Глава 8
Россия, наши дни
– Дашка! Ну наконец-то!
Володя даже обрадовался. Интересно, чему? Тому, что Далина вставила в телефон старую сим-карту, обнаружила от него около двух сотен пропущенных вызовов и ответила ради интереса? Или другие поводы есть?
Далина решила уточнить при личной встрече и коротко спросила:
– Ты со мной встретиться можешь?
– Да, конечно. Приезжай домой.
Далина едва не зафыркала. Ага, домой, в барак, и там еще мамочка будет… Ей оно надо?
– Предлагаю встретиться в кафе. – Костя уже смотрел, что подальше от их нового дома. – «Азалия» подойдет?
Володя хмыкнул:
– Ну ладно!
– Через два часа.
– Может, чуть позже? Я недавно проснулся…
Далина посмотрела на часы. Ага, недавно. Времени – два часа дня.
– Если позже, то на следующей неделе. У меня дела, работа, ребенка растить надо…
В трубке явственно слышался голос мамочки, который требовал соглашаться. Человек не услышал бы или не разобрал бы слов, а Далина, с ее драконьим слухом, даже стук палки об пол слышала.
«Соглашайся… документы оформлять надо побыстрее! Лизочка долго ждать не будет!»
– Ну… ладно.
Про Лизочку Далина решила уточнить при личной встрече, а пока попрощалась и повесила трубку. Собираться? А зачем?
Она осмотрела себя в зеркале и осталась вполне довольна. Джинсы, майка, сверху свитер и ветровка – сойдет. Главное – тепло. Драконы вообще сродни змеям, то есть теплолюбивые. Да-да, великие повелители неба обожали теплые районы и не особенно любили холода и заморозки. Так что пещеры в горах и прочие сказки оставим на совести людей. В горах вообще холодно. Чем выше поднимаешься, тем холоднее, в небе – тоже. Так что… никаких высоких скал, никаких горных вершин, подножие скалы – в самый раз. Или уютная долинка.
Драконы могут летать на большой высоте? Могут. Но холод они прекрасно чувствуют. Они могут выдержать больше человека, но это им совершенно не нравится. Знаете, как противно, когда чешуя инеем покрывается, а хвост от холода не гнется и плохо маневрирует? И перепонки мерзнут… Может человек жить на Северном полюсе? Конечно! Но кто сказал, что ему там будет приятно и комфортно? А драконы что – хуже людей?
Им тоже тепла хочется, уюта, свитера из толстой шерсти и теплых носочков. Розовых.
Имеют право! И попробуй поспорь о правах с бронированным ящером!
Володя был неотразим. Один запах одеколона валил с ног даже в первом приближении. Далина расчихалась еще на улице. А остальное…
Оно тоже было на уровне.
Небрежно уложенные в модной стрижке волосы, начищенные туфли, явно недешевая одежда – Далина в местных модах не разбиралась, но видно же! Телефон с надкусанным яблоком на крышке, перевернутый так, чтобы всем было видно, папка с бумагами…
Интересно, те же самые?
Сейчас узнаем.
Далина опустилась за стол. Вовочка расплылся в улыбке, ожидая привычной реакции, а потом замер. Даже глазами хлопнул с довольно глупым видом.
Дашка на него с детства реагировала одинаково. Смотрела восторженными глазами, расплывалась в нежной улыбке, пара ласковых слов – и делай с ней что хочешь. Он, собственно, и делал. То есть он говорил, а Дашка делала. И домашние работы, и всякое такое, институтское, и уборку, и прочие неприятные дела, а что такого? Она ж считала, что Володя на ней женится, вот и старалась, угождала. Пока мать была жива, та еще как-то дочь в руках держала, да и с Ниной Викторовной ругалась почем зря, ну а когда старуха померла – кто бы им помешал? Подмяли, сели и поехали, еще и понукали.
А Дашка терпела.
Влюблена ж была как кошка, вот и ходила следом, хоть ты ее гони, хоть пинай… А сейчас что?
А сейчас смотрела на него ледяными глазами. И кажется, у нее глаза светлее были? Или нет?
Да кто там обращает внимание на глаза или волосы прислуги? Кто вглядывается в свою тень? В тряпку, которая тебе готова ноги лизать? Вот еще не хватало!
И волосы зачем-то покрасила.
Вова нахмурился:
– Ты что с собой сделала? Мне так не нравится!
Раньше его нахмуренных бровей хватало, чтобы Дашка краснела, бледнела, извинялась и делала все, как ему захочется. Даже если получалось откровенное уродство.
– Молодой человек, – один поворот головы, взгляд, и официант замер рядом с Дашкой по стойке «смирно». Только что честь не отдал. – Кофе. Мокачино. И пирожное «Наполеон». Две штуки.
– Кофе на соевом молоке, на обезжиренном…
Даша махнула рукой, останавливая угодливое перечисление.
– Молодой человек, мне нужно вкусно, а не модно. Мы друг друга поняли?
Официант кивнул и невольно улыбнулся.
Будешь тут ценить женщину, которая просто ест и наслаждается, а не выносит мозг всякими глупостями! Молоко такое, молоко сякое, калории, игнории… Знаете, как бесит иногда? Особенно когда она кривляется, не зная, что сейчас моднее, а ты стоишь и терпишь. Не знаете? Ваше счастье!
– Сейчас принесу.
И развернулся. Владимир аж воздухом подавился, забулькал.
– Водички, молодой человек?
– Н-нет! Пива! И жареных колбасок. И побыстрее!
– Какое пиво?
– Вот, крафтовое, – Володя ткнул пальцем в самую дорогую строчку меню.
Далина сощурилась, но ничего не сказала.
– Пиво сейчас принесу, колбаски будут готовы минут через пятнадцать, – не дрогнул парень. – Мы не в микроволновке разогреваем, у нас все свежее, жареное, с огонька…
– Неси давай!
Официант ретировался. Володя откашлялся и попробовал еще раз:
– Зачем ты покрасилась в этот уродский цвет?
Даша подняла брови. И как-то так посмотрела… Вот не сойти Вовочке с места, так на них майор Головин смотрел. Такая зараза… Просто смотрел, а ты себя уже чувствовал червяком. И хотел закопаться глубоко под землю, а то так огребешь!
Ну откуда ж бедняге было знать, что Далина примерно и была равна майору? А то и повыше.
– Ты сюда пришел обсуждать мою внешность?
– Эм…
Перед Далиной опустилась тарелочка с пирожными и чашка кофе, перед Владимиром поставили большой запотевший бокал с пивом, и он нервно отхлебнул янтарный напиток. Сморщился.
Дорого, а невкусно.
Впрочем, привычка никуда не делась. Если двадцать лет видел обожание в девичьих глазах и вытирал ноги о влюбленную дурочку, то поверить в ее прозрение мозг не поворачивался. Такого не может быть! По определению!
Небо голубое, вода мокрая, Дашка влюбленная… Просто за год от рук отбилась. А ну, к ноге!
– Дашенька, я же не просто так говорю. Ты знаешь, я хочу как лучше…
Далина сделала глоток кофе. И запустила ложечку в пирожное. Говорите-говорите, вы мне ничуть не мешаете. Вова стал злиться.
– Дашенька, я понимаю, ты можешь быть расстроена, обижена, но ведь армия – это важно!
«Ага, важно. Когда ты вылетел из института за тупость, даже мамочка не помогла, не было у нее столько денег, и отмазать тебя не было возможности».
Далина слушала. Кофе и пирожные убывали. Володя разливался соловьем, потом начал запинаться, потом замолчал… Горячие колбаски остывали и покрывались пленкой жира.
Далина отложила ложечку.
– Все сказал?
– Даша…
– Теперь по делу. Жениться будем? Дочь признавать собираешься?
Пиво пошло не в то горло и вылетело аккурат на колбаски.
– Чего?!
– Что неясно в моем вопросе? Ты свои обещания выполнять собираешься? А то пел сладко, лежал гладко, а теперь в кусты?
Ответом стали большие выпученные глаза. Ясно. Не согласен.
– Жаль.
Далина сунула под тарелочку деньги с чаевыми и поднялась из-за стола.
– Дашка, постой!
– Что? – удивленно приподняла бровь драконица.
– Дашка, а…
– А?
