42. Медсестричка

— Добрый день, мисс Бентон… — голос его скрипучий и неприятный. — Доктор Браво на днях уволился. А я ваш новый врач. Меня зовут Ларри Кокс. — Представляется он. — Надеюсь, у нас с вами не возникнет проблем. Я слышал, доктор Браво провёл с вами большую работу и добился грандиозных успехов.

Очень большую работу и очень грандиозных успехов.

— Что-то вроде того, — бормочу, пряча глаза.

— Вы садитесь. Сейчас… — он отставляет чашку с недопитым кофе на край стола, где уже стоят две точно такие же. — Я посмотрю ваши анализы, и мы побеседуем.

Сажусь в кресло напротив и нервно тереблю край платья. Почему-то сегодня мне захотелось надеть что-то более женственное… Вполуха слушаю нового врача, хотя мыслями я совсем не здесь. Почему Док уволился? Из-за меня?

После произошедшего, я не имею права оставаться твоим лечащим врачом.

И тут меня разбирает злость. За три месяца ни одного звонка своей пациентке, которую он так мечтал вылечить. А теперь вот ушёл молча, не посчитав нужным даже попрощаться или объясниться.

— Показал беременность… — доносится, будто сквозь толщу воды.

— Что?! — губы не слушаются, в горле пересохло.

— Анализ крови показал беременность… — терпеливо повторяет новый врач. — Вы знали?..

— Да…

Сплетаю пальцы, пытаясь унять дрожь. Может и хорошо, что Док больше не мой врач? Некоторым тайнам лучше не просачиваться на поверхность, а храниться у сердца. Там, где уже в унисон бьётся второе.

— Не объясните?..

— Это ведь моя личная жизнь…

— Понимаю. Что ж, обрисуйте в общих чертах.

— Понимаете… Я подрабатывала в магазинчике на турбазе… Хозяин угодил в больницу, а я помогала его жене. Ну и познакомилась с одним мужчиной… — вспоминаю парня в вязанной шапочке. — Он спросил мой номер…

— А он уже знает о вашем положении?..

— Ещё нет… — улыбаюсь натужно. — Я решила сказать после приёма. Мало ли…

— Понимаю… — врач вдруг дарит мне улыбку — пожелтевшую от большого количества кофе. — Значит, ваша личная жизнь устроена?

— Ага, Сэм такой замечательный… Заботливый, весёлый, добрый… — перечисляю несуществующие плюсы, загибая пальцы.

«Не забывай улыбаться…. — уговариваю себя. — Ты ведь счастлива с мифическим парнем…»

Тем временем доктор Кокс перебирает анализы, ковыряется в результатах — выискивает, вынюхивает, как охотничий пёс. Ничего, лишь бы в душу больше не лез.

— Так… Так-так… — поглаживая бородку, бормочет он. — Следов лекарств не выявлено никаких…

— В моем положении это категорически запрещено. — Объясняю я. — Да и кошмаров почти не бывает. А если иногда случается, Сэм сразу же меня будит, обнимает крепко и все проходит.

Вру безбожно, стараясь говорить весело и непринуждённо. И кому какое дело, что на самом деле моя постель чудовищно пуста и холодна?

— Что ж… вижу, что вы и правда в порядке. С лёгким сердцем и чистой совестью отпускаю вас домой. Но контрольный приём мы, конечно, ещё раз проведём через три месяца. Буду ждать вас в июле. И вот ещё что… — он открывает ящик стола, едва не смахнув локтем пустые чашки. — Моя визитка. Звоните, если вам станет хуже, появятся какие-то вопросы или просто захочется поговорить.

— Спасибо! Обязательно! — ещё раз натужно улыбнувшись, я поднимаюсь. — Всего доброго…

Выскользнув за дверь, вздыхаю судорожно несколько раз, прежде чем уйти, и вдруг замечаю табличку возле двери.

Доктор Кокс. Психотерапевт.

Я так боялась встречи с Доком, что не обратила на нее внимания. А следовало.

Бреду по коридору к лестнице. Мне бы радоваться — все прошло как нельзя лучше, и на ближайшие три месяца я свободна. И все же горечь в душе не даёт насладиться свободой, потому что сердце моё не на свободе, а взято в плен.

У лестницы сталкиваюсь с той самой медсестричкой… Как её там? Сесилия? Неизменный короткий халатик, декольте и обольстительная улыбка — всё при ней, как обычно.

— Доброе утро, мисс Бентон. — Здоровается она.

— Доброе… — отвечаю я. — А… а вы не скажете… доктор Браво, он…

— Ник написал по собственному… Подал заявление сразу же после вашего отъезда. Отработал три месяца, пока ему не нашли замену. Вчера у него был последний рабочий день… Мы даже вечеринку устроили прощальную. Повеселились знатно, до сих пор голова тяжёлая. Разошлись после полуночи… Поздно уже было. Хорошо, что Ник меня проводил до дому. Настоящий джентльмен… — она мечтательно улыбается. — А вам он зачем?

— Да так, поблагодарить… — к горлу подкатывает тошнота. Черт бы побрал этот токсикоз.

— Ой, я ему передам. Мы как раз договорились в субботу поужинать…

— Не стоит! — бросаю небрежно и спешу распрощаться. — До свидания.

Перепрыгивая через две ступеньки, несусь вниз, выбегаю на крыльцо и едва успеваю подбежать к урне, когда меня выворачивает наизнанку.