Глава 10
Глава 10
В дверь постучали, когда я возилась с волосами.
Берта была занята примерно тем же – ее пригласил Отто, чему она оказалась несказанно рада. Настолько, что сперва перемерила все платья в моей комнате, спрашивая, которое ей больше к лицу, а затем ушла в свою. Подозреваю, делать то же самое, но уже по второму или третьему кругу. Я же позаимствовала у подруги щипцы и попыталась соорудить на голове нечто похожее на прическу. Думала сделать ее по моде Нубрии и Талии одновременно, но у меня все не получалось и не получалось.
Поэтому, отчаявшись, я решила, что… Ну и пусть, и так сойдет!
Подумала, что пойду с распущенными волосами, лишь немного подхватив их по бокам коралловыми гребнями в цвет пышного платья, которое я собиралась надеть на бал. Решила, что и так уже выделяюсь из толпы – нубрийка, участвующая в Полуночных Играх за Академию Грейридж, – так что сочный цвет мне не помеха!
Вот и пусть все смотрят, потому что это вовсе никакая не война, а состязания в честь Полуночных Времен. Дань памяти погибшим на войне с Хаосом, которые стояли плечом к плечу – и талийцы, и нубрийцы… И сумели победить Темную энтропию!
Кстати, приглашение у меня тоже было. Магистр Кьел повел себя как настоящий мужчина, когда я, всхлипывая, заявила ему, что меня бросил жених, променяв… Ну да, променял, поэтому мне не с кем пойти на бал. Посмотрела на него жалобно, на что он тут же изъявил горячее желание меня сопровождать. Заявил, что почтет за честь, но не пригласил раньше, потому что и не смел надеяться, что я все еще без пары.
А потом добавил, что ровно в шесть будет ждать меня возле входа в женское общежитие.
Попрощались, и вот уже почти пять, а я… Я вполне пришла в себя после предательства Видара. Лишь немного всплакнув, когда рассказывала Берте, что бывший жених променял меня на грудь, бедра и суккубское… или же суккубийское притяжение Моники Верд. Ну что же, скатертью ему дорога прямиком в ее постель на все Полуночные Игры! А женится ли он на ней после того, как они были близки, – меня это уже нисколько не касалось.
Наши пути с Видаром разошлись ровно в тот момент, когда закрытый экипаж уносил меня в сторону талийской границы. Он остался, и чары Моники пересилили чувство долга и желание заполучить наследников, носивших мой дар.
Только вот… какой еще долг и какой еще Дар?
Да, я была магом-универсалом, и отец всегда говорил, что однажды я стану очень сильной магичкой. Высшей, без сомнения, и, возможно, одной из сильнейших в стране. Но Видар явно намекал на бабушкин Дар, который, по ее собственным словам, не достался в полной мере ни мне, ни моей маме.
Вернее, маме он не достался совсем, а мне лишь так, огрызки. Да, бабушка смогла научить меня нескольким заклинаниям, в которые она вплетала магию, идущую, по ее словам, от сердца. Но эти заклинания были так… Сплошное баловство!
Хотя декана Берга мне все же удалось излечить. Неужели из-за этого?
Задумалась, уставившись на себя в зеркало, в котором отражалось слабое магическое сияние, идущее от клетки с Римсом.
...У Видара была отличная способность анализировать происходящее и делать правильные выводы. Неужели он сделал правильный вывод, став встречаться со мной из-за бабушкиного Дара, который, быть может, в полной мере передастся только нашим – вернее, нас уже не было и в помине! – детям? А потом, когда я уехала, махнул рукой на чувство долга и свои меркантильные цели и обратил взор на Монику?!
Я снова шмыгнула носом, и Римс принял блекло-зеленый оттенок. Растерянный, потому что, как и декан Берг, не понимал причины моей печали.
- Ты прав, – сказала ему. – И Даррен Берг тоже прав! Все, что ни делается, даже к лучшему. И я это переживу... Вернее, уже почти пережила. Сейчас заколю волосы, а потом возьму и... полностью выкину Видара из головы!
