ГЛАВА 7

Сновидение оказалось неприятно липким и затягивающим. Я шла через темноту, которая цеплялась за ноги и руки и пыталась утянуть куда-то в сторону. Но у меня была четкая цель — лазурные всполохи вдалеке, от которых ко мне тянулась нить насыщенного синего цвета. Всполохи помогали идти, притягивали. И чем ближе я становилась к своему «якорю», тем яснее видела скрывающийся за сиянием образ.

Риган сидел на полу, скрестив ноги, и сосредоточенно хмурился.

Мне оставалось сделать шаг, чтобы преодолеть разделяющую нас пелену, и тогда я могла бы прикоснуться к любимому, провести кончиками пальцев вдоль линии его волевого подбородка, легонько тронуть губы и наконец-то ощутить ответные объятия. Но я медлила.

Демоновы сомнения раздирали и тянули прочь от желанного мужчины. Я ведь дала слово, что не буду искать встречи с маркизом. С другой стороны, это всего лишь сон и игра воспаленного разлукой воображения…

Нить, притянувшая сюда, решила эту дилемму, резко дернув меня вперед. Я буквально влетела в круг света и приземлилась прямо в руки своего растрепанного блондина.

— Привет, — усаживая меня поудобней у себя на коленях, выдохнул Риган.

Я ничего не смогла ответить, просто уткнулась в родное плечо и глубоко вдохнула аромат моря с легкими терпкими нотами. Тело моментально расслабилось, а мысли покинули голову, оставив одно желание — чтобы этот момент длился вечность.

— Я тоже соскучился, — признался Риган, а потом поинтересовался: — Почему твоя защита сегодня сработала?

— Плевун атаковал в спину, не переживай, — вяло откликнулась я, не желая выныривать из состояния неги.

— Плевун? Откуда? — удивился Риган и немного отодвинулся, чтобы посмотреть мне в глаза.

Я тяжело вздохнула и быстро рассказала о последних «веселых» событиях своей жизни. Тратить на это время не хотелось. Сон — вещь зыбкая, не имеющая определенных границ. Он может быть как бесконечно длинным, так и нещадно коротким. Поэтому под конец повествования я снова прижалась к любимому и тихо сказала:

— Прости меня, я не хотела ссориться. И еще мне нравилось, что ты встречал меня после каждой пары.

— И снова буду встречать, как только разберусь с отцовской блокировкой. И больше не буду обижать тебя беспочвенной ревностью.

— Ну, немножко можешь и поревновать, — шутливо проворчала я. — Иногда это даже приятно.

Риган тихо рассмеялся:

— В каждой женщине живет противоречие.

— Это чтобы мужчинам было не скучно, — улыбнулась я в ответ и зависла, завороженно глядя в любимые голубые глаза.

Казалось, в них сосредоточилась вся нежность, весь мой мир. Я тонула в этих постепенно темнеющих омутах. Сердце с каждой секундой билось все быстрее, кровь начинала закипать. Губы ломило от желания ощутить поцелуй.

Риган склонился к моему лицу, и я подалась ему навстречу.

Одно нежное прикосновение, и ощущение пространства и времени полностью исчезло. Остались лишь поцелуи. Нежные, затягивающие, сводящие с ума. Они лишали возможности дышать и одновременно оживляли. Насытиться ими было невозможно.

— Я скоро вернусь, — прошептал в мои губы Риган.

И я провалилась во тьму.

Риган открыл глаза и без особой радости посмотрел на стоящего в паре шагов от него отца. Очень не вовремя. Последние часы маркиз потратил на медитацию и активацию связи с Лирианой. Это далось непросто, учитывая, что большая часть магии сейчас была заблокирована. А прервать ментальную встречу сейчас означало, что в следующий раз придется начинать поиск «нити» заново.

— Отдыхаешь? — ровным голосом спросил герцог.

Среди темноты тренировочного зала отец в парадном камзоле, украшенном лентой с регалиями, выглядел несколько чужеродно.

«Видимо, почувствовал трещину в ментальном блоке и прямо с какой-то официальной встречи пришел проверить», — усмехнулся Риган.

— Медитирую и жду, когда у тебя ослабнет родительский инстинкт, — холодно откликнулся маркиз, тут же заработав недовольный прищур родителя.