Володя понял, что сейчас она просто уйдет, и зачастил:
– Даш, мне надо на работу устраиваться, а там лучше, чтобы без детей, ты ж понимаешь. Ты подпиши мне быстренько документы, а потом, когда поженимся, я твоего ребенка признаю…
Далина криво усмехнулась. Не дочь. Не Василису.
Твоего ребенка.
Интересно, он даже не помнит, как ее зовут? Хотя чего тут выяснять?
– А зачем тянуть? Где тут загс? Поехали, подадим заявление. Думаю, на работе только обрадуются – не шантрапа какая, семейный человек пришел. Даже с ребенком.
Вова даже рот открыл.
– А… я сейчас не могу.
– Я тоже.
– Дашка!
Далина вздохнула. Потом взяла со стола папку и без малейших усилий порвала на две части. Вместе с документами. И уронила прямо в колбаски.
– А? – раскрыл рот Володя.
– Готовься, я подам на определение отцовства и алименты в ближайшее время. И будешь платить как миленький, – припечатала Далина. – Мне твои деньги не нужны, но для дочери я с тебя шкуру сниму.
И удалилась, не прощаясь.
Официант со злорадством глядел на парня, который вертел в руках две половинки папки. Плотненькой такой, красненькой… Потом выругался, расплатился и ушел из кафе. Папку, правда, с собой прихватил.
Видел официант таких… Гадина сиропная. И пакости от него можно ждать в любой момент. Дрянь человечишка. Хорошо, что девчонка не поддалась. Ничего доброго от таких и ожидать нельзя.
Поздно вечером Умар сидел в кабинете. Он только этим утром вернулся из Москвы, заглянул домой и сразу удрал на работу. Причина была уважительная.
Сидел, потягивал коньяк… домой идти не слишком хотелось. Там дети, шесть штук, там жена, там еще две тетки приехали, обе с семьями. Дом большой, но когда по нему штук четырнадцать детей разных возрастов носится – это уже перебор. И всем от него что-то надо, все чего-то хотят, шумят, галдят… Не будет он торопиться. Любовнице набрать?
Пожалуй, она ему надоела. Почти полгода встречаются, любовница уже начала показывать характер, чего-то требовать… Пфе! Такие, как она, годятся только для постели! Ни жениться на них, ни дела иметь…
Да, надо расставаться со старой любовницей, искать новую…
Кстати! А может, и не искать?
Если Дашку нельзя использовать на боях, то пусть по-другому отрабатывает. Если она с мужиком до свадьбы легла, да еще ребенка родила – значит, гулящая! Поговорить с ней? Фарид вроде собирался. Интересно, договорился или нет? Между делом Умар переключил камеру на зал, в котором обычно разминалась Далина, и замер у монитора.
Далина действительно была в зале. Одна. Занятие закончилось, и она решила чуточку размяться. Тело пока еще слушалось не так хорошо, как раньше, но постепенно, потихоньку она вспоминала пляску с мечами. Взяла из стойки две палки, подкинула в воздух, примерилась…
Умар смотрел завороженный.
Посреди зала двигалось… нечто. Девушка почти незаметно переступала ногами, и казалось, что она не идет, а плывет. Простые бамбуковые палки плясали в ее руках, то сливаясь в неразличимое облако, то вылетая вперед, то нанося удары, то отступая. Она то ли играла, то ли танцевала, и совершенно не казалось, что ей сложно, трудно; палки летали словно сами по себе, словно их ураганом крутило. И в глазу урагана стояла Далина.
Движения отточенные. Это драконица замечала у себя сотни огрехов, а со стороны – кто может увидеть неточность в змеином броске? Изящество смертоносного существа, смена поз и атак, удар, защита, опять удар, атака, жестокая и безжалостная, и добивание противника, и еще одна атака… так можно идти сквозь строй чужих солдат… и они падают, падают под неумолимыми клинками, брызжет во все стороны кровь, вываливаются внутренности, а женщина идет вперед, и ее не остановить…
Умару на долю секунды показалось, что в спортивном зале пляшет не женщина, а что-то другое – более сильное, древнее…
Да нет! Обычная баба!
Это ему просто показалось.
Умар покосился на монитор, на котором Далина без особых усилий взвилась в высоком прыжке, даже, кажется, зависла на пару минут в воздухе и приземлилась, раскручивая палки.
И снова удар. Одна из палок отлетела в сторону, и Далина нанесла удар голой рукой.
Словно сизые когти блеснули в полусумраке зала, и мужчине почудилось на них вырванное трепещущее человеческое сердце.
Кажется, не будет менять он любовницу.
Уж точно не на это!
И вообще, с такой связываться – себе дороже. А дураком Умар не был, иначе бы дома сидел и овец пас. Нет-нет, пусть эта бешеная делает что ей захочется.
Предупредил же его Хабиб, а Умар еще чего-то думал… Зря он даже мысль такую допустил. Гнать ее без оглядки! Чтобы такую в свою постель взять?
Умар ощутил, как боязливо поджался нижний этаж организма. Был бы хвост – и он бы под брюхо спрятался. Точно – к неприятностям. Не нужно ему такого. Исключительно деловые отношения.
Конечно, можно уговаривать себя, что это только баба, что с ней легко справиться, что против пистолета нет приема, но холодок бежал по позвоночнику и становилось жутковато. Наверное, он будет вести с ней дела честно.
Нет, он не испугался. Вот еще!
Просто такое мастерство легко не дается. А значит, есть еще учитель, есть другие, которые таким же владеют… Лучше – не рисковать. Целее будет.
Кстати! А Фарид что скажет? Вроде он был настроен серьезно? Разговаривал он уже с этой бешеной или нет пока? На нем и проверить можно, как Даша к такому предложению отнеслась.
Номер знакомого не отвечал.
Умар чуточку встревожился, позвонил еще по нескольким номерам, а потом решил новости посмотреть. И вот тут уже всерьез встревожился.
Как-то логично связались в его сознании танец девушки, настойчивость Фарида и пожар, который все так вычистил, что только кирпичи обгорелые от дома остались. И подкинутое кем-то оружие.
А если его подкинули, значит, был там кто-то.
Умар еще раз переключил камеру, посмотрел на Далину. Но баба же не может? Или…
Далина в это время как раз закончила разминку с клинками и кидала в стену мячик. Скромный такой, на двадцать килограмм. Кидала, ловила одной рукой, небрежно и даже изящно. Не нравились ей штанги, мяч был как-то ближе. Потом гантели взяла, на шестьдесят килограмм.
Посмотрел на это Умар и подумал, что жить хочется. А вот спать с такой женщиной – не хочется. Наверное, инстинкт самосохранения сигнал подал. «Не нужна! Не нравится! Не хочу!»
Он – мужчина и никого не боится. Просто эта женщина не в его вкусе. Страшненькая она какая-то, и вообще – фу!
Ардейл, замок Ланидиров
Библиотека…
Ридола шла сюда не просто так, ей нужен был один том из собрания Ланидиров. Даже не ей, Беннету.
Отправить в библиотеку капитана? Можно, конечно. Но не стоило забывать, что он черный. А Норберт… он любил Далину.
Лучше самой сходить, а потом дать книгу Беннету, и пусть задумается.
До библиотеки Ридола дошла. И даже внутрь зашла, а потом…
– О-о-о!
– А-а-а!
– А-а-ах!
Старость не сделала драконицу ханжой, и источник таких звуков она представляла. Один-то голос явно Норберта. А вот с кем он?
Хорошо еще, не у входной двери устроились, прелюбодеи, комнатку отдыха заняли. Ридола на цыпочках подкралась поближе к источнику звуков. Прислушалась… нет, не понять. Одни стоны.
А, нет! Вот сброшенные туфли. Синие, дорогие, золотом расшиты. И краешек синего платья, сорванного в порыве страсти, из двери выглядывает.
Рассина? Или кто-то из служанок решил покрасоваться и надел ее платье? Такое тоже может быть. Надо бы узнать точно.
Так, судя по звукам, у них процесс в разгаре, вон как задорно ухают и ахают.
Где там книга? В библиотеке Ридола ориентировалась ничуть не хуже Норберта. Метнуться к нужному стеллажу, вытащить книгу и спрятать в карман было делом минуты. А потом – за угол. И притаиться там, тихо-тихо. И ждать.
Да, ждать пришлось почти час, но дело того стоило. Из библиотеки действительно вышла Рассина. В том самом платье и туфельках.