Тут в дверь постучали, и мне стало не до моей печали и не до заколок, которые я так и не пристроила в прическу. Потому что, оказалось, декан Берг желает незамедлительно видеть адептку Лиззабет Крофорт.
В своем кабинете.
Пожав плечами, накинула ученическую мантию поверх кораллового платья – с пышными рукавами и круглым вырезом, не слишком-то глубоким, но оставлявшим открытыми мои смуглые худые плечи. Взглянула на свою прическу, которую так и не успела закончить, после чего отправилась под темные очи Даррена Берга.
Прошлась по оживленным коридорам Академии, казавшейся мне похожей на растревоженный муравейник, суетившийся в ожидании бала и Полуночных Игр. Улыбалась и здоровалась с адептами, отвечала на их приветствия. Как ни странно, я больше не ощущала себя ни пауком, ни каким-либо другим насекомым, забившимся в свой кокон.
Наоборот, я чувствовала себя бабочкой, которая вот-вот расправит коралловые, украшенные искусной вышивкой и тончайшими кружевами крылья. Решение Видара разорвать наши отношения странным образом меня освободило. И я была готова лететь навстречу неизвестному, загадав, что впереди, в будущем, меня обязательно ждет нечто чудесное.
Но вместо этого, кивнув мрачной секретарше, постучала в знакомую дверь, затем, заслышав невнятное бурчание, вошла. Думала встретить такого же мрачного декана – два сапога – пара, – но вместо этого Даррен Берг пребывал в отличном расположении духа. Стоял подле боевых клинков на стене, одетый в парадный камзол с золотой тесьмой, который отлично сидел на его мощном теле.
Настолько, что я даже на секунду залюбовалась. Но затем дернула головой, разгоняя наваждение. Я уже столько раз видела декана как в одежде, так и без нее – в своих снах! – что мне начинало казаться, будто бы нас с ним что-то связывает. А это вовсе не так!
- Итак, Лиззабет… Ах ну да, Лиз, – поправил себя, подходя ближе. – Вы же разрешили мне называть себя по имени?
- Разрешила, – ответила ему осторожно, не совсем понимая причины его приглашения. – Но, как вы понимаете, это произошло исключительно под влиянием печального момента. Наверное, я сделала это зря?!
Вместо ответа он сделал еще один шаг в мою сторону. И тут я заметила, что в одной руке он держал свиток, а в другой – деревянную коробочку, перевязанную темно-коричневой лентой с золотистыми буквами.
Не совсем понимая, что этого могло означать, на всякий случай попятилась. Потому что ничего хорошего от декана Факультета Боевой Магии я не ждала. Именно в этом самом кабинете Даррен Берг вынудил меня шантажом и запугиваниями участвовать в Полуночных Играх, а потом именно здесь я выслушивала, что он думает о нашей драке в «Хитром лисе».
И узнала о себе много нового!
- Прежде, чем я отдам вам вот это, – Даррен Берг продемонстрировал мне свиток и коробку, – я бы хотел послушать, как вы это сделали.
- А что именно я сделала? – спросила осторожно. Затем добавила: – Так ведь ничего не было... Все это время я просидела в своей комнате и мерила платья. – Вернее, мерила их Берта, но какая разница! – Так что… Не знаю, что произошло, но я в этом уж точно не замешана! – заявила ему уверенно, завороженно разглядывая свиток, а потом еще и коробочку, потому что буквы на ее ленте сложись в знакомую надпись.
Ну конечно же, однажды Берта приносила такую, из лучшей кондитерской города, и внутри были божественно вкусные шоколадные конфеты.
И я растерялась окончательно.
- Это что… Это мне? – спросила у него неверяще. – Там шоколад?!
- Шоколад, – подтвердил декан. – Вы же сами хотели, Лиз, чтобы боль разлуки не была такой горькой. Хотя, какая там боль, и какая разлука! – поморщился он. – Советую вам забыть о… гм… своем женихе как можно скорее. Он вас не заслуживает!