— Он ослабнет, когда докажешь, что в силах управлять собственной магией и эмоциями, — отзеркалив интонацию сына, заявил герцог. — Вставай, поспаррингуем.

Рикард Аретти герцог Ургерийский быстро расстегнул камзол и совершенно неуважительно отбросил его в сторону. Последовал замысловатый жест, и Риган ощутил, как в груди лопнула одна из сдерживающих силу перегородок. Тело быстро наполнилось приятным жаром от распространяющейся магии.

Глубокий вдох, всплеск Тьмы привычно подавлен, а ее крупицы направлены на поддержание базовых защитных заклинаний и артефактов.

— Уже лучше, — довольно кивнул отец. — С места в обрыв не срываешься.

Тройная черная молния разбилась о вспыхнувшую лазурным защиту молодого мага. А в ответ полетел огромный огненный шар. Сноп разлетевшихся искр на мгновение осветил пространство зала без окон и дверей. Лишь в дальнем углу, под отдельной радужной защитой, была оборудована скромная спальная зона. Элитная камера для элитного заключенного.

Очнувшись здесь, Риган первым делом попытался разнести ее ко всем демонам и вернуться в МГУ, но лишь бессмысленно потратил силы и получил самую мощную блокировку резерва. Пришлось успокоиться и начать думать. Собственно, состоявшийся недавно разговор с Лирианой стал результатом приложенных усилий и дал надежду на скорое освобождение.

Очередное боевое заклинание было встречено контратакой и полностью нейтрализовалось, обдав ветром остаточной ударной волны.

— Да, Саввар прав, на этом уровне ты хорошо себя контролируешь, — констатировал старший Аретти.

— Так, может, выпустишь уже, — предложил Риган.

— Чтобы ты, забыв обо всем, поскакал в кровать к ветреной девчонке и убил первого, кому она решит построить глазки? — издевательски выгнув бровь, спросил герцог.

Сдержаться и не ответить разрушительным молотом Тьмы оказалось проще, чем во время прошлого разговора с отцом. Общение с Лирой явно давало плоды. Да и понимание, что подобный ответ ни к чему хорошему не приведет, тоже прибавляло сил.

— Хорошая попытка, папа, — в итоге усмехнулся маркиз.

— Заточение тебе явно идет на пользу. Начал думать головой, — фыркнул родитель. — Но этого недостаточно. Сейчас канал подпитки твоего резерва открыт ровно наполовину. Иначе бы ты снова потерял контроль. Поэтому пока все останется на этом уровне. Утром продолжим тренировки. Будем увеличивать нагрузку. Мне, знаешь ли, тоже не доставляет удовольствия держать тебя здесь как особо опасного преступника. — Герцог недовольно поморщился и прошел к своему камзолу. — И кстати, посмотри на досуге, может, кто-нибудь приглянется.

Его светлость достал из внутреннего кармана пачку конвертов противного розового цвета. Внутри наверняка были письменные предложения руки каких-нибудь аристократок и, несомненно, их портретики.

— Я уже сделал свой выбор, — сухо проговорил Риган и отправился в зону спальни. — Нравится тебе и нет.

— Любовницы — дело сугубо личное. Но долг обязывает иметь правильную жену и наследников. И пока ты стоишь в очереди на престол, это неотъемлемая часть твоей жизни.

— При случае обязательно передам твои слова маме, она очень обрадуется, что является правильной женой.

— Пожалей посуду и прислугу, которой придется убирать осколки, — ничуть не проникнувшись угрозой сына, хмыкнул герцог, пристроил конверты на край небольшого стола и ушел через портал.

Пачка розовой бумаги вспыхнула черным пламенем и испарилась, не оставив следа. А Риган лег спать. Хороший отдых — залог душевного равновесия и успешных тренировок. И чем быстрее он научится управлять силой, тем быстрее сможет снова оказаться рядом со своей любимой ведьмой.

Просыпаться я не торопилась. Мне слишком понравилось находиться в темноте, где не терзали мысли и чувства, вспоминать сон, в котором встретила Ригана…

— А ну слез с нее, слюнявый комок! — пробилось сквозь дрему злое шипение Мансикора.

— Ня-яр-р, — грозно заявили ему в ответ писклявым голоском.

И я внезапно осознала, что этот диалог происходит в районе моего уха!