Оказывается, Клаус у нас не Дубдраган, а Дуб-Роган?
Интересно… Ридола пока не знала, как использует эту информацию, но такое в хозяйстве точно пригодится.
– Скажи, твоя присяга обязывает говорить обо всем твоему хозяину?
Ридола гуляла в саду с ребенком. Беннет сидел рядом, смотрел на малыша. Он по-прежнему был равнодушен к маленькому Карлу, но что делать… если других ее частиц в мире не осталось.
– Нет.
– Что она вообще включает?
– Как большая присяга, только чуть покороче.
Ридола подняла брови:
– Сколько тебе лет-то было на тот момент?
– Пятнадцать.
– Беннет, и ты мне хочешь сказать, что в пятнадцать лет выговорил текст полной присяги своему другу?
Беннет удивленно посмотрел на женщину:
– А что там выговаривать? Следовать за другом, повиноваться во всем, не предавать, не поднимать на него руку, не злоумышлять… Этого мало?
Ридола застонала. А потом вытащила из кармана небольшой томик в синем переплете и душевно приложила дракона по лбу. Сидит тут, понимаешь, глазами хлопает!
– Ты серьезно?
– Что-то не так? – не понял Беннет.
Стон стал вовсе уж мученическим.
– Возьми книжку и почитай.
Беннет послушно взял томик и открыл:
– Клятвы, обещания, влияние крови на слово и последствия отката. Арлас Ланидир. Это дневник?
– Нет. Это он просто писал для потомков, ну и для остальных, потому что считал, что такие знания нельзя скрывать.
– Вот даже как?
– Клаусу не показывай.
– А если спросит?
– Сиди и читай, – рыкнула Ридола. – Ты никогда не задумывался, почему Далина поступила так, почему ты сам… короче – читай! Это то, о чем не расскажут в приютах! Некому! Да и проще вас так под себя подмять! Когда дракон о своей природе ничего толком не знает, он послушнее! Твой Клаус тебе еще и услугу оказал, просто вы не поняли. Прочитаешь – тогда разговаривать будем. Серьезно.
– О чем?
– Обо всем. И о Далине в том числе. Я ее сына нянчу, я и ее вырастила. Думаешь, она со мной не советовалась? То-то же!
Беннет вздохнул.
– Я прочитаю. Но клятвы необратимы…
– Ошибаешься. Клятва – это клинок, но какой стороной его повернуть… Первая часть посвящена формулировкам, вторая – откатам и расплатам.
– Я прочитаю.
Беннет не рассчитывал на чудо, но что он теряет? Полчаса на чтение? Это немного в сравнении с целой драконьей жизнью.
– А потом поговорим уже серьезно.
Россия, наши дни
Казалось бы, ночью торговый центр закрыт. И шуметь-греметь там никто не может, не должен. А поди ж ты!
Не успели выйти, как здравствуйте-пожалуйста.
Шум раздавался с парковки. У торгового центра их было две: одна подземная, но она на ночь закрывалась. Машину там можно было оставить, но выехать до утра не получится. И вторая парковка – рядом с центром. Правда, там мало кто решался машину на ночь ставить. Парковка образовалась стихийно, просто кусок пустыря оттяпали, и все. Там и деревья росли, и освещение было не очень, и половину камер местные жители перебили… А чего это всякие буржуи центры свои строят? Была тут помойка с бомжатником, свалка и гора мусора – вот и хорошо. А эти вперлись, понастроили, простому человеку теперь и выпить-то негде!
На подземной парковке было тихо и спокойно, а вот со стороны второй, надземной, раздавался возмущенный голос:
– Пусти!
Далина навострила уши.
Костя шел рядом, но явно ничего не слышал. Он же не дракон, а тут и шум города, и ветер, и голос не так чтобы громкий.
– Не хочу!
– Что, теперь ты не такая гордая? А визгу было!
Далина вздохнула. Вот куда она лезет? С другой стороны, чтобы проявилась драконья натура, необходим бой. Опасность, ярость, может, еще и кровь жертвы. И кого под когти пускать? Посторонних людей жалко, в клубе ей бои не предлагают, тренировки нужного уровня адреналина не дают, а тут само приползло!
Драконица жестом остановила Костю.
– Братишка, подождите здесь десять минут. Как свистну – идешь с Васькой на парковку. Можешь?
– Могу. А что там?
– А там кто-то потерял берега.
И судя по звуку пощечины и болезненному женскому вскрику – сильно потерял. Надо помочь найти. В один берег носом потыкать, в другой, а то и прикопать в источнике. Драконы – они ж отзывчивые! Вот Далина и отозвалась.
Маленькая красная машинка была эталоном дамской мечты.
Небольшая, яркая, даже кабриолет. Правда, Далина этого не разглядела. А вот светловолосую девушку увидела. И рядом с ней парня. Картина драконице не понравилась.
Девушка стояла на коленях, парень держал ее за руку, и явно «на излом», так что не подергаешься. Смотрел презрительно, зло… И пахло от него неправильно. Чем-то резким, химическим. От здорового человека так пахнуть не должно, даже если он обольется всеми духами мира.
Далина вежливо кашлянула. Парень обернулся.
– Это еще что?!
– Уборка территории, – абсолютно спокойно отозвалась драконица. Что у него во второй руке? Что-то стальное, острое… блестящее. Ей бы поближе подойти, чтобы он девушку не тронул.
– Чего?
– Ну, уборка. Тряпки, ведра, швабры, – заговаривала зубы Далина. – Вы тут не могли бы в уголок отойти. Я протру быстренько, только ведро возьму, а то меня начальство ругать будет…
Глаза парня – единственное, что виднелось над маской с оскалом черепа, – слегка осоловели. Да, подготовился человек. Капюшон толстовки на голову, маску на морду, и хоть завтра в террористы. Камеры тут не помогут.
– Тряпка… пошла вон отсюда!
– А начальство как же? Меня же премии лишат.
– Помогите! – пискнула девушка.
Парень еще сильнее вывернул ей руку, так что она взвыла и согнулась вовсе уж печально.
– Молчи, тварь! А ты пошла прочь…
Далине большего и не надо было.
Она уже оказалась почти рядом, на расстоянии удара. Почти…
Один шаг влево – и левая рука ударила бедолагу по самому кончику носа ребром ладони. А это и больно, и кровь начинает хлестать, если правильно ударить. На пару секунд парень потерял ориентацию. То, что надо!
Вторая рука пробила прямым в горло. Тоже надо уметь, иначе убьешь идиота, а это пока ни к чему. Далина могла бы, но был свидетель! И кто знает, какие у них отношения? Так что удар в горло, после которого оппонент мог думать только о дыхании. Левая рука отвела в сторону руку с лезвием.
Вот сволочь! Ну да, бритва – не холодное оружие. Обычное лезвие для бритвы, тоненькое, остренькое, а им, между прочим, очень серьезно можно изуродовать человека. Или вообще убить.
Не успел.
И девчонку сам отпустил. Получив удар по горлу, схватился за него, пытаясь понять, не перешибли ему шею начисто? Хрипел что-то… Еще одна польза от этого удара – не заорет.
Далина протянула девушке руку:
– Встать можешь?
– Да. А вы кто вообще?
– Так уборщица же, – ухмыльнулась Далина. – Мимо шла. Вот, мусор убрала.
Девушка стояла напротив и выглядела дорого. Высокая, с растрепанными светлыми волосами, чуть повыше Даши, на каблуках, в красном обтягивающем платье. Далина таких навидалась, пока наемничала. Чья-то женщина. Жена или дочь.
Чувствовался от нее запах больших денег, во всем чувствовался; и украшений куча нанизана – одних колец штук восемь. Золото, драгоценные камни, Далина чуяла.
– Так… Садись в машину. Поехали отсюда.
– А это? – Далина вежливо потыкала носком кроссовка хрипящего мужчину.
– А ему еще добавь, если несложно. Завтра отец его вообще зароет!
Далина пожала плечами и добавила. Благо, парень уже стоял на коленях, дотянуться было несложно. После такого удара в челюсть зубы не сохранить. Бегло охлопала тело, про огнестрельное оружие она уже знала, не хватало теперь спиной к такому повернуться.
– Достаточно?
– Хватит ему. А это бритва?
– Да.