- Позвольте уж мне самой решить, – пробормотала в ответ, – кто меня заслуживает, а кто нет.
Но он не позволил.
- И вот еще, – заявил мне, – это свиток, подтверждающий, что, пока я жив, никто не свяжет вас Огненными заклинаниями с Нельсом Хансеном. Но прежде чем вы это получите, я бы не отказался услышать, как вы это провернули.
- Что именно я провернула?
- Лиз, вы специально выводите меня из терпения?
- Нет, декан Берг! Ну если только совсем немножко!
Потому что его угрозы связать меня с Нельсом доставили мне много-много неприятных минут!
- Я хочу знать, каким образом вы освободили меня от Хаоса.
- Ах, это?! – пожала плечами. – Но ведь я же вам говорила, что истово молилась за ваше здоровье Великой Матери. – Рассказывать декану о бабушкином даре мне нисколько не хотелось. – А как по-другому? Вы прекрасно знаете, что, если уж Хаос проник через защитный кокон человека, избавиться от него невозможно. Он, словно паразит, начинает размножаться, расползаться, пока не захватит человека целиком. Погодите, не дергайтесь! Дайте-ка я взгляну еще раз… Хочу окончательно убедиться!
- Лиз…
- Смотрите мне в глаза! – приказала ему, не в состоянии отказаться от затаенного удовольствия почувствовать, что он, пусть и ненадолго, но в моей власти. – Так будет значительно проще!
Он терпеливо уставился мне в глаза – здоровенный, великолепный образец мужчины. Дожидался, когда я вынесу свой вердикт, сообщив мне, что его друг Стефан Виззер недавно ему подтвердил – Хаоса внутри у него больше нет.
- Все в порядке, – наконец, вздохнула я с облегчением. – Моими, так сказать, молитвами... Они помогли, так что можете смело возвращаться… гм… к своей невесте, чего я вам искренне не советую.
Вместо этого он задумчиво уставился на свиток в правой руке, затем перевел взгляд на коробку с шоколадом.
- Значит, не скажете?
- Вы уже все услышали, – снова пожала плечами. – Я тут ни причем, и вы можете смело поставить свечку в любом храме Великой Матери! А свиток мне все же отдайте… И коробочку тоже, у меня на нее большие планы.
- Отдам, – кивнул он, – если вы ответите мне на еще один вопрос.
- Еще один?! – фыркнула я.
- Лиз, вы ведь хотите свой шоколад? – спросил декан проникновенно.
- Опять шантаж?! – вздохнула я. – Ну почему я не могу просто вот так взять и… его съесть?! Ну хорошо, так и быть... Задавайте свой вопрос!
И он задал.
- Почему Крестен Кьел?
- В смысле? – растерялась я.
- Почему на бал вы идете именно с ним?
- О... – протянула я. – Ну... Вы же сами знаете, что меня бросил жених...
- Туда ему и дорога, – нахмурился Даррен Берг. – Я нисколько не поверил, что у вас все было серьезно с тем нубрийцем. Особенно… Насколько я помню, вы преследовали совсем другого мужчину! Вернее, вашего декана, – подсказал он любезно. – Заманили его в Лабиринт, где, мне кажется… – тут он потер голову, но так и не признался, что его терзают полустертые воспоминания о нашем поцелуе. – Затем были «Угли», а сегодня магистр Травоведения по секрету поделился со мной тем, что одна красивая нубрийка испытывает к нему откровенный интерес и он не собирается противиться вашему напору.
- Так и сказал? – спросила у него расстроенно.
- Так и сказал, – подтвердил декан. – Да, кстати, почему вы не были на моей последней тренировке? – он явно наслаждался моей растерянностью. – С чего бы это такая немилость?
- Потому что…
Потому что решила, что не стану на него больше пялиться!
- Вы бы, Лиззабет, все-таки определились, кого именно вы преследуете и с какой целью. А то, видите ли, у нас с Крестеном возникло небольшое недопонимание, которое, если он не прекратит стоить на вас планы, перерастет в большой конфликт.
