Эпилог

Неделю спустя

— Нари, ты собрала мой чемодан? Ой, я про дорожную сумку.

— Да, все уже в карете.

Я срочно-обморочно распихивала необходимые мелочи по карманам. Удобный наряд с кучей скрытых кармашков мне сшили за три дня. Швея долго качала головой сначала на мой запрос сшить брюки, потом — кода я заявила, чего именно хочу. Но стоило Каррэту появиться в комнате — он словно почуял, что его присутствие необходимо — и представиться моим мужем, как швея тут же заткнулась и, кланяясь, заявила, что все будет сделано в лучшем виде.

Брак, который планировался как временный фарс, неожиданно мне понравился. Каррэт как-то сразу принял условия, что меня не стоит в чем-то ограничивать, нельзя злить и уж точно неразумно возражать. По итогу в семье у нас царили тишь да гладь, баба Маша смотрела на нас с умилением, дед — с плохо скрываемой надеждой (видимо, все еще лелеял планы прикопать моего муженька по-тихому), Маник — с завистью, Нари — с радостью. Во взгляде же моего демона светились любовь и обожание. Уж не знаю, чем все это заслужила, но факт оставался фактом — меня буквально носили на руках. И не скажу, что мне это не нравилось. Иногда даже полезно.

И вот теперь мы, наконец, съезжали из замка деда. Как он и настаивал, чтобы мы остались, я поняла, что устала и хочу свой дом. Небольшой, чтобы меньше убираться, хотя Каррэт обещал нанять прислугу. И где-нибудь подальше от кладбища.

После победы над личом обо мне заговорили сильнее прежнего. Слава о некромантке с лопатой разнеслась по всему королевству и даже за его пределы. Предложений о работе поступало столько, что я физически не могла справиться со всеми заказами, так что я часть делегировала деду. Выбирала себе интересное, с остальным разбирался он. А Каррэт решил открыть СПА. Я однажды упомянула, и понеслось. Пришлось ему даже рассказать, кто я такая, взяв обещание молчать. Ну муж у меня не дурак, хоть и недодемон. И на новость отреагировал вполне спокойно, лишь усмехнулся, сказав, что отхватил эксклюзив.

— Кори! — Нари после моей свадьбы стала называть меня так, а то уж больно длинно. — Тебе письмо.

Она протянула конверт, на котором горел — в буквальном смысле — какой-то герб. Открывать было страшновато, вдруг обожгусь. Перчаток у меня не было.

— О, это от брата, — усмехнулся Каррэт, входя в комнату. — Открывай, почитаем, полюбопытствуем. Не бойся, оно не жжется.

Я аккуратно надломила печать — и правда. Огонь горел, но жар от него не шел. Открыла, начала читать… По моему лицу Каррэт все понял.

— Брат наверняка очень рад за нас и желает нам счастья, — расхохотался он, явно иронизируя.

— Ага, почти. Пишет, что узнал о нашей свадьбе, и требует, чтобы мы с тобой никогда не переступали границ Демоновой пустоши. Примите поздравления, но не попадайтесь на глаза.

— Вполне ожидаемо. Ты закончила собираться? — Муж обнял меня и чмокнул в макушку.

— Почти, еще пятнадцать минут.

— Ты это говорила час назад… — Он посмотрел на меня с укоризной.

— Ну я же девочка…

Каррэт ничего не ответил, лишь вздохнул и вышел. Я огляделась, все ли взяла, и тут услышала из-за спины голос, очень похожий на мой.

— Верни мое тело, воровка!

Не поняла! Повернулась. Голос доносился из зеркала. Там стояла я — ну или не совсем я: подбоченившись, прищурившись, зло сжав губы. Неужели я так смешно выгляжу, когда злюсь? Надо поработать над мимикой.

— Ты кто? — спросила, хотя догадывалась. вообще -то я думала, что она явится раньше, или не явится никогда. Второй вариант предпочтительней.

— Я Корнелия, — топнуло ногой отражение, — настоящая. В отличие от тебя! Ты украла мое тело и мою жизнь.

Я хмыкнула, села в кресло, положила ногу на ногу и уставилась на девушку в зеркале, подняв бровь.

— Украла? Видимо, у тебя плохо с памятью, в отличие от меня. Помню, когда пришла в себя, выпав по твоей милости из кареты на каменную мостовую, услышала что-то типа «теперь мой дед — твоя проблема». Что ж, спешу сообщить, я ее решила. Как и все остальные. Причем весьма кардинально.

Отражение все еще зло на меня смотрело, но в глазах появилась капля растерянности. Если она думала, что я так просто сдамся, не на ту напала.

— И все равно, это мое тело, отдавай немедленно! Иначе…

— Иначе что? — громко хохотнула. — Явишься деду и расскажешь правду? Ну вперед, только я сама собиралась это сделать. Или к мужу моему пойдешь? Так и он в курсе. Не тебе меня пугать, деточка. Ты сама эту кашу заварила, подарила, можно сказать, всю себя, переложила на меня ответственность. А теперь, когда я наладила со всеми отношения, получила славу, свободу и мужа, хочешь прийти на все готовое? — Судя по выражению лица, именно на это она и рассчитывала. Мне ее даже жаль стало. — Запомни, — встала и подошла вплотную к зеркалу, ткнув пальцем туда, где у отражения была грудь, — я все это заработала собственным умом. И ничем тебе не обязана. Ты хотела свободы — получите, распишитесь. Пользуйся. А я пошла, меня муж ждет, новая жизнь, новый дом, работа… в общем, куча дел. Счастливо оставаться.

Повернулась к выходу из комнаты.