Резко раскрыв глаза, нос к носу столкнулась с зубасто скалящейся мордочкой плевуна.

— А! — испуганно взвизгнула я.

— Тьфу, — плюнул зверек, испугавшись.

— Вот так и знал, — прокомментировал Мансикор, устало глядя на мое испачканное липкими соплями лицо.

Отвечать не стала. Рот боялась открыть и попробовать слизь еще и на вкус. Схватив остатки вчерашнего нейтрализатора, метнулась к раковине. Пришлось умываться дольше, чем обычно, а нейтрализатор разбавлять водой, чтобы хватило на заляпанную подушку.

В общем, из ванной комнаты я выходила хмурая, мысленно костеря реальность. Даже приятный сон уже не радовал. Смысл наслаждаться грезами, когда в жизни правит один большой плевун, не устающий макать меня в слизь? В такой ситуации главное — сохранять спокойствие и стойкость, ибо все когда-нибудь пройдет. Тем более что Риган совершенно не заслужил откаты из-за моих бессмысленных страданий.

Быстро очистив постель от капель вонючей слюны, я оделась, собрала сумку и уверенно посмотрела на зверька, который поглядывал за мной из-за стопки учебников.

— Давай ты по-хорошему залезешь сюда, и я тебя при первой возможности верну на болото, — попросила и приглашающе раскрыла свою сумку.

Цветочек недовольно дернулся и полностью скрылся за книгами. Я тяжело вздохнула и попробовала добавить в интонацию ласки.

— Ну нямочка, цветочек, иди сюда, я тебе в столовой пирожо-ок возьму. Няма-няма-няма.

Плевун снова высунулся из укрытия и скептично меня осмотрел.

— Он не хочет в сумку, — уверенно мурлыкнул наблюдавший за процессом Мансикор.

— В смысле? — Я удивленно уставилась на призрака.

— Его можно понять, — фыркнул кот. — Там темно и тесно.

— В смысле ты его понимаешь? — дополнила я свой вопрос и заработала снисходительный взгляд.

— Мы оба относимся к животному миру, правда, я куда умнее и способен самостоятельно донести до всех, как меня стоит любить и насколько люди бывают глупы. Но это не значит, что я перестал понимать общие сигналы тела и звуки от более примитивных представителей моего класса.

— Раз ты у меня такой умный, скажи Цветочку, что ему надо пойти со мной, и желательно скрытно. Иначе оставлю его здесь, а тебя назначу нянькой! — Терпение, кажется, стало меня покидать.

— Вот уж нет. Не хватало мне еще со всякой мелюзгой возиться! — проворчал кот и отправился уговаривать плевуна. — Эй, абориген, лезь в сумку.

В ответ тот показал язык.

— Беда. Он совсем тупой, — брезгливо заявил Масик и сделал вид, что закапывает плевуна задними лапами.

— Я так понимаю, переговоры зашли в тупик, — съехидничала я и, закрыв сумку, развернулась к двери. — Приду в обед. Постараюсь как-то решить эту проблему. Может, Астирос все-таки поможет.

— Нет, забери его! Я не нанимался в смотрители зоопарка! Я его даже сожрать не могу в силу физических особенностей!

— Но можешь не пускать куда не следует с помощью магических способностей, — пожала я плечами и сделала шаг по направлению к выходу.

— Няма! — раздался, как мне показалось, испуганный возглас Цветочка, а в следующий миг мне на спину приземлился сам плевун и быстро пополз по мантии на плечо.

— И-и-и! Что он делает?! — боясь пошевелиться, пропищала я.

— Едет с тобой, — ехидно сообщил кот.

— А! Куда? Туда нельзя!

Я вопила, а зеленый зверек настырно лез мне под блузку. За пару секунд мой скромный второй размер груди стал третьим. Но такого увеличения я точно не желала!

— Так тебя видно! — заявила я и тыкнула в торчащий из декольте цветочек.

Плевун ойкнул и продолжил свое щекочущее путешествие вниз. Уперся в пояс юбки на животе и переместился на спину, где затих.

— А так нет, — сипло рассмеялся Мансикор.

