Глава 22 Марк

Марк

– Медведев, успокойся, что ты мне постоянно тычешь этими бумажками в лицо.

– Да потому что ты ничего не замечаешь, что происходит вокруг. Ты спал уже с ней, да? Спал?

– Артур, ты ведешь себя, как будто ты моя ревнивая жена.

Сел в свое кресло, наблюдая за нервным расхаживанием по моему кабинету Медведева. На столе бардак, бумаги раскиданы, никогда такого не было со мной, всегда ценил порядок, а тут даже нет сил что-либо убрать. Они все меня сегодня решили вымотать и выжать окончательно. Медведев со своими непонятными подозрениями, Лиза с истерикой, Эльза с увольнением. Она что, реально решила, что я ее куда-то отпущу? И эта фраза, мол, другим любовникам нравился ее акцент. Думал, прибью на месте, так и хотелось задрать платье и отшлепать по упругой попке, чтобы сесть не смогла, только на коленях стоять.

– Ты меня слушаешь?

Артур остановился и снова замахал перед моим лицом бумагами.

– Дай сюда, надоел ты мне.

Перелистываю уже смятые документы, там цифры, таблицы, какая-то техническая документация.

– Ну и что это?

– А это, мой любимый доверчивый друг, бумаги, которые оказались слиты конкурентам при выставлении всего пакета документов на тендер. Это то, что знают наши конкуренты, все наши цены, с которыми мы вышли на аукцион.

Начинаю соображать, о чем говорит Артур.

– Так почему ты машешь всем этим перед моим лицом, а не перед лицом начальника службы безопасности?

– Да потом что слив всего идет именно из этого кабинета.

– Совсем больной, я не хочу даже спорить с тобой.

– А вот кто из нас болен, мы потом узнаем. Я проверил всех, только этим и занимался последние недели, пока ты насаживал на себя свою новую секретаршу, которая, сучка, быстро окрутила тебя.

– Рот закрой.

– Не понял?

Артур удивленно уставился на меня, а я думал, что врежу по его наглой физиономии за те слова, которыми он оскорбляет Эльзу. Ее никто не может так называть, никто.

– Еще раз я услышу хоть одно слово в адрес Эльзы, я забуду, что ты мой друг.

– О, вон уже как. Все на самом деле серьезней, чем я думал. Да, конечно, ты можешь меня ударить, я стерплю, но то, что эта твоя милая Эльза сливает информацию, - я зуб даю.

Артур был очень убедительным, а я привык руководствоваться фактами и верить собственным глазам, а не словам, хоть и друга.

– Кто она такая, ты вообще знаешь? Откуда взялась? Ты пробивал ее, чем она занималась раньше?

– Артур, ты знаешь, у меня нет на это времени.

Посмотрел на закрытую дверь, она еще там, я надеюсь, что она еще в приемной, а не собрала вещи и не написала заявление. Не хочу этого.

– Вся документация по аукциону у тебя, только секретарь имеет доступ и генеральный директор, но не думаю, что твой отец предаст свою же компанию.

Артур прав, все документы у меня, доступ в мой кабинет имеют секретарь и уборщица, а судя по тому, что сейчас здесь словно проходной двор, то кто угодно.

– Это ни о чем не говорит, это мог быть кто угодно, даже ты.

Смотрю в расширенные от удивления глаза Медведева, он моментально вспыхнул, покраснел, но тут же взял себя в руки.

– Пойдем, я не буду тебе доказывать свою непричастность. Пойдем, и сам все увидишь.

Он быстро зашагал в сторону двери, я поднялся и пошел за ним, было даже любопытно, что он там покажет. Нужно не махать руками, не выдвигать странные предположения, а звать службу безопасности, проводить внутреннее расследование, смотреть камеры, опрашивать работников, на это, конечно, уйдет уйма времени, но таковы правила.

– Эльза Эдуардовна, разрешите вас попросить выйти с рабочего места.

Теперь передо мной только она, слегка растерянная, но Эльза все еще здесь, сидит, что-то пишет на листке бумаги, смотрит то на меня, то на Артура.

– Что случилось? – спрашивает тихо.

– Я просто прошу вас, Эльза Эдуардовна, встать со своего рабочего места, буквально на пару минут.

– Для чего?

Она смотрит только на меня, облизывает губы, в глазах непонимание, но нет страха. Артур все не унимается.

– Ну, хорошо.

Встает, отходит в сторону, Медведева тут же оказывается за стойкой, начинает шарить по столу, отодвигая ящики.

– Вы что-то потеряли, Артур Степанович?

– Я сейчас найду, и потеряешь ты.

А вот это грубо.

– Артур!

– Марк Альбертович, минуточку.

Артур хватает сумку девушки, начинает вытряхивать на стол все ее содержимое.

– Что вы себе позволяете? Это мои личные вещи! Вы не имеете право их трогать! Да отдайте.

Эльза бросается на Артура, пытаясь вырвать из его рук свою сумку, но тот, словно ненормальный, продолжает ее трясти. На стол летят какие-то бумаги, косметичка, документы, кошелек, мелочь. Девушка смотрит на меня, в глазах слезы, я в два шага оказываюсь рядом с Артуром, сжимаю кулак, сам не понимая, как ярость вырывается наружу, хватаю его за грудки, трясу, готовый ударить друга.

– Артур, прекрати, слышишь меня. Ты совсем ненормальный?

Кричу на всю приемную, смотрю на Эльзу, она напугана и расстроена.

– Вот, что это такое?

Теперь уже Медведев тычет бумагами ей в лицо, девушка отходит на шаг, но берет бумаги и смотрит на них. Вижу, как дрожат ее руки, как с ресниц вот-вот сорвется слеза.

– Я не понимаю, что это.

Протягивает бумаги обратно Артуру, но беру их я, и тоже пробегаю глазами. Это копии документов, что лежат в моем сейфе, хорошие цветные копии. Именно с ними мы выходим на очень серьезный аукцион, с хорошими ценами на очень перспективный участок.

– Откуда это у тебя? – во рту пересохло, слова даются с трудом, смотрю на девушку и не могу поверить, что это на самом деле она ворует информацию.

– Я не понимаю? Я не знаю, что это.

– Эти бумаги выпали из твоей сумочки.

– Нет, у меня не было таких, это не мои бумаги.

Теперь она смотрит растерянно, но так нелепо оправдывается, что мне становится мерзко и противно. Не могу поверить, просто не могу в это поверить. Бросаю бумаги на стол, тру лицо, отворачиваюсь. Не могу ее видеть.

– Марк, я не знаю, что это за бумаги, но это не мои. Я даже ничего не понимаю в них.

– Эльза, прекрати!

Повышаю голос, слова смотрю в ее такие чистые глаза, полные слез, они у нее безумно голубые, я словно их увидел впервые. Отчего так больно, не могу понять.

– Уйди! Я хочу, чтоб ты ушла.

Девушка смотрит, потом отводит взгляд, часто так кивает головой, словно о чем-то думает и соглашается со своими мыслями. Не могу смотреть, как дрожат ее руки, собирающие обратно в сумку вещи. Разворачиваюсь, ухожу в кабинет, хлопая дверью.

В стену летит первый попавшийся предмет, декоративная статуэтка, разбиваясь вдребезги. Мне не жалко информации, меня предали. Слишком банально, но предали. Будь это кто угодно, только не моя Эльза, я бы уволил этого человека и забыл, как его имя. Но меня предала женщина, которая, доверив мне свое тело безоговорочно, использовала все, что было между нами, в свою пользу.