– Козел! – Пинок от девушки был слабее, но душевнее. – Ладно, садись, поговорим.
– У меня тут еще двое детей.
– Где?
– Наверху. А нет… Костя, я кому сказала? Ты где ждать должен был?!
– Садитесь все! – решила девушка. И щелкнула брелком, открывая машину.
– Крутая модель. Это чего вообще? – Костя вертелся, как будто у него ежа под седалищем забыли. На такой машине он раньше не ездил и сейчас восторгался всем, от ручек до встроенного бара.
Далина вообще ни на каких машинах не ездила, так что ей было все равно.
– «Бугатти». Ограниченная серия[20].
– Реально круто! А фотку можно сделать? Пацанам расскажу…
– Сделай, – согласилась девушка. – Будем знакомы, Майя.
– Да… ша.
– Даш, спасибо тебе. Если бы этот гад мне лицо порезал… бр… даже думать не хочу. И обо всем остальном тоже.
Далина пожала плечами. Ну да, парень явно хмелел от осознания собственной власти, подзаводился, как от наркотика, и что бы он мог в таком состоянии натворить? Что угодно!
Потом бы волком выл: не думал, не хотел, простите идиота, но дело было бы уже сделано. Вслух она этого не сказала, нечего девчонку нервировать, да она и сама все понимает. Страшная это вещь – секундная безнаказанность.
– У него вообще мозгов нет? Или он мстил за что-то?
– Нет. Это мой бывший парень. Мы учились вместе, он за мной хвостом ходил, ну и однажды я решила: чего бы не попробовать? У меня отец в принципе без вывертов, он бы любого моего парня одобрил. А этот меня любит и неглупый… Не понимаю, что на него нашло?
– Правда? – иронично уточнила Далина. – Вот так и не понимаешь, и повода не было?
Майя чуточку смутилась.
– Ну… мы встречались, потом он меня замучил своей ревностью, и мы разошлись. И началось. Не доставайся же ты никому…
Видимо, это была цитата. Но Далина ее не знала, как и Костя. Так что вопрос был задан логично:
– А у тебя другой появился?
– Это громко сказано, – поморщилась Майя, – отец предложил посмотреть на сына его партнера. Парень нормальный, но у него своя девчонка есть, только бедная. И папаша заморочен начисто. Мой бы и дворника принял, лишь бы мне было хорошо, а у Влада – жуть лютая, статусно и денежно замороченная. Мы с ним поговорили и чисто по-дружески решили фотки делать, в соцсетях поститься, чтобы все нас считали парой.
– А потом? Это же не просто так?
– Нет, конечно. У него девчонка беременна, на сохранении, он бы отцу все выдал и так, но тогда там доносить без вариантов. А так я его до родов прикрою, а там пусть сам барахтается. Мне-то что? Похлопаю глазами, мол, не сошлись вкусами или характерами.
– А этот тип…
– Увидел и взревновал. Хотя мы с ним расстались почти полгода назад… ну, месяца четыре точно. И решил отомстить.
– На парковку тебя как занесло?
– Так от Влада сообщение пришло. Он просил приехать и подождать его пару минут, если задержится. Я приехала, вышла, жду, а тут…
– Сейчас с чужого аккаунта сообщение отправить как нефиг делать, – вставил Костя, – если хакера найти…
– Видимо, Леша и нашел. Повезло, что вы мимо проходили. Даша, а ты кто вообще? Кроме уборщицы?
– Тренер, – ответила Далина. – Так что да, тебе повезло. Сможешь нас высадить, где скажу?
– Зачем? Поехали ко мне!
– Зачем? – удивилась уже Далина. – Мы там что забыли?
– Ну… спасибо сказать.
– Так ты уже сказала, – фыркнула Далина. – Так бы мы или пешком шли, или такси пришлось бы вызывать, считай, сэкономили. Так что в расчете.
Майя внимательно посмотрела на девушку с розовыми волосами. Выглядела она вполне спокойно. Не собиралась просить денег, говорить о благодарности, как-то намекать…
Она сделала, что должна была, и прошла мимо. Все.
– С отца причитается. И с меня.
Далина покачала головой. Бессеребренницей она не была, но и брать за такое деньги? Парень явно неадекватен, потом ему будет стыдно… в больнице. И карманы его она обшарила, тоже компенсация.
– В качестве «причитающегося» ты мне скажи: у меня проблем с этим типом не будет?
Майя подумала пару минут.
– Нет, не должно. Я сейчас доеду до дома, поговорю с отцом, тот Лешкиному папаше все выскажет. Ты права, лучше вам в эпицентре не находиться. Да я вот сейчас… Подожди минуту!
Майя достала из сумочки телефон, потыкала в экран, дождалась ответа – и вдруг взвыла так, что Василиса едва не проснулась:
– Па-а-па-а-а! Он меня порезать хоте-е-ел!!!
Далина навострила уши.
– Что?! Кто?! Дочка, ты где?!
– Па-а-па-а-а!
Талант чувствовался. И было ведь с чего реветь!
Майя, размазывая сопли (и ведь тоже натуральные!) рассказывала, как злой Леша ее обманул – заманил – изуродовать хотел!
На том конце молчали, комментируя только междометиями. Потом стих последний всхлип, и папа принялся уточнять:
– Дочка, ты где?
– Меня тут выручили… Я на парковке у «Ленты»[21].
– А почему домой не едешь?
– Меня всю трясет. Пап, пожалуйста, пусть приедет кто-нибудь, а то я боюсь не доехать, у меня руки трясутся. И из машины выходить страшно, я сюда едва доехала. Па-а-па-а-а!
– Оставайся, где стоишь, заблокируй двери, ребят сейчас пришлю. Где, говоришь, на тебя напали?
Майя и сказала: а чего молчать?
– Сейчас и туда пошлю людей за видео. Все, сиди и жди. Заигрался Скобкин!
Майя хлюпнула еще несколько раз и отключилась. Посмотрела на Далину. На Костю. Василиса спала. Вот ведь идеальный ребенок, только с боку на бок поворачивается.
– Деньги я совать не буду, возможность отблагодарить найду. Телефоны у нас есть, не потеряемся. Даша, спасибо тебе… вам. Я не тварь какая неблагодарная, просто ты права, Лешка не из бедных, понимаешь? У него отец – адвокат, он ему и обучение оплатил, и сейчас отмазывать будет.
– Борьба тигра со слоном?
– Нет, не так все страшно. Отец, конечно, разберется, но не сразу. Поэтому вам лучше от меня держаться подальше, чтобы на вас не вышли. Но если что – сразу звони, поняла?
– Да. Кстати, может, твой отец на парковке не только записи найдет, но и самого героя. Я его хорошо приложила, да не один раз. Быстро не уползет.
– Да? – злорадство так и звенело в голосе девушки.
– Нос… нет, наверное, нос я ему не сломала. А вот несколько зубов точно выбила. Я качественно била.
– Хорошо, не убила.
– Я тоже так думаю. Хорошо. Удачи, Майя.
– Удачи, Даша.
– Далька, думаешь, будет польза от этой фифы?
– Вряд ли, – махнула рукой Далина. – Но ведь и мимо не пройдешь. Эта скотина ее бы точно изуродовала или поглумилась всласть. Так нельзя.
– Согласен. Поделом ему. Главное, чтобы из-за его папахена у нас проблем с законом не было. Это ж Скобкин…
– Ты слышал?
– Чего нет-то? Папаша не стеснялся.
– А Скобкин – это кто?
– Это у нас в городе адвокат. Такой, матерый и с хорошими связями. Обычно выигрывает, бабло стрижет, с судьями вась-вась…
– Примерно поняла. Думаешь, будут проблемы?
– Если б у меня сыночка так изуродовали, я бы разозлился. Тут зависит от ситуации. Кто кому вперед настучит, тот и прав будет. Но, наверное, нагадить постарается.
Далина пожала плечами.
– На-пле-вать!
– Нам терять нечего, кроме своих оков, – хохотнул Костя. За что и поплатился – всю дорогу до дома объяснял драконице, что такое пролетариат и революция. Хотя половину и сам-то не знал, увы.
Когда Далина легла, была уже глубокая ночь. Она устроилась поудобнее на диване, медленно вытянула перед собой руки. И улыбнулась.