Я даже запустить в него ничем не смогла в ответ: нагибаться и поворачиваться боялась. Попыталась устроить теплый комок поудобнее, чтобы кофту впереди не тянуло. На мои действия зверек благосклонно не отреагировал. Правда, достать его я так и не решилась. Ходить оплеванной — удовольствие не из приятных. Да и на переодевание времени не оставалось.

Так и отправилась в столовую с грузом на спине. В обеденном зале, к своему удивлению, обнаружила Адама и Амалию. Они что-то тихо обсуждали, отчего рыжеволосая зельеварщица смущенно улыбалась, а Адам следил за ней, как кот за сметаной.

«Хм, кажется, совместные занятия бесследно не прошли. И Шарлотта на удивление прозорлива? — увели у меня кавалера!» — Я мысленно посмеялась над собственной шуткой и незамеченной отправилась на раздачу.

Там взяла каши и пару бутербродов.

— Лириана? — неожиданно позвала одна из поварих, полноватая женщина с широким лицом и добродушной улыбкой.

— Да, — откликнулась я с удивлением.

— Держи.

Мне протянули небольшую вазочку с клубничным вареньем. У меня дар речи пропал. Я бездумно пялилась на неотъемлемый атрибут наших с Риганом завтраков и даже руку не могла протянуть.

— Бери-бери, — поторопила меня кухарка. — Маркиз для тебя его просил, знаю. Его сейчас нет, так что я решила сама тебе немножко настроение поднять. Помню, как мой Борька в командировку уехал, я только и делала, что его любимые пироги пекла, только они мне настроение и поднимали. Так что бери, поможет пережить разлуку. Тем более что маркиз для тебя целую банку заказал. Я ее уже открыла. Не пропадать же добру!

— Спасибо, — сипло выдохнула я и взяла вазочку.

Мной владели странные чувства. С одной стороны, лучше бы не было этого напоминания об утрате, но с другой — в больном сердце разливалось тепло и нежность к моему заботливому блондину.

Когда вышла с раздачи, увидела, что мои друзья уже покидают столовую. Поэтому отправилась в дальний угол за самый неприметный столик.

Отставив маняще пахнущее варенье в сторону, потыкала теплый комочек на спине.

— Эй, ты кушать хочешь?

Плевун оживился и спустя пару неприятных для меня мгновений вылез из декольте.

— Ням!

Протянула зверьку кусочек хлеба. Он моментально исчез в зубастой пасти. После чего плевун принюхался и с непонятным восклицанием рванул к варенью. Еле успела удержать!

— Да поняла я, поняла, — успокоила рвущегося на волю Цветочка и зачерпнула из вазочки одну клубничку.

— Ням, — довольно протянул зубастый и с наслаждением начал пережевывать ягоду.

Я не смогла сдержать улыбку умиления. Так и скормила плеву ну весь десерт. Тот в ответ, благодарно икнув, вернулся на свое место. Я же, вновь оправив блузку, быстро съела кашу и побежала на первую лекцию по артефактам.

В аудиторию зашла перед самым звонком. Меня тут же ухватили за локоть и потащили к партам.

— Я уже собирался идти тебя искать, — укорил Адам, усадил меня на свободное место и опустился рядом.

— Зачем? — удивилась я.

— Я обещал за тобой приглядывать и охранять. Мало ли что могло случиться. У тебя вообще талант находить неприятности, — проворчал друг.

— Глупости, со мной все хорошо, и-й! — не сдержала болезненного писка из-за неудачно повернувшегося и царапнувшего меня Цветочка.

— Ты чего? — спохватился ведьмак.

Я украдкой огляделась и, понизив голос, призналась:

— У меня под кофтой сбежавший вчера плевун.

Глаза парня округлились, а руки потянулись, чтобы меня ощупать.

— Не тронь! — быстро предупредила я. — Он испугается и оплюет все вокруг.

Ведьмак тут же убрал конечности и обреченно покачал головой:

— Я же говорил, у тебя талант. И что теперь будешь с ним делать?

— Отдам обратно Астиросу либо сразу в зверинец. Смотря что быстрее, — пожала я плечами и взялась за ручку, ибо бодро вошедший в аудиторию Райенг потребовал тишины и продиктовал сегодняшнюю тему.

