Глава 65

Огромный, надоевший до тошноты город казался маленьким с той высоты, с которой Кейли на него смотрела. Она здесь, как оказалось, не родилась, но выросла, хотя абсолютно не ощущала к нему сейчас никаких чувств — ни любви, ни презрения, ничего. Впрочем, как и ко всему прочему. Родная мать лишила её чувств, всех и разом, заморозив девушке сердце, и ей ничего не оставалось, как довольствоваться той пустотой, что осталось на их месте.

… А город продолжал жить своей жизнью, справляясь с возникшими трудностями в виде свалившейся на него магии, но любые попытки простых смертных подобраться к дворцу были пресечены Ниинэль на магическом уровне, и теперь замок был виден только тем, кто обладал мало-мальски магическим даром. Но здесь таких было немного…

— Любуешься нашими будущими владениями?

Стоило только вспомнить о драконице, как она не заставила себя ждать. Кейли замерла, ход её мыслей был нарушен. Нет, кажется, она ошибалась — не все её чувства погибли вместе с ней прежней — такие, как раздражение к матери, всё же остались. А ещё гнев, и прочие из негативного сегмента.

Она не ответила, но Ниинэль продолжила.

— Пора бы тебе уже освоить полёт, дочь моя…

— … так что там с печатью? — перебила её Кейли, переводя тему в другое русло.

Губы Ниинэль растянулись в нервной улыбке.

— Почему ты заговорила о ней, Кейлонора?..

— Разве движение магии из Снегории не прекратиться, если я не заберу вторую половину её у Калеба? — пояснила девушка. — Оно уже замедлилось, ты же сама видишь это. Вернее, чувствуешь…

Драконица сдержанно кивнула, поджав губы.

— Я надеялась, что мальчишка погиб, и всё решилось само собой. Но, судя по всему, твоя сила сейчас всё на том же уровне — значит, Калеб жив. Проклятый полуэльф! Не знала, что полукровки так живучи…

При упоминании имени бывшего возлюбленного Кейли потянулась к заветному кожаному браслету на запястье — последней вещи, связывающей её с Калебом. Она и сама не понимала, почему он на неё так воздействует, но не избавиться от него, ни просто забыть о браслете девушка не пыталась. Вот и сейчас, он притянул её пальцы как магнит, хотя… какое ей было дело до всего этого? Жив Калеб или нет, не имело никакого значения для её душевного равновесия. Но тот факт, что обещанная ей сила так и не пришла к ней, несколько удручал. Ей было скучно, а власть над миром могла стать хоть каким-то развлечением.

— Почему же ты не попытаешься убить его ещё раз?.. — Кейли произнесла это так спокойно, что даже Ниинэль неприятно вздрогнула — кажется, хладнокровие её дочери стало болезненно-патологическим.

— Как? — Воскликнула она. — Похоже, Адаманту удалось перетащить его в Снегорию, а мне туда дороги больше нет… Они убьют меня, если я хоть одной ногой ступлю на эту землю!

— Они? — бровь Кейли вопросительно изогнулась.

— Да, — нехотя пояснила Ниинэль. — Твой брат, твой отец и те, кто мнит себя королями Снегории! Их чёртовы дети… Все они ополчились против меня, изгнав из страны! И всего-то лишь за то, что я желала счастья своему сыну! Даже он в конце концов отвернулся от меня. Да, я говорю сейчас про Адаманта…

Кейли, внимательно выслушав мать, вдруг произнесла.

— Ты просто бесполезна.

— Что?! — Ниинэль почудилось, что она ослышалась. — Повтори!

— Ты бесполезна, мама. — уже отчётливее произнесла девушка, глядя холодными глазами прямо той в душу.

— Не говори так, Кейлонора… — губы Ниинэль задрожали в бессильной злости. — Во-первых, это обижает меня, ведь я твоя мать! Во-вторых, с чего ты так решила?..

— Потому что ты не сделала ничего стоящего в своей жизни, — спокойно ответила Кейли. — Родила детей, желая использовать их в своих целях. Потеряла мужа, статус, положение в обществе — всё, чего только можно было потерять. Ты даже не смогла справиться с жалким полуэльфом, что проник сюда минимум два раза!

— Могла бы и помочь, а не стоять тут ледяным истуканом, — обиженно парировала Ниинэль.

— Но тогда я ещё не решила, надо ли мне это… Ну так вот, скажи, для чего ты мне? Чтобы раздавать команды, пытаться мной манипулировать?

— Нет, я… — замешкалась Ниинэль, не зная, что на это и возразить. — Я пришла сюда, чтобы научить тебя полёту! А ты… Неблагодарная!

Кейли тихо усмехнулась.

— Научить меня? Смотри же!

И она, не отрывая взгляда от матери, прыгнула со смотровой площадки башни, на которой они стояли, вниз…

— Кейли, нет! — закричала Ниинэль, но та, пролетев несколько метров, вдруг видоизменилась, превращаясь в прекрасную ледяную драконицу, тут же взмывшую вверх, расправив огромные белые крылья, засверкавшие на солнце серебром.

После, сделав несколько кругов в воздухе, она плавно опустилась вновь на площадку, перекинувшись обратно в девушку.

— Но… как? — голос Ниинэль был тих, ведь она не успела сообщить ни один из азов того, как это делается на практике.

— Достаточно было понаблюдать за тобой, мама, — столь же равнодушно, как и всегда ответила ей Кейли. — Не так уж это и сложно оказалось на практике.

— И чему же ты ещё научилась… втайне от меня? — губы Ниинэль вновь вытянулись в тонкую линию — она терпеть не могла, когда дети что-то делали сами, без её чуткого руководства.

— Да много чему, — усмехнулась девушка. — Со временем ты всё обязательно узнаешь. А теперь оставь меня, мне нужно хорошенько подумать, как заполучить вторую половину печати. Ты только мешаешься под ногами и зудишь над ухом…

— Ты ещё пожалеешь об этих словах! — Ниинэль раздражённо подобрала длинные полы платья, не собираясь задерживаться рядом с дочерью больше ни секунды. — Я твоя мать! Ты без меня не проживёшь на этом свете!

— Ну как-то до этого я справлялась? — пожала плечами Кейли.

Но та её уже не слушала, удаляясь спешным шагом.

Кейли вернулась к лицезрению города, который, как ей сейчас казалось, можно было взять в ладонь. А если дунуть, он разлетелся бы как снежинки, что лениво кружили сейчас в небе. Ей было совершенно не жаль его.

Совершенно всё равно…