Клыкасто так, душевно…
По тонким девичьим рукам бежали полоски алых чешуек. И пальцы были украшены здоровущими черными когтями. Уже вполне материальными.
Да, дракон – это бой, гнев, ярость, кровь. И чем больше она будет сражаться, тем скорее проявится ее зверь. А там можно и на Ардейл отправиться.
«Берегись, Клаус. Жди меня, и я приду. А можешь и не ждать, я все равно приду и спущу с тебя шкуру…»
Когти отблескивали синеватым в свете луны.
Ардейл, замок Ланидиров
Если бы кто-то оказался в укромном уголке сада Ланидиров, точно решил бы, что там прошел ураган.
Нет, Беннет не бился головой о деревья.
И о стены не бился. Но пару выплесков силы все же устроил.
Вот он дурак!
Нет, не просто дурак! Вдохновенный кретин! Идиот! Да как ни обзови, все равно мало будет! И сам, все сам, и даже не подумал, что может быть как-то иначе! На томик в синей обложке Беннет сейчас глядел как на святыню. Простыми и понятными словами Арлас Ланидир разъяснял своим потомкам, что такое клятва. Дракон – это плоть, кровь и магия.
Есть клятвы плоти, есть клятвы крови, есть клятвы магии. Да-да, три уровня. Первый и второй обойти можно, третий уже нельзя.
Какие бывают клятвы, как можно играть словами, что требуют алтари, какой откат и за что наступает… Ах, если бы Беннет это все знал в пятнадцать лет!
А если бы это знал Клаус?
Дракона аж мороз по спине пробрал!
Клаус… Да ему эту книгу давать в руки никак нельзя! Он бы точно не остановился и сейчас не остановится. Страшно это.
А еще есть клятва внутри клятвы; клятва, которая дается на клятву… да много чего!
Зато и со своими клятвами Беннет разобрался.
У него клятва плоти и крови. Магия не затронута. Причем клятва неполная, и Ланидир о таких упоминал и говорил, как ее можно обойти. Он клялся служить и защищать, беречь и хранить, быть верным и не лгать, подчиняться и идти за своим господином, не предавать и не бить в спину. Размытые формулировки, которые Клаус почерпнул… откуда? Он старался предусмотреть многое, но Арлас…
Что значит – не бить в спину? А в бок можно? Или в грудь?
Не лгать? А как насчет недоговаривать? Клаус не спрашивал про Далину Ланидир. Беннет и не говорил про нее. И про свои чувства тоже.
На прямой вопрос он может дать прямой ответ, но без него… Промолчать – не солгать.
Ложь умолчанием?
Запросто. Так же, как и убийство любовью и заботой. Пригласи к больному восемь врачей, и пусть они все пропишут свое лечение, и лечи! Твоя совесть чиста! Ты хотел как лучше, а что от такого и здоровый загнется… ну, бывает.
Можно ли избавиться от клятвы?
А можно! Если Клаус умрет, желательно не от руки Беннета. Или…
Да, есть и другие ритуалы. Но о них Арлас уже не писал в этой книге, просто упомянул, что с помощью родового алтаря можно многое. Но родовой алтарь Дубдраганов подчинялся Клаусу.
Или нет?
Он глава рода, но…
Но!
С алтарем может взаимодействовать любой член рода! А переход в другой род, кстати, меняет и плоть, и кровь. Так что клятвы благополучно погорят. Один минус – не все могут это пережить.
Правда, красные как-то исхитрялись. Они могли менять и кровь, и плоть, и магию.
Как? Не сказали. Видимо, это родовой секрет. Хотя к Ридоле Беннет с этим пришел. И ответом ему был искренний взгляд алых глаз.
– Не знаю. Не мой уровень. Далина знала, я нет.
– Далина… знала?
Ридола кивнула:
– Знала. И могла обойти любую клятву.
Беннет аж головой замотал.
– Но она вышла замуж за Клауса! Соблюдала все данные ему обещания! И… он ее убил!
Драконица продолжала молча смотреть на Беннета.
– Она это… позволила?
Длинные, несмотря на возраст, ресницы Ридолы опустились. Не прямое «да», но близко к тому.
– Но почему?!
– Драк, вы собирали сведения о Ланидирах?
– Да.
– Сколько сестер у Далины?
– Было три, осталось две.
– Сколько у них детей?
– Один… слабый.
– Сколько детей было у братьев Далины?
– Да их вообще нет!
Для Беннета в свое время это было большим облегчением! Да что там – радостью!
Он поклялся следовать за Клаусом, он так и поступал, но… чтобы получить контроль над алыми, Клаусу надо было убить всех Ланидиров. Будь у них дети, Беннету было бы сложнее. А так… глава рода уже старый, его сыновья взрослые, дочери замужем, а малышни в роду пока нет. Хотя сыновья были женаты достаточно долго. А правда – почему?
Последние слова он точно произнес вслух. Или думал так выразительно, что Ридола улыбнулась.
– А если попробовать ответить? Если вспомнить, что писал Арлас?
– Бесплодие или вырождение – это следствие нарушения взятых на себя обязательств перед родом.
– Абсолютно точно. Как только в роду уменьшается количество детей, надо искать или нарушенные клятвы, или вообще пренебрежительное отношение к своему кодексу, к алтарю…
Беннет схватился за голову. Ей-ей, после порки было легче!
– А думать всегда сложно, – подбодрила его Ридола. – Первое время вообще кошмар!
– Издеваетесь, драка?
– Есть немного. Ну так что скажете, драк?
– Если верить Арласу Ланидиру, алтарь всегда дает шансы. Трем поколениям. Первое поколение – количество детей уменьшается, потом идет резкий рост, но если это поколение не берется за ум, то оно становится бесплодным. Практически…
– Или рожает детей в другой род, тоже очень реально.
– Или так. Подождите, дед Далины имел одного ребенка, а именно отца Далины, и вот у него… выхотите сказать, что Далина – то самое, третье поколение?
– Алтарь – не любящая мамочка, вторых-пятых шансов он не дает.
– Но что такого сделал дед Далины?
– Прадед. Он пренебрег обычаями рода, дед последовал его примеру, отец тоже… Далина уже начала расплачиваться.
– Это ее болезнь в детстве?
– Да. – Ридола посмотрела на цветы, на малыша в колыбельке. Маленький Леонидас спал, не думая о родителях, о том, что он для отца – Карл. Ему пока не было дела до всей этой внутриклановой возни. – Далина умирала. Она чудом разобралась в своей проблеме, заключила сделку с алтарем и выполнила свою часть сделки.
– С Клаусом?
– Что писал Арлас о новой крови?
Беннет послушно открыл нужные страницы. Освежил знания в памяти, посмотрел на Ридолу.
– Минутку… оба сына старого главы были женаты…
– Внутри клана. На двоюродных-троюродных. Полезно для объединения денег, но это – не новая кровь.
– То есть вы хотите сказать… – Беннет потер лоб, потом ошалело полез в книгу проверять свои предположения. Потом воззрился на Ридолу как на оракула. – Далина просто… вывернула клятвы?
– Не совсем так. Сильно играть с формулировками она не могла, но ей помог сам Клаус. Ему ведь нужен был сын с кровью алых, чтобы управлять алым кланом. Для этого он – сильный черный дракон, глава своего рода, – пообещал первенца в чужой род.
Беннет схватился за голову.
– Да его ж за это…
– Правильно. Первенцев не отдают, – подтвердила Ридола. – Кстати, алтарь Ланидиров согласился бы и на второго и третьего сына, но если Клаус уперся? Он сам этого хотел, и Далина проводила все ритуалы, и он участвовал. При этом Клаус не ушел в род Ланидиров, Далина не ушла в род Дубдраганов. Фактически она родила продолжение рода от лучшего из возможных – от главы черных. А что он ублюдок и полукровка – это еще и лучше оказалось. Силы и ярости у него хватило, чтобы подмять под себя клан, но с родовым алтарем он связан намного слабее, чем другие драконы. К примеру, тот же Беннет Драган.
Дракон с размаху шлепнул себя по лбу, в голове зазвенело.
– Почему я чувствую себя таким идиотом?
– Потому что умным человека делают не клинки, а знания. Можно перерезать всех умников, только от клятв это не освободит и откаты не уберет.
– И Клаус теперь обречен? Откат случится, просто не сразу?
– Он обращался к алтарю за это время?
