44. Встреча на Эльбе

Сама не замечаю, как выхожу к морю. Оказывается, я скучала… Теперь шёпот волн успокаивает. Ноги сами несут меня в сторону маленького одинокого домика с панцирной крышей. В конце концов, что здесь такого? Дом ведь всё равно пустует…

Так я себя убеждаю, вышагивая по пыльной дороге своих воспоминаний. Пляж в другой стороне, а берег здесь скалистый и туристов не привлекает, потому спокойно добираюсь до места, лишь задержавшись на мгновение на Лежачих камнях… Сегодня они согреты летним солнцем и дарят тепло, стоит к ним прикоснуться. Иду дальше и как только впереди появляется Тартлшелл. Сердце останавливается на секунду, точно меня снова накрыло ледяной волной.

Шторы на окнах задёрнуты — похоже, с тех самых пор никто не переступал порог дома. Отворачиваюсь и бреду к самой воде, где мы когда-то гуляли с Доком, обсуждая мою сломанную жизнь и попытки собрать её заново.

Наблюдаю за тем, как солнце, утопая в пурпурных облаках, постепенно уходит под воду. Нет, конечно, это только кажется, и на самом деле солнце просто исчезает за горизонтом. В жизни тоже так: вот тебе чудится, что ты нужен человеку до ломоты в костях, но он отчего-то уходит, толком ничего не сказав. Или уходишь ты, испугавшись собственных чувств.

— Здравствуй, Джиллиан.

От звука знакомого голоса все сжимается внутри. Я как будто снова сплю… Только во сне не так больно. Медленно оборачиваюсь и вижу, как от удивления Док застывает на месте, глядя на мой живот.

— Добрый вечер, доктор Браво, — как и прежде, устанавливаю между нами границу. Так легче.

В его глазах как будто мелькает сожаление, а может мне снова мерещится? Выглядит он прекрасно, и это чертовски бесит.

— Я рад, что ты последовала моему совету, — поджав губы, произносит Док.

— Какому из? Их было столько, что все и не упомнишь, — язвлю, пряча раненую душу за сарказмом.

— Ты обрела смысл жизни, — он кивает на моё пузо.

— Ах это… На самом деле ничего сложного, — опять враньё. — Вы были правы. Всего-то и нужен был стимул к жизни, — руки инстинктивно ложатся на живот, что не укрывается от моего бывшего… врача.

Любовника.

— Он сделал тебя счастливой?

— Кто? — не понимаю.

— Отец твоего ребёнка.

К горлу подступает ком горечи. Что я должна сказать? Что да, я счастлива? Так и есть. Мне удалось из осколков собрать свою жизнь, словно картину из пазлов, только приличного фрагмента не хватает.

— Он ушёл… — решаюсь я.

— Как это?..

— Ножками, доктор Браво… — не выдерживаю. — Как же ещё?

— Но почему?..

— А это нужно у вас спросить… — иду ва-банк.

— Я не практикую больше, мисс Бентон. — Довольно жёстко пресекает меня Док. — И я больше не твой врач.

Ах, вот оно что.

— Спасибо, что напомнили, но я и не нуждаюсь в советах врача.

— Тогда я не совсем тебя понимаю.

— Странно, а раньше вы были сообразительнее! — отворачиваюсь к воде, не желая смотреть ему в глаза. — Пока не открестились от меня.

— Ты же знаешь, я не мог оставаться твоим врачом после всего, что было…

— Конечно, знаю. Потому вы и выбросили меня, как использованный презерватив. Хотя нет! Презервативы — это точно не про вас… Предусмотрительный доктор Браво, наверное, впервые в жизни не подумал о последствиях и просчитался! Ничего, Док, Джиллиан Бентон справится и с этим… Она живучая.

— Джилл?.. — его голос теперь звучит мягче.

— Чего?.. — кажется, в порыве гнева я сболтнула лишнего.

— Джилл, посмотри на меня!

Оборачиваюсь.

Док подходит ближе. Впервые на моей памяти он двигается так несмело. Наконец, он рядом, только руку протянуть. Но это лишь иллюзия — ни одно прикосновение не заменит человека — он или есть в твоей жизни, или…

Отступаю назад. Чувствую, как вода лижет пятки — я уже у самой кромки берега. Дальше отступать некуда.

— Почему же ты мне не сообщила?

— Куда? Может быть, надо было отправить официальный запрос руководству клиники? — не могу удержаться от шпильки.

— Да хоть голубиной почтой!

— Нет уж, Док. Ты сам ушёл… — теперь я делаю шаг в сторону.

— Пока я оставался твоим врачом, я не мог…

— Ну а потом? Ты ведь отпустил меня домой и исчез.