Во время лекции, к моему счастью, плевун больше не шевелился и не отвлекал. Впрочем, и после звонка он решил себя не выдавать, лишь исходившее от зверька тепло продолжало согревать поясницу. Я смело предположила, что после высокоуглеводного завтрака Цветочек просто-напросто уснул, и не стала его тревожить. В итоге день до обеда прошел спокойно и размеренно, а на большой перемене после быстрого перекуса я отправилась искать Астироса. Для начала решила посетить деканат, чтобы узнать расписание преподавателя. Адам порывался идти со мной, но ждать, когда ведьмак поест, у меня просто не было времени.

Шла я достаточно быстро, не особо глядя по сторонам. Поэтому, когда мне резко заступил дорогу адепт второго курса боевого факультета, я едва не врезалась в него.

— Лириана! Куда торопишься? — схватив меня за локоть, спросил незнакомый парень.

Щуплый высокий блондин с зачесанными назад волосами широко улыбался, а в серых глазах явно угадывался азарт.

— Не имею привычки докладываться первым встречным о своих планах, — нахмурившись, ровным голосом проговорила я и попыталась вырвать локоть, но тщетно.

Боевик держал цепко, было даже немного больно.

— Ну какой же я первый, — хмыкнул он. — Как минимум второй. Но я не обижаюсь. Я Антуан и с радостью составлю тебе компанию во время отсутствия маркиза. Поверь, я не хуже.

По венам раскаленной лавой побежала злость.

Да, возможно, я не самая благочестивая, но точно не настолько распущенная, как думает этот… этот!

— Отпусти. И посети лучше целителей, они помогут исправить твои умственные отклонения, — процедила я и почувствовала, как на спине шевельнулся плевун.

Вот только его сейчас и не хватало!

— Да не строй из себя недотрогу. Тем более что на кону неплохие деньги. Свидание и пара поцелуев принесут мне репутацию завидного парня, а тебе приличный выигрыш, который потратишь на шмотки.

У меня на мгновение дар речи пропал, а вот желание врезать по боевику каким-нибудь заклинанием стало практически нестерпимым. Сила, радостно откликнувшаяся на эмоции, побежала по артериям. Я до боли сжала кулаки и все же сдержалась. Мне только отчисления из-за обнаглевшего хама не хватает!

— Отпусти, иначе закричу, — предупредила его.

— Давай, — усмехнулся парень. — Я тебя быстрее успею поцеловать. Кстати, твой поцелуй тоже высоко оценивают.

Я задохнулась от возмущения. Да что они вообще себе позволяют?! Мало мне было спора Ригана о моей благосклонности, так теперь на меня играет весь университет?!

Отчисление больше не пугало. Я была готова отшвырнуть навязчивого кавалера самой мощной воздушной волной, которую могла создать. Но в тот же миг за спиной раздался жесткий приказ:

— Руки от нее убрал и свалил, пока в лазарет не унесли.

Обернувшись, увидела Джефа, а за его спиной стояли Ренальд и Анар.

— Что ж, Лирочка, соскучишься, зови, — с самонадеянной улыбкой сказал парень и разжал пальцы.

Через мгновение он скрылся в толпе спешащих по делам адептов. Я облегченно вздохнула и потерла локоть.

— Спасибо, — проговорила благодарно.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Джеф.

Я неуверенно кивнула и хмуро сказала:

— Не считая того, что на меня ставят в тотализаторе жаждущие славы и денег ловеласы.

— Не переживай, Лириана, — подбодрил Анар. — Ты просто самая популярная девушка. Разве не об этом мечтает каждая?

Я одарила старшекурсника хмурым взглядом:

— Я не каждая.

— Риган вернется, они все утихнут, — успокоил Ренальд.

Я досадливо поджала губы, но переубеждать не стала. Пустое это все.

— В любом случае, где Адам? — строго поинтересовался Джеф и пояснил: — Мы с ним договорились, что он будет за тобой присматривать.

— Я не настолько беспомощна, чтобы не пройти по коридору до деканата зельеваров, — парировала нервно. — Мне как-то в голову не приходило, что ко мне начнут приставать незнакомцы с сомнительными предложениями.

Джеф тяжело вздохнул.

— Ладно, с Адамом я еще раз поговорю. Если что, назначим дежурство. Но одной тебе сейчас лучше не ходить, — заключил он.

— Замечательно, — с сарказмом выдохнула я и постаралась унять негодование с примесью жалости и безысходности.