– Нет. Он даже из замка Ланидиров не улетал… ну, вы в курсе.
Ридола кивнула.
– До рождения ребенка у него был шанс что-то переиграть. Он, кажется, обращался к алтарю… раза два за тот год, который Далина носила ребенка?
Беннет кивнул.
– Для Клауса это скорее формальность. Он еще удивлялся количеству ритуалов, которые проводила Далина.
– Правильно. Удивлялся, потому что не разбирался. Фактически после смерти отца Далина стала главой рода, она же последняя из Ланидиров. Проводила все те ритуалы, которые должен был выполнять ее отец, забеременела, проводила все ритуалы для сына, причем муж участвовал добровольно и сына после рождения к алтарю принес добровольно.
– Получается, Клаус себя приговорил?
– Не сразу, но по сути – да. Первое же обращение к алтарю его или убьет, или покалечит так, что он даже перекинуться не сможет.
– И я должен ему об этом сказать.
– Должен? Или хочешь?
Беннет прислушался к себе.
Нет, здесь и сейчас клятва ничего не требовала. Если бы он знал раньше, когда Клаус ввязывался в эту авантюру, то был обязан предупредить. Вот тогда это засчитывалось бы алтарем как защита. А сейчас – как?
Никак. Чего крыльями махать, когда уже голову оторвали? Все уже было сделано, оставалось принимать последствия.
– Клаусу еще можно как-то помочь?
– Вряд ли. Далина могла бы, но…
– Понимаю. Получается, Клаус погибает, не оставив наследника, и в клане начнется…
– И клан черных, и лично род Дубдраганов ждут тяжелые времена. Но они меня не волнуют. Да и тебя тоже не должны.
– Почему?
– Потому что Клаус не озаботился полноценно принять тебя в род. Ты же Драган, не Дубдраган!
– Род меня рассматривает как телохранителя главы, как кровного родственника, но дальнего порядка. Все верно. Клаус меня не принимал, выбрал из того, что предложил алтарь.
– А чтобы принять, нужны ритуалы. Опять же, возвращаясь к этому, сколько Далина с алтарем работала?
– Много. Я понял: мы с Клаусом самонадеянные идиоты.
Ридола пожала плечами.
– Вполне возможно, что вы – идиоты, которыми воспользовались, чтобы расчистить себе дорогу. Я не знаю, что творится в клане черных, но наверняка есть кто-то…
– …кто подхватит власть из лап мертвого Клауса?
– Да.
– Я попробую вспомнить. Наверняка есть.
– Опять же, двое мальчишек из приюта – и такая карьера. Может, вам кто-то помогал? Это и предательством не считается, если что, просто помощь. А решение стать главой черных, убить предыдущего главу – это уже решение лично Клауса.
– Нас использовали?
– Дурака всегда используют. Это закон жизни. Если у тебя не хватает знаний, тебя обязательно куда-то втянут.
Беннет растер лицо руками.
– Голова кругом. Но Далина не рассчитала всего, она умерла…
– Она рассчитала, что могла. Это намного больше того, что она могла получить, я знаю.
– Смерть?
– Иногда смерть – начало новой дороги.
Этого Беннет не понял и махнул рукой:
– Ладно, а что теперь мне делать?
Ридола ухмыльнулась:
– Если несложно, слетай передай письмо? Далина просила.
– Далина?
– Она рассчитывала, что у нее будет чуть больше времени после родов, но подстраховалась. Сможешь? Желательно никому об этом не рассказывая?
– Кому?
– Драк Истанар. Старший, Эддар Истанар.
– Не Тандилар?
– Нет.
– Письмо прочесть дадите?
Ридола молча извлекла из кармана свиток и сунула Беннету:
– Читай, не запечатано.
Беннет принялся читать. И спустя пять минут захлопал глазами.
– Это что?
– Описание похода и битвы. А что тебя удивляет?
– Ну…
– Далина с ним и раньше списывалась. Так получилось. Она и другим дракам писала, ей же надо было знать, что творится в клане. И о себе рассказывала. Истанару это было интересно. Походы, битвы, кто сделал, что сделал… Дракон, который не знает историю, лишится и хвоста, и чешуи.
– Но это же люди!
– И мы должны знать, что от кого можно ожидать.
Беннет только головой потряс. Мыслей в нее набилось так много и они были так плотно спрессованы, что даже на уши давили.
– Кажется, у меня мигрень начинается.
– Ничего страшного, обезболивающее в замке есть.
– Слов у меня нет. Письмо я отнесу и никому не расскажу. Даже Клаусу, если не спросит впрямую.
– Вот и отлично. И читай умную книжку, тебе еще с клятвой разбираться.
– Если Клаус умрет, клятвы меня и так отпустят. Автоматически.
– После чего ты станешь Драганом, младшей ветвью Дубдраганов, и получишь все, что к ним относится. Автоматически, – передразнила его Ридола.
Беннет застонал и покосился на рядом стоящее дерево. Растение его энтузиазма не разделяло. Болит у тебя голова? Так ты о камешек ей постучи, о стеночку! Они не живые, им не больно, а о древо такой твердой головой биться не надо, ему это ни к чему. Ему еще расти и расти.
Пискнул в колыбельке маленький Ланидир.
– Кормить пора, – кивнула Ридола. – Проводите нас в замок, драк?
– Конечно, драка.
Книга исчезла за пазухой у Беннета, письмо тоже. А больные глаза… и что? Ему вон как недавно досталось! Тут и глаза больные будут, и голова, и спина… Хорошо еще, сам ходит и разговаривает. Никто и не удивился даже.
Россия, наши дни
– Даша, зайди к начальнику. – Секретарша на пороге зала и себя показывала, и на других посматривала. А то ж! Могла бы и просто позвонить, но прогуляться приятнее. И она вся такая на контрасте, ухоженная и элегантная, среди спортсменов…
– Хорошо. Сейчас занятие закончится, и сразу бегу. Не срочно же?
– Минут десять или пятнадцать потерпит.
– А я как раз закончу. Спасибо.
Секретарша кивнула и ушла. Далина развернулась к ученикам и отправилась поправлять клинки.
– Ну кто ж его таким хватом держит? Это что – баба? Чего ты вцепился, как в хвост дракона! Отпусти, лучше будет! Кисть расслабь… Так, понятно. Укреплять кисти не пробовал? Записываем. Берем шест во-от таких размеров и толщины и держим перед собой. На вытянутых руках. Сколько? А вот пока руки отваливаться не начнут, так и стоим. Лучше каждый день, по два раза в день. Или по три. Нет, это не издевательства. Это – упражнения!
Умар посмотрел на Далину. Потом опустил глаза в стол, переставил фигурку, вернул ее на место.
– Я хотел поговорить…
– Слушаю.
– Не обижайся. Мне не нужны проблемы.
– А я их доставляю?
– Я просто не хочу нарываться. И тебя обижать не хочу. Ты с Фаридом разговаривала?
– Нет. – Далина и не соврала. Она не разговаривала, она просто убивала.
Не прокатило. Умар поднял глаза от стола и мрачно поглядел на девушку.
– Я не хочу проблем. И я знаю, что ты не простой человек. Я с Хабибом говорил… слушай, давай я тебе пособие за три месяца выплачу. Только уволься сама, хорошо?
Далина пожала плечами. Она и так уволиться собиралась, просто чуть позднее. Кстати!
– Потому меня ни на какие бои и не ставили?
Умар кивнул.
– Не обижайся. Хабиб сказал, что ты – убийца.
– Чего уж на правду-то обижаться, – вздохнула Далина, опускаясь в кресло. – Ладно, без претензий. Пособие за полгода – и я отсюда уберусь.
Умар кивнул. Что для него полугодовая зарплата тренера? За неделю отобьет, не на одном, так на другом.
– Договорились. А все же? Хоть пару слов – я прав?
Далина припомнила все, что рассказывал ей Костя, и печально посмотрела на собеседника.
– Не все фильмы врут. Люди Икс, конечно, сказка, но работы в этом направлении ведутся, и у нас, и у них… Дальше уточнять? Убийцы тоже нужны, всегда будут нужны.
Умар и не сомневался.
– И ты…
– И я, и мои родители, это давно тянется, – в этот раз Далина даже не соврала. – Это не самое страшное из того, что я умею, просто зрелищное. И Хабиб прав. Меня учили максимально быстро и эффективно убить врага. Не бороться красиво на потеху публике. Я могу, но… неудобно. Руки не туда все время тянутся, приходится себя останавливать.