На это я затрясла головой, совершенно не понимая, что сейчас происходит. Кажется… Кажется, декану не понравилось то, что я иду на бал с Крестеном Кьелом, а еще он выговаривает мне за то, что я не пришла на его сегодняшнюю утреннюю тренировку.
Всегда приходила, и он это заметил – вот же ужас! - а сегодня нет! А еще ему не нравится, что магистр по Травоведению – еще больший ужас! – строит на меня планы, потому что и он…
Неужели он тоже их строит?!
Поняв, что я окончательно запуталась и происходящее вот-вот взорвет мой мозг, решительно потянулась к своим подаркам.
- А можно я уже пойду, декан Берг? – спросила у него. – Вот, возьму то, что у вас в руках, мне это нужнее… Мне еще надо прическу закончить!
- Не надо, Лиз! – неожиданно сказал он, отдав мне заслуженное – и свиток, и коробочку.
- Что именно не надо?
- Оставьте волосы распущенными. Мне так больше нравится.
На это я схватилась за голову и сбежала из его кабинета.
***
Бал по случаю открытия Полуночных Игр состоялся в Зале Торжеств – в том самом, где проходил отбор и мы так ловко расправились с некромантами, не пропустив их на Полуночные Игры от Академии Магии Грейридж.
Зато некромантов из других команд сейчас было предостаточно. И не только их!
Людей в Зале Торжеств собралось очень и очень много. Настолько, что всем желающим попросту не хватило места, поэтому под открытым небом рядом с парадной лестницей, ведущей в Центральное Крыло, поставили еще и огромный разноцветный шатер. Сколотили полы, чтобы каблучки женских туфелек не проваливались в землю. Закрыли со всех сторон прозрачной магической стеной, пропускающей гостей, но уберегавшей их от разгулявшегося вечернего ветра, несущего по дорожкам опадавшую осеннюю листву.
Впрочем, гулять этим вечером по саду было бы довольно сложно – судя по тому, что большая его часть была закрыта, завтрашнее первое испытание собирались проводить именно там. К тому же в звуки музыки частенько вплетались визг плотницких пил, стук молотков и негромкие, но емкие ругательства – строители из Грейриджа, поминая недобрыми словами Великую Мать, демонов и проклятущий Хаос, подкинувший им такую работенку на ночь глядя, возводили трибуны для желающих насладиться первым испытанием Полуночных Игр.
Несмотря на то, что до него все еще было далеко – завтра утром, целая вечность впереди! – меня серьезно потряхивало, а по рукам то и дело пробегали магические волны, отдаваясь острыми иголочками в подушечки пальцев.
Но я старательно приказывала себе ни о чем не думать. Оставить мысли о завтрашнем дне и сосредоточиться на происходящем. Насладиться балом, в конце-то концов, потому что мы заслужили небольшую передышку.
И я честно пыталась расслабиться и хотя бы ненадолго забыть о Полуночных Играх, предательстве Видара, словах Даррена Берга и мыслях о вражде между нашими странами, что не давали мне полностью погрузиться в атмосферу праздника.
Везде – и в Зале Торжеств, и снаружи, в шатре, играла музыка, стояли накрытые белоснежными скатертями столы с закусками, со всех сторон доносились смех и оживленные разговоры. Крестен Кьел галантно проводил меня внутрь Зала Торжеств, где магистр Веннан, взявший на себя еще и роль бального распорядителя, активно зазывал всех танцевать.
Несколько пар вняли его просьбам и уже кружили по залу. Но не так много, как ему хотелось: адепты из разных Академий, завидев его, разбежались кто куда, перемешались между собой. Разговаривали, смеялись, потягивая вишневый пунш из хрустальных бокалов, строили предположения о том, что именно нам уготовили на завтрашнем испытании и у кого хорошие шансы выйти из него победителями.