Утешала себя мыслью, что все обязательно пройдет. Вряд ли обо мне будут помнить дольше месяца-двух. Главное не привлекать внимания. Конвой из старшекурсников эту задачу усложнял, но последняя встреча показала, что лучше действительно одной не ходить. Вот только проблему с плеву ном надо было как-то решать.

— Ладно, в деканат я уже не успеваю. Поэтому вопрос: что делаете сегодня вечером?

Лица парней удивленно вытянулись, и я решила пояснить, предварительно понизив голос:

— Мне надо в зверинец. А для этого требуется пересечь полигон. Я первокурсница и без сопровождения туда не попаду.

— Без проблем, — легко согласился Джеф. — Провожу, но зачем тебе туда?

Я воровато оглянулась. Ребята стояли достаточно близко, чтобы посторонние не увидели предмет нашего разговора. Поэтому я аккуратно тыкнула настороженно замершего плевуна и позвала:

— Няма-няма.

К моему удивлению, Цветочек быстро прополз к животу и высунулся из-под блузки в районе груди.

— Он сбежал, и его надо вернуть. Сегодня. Завтра уже выходной, а ждать еще два дня… я не могу.

— Обалдеть, — выдохнул Джеф и попытался потрогать Цветочка.

Плевун зашипел и ощерился, показав острые зубы.

— Смелый какой, — фыркнул боевик и сказал: — Встретимся за ужином в столовой. Сходим сдадим его в родное болото.

— До вечера успеем сделать ставку на Джефа и сорвать куш… — задумчиво протянул Анар. — Там уже приличная сумма скопилась.

И схлопотал локтем в бок.

— Только попробуй, — с угрозой проговорил друг Ригана.

— Маркиз потом нас на лоскуты распустит, — подтвердил Ренальд.

— Когда он вернется, мы просто сразу ему все объясним. Он поймет, — отмахнулся Анар. — Зато прикроем тотализатор, и к Лире перестанут цепляться всякие придурки.

— Что-то я сильно сомневаюсь. Да и мерзко все это, — поделилась я своими чувствами и нервно передернула плечами.

— Не переживай, Лир, больше никаких споров, — заверил Джеф. — Пойдем провожу тебя до аудитории.

Я согласно кивнула и первой шагнула в нужную сторону, краем глаза заметив, как будущий граф де Нарч показал друзьям кулак. Мне оставалось только вздохнуть, поставить очередной крестик на своей репутации и ждать, когда творящийся вокруг меня беспредел пройдет сам собой.

Когда мы добрались до второй большой лекционной аудитории, в ней уже собрался весь поток первокурсников на общую лекцию по философии. Джеф высмотрел среди толпы Адама, сдал меня ему на руки, а заодно напомнил об обязательном сопровождении. На этом мы и распрощались до ужина.

— Ой, какой милый, — щебетала Амалия, глядя, как плевун уминает мое клубничное варенье.

— После практики Астироса ты была совершенно другого мнения, — подколол подругу сидящий рядом Адам.

— Так те мне до сих пор не нравятся. Один из них мне в лицо плюнул, — возмутилась зельеварщица и снова перешла на сюсюканье. — А этот не такой, этот забавный и добрый.

— И сегодня поедет к своим сородичам, — добавила я.

— Жа-алко… — протянула подруга. — Может, все-таки оставишь?

— Нет-нет-нет, — быстро отказалась я от подобной мысли. — Его надо кормить, за ним надо убирать, его надо прятать. Как ты себе подобное представляешь?

Амалия сникла, тяжело вздохнула и все же со мной согласилась.

Через мгновение к нашей укрывшейся в углу компании подошли мои будущие сопровождающие. Представила Амалии Ренальда и Анара и, запихнув плевуна под кофту, поднялась. Вслед за мной поднялся Адам.

— Я с вами, — постановил ведьмак.

— И я, — заявила Амалия.

— Это уже тройное свидание, — хохотнул Анар. — Рен, чур, ты с Адамом!

— Когда-нибудь за свои шутки ты схлопочешь по лицу, — устало покачав головой, выдохнул черноволосый боевик и предложил: — Пойдемте уже, а то привлекаем ненужное внимание.