— Я тебя в покое не оставлю! Буду везде тебе являться, пока ты не отдашь мое! — противно завизжало отражение.

Я пожала плечами и снова посмотрела на Корнелию. Ее угрозы звучали жалко, даже Сереня был более изобретательным.

— Попробуй. Эта проблема решается очень просто. Ты же дух, значит, умерла. А значит, я могу тебя упокоить. Где там моя лопата?

— Я не умерла и я у тебя в голове! — злорадно-торжественно проговорило отражение.

А вот это уже было похоже на интригу. Не умерла, но оказалась непонятно где и как.

— И что? Стукну себя пару раз, подумаешь.. Зато от тебя избавлюсь раз и навсегда, — я шла вабанк, очередную встречу моей головы с лопатой, я могла не пережить. Еще не понятно, кого именно этот артефакт упокоит.

Видимо, такой вариант в голову этой дурынде не приходил. Она сразу как-то сдулась, весь боевой настрой пропал.

— Я не желаю тебе зла, — призналась честно, — все же, твоя глупость подарила мне второй шанс на жизнь, — Корнелия неожиданно улыбнулась, едва заметно, — если расскажешь, что ты натворила, я попытаюсь помочь, хотя бы советом.

Выбора у нее особо не было, план с захватом тела рухнул и она начала рассказ о своей фатальной ошибке и дурацком ритуале с кровь какой-то не то курицы, не то гусеницы. Она планировала не просто сбежать от деда, а отправиться в межмирье, чтобы потом найти себе новое, свободное тело, где-то за пределами Статеры.

Вот идиотка! — подумала я, но благоразумно промолчала.

История закончилась не хэппи эндом. В том самом межмирье, таких как она, нашлось на порядок больше, чем рассчитывала юная эльфийка, а рассчитывала она оказаться не бесплотным духом, а покинуть этот мир целиком, но вышло, как вышло. В общем, своей очереди ей еще лет сто ждать, а то и дольше.

— И вот, — она развела руками, — я тут застряла.

— Мда… — согласилась, с масштабами катастрофы, — но если хочешь жить, то придется брать дело в свои руки, — пожала плечами, не придумав ничего лучше, — не знаю, что там за очереди такие, но будь понаглее, пробивайся, а я обещаю не биться головой об лопату, чтобы у тебя был шанс найти свободное тело. Договорились?

Я протянула руку и прикоснулась к зеркалу. Отражение чуть подумало, потом кивнуло, и я ощутила легкое пожатие.

— Вот и славно.

— В общем, счастливой тебе жизни… — внезапно пожелало отражение.

— А тебе счастливой смерти. Пока не найдешь, куда вселиться. И выбирай с умом.

Корнелия кивнула, и через секунду в зеркале снова была я. Что ж, настала пора поговорить с дедом.

Как ни странно, разговор прошел… хорошо. Он даже не особо удивился. Кажется, он давно понял, что я не настоящая Корнелия. Сказал, что читал о таких случаях в древних книгах, хотя и не верил.

— Может, все-таки останешься? — Он быстро перевел тему. — Как я тут один?

— Ты до моего приезда сто лет был один, и ничего.

— Не сто, — обиженно буркнул он, — всего восемьдесят семь.

— Ох, простите. Да и ты не один, вон, — кивнула на бабу Машу, — у тебя отличная компания. Осталось пожениться, а то как-то неприлично: женщина живет в твоем доме, а не жена. Подумай о ее репутации!

Баба Маша, поперхнулась воздухом и закашлялась.

— Не оставляй меня с этой чокнутой бабой! — Дед сорвался на крик. — Я же с ума сойду!

— С ума сходят, если он есть, а у тебя он давно то ли высох, то ли испортился. — Мариэль танцующей походкой подошла к деду, решительно взяла его под руку и притянула к себе. Дед заскулил. — Не волнуйся, Корнелия, я позабочусь о нем. Ну что, мой сушеный некромантик, мы с тобой теперь вместе навеки!

— Только ни это! — он попытался отстраниться, но хватка Мариэль была крепкой. — Она ж меня в могилу сведет!

— Ты забыл, что ее жизненная энергия связана с твоей? Если ты умрешь, то и она тоже.

— Ради того, чтобы испортить мне жизнь, в том числе и загробную, она и умереть не погнушается. Ты не знаешь эту женщину! — Дед пытался отодрать руку Мариэль от своего локтя еще раз, но безуспешно. — А после этого еще и загробную жизнь испортит.

— Ну в этом случае ты всегда можешь позвать меня, и я тебя упокою. Насовсем.

Дед сглотнул и как-то сник. Видимо, понял, что никуда ему не деться, придется смириться. Что ж, сам воскресил бывшую возлюбленную, пусть сам и разгребает. А нечего было непроверенные эксперименты ставить.

— Ладно, всем счастливо оставаться, меня муж заждался. Нари, — обняла девушку, — надеюсь, на свадьбу вы нас пригласите.

— Конечно. Ты столько для нас сделала. И вообще, мы же подруги? — подмигнула мне. Ох, чую, веселая ждет Маника супружеская жизнь.

Вышла к карете, у которой меня ждал Каррэт. Еще немного — и начнется новый этап моей новой жизни. И пусть прошлая не особо удалась, теперь я знаю: все случилось именно так, чтобы я получила желаемое. Пусть и не совсем тем способом, на который рассчитывала. Что ж, надо быть осторожнее со своими желаниями, они могут сбыться. У меня сбылись. Чего и всем желаю.

Села в карету, рядом опустился мой недодемон, смотрящий на меня влюбленным взглядом. И мы отправились навстречу приключениям, которых — я уверена — будет немало. И это здорово. Терпеть не могу скуку!