Обстановка в Зале Торжеств царила крайне непринужденная, разве что шесть адептов из Рамрайта держались в стороне. Настороженные, стояли под стягами Талии под присмотром магистров Товака и Луттека, ведущего в Рамрайте занятия по боевым дисциплинам, и еще желчного типа с выпуклыми глазами, которого я не знала.
Я засобиралась было подойти к своим, но Крестен Кьел уверенно повел меня в центр зала, сказав, что нам все же стоит потанцевать. Тут и магистр Веннан подоспел, заявив, что мы обязательно должны подать пример...
Непонятно кому и в чем, но должны.
Вздохнув, я отправилась танцевать с Крестеном Кьелом. Причем, судя по его целеустремленному виду, одним разом мне было не отделаться.
И я танцевала, поглядывая на своих из Рамрайта. Впрочем, довольно скоро любопытные адепты сломали барьер недоверия и стали активно приглашать девушек из Нубрии. Моника, в розовом платье с множеством бантов, похожая на гору взбитых сливок, пользовалась повышенным интересом, и я, кружась в танце с Крестеном Кьелом, постоянно на нее натыкалась.
Моего настроения это явно не улучшило, поэтому, улыбаясь милым шуткам Крестена, все же заявила ему, что устала, после чего отправила его за напитками.
И осталась одна.
Ненадолго, потому что ко мне тут же подскочил Нельс, явно прятавшийся в засаде. Пригласил на очередной танец, и я согласилась, потому что у меня было, что ему сказать.
- А у меня есть чудесный свиток, – заявила ему, уже не сдерживая торжествующей улыбки, – с подписью нашего декана, гласящий, что связующие заклинания нам с тобой больше не грозят. Так что можешь смело заканчивать игру в ухаживания и соблазнение.
Нельс споткнулся на одной из фигур.
- Но как?.. Как ты его получила?!
- Шантажом и запугиванием, – сообщила любезно. – А как же еще? У нас, нубриек, чувства отсутствуют напрочь, так что мне удалось обратить оружие нашего декана против него самого.
- Лиз, я был не прав, – покаянно произнес Нельс, – и очень сильно об этом сожалею. Надеюсь, однажды ты сможешь забыть о моих идиотских словах.
- Посмотрим! – сказала ему, после чего намекнула – просто так, исключительно, чтобы его позлить! – что подвиг никто не отменял. Затем, посмотрев на скривившееся лицо напарника, добавила: – Кстати, Нельс, тебе не стоит опасаться, я буду биться на Полуночных Играх до конца. Потому что очень хочу победить, – и я уставилась на Видара, кружившего в танце Монику.
Та, почувствовав мой взгляд, повернулась и еще выше вздернула свой маленький носик.
- Лиз, я знаю, что тебя бросил жених, – неожиданно заявил Нельс.
- Откуда?!
- Слухами земля полнится, – пожал он плечами. – Но, знаешь, я этому даже эгоистично рад. И не надо меня убивать!.. Раз уж этот идиот сам от тебя отказался, то он серьезно облегчил мне жизнь. Впереди целый год, и я надеюсь, мне еще предоставится шанс. Я буду терпелив, но настойчив.
На это я лишь покачала головой, потому что у Нельса не было ни единого шанса.
Затем пришел черед талийского принца, оттеснившего Крестена Кьела, вернувшегося с двумя бокалами вишневого пунша. Судя по всему, Роланд тоже собирался быть настойчивым, а вот терпение талийского принца явно подводило.
- Лиз, – произнес после того, как утащил меня на середину зала. Перед этим нарычал на магистра Травоведения, что ему нужнее, и закружил меня в танце. – Объясни мне, к чему все это? Зачем тебе они?
- Кто?!
- Нельс Хансен и Крестен Кьел. Неужели я не смог убедить тебя в серьезности своих намерений?
- Сложно убедиться в серьезности чьих-либо намерений, когда человек помолвлен, – пожала я плечами. – К чему этот разговор?
Хотела было добавить, что мне, вообще-то, нет до этого никакого дела, но не успела.