— Ты не желала иметь со мной ничего общего. А я не хотел портить жизнь тебе. Ведь я его сын и с этим ничего не поделаешь…

— Ну да. Какое благородство. Сначала наломать дров, поджечь их, а потом сбежать!

— Я думал, ты меня презираешь.

— Так и было. Сначала. А потом я поняла, что родство имеет значение только тогда, когда людей что-то связывает помимо общих генов. Вас с ним ничего не связывает. Ну а когда я узнала о беременности… — пожимаю плечами. — Глупая интрижка превратилась в серьезную проблему.

— Это была не интрижка и ты это знаешь… — произносит он низко.

— Да неужели? Ни одного звонка, Док. Ни письма. Ни весточки.

— Я сотни раз порывался тебе позвонить и дважды брал билет на поезд, но так и не решился в него сесть. — Док смотрит на море, туда, где тает закат. — Всё уговаривал себя дать тебе больше времени, в надежде, что однажды ты сможешь… принять меня.

— Наверное, оно и к лучшему! — новый шаг влево. — Зато я научилась жить сама.

— Я вижу. Ты… превосходно выглядишь.

— Да неужели?.. Ты просто не представляешь, сколько тонального крема я вылила на себя, чтобы скрыть круги под глазами.

— Ты плохо спишь? А лекарства? — кажется, в нём снова проснулся доктор. — Ты принимаешь что-то?

— Не думаю, что это тебя касается… — качаю головой и снова делаю шаг в попытке его обойти.

— Прости. Если бы я знал… — Док подходит вплотную. — Если бы ты только сказала мне…

— Я приехала через три месяца, как и было велено. Думала, поговорить. Но в твоём кабинете оказался совсем другой врач… А потом я встретила твою медсестричку.

— Мою кого? — хмурится Док.

— Ту стерву, что спасала тебя в нашу первую встречу…

— Сесилию? — уточняет он.

— Ага. Вот она меня и просветила. После её рассказа я поняла, что не имею права портить тебе жизнь.

— Что она тебе наговорила?

— Что ты уволился, и даже вечеринку по этому поводу закатил, проводил её до дому и вы договорились на субботний ужин…

— Из всего правда — только про увольнение… После того, как ты уехала, я сразу подал заявление…

— Почему?

— Понял, что пора что-то менять в жизни. Я пообещал доктору Пейджу отработать три месяца, закончить все свои дела. Мой последний рабочий день был как раз накануне твоего приезда. Я специально подгадал…

— Спасибо за честность. Настолько сильно не хотел со мной встречаться?

— Я… боялся. Боялся взглянуть тебе в глаза. Боялся увидеть в них равнодушие. Боялся, что тебе был нужен только Док, а не Ник. Так что я сбежал, как мальчишка… Вышло трусливо, знаю. А теперь я хочу всё исправить, если ты только позволишь…

Он смотрит на мой живот так, словно это подарок к рождеству, неожиданно доставшийся в июне. Так и есть. А мне досталась роль припозднившегося Санты.

— Ты чёртов эгоист! А если бы я что-то с собой сделала?.. Наложила бы на себя руки от неразделённой любви?

— Ты слишком упряма и слишком любишь жизнь. Это я тебе как врач говорю… — Док улыбается мягко, потом убирает выбившуюся прядь моих волос за ухо, и я дёргаюсь.

Закрываю глаза. По телу разливается приятная истома. Так бы и стояла вечность. Море, Док и… мы.

— Значит, ты меня любишь? — Док нежно касается моего живота.

— И ненавижу!

— Я готов принять и ненависть… — Док притягивает меня к себе и касается губами виска. — Только позволь быть рядом.

— Из-за ребёнка?

— Из-за тебя…

— А поточнее?

— Я… не могу без тебя. Пробовал — не выходит. Никогда в жизни подобного не испытывал…

— А может ты просто чувствуешь ответственность за то, что случилось? — отстраняюсь и смотрю внимательно. — Как мой врач…

— Ох, Джилл… На самом деле не я, а ты излечила и меня… От прошлого. От боли. От чувства вины. Поверишь ли, но до тебя я не позволял себе жить по-настоящему. Не позволял себе чувствовать. Любить. Так что нет, дело совсем не в ответственности… И если ты позволишь, мы могли бы попробовать с чистого листа.

Я заглядываю в любимые глаза, ищу признаки лжи и… не нахожу. В его взгляде всё: любовь, нежность, сожаление и обещание счастья. И я верю ему. Настолько, что готова рискнуть.

— Так уж и быть… — произношу ворчливо. — Возьму тебя на испытательный срок.

— Вот как? — его бровь медленно ползёт вверх. — Имей в виду, что от меня так просто не отделаешься. — Кстати, а кто у нас будет?.. — он кладёт руку на мой живот, и малыш сразу же отзывается ударом в его ладонь.

— А это пока сюрприз даже для меня, Док!