23 Глава

Алан.

Уложил своё сокровище в постель.

Уснула моментально.

Какая она всё-таки отзывчивая! Похоже, я зря думал, что ей подобное не понравится!

Я уже давно предпочитаю только жёсткий вид секса, но с ней, всё перевернулось с ног на голову, мне всё с ней в кайф, готов кончить даже от того, что просто глажу её тело, ощущаю её ягодный аромат. Как пятнадцатилетний подросток трясусь от её прикосновений, от поцелуев, что так не смело, касаются, моего тела.

Я ведь даже не планировал брать её тут, просто не смог удержатся.

Как услышал её бред про то, что она уедет к горе мамаши — нет, само собой, кто её отпустит, она даже не представляет, на сколько, ко мне привязана.

Но то, что допустила даже мысли об этом, меня просто переклинило в какой-то момент, и очнулся я, когда она уже завывала, в подушку от того, что я хлестал её ремнём. Впервые мгновения, испугался, подумал, снова перегнул, но увидев меж стройных ножек мокрый блеск, понял, что слёзы не от боли.

Моя маленькая, страстная девочка.

Перед тем, как покинуть больницу дал указания медсёстрам, ни на шаг не отходить от неё, и в случае чего звонить мне в любое время, сегодня вряд ли получится ещё раз прийти, дел слишком много навалилось.

Уже в машине набрал Сидоренко, самое важное для меня сейчас выяснить, что за отношения у Еси с матерью.

Встретится, решили в том же ресторане, что и в прошлый раз. В этот раз я приехал раньше, Сидор припоздал на несколько минут.

— Здравствуй Алан! Ты выдернул меня с важной встречи, Влад там один отдувается, что-то случилось? Есения звонила мне с утра, вроде всё было нормально.

К нам подходит официант, меню не берём, заказываем быстро по стейку с овощами и переходим сразу к делу.

— Ну, так звонила она тебе, до разговора с матерью, наверное.

— Таак! — Сидор расслабляет галстук, из чего делаю вывод, Америку я ему сейчас не открою.

— Расскажи мне о её родителях.

Сидор смотрит на меня, словно раздумывает, говорить или нет.

— Геннадич давай без этого, я её муж. Теперь я несу за неё ответственность, у неё мать что, ненормальная? Я просто охренел сегодня от того, как она с ней говорила, а правильнее будет сказать, орала.

— Хорошо Алан я тебе расскажу всё как есть, но Есения не должна знать о нашем разговоре, по крайней мере пока она в таком состоянии.

— Я внимательно тебя слушаю!

— Начну по порядку, так будет проще понять всю картину целиком — Анатолий осушает бокал воды залпом — Я с отцом Есении дружил с самого детства, в армию вместе пошли, в одну часть попали, в общем, по жизни не разлей вода.

— Когда нам было по шестнадцать, к нам в посёлок переехала семья, не то арабы, не то дагестанцы, — извини Алан, я плохо разбираюсь в ваших народах. В общим, кто-то из ваших, из мусульман. Дочь у них была, красавица, я таких не видел никогда. Она отличалась от своих родных и внешностью, и характером, я имею в виду: непокорная она слишком была. Отец её часто жестоко избивал за это.

— Само собой мы влюбились в неё оба, и в первый и единственный раз в жизни мы с отцом Есении поругались, но Азалия, — так её звали, сама выбрала Ивана, я конечно же уступил, — а что мне оставалось.

Мои губы слегка растянулись в улыбке, никогда мне не доводилось видеть Сидора настолько открытым, я бы даже сказал ностальгирующим.

— Конечно, встречались они тайно, никто не знал об их отношениях, кроме меня конечно. Иван был настроен более чем серьёзно к Азалии. Перед тем как уйти в армию, пошёл к её родителям и просил не отдавать её замуж, мол, вернётся и женится на ней. Как же жестоко её старшие братья, избили тогда его. На нём не было живого места.

— Анатолий как это связанно с Есенией?