- Все ясно! – заявил Роланд довольным голосом, словно ему и в самом деле все стало ясно. – Так вот, значит, вот в чем дело! А я-то никак не мог понять, почему ты меня все время отталкиваешь. Наша помолвка очень скоро будет расторгнута, – заявил он раньше, чем я успела возразить. – Элисанда не спешит выходить за меня замуж, и нашим родителям придется смириться с тем, что дети сделают свой выбор сами. И я уверен, что он – передо мной.
- Роланд…
- Дай мне шанс, Лиз! – произнес принц напряженным голосом. – У тебя будет все, что ты только пожелаешь.
Пронзительный взгляд прожигал насквозь.
- Зачем? – спросила у него. – Зачем тебе та, в ком не течет голубая кровь? Та, кто носит в себе мутацию? Та, которая не горит желанием остаться в Талии?
- Ты останешься не только в Талии, ты останешься со мной, – заявил он уверенно, затем подхватил, оторвал меня от земли, повернув в фигуре танца так резко, что захватило дух. – Только позволь…
Но я не позволила.
- Зачем? – в который раз спросила у него, нисколько не поверив в разыгрываемую передо мной сцену. В любовь, настолько сильную, что Роланд отказался от невесты королевских кровей с приданым в виде спорных земель, так нужных его стране. – Что есть во мне такого, из-за чего я понадобилась династии Ланге? Дело ведь не в политике, Роланд? У нашего короля две дочери на выданье, и если бы вы были заинтересованы в укреплении мира с Нубрией, то…
- Дело не в политике, Лиз! – прозвучал напряженный голос принца. – Все дело в тебе! В тебе и... И во мне!
Тут танец закончилась, и я сбежала от всех – от Крестена, от принца, от Нельса и от близнецов, решивших, что, раз уж со мной потанцевали и Хансен, и Роланд, теперь настал их черед. Но, чтобы никому не было обидно, мы могли бы отправиться в центр зала втроем и окончательно свести магистра Веннана с ума.
На это я покачала головой, сказав, что магистр Веннан справится и без нас.
Улизнула из Зала Торжеств, заявив, что мне надо... Очень надо, но я очень скоро к ним всем вернусь!
Обманула.
Мельком отметила, что нигде не увидела Даррена Берга, – похоже, декан был в закрытой части сада, придумывая, как усложнить и так уже нелегкую жизнь участникам завтрашнего первого испытания. Затем пробежала по переполненным коридорам, пока, наконец, не спустилась по парадной, украшенной цветами и стягами Талии лестнице в сад.
Под расписным потолком шатра тоже кружили пары. Но танцами я нисколько не заинтересовалась, хотя ко мне тут же подошел скучающий молодой маг – универсал, сильный, аж дух захватывало! Судя по мягкому выговору и узкому разрезу глаз, приехал он из Ветии. Звали его Нернан, роста он был среднего, темноволос, с резкими, но привлекательными чертами лица. Сказал, что с удовольствием бы со мной потанцевал, потому что сражен красотой незнакомки.
Покачав головой, отказалась и от его приглашения.
Подхватила бокал с серебряного подноса, решив немного перекусить, чтобы пара глотков вишневого пунша снова не вылились для меня в драку, больную голову и завтрашние штрафные работы на раскопках сожжённого святилища Хранителей...
И тут, когда накладывала на фарфоровую тарелку рыбу под особым талийским соусом, рецепт которого я решила увезти домой, на мою руку опустилась еще одна.
Мужская. С длинными пальцами и короткими, неровно обстриженными ногтями.
Знакомая до боли.
- Мне кажется, мы вчера с тобой уже обо всем поговорили, – сказала я Видару. – И руку убери, иначе серьезно не поздоровится.
Не шутила. Тупая боль от его предательства снова очнулась в груди, хотя мне казалось, что я уже пережила. Достаточно пролила по нему слез, большего он не заслуживал.
- Не обо всем, Лиз! – произнес Видар, и в его голосе явно чувствовалось напряжение. – Пойдем, пройдемся немного! Тебе надо еще кое о чем знать.