Возражать никто не стал, и спустя несколько мгновений мы вышли во внутренний двор МГУ и направились в сторону полигона. На улице уже стояли густые осенние сумерки, но множество светящихся шаров, расположенных вдоль дорожек, не оставляли темноте ни малейшего шанса. Холодный промозглый ветер тоже обходил нас стороной. Правда, щит Амалии оказался не так хорош. Девушка зябко ежилась и куталась в мантию. Я хотела привычно взять ее под свой купол, но Ренальд оказался быстрее.

— Спасибо, — с облегчением вздохнула рыжая. — В такие моменты я завидую магам. Способности зельевара не гарантируют таланта в других видах магии.

— Поверь, Ами, — подхватывая девушку под локоть, протянул Адам, — твоя способность из трех корешков сделать суперзелье очень полезна, особенно если это касается таких бездарей, как я.

— Я не буду вечно делать за тебя домашнюю работу, — с наигранным возмущением фыркнула девушка и с угрозой пообещала: — Я натаскаю тебя так, что Астирос не подкопается.

— А ты не думала заняться помощью страждущим адептам в больших масштабах? — поинтересовался Анар.

— Не думала и не будет! — строго ответил за подругу Адам. — Хватит того, что вы Лиру в свои авантюры постоянно втягиваете.

— А ты опять все решаешь за нас, — проворчала Амалия.

— Я оберегаю, — возразил ведьмак.

— А в чем проблема с защитой? — вклиниваясь в бессмысленный спор, поинтересовался Ренальд.

— Сил не хватает на плотное плетение, — смущенно проговорила зельеварщица.

— Я ее тренирую, — сообщил Адам и с видом знатока добавил: — Спустя пару месяцев, думаю, у нас получится освоить достаточно прочный щит.

— Если не против, могу помочь, — предложил боевик. — Плотность плетения зависит не только от количества магии. Это ограничение можно обойти.

— Ой, буду очень рада! — заверила Ами.

К дальнейшим переговорам и спорам ребят я особо не прислушивалась. У меня в голове было на удивление пусто. Передо мной стояла лишь одна цель — добраться до сарая смотрителей зверинца и сдать теплый комочек, греющий мне спину.

— Риган не выходил на связь? — неожиданно спросил идущий рядом Джеф.

Я отрицательно покачала головой.

— Вряд ли ему вообще позволят со мной связаться. Спасибо, что защитили сегодня.

— Это наш долг, — уверенно ответил русоволосый боевик и на мой удивленный взгляд пояснил: — Мы друзья Ригана, команда, на которую он всегда может рассчитывать. Оставить тебя без защиты — значит предать его и нашу дружбу. Мы изначально знали, что просто так вам не позволят быть вместе. Рассматривали различные варианты развития событий. Среди них был и отъезд Ригана.

— Не знала, что вы все продумали… — ошарашенно выдохнула я.

— Все не все, но основные моменты предугадали. Так что без поддержки ты не останешься. Уверен, Риган скоро решит вопрос со связью и своим отсутствием.

Слова Джефа неожиданно разбудили во мне, казалось бы, задушенную надежду. Я даже улыбнулась, и дорогу до дома смотрителей зверинца прошла на удивление бодро.

В окнах сарая виднелся свет. Подойдя к закрытым воротам, Джеф с силой постучал.

— Войдите, — раздалось глухо в ответ, щелкнул, открываясь, замок.

— Добрый вечер, — переступая порог, громко поздоровался боевик, а следом за ним вошла вся наша дружная компания.

Навстречу нам вышел знакомый смотритель Оурэл.

— Опять вы, — недовольно скривился мужчина. — Только не помню, чтобы на вас поступала отработка.

— А мы не отрабатывать, мы вернуть сбежавшего питомца, — бодро отрапортовал Джеф и выдвинул меня вперед.

Пришлось тихонько похлопать спящего на спине плевуна и позвать:

— Няма-няма.

Цветочек не заставил долго ждать и вылез из-под ворота в районе плеча. Принюхался. Присмотрелся. И, пискнув, нырнул обратно в укрытие.

— Эй! — возмутилась я. — Вылезай, ты дома!

— Ням! — стало мне упрямым ответом. Цветочек, кажется, решил зарыться под пояс юбки.

— Ай!

— Развернись спиной, — резко приказал смотритель, и я тут же повернулась. — Rigentius!