Умар кивнул.
– Я подозревал. Я видел, как ты тренируешься…
Далина пожала плечами. Красивый черный шарик на бронзовой подставке давно привлекал ее внимание. Настоящий, обсидиановый, тяжеленький…
– Можно?
Когтям дракона он поддался с легкостью, как апельсин. Далина их даже не выпускала сильно, а шарик словно бы сам распался на четыре части с чуточку неровными срезами.
– На память.
Умар осторожно взял шарик, поежился.
– Ты и металл так можешь?
– Все могу. А что?
– Ничего, – отчеканил мужчина. – Вообще ничего. Ты на меня точно зла не держишь?
– Слово даю.
– Ну и ладно. Иди в бухгалтерию, две недели отрабатывать не заставлю.
Далина махнула рукой. Ну и ладно, ей уже пора готовиться к отъезду.
– Ребят бросать жалко. Материал хороший.
– У пчелки жалко. Ты им свой телефон давала?
– Нет.
– Вот и не надо. Пожалей мальчишек, не нужны им такие умения.
Далина пожала плечами еще раз. Она бы поспорила, но если просят…
Кое-чему она парней научила, а дальше кто захочет, тот найдет себе подходящего учителя.
– Рада была познакомиться.
– Я тоже… рад. Прощай.
– И вам не хворать.
Это было явно окончательное прощание. Но Далина не была в претензии, Умар ее не обидел, и она его не тронула. Ведешь себя правильно – и все будет хорошо. А если ты возомнил себя хозяином жизни, за то и получил. Когда за женщиной закрылась дверь, Умар выдохнул. Дураком он не был и понимал: есть вещи, от которых лучше держаться подальше. Расстались по доброму согласию? Вот и отлично. И обманывать он не станет.
Загадка? Тайна? Любопытство?
Последнее он прикрутит, а от первых двух лучше держаться подальше. Тогда и поживешь подольше.
Ардейл, замок Истанаров
Три сотни лет – это не только опыт. Это еще и мудрость, и характер. Конечно, иногда возраст приходит, а ум не успевает дойти, но это не драконий случай. Среди драконов дурак столько не проживет.
Эддар Истанар дураком не был никогда. Сам о себе он честно говорил – большая сволочь с мерзким характером и дурными привычками. Говорил правду, но ему почему-то не верили. А зря.
Не прожил бы Эддар столько лет, раньше бы сожрали. Поводы были, и не раз. И за власть ему погрызться пришлось, и когда с первой женой расходился, и когда сын решил, что отца загрызть можно, и когда вторую жену Эддар отбивал у ее жениха… Между прочим, жених был в два раза моложе Эддара, только Милисент это не остановило и не удержало. Ушла, только крылом махнула.
Лучше с Эддаром жить сколько предки пошлют, чем с кем-то другим всю жизнь.
Вот уже лет тридцать вместе, и сын у них растет… перспективный мальчик. Старшие все же более мягкие, а младший весь в отца. Оно и к лучшему. Преданность семье у Эддара тоже была в крови. Вот он уйдет, младший будет мать защищать.
Но это еще не скоро. Если повезет, лет тридцать Эддар еще пролетает, если в глупые аферы не ввяжется. Вот что делать с Тандиларом? Сдавать Томроя или не сдавать?
Участвовать в его затеях точно не стоит, он дурак. Такой и сам пропадет, и всех подставит. Но если его не остановить сейчас, он и дальше будет плести интриги и попадется. Тут не то что Дубдраган узнает, тут и сирены в курсе будут. Идиот же!
Но если его сдать…
Истанар-то наверх не лез. Сил у него хватало, и связей тоже, и, положа лапу на сердце, среди алых он мог бы занять и второе место. А может, и первое. И с Ланидирами разобраться… мог бы. А оно ему надо?
Это дураки к власти рвутся, а умные другое понимают. Лучше не у власти, а так, в тени. Пусть кто-то другой и все дела тянет, и всю ответственность несет, а ты себе в стороночке стой; главное, чтобы вовремя от последствий увернуться.
Неблагородно? А драконы отродясь глупостями не страдали.
Доблесть, благородство…
Врага надо загрызть! Не получится загрызть – заплюй огнем! Сядь сверху и раздави! Да хоть что сделай, главное, за спиной не оставляй, а то вцепится в хвост – света не взвидишь!
Драк Эддар Истанар-старший
Не нужна Истанару власть. И рядом с властью не нужно.
А теперь считаем. Ланидиров – нет. Малыш пока не в счет. Если Тандилары тоже будут уничтожены, следующие – Арейны. А потом и Истанар. И если сейчас привлечь к себе внимание, он легко обойдет Арейнов и окажется «на коготке» у Дубдрагана. А не хотелось бы. Черный дракон слишком опасен и непредсказуем.
Это недостаток?
Сложно сказать. Когда это идет от ума – все в порядке, Истанар и сам сволочь не из последних. Но в Дубдрагане было безумие. И вот это старому дракону весьма и весьма не нравилось.
А еще Дубдраган многого не знал. Оно понятно – приютское воспитание, тяжелое детство. Эддар был в курсе и дракона уважал за силу, ярость, целеустремленность.
Но… Жизнь такая. Можно пробиться наверх на ярости, гневе, боли, везении… могут быть любые ветра, которые вознесут тебя на вершину. Но чтобы удержаться там, нужны уже не крылья, а когти.
Знания и еще раз знания!
Знания, драконы, деньги… Истанар мог бы перечислить многое. Сам он, будучи главным в своем клане уже больше двухсот лет, чего только не перевидал и мог сказать определенно: Дубдраган не удержится надолго. Это однодневка. Опасная, зубастая, но лет десять, не больше. Потом его сожрут. Правда, тем, кого он с собой утащит в пропасть, легче не будет.
Вот и сиди, Эддар, у камина, вот и смотри на огонь, лапу вперед протягивай, играй с языками пламени, думай о своем.
Как вывернуться? Как и род, и клан сохранить?
И словно ответом на его вопрос к предкам раздался легкий стук в окно. Эддар медленно повернулся, руки превратились в две лапы, окутались огнем.
Мужчина, который стоял снаружи, поднял свои ладони, показывая, что безоружен.
– Я пришел с миром, можете клятву взять.
– Клянись.
Рук Истанар не опускал и огонь тоже не убирал. Беннет Драган! Что этому приспешнику ублюдка надо в его замке?
Беннет тем временем поднял левую руку, выпустил коготь на правой и вспорол вену. Капли крови упали на подоконник, пока – снаружи.
– Кровью, плотью и магией. Клаус не знает, что я здесь, и я не стану ему этого рассказывать по доброй воле. Меня просили передать письмо от Далины Ланидир, и более ничего. Других целей у меня нет. Клянусь здесь и сейчас не причинять вреда Истанарам до конца моего визита.
Эддар медленно кивнул.
– Принято. – И свел вместе руки. Окно открылось пошире. – Проходи.
Беннет шагнул в комнату, не слишком далеко отходя от окна. Это ж он поклялся, а не ему. Его-то вполне убить могут.
Проклятый Арлас! До прочтения его книги Беннет и не задумывался, какой сложный этот мир.
– Вот, – свиток он просто положил на пол.
Истанар вытянул руку вперед, и Беннет молча наблюдал за комплексом сложнейших заклинаний, которые окутывали бумагу. Как она еще не загорелась-то?
– Все чисто. Что ж, молодой драк, проходите. Вино будете?
Смешно сказать, в обычной жизни сам Эддар предпочитал яблочный сок. Вот нравилось ему – вкусно, приятно. Вино? Да, для гостей он держал хороший погреб, со знанием дела рассуждал о цвете, вкусе, плотности, запахе, кислинке и горчинке, или что там еще понадобится, но удовольствия от вина не получал – никакого. Но предлагать Драгану яблочный сок?
Решит еще, что издеваются.
– Воды нет? – поинтересовался Беннет. – Мне еще домой лететь, не хочу вино.
– Сок будешь?
– Буду. Не отравлено?
Эддар хмыкнул, произнося стандартное: «Не причиню вреда во время этого визита», и Беннет чуточку расслабился.
– Спасибо.