Вздохнув, послушно отправилась с ним к ближайшему кусту, раз уж надо. Правда, перед этим допила свой пунш, оставив бокал на столе, а вот тарелку с рыбой прихватила.
Особо далеко не ушли – остановились в свете магических светлячков неподалеку от шатра, потому что дальше уже начинались заграждения, и вынырнувший из темноты незнакомый магистр посоветовал нам возвращаться.
Территория Полуночных Игр, сказал он. До завтрашнего утра участникам вход запрещен.
И мы послушно отошли от запретных кустов. Неожиданно грянула музыка, заставив меня невольно обернуться. Я увидела, как Нернан вел в центр импровизированного зала симпатичную девушку в голубом платье, время от времени поглядывая в мою сторону.
Пожав плечами, ткнула вилкой в закуску и подумала, что мне надо уже начинать привыкать. К тому, что меня бросил жених и я теперь совершенно свободна. Вот, могу понравиться кому угодно!..
А еще к тому, что мы с Видаром стоим и разговариваем, как чужие люди.
- Я все-таки должен извиниться за то, что мои слова прозвучали довольно резко, – заявил он. – Но я хотел, чтобы ты все сразу поняла и не терзалась ложными надеждами. И чтобы к завтрашним Играм уже была готова.
- Какой ты заботливый! – не удержалась от смешка. – Ну что же, и тебе стоит быть готовым к завтрашнему дню и не терзаться ложными надеждами. Так нашим и передай! Я выступаю за Академию Грейридж и буду играть в полную силу. Потому что это не война, Видар, а память о тех, кто не дожил до сегодняшнего дня.
На его привлекательное лицо набежала тень. Подозреваю, потому что Видар знал, на что я способна.
- Вижу, что ты неплохо здесь устроилась, – заявил мне, и в голосе послышались ревнивые нотки. – От кавалеров нет отбоя, и даже талийский наследник престола не дает тебе прохода! Уж не это ли стало причиной...
- Не это, Видар! – оборвала его. - К тому же, теперь это не твое дело, как я устроилась, и кто именно не дает мне прохода. Кстати, что ты хотел мне сказать? – напомнила ему. – Неужели вспомнил еще что-то?.. Очередную причину, которая вынудила целовать меня аж несколько раз? Бедненький, могу представить, как тебе было противно себя пересиливать!
- Лиз…
- Да говори уже! – поморщилась я. – Мы так долго дружили, что я практически готова относиться к нашим отношениям как к небольшому недоразумению, – и нервно ткнула вилкой в тарелку.
На это он кивнул, а затем заявил совсем уж фантастическую вещь.
- Мой отец думает, что твоя бабушка из рода Хранителей.
И я подавилась кусочком рыбы под особым талийским соусом.
- Значит, Хранителей? – откашлявшись, спросила у него. – Ну-ну… К твоему сведению, они давно уже вымерли, Видар! Все, до единого, и Изначальный Дар утрачен много столетий назад. – А то и тысячелетие!.. – Да, моя бабушка отлично чувствует Хаос и умеет с ним обходиться, если видит его в человеке. – Как выяснилось, я тоже умею это делать. – Но называть ее Хранительницей… – покачала головой. – Это какой-то бред!
Неужели он решил, что моя бабушка – одна из тех, кто возвел Магическую Стену между Талией и Ушадом и своей Изначальной магией мог загонять Хаос в свои норы? Одна из тех, кого боялись наши извечные враги?
Невероятно!
- Мой отец долго собирал доказательства. Пытался составить ее родословную, но у него не получилось, – признался Видар. – Твоя бабушка не очень-то охотно идет на контакт. Я бы сказал, что характер у нее прескверный.
- Разве? – усмехнулась я. – Она просто не любит тех, кто лезет не в свои дела.
И представителей власти она тоже не слишком-то любит, этого у нее не отнять.