Заклинание вспышкой ударило в мигнувшую лазурным защиту и исчезло. Цветочек, видимо почуяв неладное, замер.

— И почему с вами вечно сложности, — проворчал Оурэл и направился куда-то за стеллажи.

Некоторое время оттуда доносился шум передвигаемых по полкам и полу вещей. Потом смотритель вернулся к нам, держа в одной руке достаточно большую клетку, а в другой холщовый мешок зеленого цвета.

— Так, слушай сюда, — потребовал мужчина и указал на клетку. — Придешь к себе, установишь ее в угол потемнее. Можешь под стол. Я настроил ее, так что, как только откроешь дверцу, внутри образуется привычный для плевуна микроклимат. Внутрь положишь горсть вот этой приманки. Как только плевун зайдет полакомиться, закроешь дверцу и принесешь зверька сюда.

— А если он не пойдет? — с сомнением спросила я. — Вдруг ему приманка не понравится?

— Пирожками кормила? — догадался смотритель.

— И вареньем, — сдала меня Амалия.

— То-то он так прицепился. Здесь таких разносолов нет. Чтоб я еще раз дал Астиросу плевунов! Тоже мне, новатор учебного процесса недоделанный, — проворчал Оурэл и стал инструктировать дальше: — Если не сможешь сама оторвать от себя этого мелкого прилипалу, приходи, будем думать, что с ним делать. И вареньем больше не корми! Только кормом. Иначе у него случится несварение.

— Только корм! Я поняла, — быстро заверила и взяла мешочек.

Джеф схватил клетку, и мы поспешили в общежитие. Ловушку установили, как и советовал смотритель, под столом. Я открыла дверцу, и внутреннее пространство заполнилось туманом. Через пару секунд пелена рассеялась, явив нашим удивленным взорам небольшую темную лужу на дне клетки, в центре которой высилась покрытая мхом кочка. Прутья решеток тоже покрылись махровыми изумрудными лоскутами. Я насыпала корм в центр мягкого упругого возвышения.

— Остается только ждать, — подвела итог и потыкала тихого до сих пор плевуна.

Тот недовольно заворочался, но вылезать не захотел. Видимо, ждал, когда все уйдут, и я его вытряхну. Впрочем, никто особо не настаивал на долгом пребывании. Джеф, уходя, поинтересовался, какие у меня планы на выходные, и попросил одной все же никуда не ходить. Заверила, что останусь в комнате. Учебы хватало, чтобы полностью занять свободное время. Но его ауру в мой кристалл связи я все же на всякий случай записала. На том и расстались.

Блузку снимала осторожно, дабы не сильно напугать зверька. Правда, стоило освободить из рукава одну руку, как плевун прыгнул на пол и скрылся где-то за шкафом.

— Так ты его точно не поймаешь, — констатировал появившийся Мансикор. — Надо загонять.

И выгнулся, намереваясь прыгнуть к Цветочку в укрытие.

— Только не ночью! — запретила я назревающую охоту. — Я устала и хочу спать.

Кот одарил меня недовольным взглядом.

— Все тебе не так. Тогда вообще не буду помогать, — фыркнул Мансикор и демонстративно уселся на подоконник глядеть в окно.

На разговоры последние силы тратить не хотелось. Поэтому умылась и отправилась в кровать. Надеялась, что снова приснится Риган, но моим надеждам не суждено было сбыться. Снилось мне стадо плевунов и злые Астирос с Оурэлом.

А утром наступили самые скучные за все время учебы выходные.

Все свободное время, которого оказалось немало, я старалась занять учебой и бесплодными попытками заманить плевуна в клетку. За два дня я уяснила, что зверек обитает где угодно, но не в «идеальной среде обитания». В мини-болото он ходил только по нужде и только когда я не видела. Может, в знак протеста, может, потому, что клетка оказалась самоочищающейся. Периодически Мансикор открывал охоту на Цветочка, и тогда мой досуг скрашивался уборкой и длительным проветриванием комнаты.

В общем, поймать его так и не удалось, и я смирилась.

Правда, был во всей этой круговерти один плюс. Она помогала отвлечься от одолевающего меня уныния. В итоге я кое-как смогла пережить два слишком длинных дня в одиночестве и не впасть в полную апатию. Это вселяло надежду, что и дальше продержусь.