Эпилог

Наша дочь родилась теплым октябрьским деньком, в клинике Солти-Бич, оповестив об этом весь персонал пронзительным криком.

Док был рядом со мной, держал за руку и шептал слова утешения в особенно тяжёлые моменты. Было больно… А потом мне дали на руки ее. Сморщенный комочек счастья. Ее черные волосы были точь-в-точь, как у Дока, как и огромные темные глаза — ох, сколько мальчишеских сердец ей предстоит разбить… Я любовалась и любовалась ею, а Док гладил нашу крошку по щеке и разглядывал так удивлённо и с таким немым восторгом, будто перед ним лежало настоящее чудо. Мы назвали дочь Анна-Мария. Нам показалось, что очень красиво звучит: Анна-Мария Браво.

Да, мы теперь настоящая семья… Такая, какой была моя. И такая, о какой мечтал Док.

Кстати, я так и не смогла заставить себя называть его по имени. Для меня он навсегда останется Доком — человеком, сумевшим меня починить, и мужчиной, завоевавшим мое сердце.

Помню, как посмотрела в окно палаты. Снаружи осень уже прошлась по улицам и разукрасила красками маленький курортный городок — крупные тополиные листья сыпались на землю солнечными зайчиками, а клены стояли в пурпурных и оранжевых брызгах. А в душе цвела весна… Я была действительно счастлива. А ведь ещё год назад считала, что моя жизнь кончена. Кто бы мог, подумать, что за год произойдут такие перемены?.. Оглядываясь назад, я понимаю, что жизнь и правда непредсказуема. А ещё устраивает виражи… главное — жить.

И мы живём. Свили уютное гнездышко в домике у моря, Док работает в городе, а я пока занимаюсь домом и дочкой.

— Миссис Браво, нас ждут!

Док заглядывает в комнату. Увидев, что я сижу за столом, подходит и, наклоняясь, целует в щеку. Как обычно, от его поцелуя в животе начинают порхать сотни бабочек.

— Мистер Браво, если вы не прекратите, гости нас точно не дождутся! — хитро щурясь, я прохожусь ладонью по его бедру.

— Ладно-ладно, устроим свидание ночью!

— При условии, что маленькая Анна будет сладко спать, — качаю головой.

— Думаю, она умается и будет спать без задних ног. Что пишешь?

— Помнишь?.. — захлопнув блокнот, демонстрирую обложку — ту самую с ромашковым полем.

— О, моя любимая пациентка вняла моему совету?

— Ага! Решила записать свои мысли. Всё-таки, год прошел и на дворе опять Рождество…

— И как? — снова этот вкрадчивый голос врача.

— По сравнению с прошлым? По-прежнему плохо сплю, но причины приятные! — хмыкаю я. — А с кем Анна?

— С Мэри. Не переживай, миссис Фишер тоже на подхвате. И Дэнни от нее ни на шаг не отходит и выпрашивает у Санты такую же сестрёнку.

Дэнни. Теперь при упоминании его имени я в первую очередь думаю о маленьком мальчике.

— Всякое может быть… — замечаю осторожно. — А Мэри тоже заслуживает счастья.

— Несомненно.

Мы спускаемся вниз. В гостиной уже накрыт стол, вокруг которого суетится миссис Фишер.

— Что-то вы быстро! — подмигнув, Мэри придвигает к столу качалку с Анной.

— Тетя Джилл, тетя Джилл! Я придумал подарок для Санты! Попрошу у него братика или сестрёнку!

Маленький Дэнни с бабочкой на шее выглядит настоящим джентльменом.

— Такие подарки в мешок Санты не положишь, Дэн! — смеется Мэри, расставляя бокалы. — Лучше включи ёлку.

— Ой, сейчас! — хлопнув в ладоши, он уже бросается к возвышающейся в углу зелёной красавице, и через секунду она вспыхивает синими огнями.

— Нора звонила, — сообщает Мэри, — они с Томом уже на вокзале и через полчаса будут.

— О, отлично! Все идёт по плану. Милый, ты не посмотришь, как там дела на кухне?

Сама подхожу к дочке. Она тут же начинает агукать и улыбаться, завидев меня.

— У лучшего в мире повара все под контролем! — Док вырастает рядом и обнимает меня за талию. — Ты счастлива?

— Безумно!

И я не лгу. Моя жизнь снова принадлежит мне. Рядом близкие люди, а ещё сегодня — Рождество и не пластилиновое, а самое что ни на есть настоящее!

Конец