- Но отец уверен, что в ней есть часть их крови. Только вот, похоже, ее Дар тебе так и не передался. Ты ведь не в состоянии никого лечить?
- Угу, – отозвалась я. – Не в состоянии. Могу только проклясть, бабушка меня научила. Кстати, не хочешь попробовать? Отличное проклятье, результат гарантирован! Никакие мужские... гм... потребности не будут тебя отвлекать аж до конца Полуночных Игр.
Но Видар почему-то не захотел. А затем еще и добавил:
- Это не все, Лиз! Как только ты уехала в Талию, к нам домой пришел один из королевских магов.
- Ну и что?
- Из тех, чьи имена никто не знает. Или же сразу стараются забыть, если когда-нибудь с ними пересекутся, – намекнул мне Видар.
- Черная Дюжина?! – не поверила я. – Из тайной службы короля Энриха?
Кивнул.
- И мне искренне посоветовали держаться от тебя подальше, Лиз! Настолько искренне, что я решил внять их совету. Вокруг тебя что-то затевается.
Я вздохнула, потому что тоже это почувствовала. Затем спросила:
- Советник Жюст нашел меня здесь, в Грейридже. Нес откровенную чушь. Похоже, не только вокруг меня, но и на Полуночных Играх что-то затевается. Ты случайно не знаешь, чего хотят наши?
Видар этого не знал.
- Нубрия собирается победить, – уверенно заявил мне.
- Талия тоже бы не отказалась от победы, – отозвалась я.
Он усмехнулся.
- Зная тебя, это серьезная заявка.
- Одной заявкой тут не отделаешься…
Мы снова разговаривали, как старые друзья, и я почему-то подумала, что все стало на свои места. Как же хорошо, что вся эта глупая игра в отношения… так и осталась всего лишь глупой затеей, пусть и из-за вмешательства Черной Дюжины.
Только вот, к чему все это?! Я-то им зачем нужна? Какой еще Изначальный Дар, если... Ну да, я вспомнила – та брошь, подаренная мне бабушкой... Рисунок на ней напоминал тот же самый узор с каменного барельефа с раскопок хранилища. Но ведь это же ничего не значит?
А даже если в нас есть частица их крови, то... Что из этого?!
Неожиданно перед нами вырос Даррен Берг. Смерил недовольным взглядом Видара, после чего заявил, что пришел за обещанным.
- За чем именно? – спросила у него недоуменно. – Я вам ничего не обещала! А… Куда это вы меня тащите, декан Берг? И зачем вам моя тарелка?.. Ну хорошо, забирайте, раз уж она вам нужнее! И вообще, с чего вы решили, что имеете на меня какие-то права? Ну ладно… – вздохнула я, поняв, что, отобрав у меня тарелку и поставив ее на стол, Даррен Берг уверенно ведет меня к кругу танцующих. – Вообще-то, ваших прав осталось всего-то на одиннадцать месяцев и несколько дней!..
- Это мы еще посмотрим! – заявил он уверенно, подхватив меня за талию.
Настроение у декана было отменным, улыбка не сходила с его лица, поэтому я тоже...
Тоже взяла и выкинула все из головы. И Видара с Моникой, и Черную Дюжину, и Изначальный Дар, и Роланда с его непонятными династическими планами, и советника Жюста, и Нельса, пообещавшего быть терпеливым, но крайне настойчивым.
Танцевала с тем, кто приводил меня в трепет, кто снился мне по ночам, пока эти сновидения не одолела настойка магистра Кьела. Кто целовал меня в Лабиринте, приняв за свою невесту, а теперь смотрел так, что ноги заплетались, и я подумала…
Наверное, Даррен Берг решит, что я совсем не умею танцевать!
Но мне было все равно. Потому что рядом со мной был самый великолепный мужчина, который только существовал на талийской земле, и я решила, что не стану ни о чем думать. Ни о том, что завтра первое испытание, ни о том, что не пройдет и года, как я уеду в Нубрию, оставив Грейридж навсегда.
Впрочем, до этого еще надо было дожить.