– Не стоит благодарности. Я ждал письмо, но почему его принес именно ты?
– Меня попросили.
– Далина?
– Нет. Она со мной и не разговаривала даже.
– Значит, Ридола. Как там старая зараза поживает? Еще не всех сожрала?
– Пока нет.
– Ну и хорошо.
– Ответ будет?
– Нет. Зачем? Да и кому, если Далины нет. Скажи Ридоле, что отдал, да и хватит того.
– Скажу.
Несколько минут драконы молчали. Пили сок, изучали друг друга. Беннет подметил, что двигается Истанар, несмотря на возраст, легко и даже изящно. Явно и в бою не оплошает, и женщины на него ругаться не станут.
Истанар тоже разглядывал сидящего напротив дракона.
А ничего так, внешне симпатичный, это тоже показатель. Да-да, чем сильнее дракон, тем благороднее у него внешность. Высокий лоб, четкие скулы, острый подбородок, большие яркие глаза, густая грива волос, понятно, черных. Угольно-черных, без малейшего проблеска иного цвета.
Сам Истанар – алый, и глаза, и волосы у него до сих пор цветов клана. Седина, конечно, но это возраст.
Если сравнивать Клауса и Беннета, первый – беспородная ящерица. Низкий лоб, приплюснутое лицо, маленькие глазки, короткие волосы с проплешинами… Да, видно, кто тут породистый драк, а кто просто так.
– Погода сегодня хорошая, летная.
– И звезды отлично видно. Не хотите еще сока, драк?
– Спасибо, не откажусь.
– А то и просто в гости прилетайте. Поговорим… да, обо всем. Вот как вы к искусству относитесь?
– Никак. Я о нем почти ничего не знаю, в приюте рос.
– Вот я вам и расскажу. О поэзии можем поговорить, о живописи… на эти темы можно говорить спокойно. А то решите, что я секреты вашего друга выведать стараюсь.
Беннет фыркнул:
– Плохо стараетесь.
– А вдруг получится? – развел руками Эддар. Хотя отлично заметил, как при слове «друга» дернулся уголок губ Беннета, и выводы сделал. – Сейчас одно спрошу, второе, а дальше – как в детской сказке. Коготь за лапу, лапу за голову…
– И что вы хотите услышать?
– Какие отношения у Дубдрагана с Радданами? Вы в курсе?
Беннет ненадолго задумался.
– Пожалуй, что никаких. Это не самый заметный род черных, так что Клаус с ними общается очень мало.
– То есть вы не знаете.
– Что именно я должен знать?
– К примеру, откуда ваш старший друг взял деньги на наемников?
– Это я знаю. Да, ему эти деньги дал Итор Раддан, под проценты и в долг.
– Как мило! Хотя я и так это подозревал. А с чего такая щедрость – не знаете?
Беннет вздохнул. Не хотелось ему врать этому красному. Просто не хотелось.
– Вы в курсе, что случилось с сестрой Итора?
– А, это когда она вешалась на племянника главы клана, напоила его вусмерть, но, протрезвев, бедняга все равно не стал жениться?
Беннет рот открыл так, что оба ряда зубов стали видны.
– Э-э?
– Неужели вам рассказали версию с несчастной обесчещенной девушкой? – откровенно развеселился Эддар.
– Ну… да.
– Молодцы! И вы поверили?
Беннет пожал плечами.
– Я знал, что она девушка вольного нрава. Но кто сказал, что таким не бывает плохо или больно?
Эддар посмотрел с неожиданным уважением:
– Хм, тут ты прав. Но тому случаю я сам был свидетелем, не сомневайся, все было по доброй воле.
– Допустим. А почему вы вообще об этом заговорили?
Эддар покачал головой. Огонь бросил красный отблеск на седые волосы.
– Я не смогу рассказать тебе это просто так, мне нужна будет твоя клятва.
– Какая именно?
– Поклянешься, что не расскажешь Клаусу о нашем разговоре. Твоя присяга это позволяет?
Беннет кивнул:
– Позволяет. И я хотел с вами о ней поговорить. Ридола сказала, что вы хорошо разбираетесь…
– Тогда расскажи-ка ты мне сначала о своей клятве, а потом уже я тебе расскажу, что меня позабавило.
Пересказывать свою историю второй раз было намного проще. Эддар оказался благодарным слушателем, не перебивал, поддакивал в нужных местах, не осуждал и не ругался – что еще требовалось? Беннет и сам не заметил, как оказался стоящим в центре зала, да еще в нарисованной шестиконечной звезде, а Эддар вписывал в углы какие-то символы, ругался, задумывался, потом опять начинал заново. Наконец закончил, капнул чуточку крови на символ в верхнем луче, махнул Беннету – мол, замри.
И принялся внимательно изучать темное облако, которое проявилось вокруг тела дракона. Может, и час изучал бы, и два, но сквозняк помешал. Полчаса-то Беннет точно простоял, а потом пролетел ветерок, пощекотал, где не надо, и мужчина от души чихнул.
Эддар поморщился, но облако рассеивалось, да и… с его-то опытом ему и пяти минут хватит на диагностику. Еще двадцать минут ушли на мысли о том, как можно разрушить клятву и что за это попросить.
– Ты ведь имеешь представление о клятвах?
– Теперь уже да. Прочитал кое-что в библиотеке Ланидиров.
– Вот и отлично. Если что-то не поймешь, говори, не стесняйся.
– Хорошо.
– На тебе сейчас клятва плоти и клятва крови. Магия твоя не затронута, только тело. То есть душа повреждена не будет, если рвать. Ты не потеряешь в силе, твой род не пострадает.
– Это радует.
– Говоря «твой род», я имею в виду твоих потомков.
– У меня их пока нет.
– Это мне известно. Теперь поговорим о твоих клятвах предметнее. Во-первых, ты еще не прошел инициацию, то есть не перекидывался в дракона, когда их давал.
– Да.
– И их можно разорвать. Думаю, ты не слишком сильно пострадаешь при этом и откат будет небольшим. Ты давал клятвы не всерьез, вот они и легли в лучшем случае наполовину. Правда, при этом использовались твои плоть и кровь, а это чуточку затрудняет дело. Я могу тебе помочь, но… Клаус тут же узнает, что ты свободен. Связь-то между вами все равно есть.
– Я пару раз чуть не сдох из-за нее.
– По своей же вине, – развеселился Истанар. – Дракон – это еще и магия. Ты принимал все всерьез, твоя магия принимала клятву, фактически ты огребал не от Клауса, а от себя самого. Но все равно получил бы, просто слабее.
Беннет скрипнул зубами.
– Получается, если я хочу свободы, мне надо сразу и бежать?
– Не думаю, что тебя отпустят добром.
– Нет, не отпустят. Скажите, а что вы возьмете в уплату за разрыв?
Эддар пожал плечами.
– А что с тебя вообще можно взять? Деньги, что ли?
Беннет понял. Чтение записей алых драконов даром не прошло.
– Что вы хотите взамен?
– Я подумаю. Я правильно понимаю: мчаться в неизвестность с голым хвостом не входит в твои планы?
– Нет. Я подготовлюсь… думаю, месяца мне хватит. И потом приду к вам.
– Вот и я подготовлюсь. Сам понимаешь, возраст у меня уже не тот. Порвать твою клятву можно, но мне это сделать будет сложнее, чем сто лет назад. А плата… Долг, услуга – сам понимаешь.
– Понимаю. Условия оговорите?
– Оговорю. А пока могу чуточку ослабить нити, так, что ты сможешь обходить приказы своего хозяина.
Беннет кивнул:
– Если можно. Что в качестве оплаты?
– Все, что сможешь узнать про своего хозяина и Радданов. За десять дней управишься?
– Постараюсь.
– Вот и прилетай так же, в гости. Буду тебя ждать. Днем раньше, днем позже, не страшно.
– Спасибо, – от души сказал Беннет.
– Пока еще спасибо говорить рано. Давай раздевайся, а я пока делом займусь. И крови мне вот сюда нацеди, – Эддар снял с камина ритуальную чашу из сердолика и поставил перед Беннетом. – Даю слово, что не причиню вреда и использую твою кровь, только чтобы ослабить лежащие на тебе узы.
Беннет молча полез за клинком. Не в его положении отказываться от такого. Осталось еще выяснить, чего от него в обмен захочет Ридола.