было неприлично.

И Сафонов тоже прибыл, с молодой женой.

Его бывшую Ольгу я тоже пригласила. Она знала, что ее Матвей там будет. Отказывалась.

Но я ее уговорила. Она нам очень помогла, когда Харитон был под арестом, добилась, чтобы ее пускали к нему массаж делать, как раз у своего бывшего мужа и добивалась.

Почему-то мне казалось, что генерал Сафонов жалеет о разводе. Но что поделать – всё уже сделано. Вроде бы его молодая жена была в положении.

Впрочем, тогда меня мало интересовали чужие беды.

На свадьбе я думала только о своем любимом мужчине и о том, как сказать ему, что у нас будет не один малыш, а целых два.

На самом деле для нас это просто подарок судьбы.

Иван да Марья – не знаю, кому из нас в голову первому пришло их так назвать. Как-то само собой получилось.

– Ну, что, Ванюша, покушал? Давай теперь мама сестричку покормит, Манечку…

– А папку их кто-то покормит? – тихо спрашивает Харитон, и я понимаю, ох, не о еде он говорит.

Детям уже месяц, и я была у доктора, которая разрешила мне порадовать мужа.

Кормлю дочурку, потом укачиваем их, укладываем в одинаковые белые колыбельки. На одной только голубая ленточка с бантом, а на второй – розовая. Это подарок от Зиминых. Вся детская у нас в генеральских подарках. От Фроловых – качели и шезлонги, от Зверева – радионяня, от Булатовых – целый набор красивых детских вещей – Геля шикарная портниха, свадебное платье мне тоже она сшила.

Малыши тихонько сопят.

И генерал тоже сопит!

Уснул!

Тихонько ложусь ему под бок, стараюсь не тревожить поврежденную ногу. На самом деле я даже не замечаю часто его травму. Ходит он прекрасно.

Бегать генералам не положено по статусу, как говорят, в мирное время это вызывает смех, а в военное – панику!

Глажу широкую грудь Харитона.

Не выдерживаю, забираюсь на него, провожу губами по телу, по соскам.

– Боже… Лидушка, с ума меня сводишь…

– Люблю тебя, мой генерал.

– А я тебя, пожалей ты меня, сил уже нет.

– А чего тебя жалеть? И сила твоя для другого нужна.

Говорю и сажусь на его бедра, ощущая под ними готовый ко всему твердый ствол.

– Лида…

– Тише, генерал, детей разбудишь.

Чуть посмеиваясь, беру в руку его член, провожу по складкам, а потом сажусь на него, принимая глубоко в себя.

– Лида, ты…

– Месяц прошел, генерал, уже всё можно…

– Так что же ты молчала!

– Я не молчала…

Смеюсь, когда он опрокидывает меня, нависая сверху…

– Черт, Лидушка… боюсь… сил столько во мне, не дай бог, порву.

– Не порвешь, два этих товарища не порвали, и ты не порвешь. Люби меня, Харитон! Люби!

– Люблю, Лидушка моя, моя женщина.

И он любит, долго, очень сладко.

После мы долго не можем уснуть, говорим обо всем.

Размышляем о прошлом, о будущем.

Радуемся успехам. Женька мой поступил, куда и собирался, станет клиническим психологом. У Альбины, кажется, всё-таки роман со Зверевым, и дай Бог им счастья.

А у Ольги, бывшей жены Сафонова, кажется, роман с нашим Сан Санычем. По крайней мере, он очень в ней заинтересован. Только мне кажется, что она так и не смогла забыть своего Матвея.

Но я верю, что ее ждет счастье.

Как сказал классик – все счастливые семьи счастливы одинаково.

Не знаю, соглашусь ли я с ним.

Могу сказать одно – счастливые люди, как правило, хотят, чтобы счастливыми были все вокруг.

Так и мне сейчас хочется делиться своим счастьем со всем миром.

Еще говорят, что счастье любит тишину.

Возможно, и так.

Но наше счастье с Харитоном пока очень и очень громкое!

Два сопящих чуда, подарок судьбы.

– Спасибо тебе, любимая.

– За что?

– За то, что ты меня спасла. За то, что помогла мне подняться.

– И тебе спасибо.

– За что?

– За то, что дал мне возможность снова стать женщиной. Любимой. За любовь. И за малышей.

Обнимаю своего мужчину, улыбаюсь ему.

Я не согласна с тем, что счастье любит тишину.

Иногда даже хорошо, что счастье громкое!