— Не перебивай, а то придётся кусками рассказывать, а это куда дольше, поверь.

— Всё извини! Продолжай.

— Ушли мы тогда в армию, а где-то через, полгода мы узнали, что Азалию, всё-таки выдали замуж за богатого и увезли куда-то на Кавказ, кажется: Иван тогда чуть сума не сошёл.

Нам принесли горячее. Анатолий даже не притронулся к еде, весь погружённый в воспоминания продолжил.

— После армии устроились на стройку, — продолжает Сидор — я встретил Наталью, мы сыграли свадьбу, и прямо на наше торжество приехала Азалия, — Геннадич помрачнел.

— Вся в синяках и шрамах. От былой красавицы, практически ничего уже не, осталось, лишь её тень.

— Иван сразу увёз её в глубинку, что бы не нашёл никто, и только чуть позже мы узнали, что не просто сбежала она от мужа тирана, а ребёнка двухгодовалого она там оставила. Иван приехал тогда ко мне в полном отчаянье. Рассказал, что скучает сильно по сыну она, сгорает заживо. Я тогда посоветовал, мол, ребёнка пусть родит, глядишь, и о первом позабудет. — Сидор усмехается — Молодой тогда я ещё был, не знал, что для матери значат дети.

— В общем, родилась у них тогда Есения, — я замираю так и не засунул мясо в рот, а Анатолий продолжил — но Сенька не смогла вылечить страдавшие сердце матери, не выдержало оно, Еси тогда ещё и года не было. Иван хотел руки на себя наложить, не представлял себе жизни без Азалии. Только дочка и держала. Еся ночами не спала, тогда мы и решили её крестить. Тем более Азалия нормально относилась к православию, у неё мать русская была.

Я, перестал есть, почему-то на душе так тоскливо стало.

Да уж Дакаев, стореешь!

— Вот тут и Маргарита с утешениями подоспела, она та за Иваном с самой школы бегала, и к Есеньке буквально присосалась. Иван и купился на это, наверное, боялся, что один не справится, с воспитанием дочки, ну и женился на Марго. Да она в принципе хорошо относилась к Есении, пока жив был Ваня. Погиб он, через два года после женитьбы, — по скулам заходили желваки, ему трудно говорить о смерти друга — несчастный случай.

— Почему Есению не забрал у Маргариты?

— Не смог, правда, не смог, она ведь сама настояла на удочерении Есении, мол, чтобы, не судачили в посёлке. Тогда у меня ещё не было таких связей. А когда подросла Есения… — Алан она считает её родной матерью, и какой плохой бы она не была, скажи я ей тогда, в тринадцать всю правду, не знаю, как она бы отреагировала. Ты ещё очень плохо знаешь свою жену Алан, это с виду она такая смелая и сильная, а на самом деле ранимая и слабая, и я просто испугался, что она замкнётся в себе. В общем, мы с Натальей просто старались быть рядом, а Маргарита, как за этого Стаса вышла замуж, так совсем — Анатолий махнул рукой и я догадался, что отношения к Есении, ухудшились, после второго брака.

— А зачем ей нужна была Есения, своих не могла родить? Замуж вышла же.

— Точно не знаю Алан, сначала думал, что Есения, это последняя связь с Иваном, и она держится за неё, а с годами стал подозревать, что из-за денег, что получала на неё, и от меня в том числе. А что касается детей, там он, толи не хотел, толи не мог, я и не пытался вникнуть.

— Ну, судя по тому, как она сегодня требовала, чтобы Есения ехала устраиваться на работу, думаю, деньги для неё важны.

— Она требовала Есению приехать?

— Ещё как!

— Смотри Алан, эта стерва, умеет давить на Есю, так что аккуратней.

— А если Есении всё рассказать?

Генадичь тяжело вздыхает.

— Не знаю Алан, не знаю. На неё столько всего свалилась разом, я ведь так и не спросил её, как она так смирилась быстро с замужеством, я, честно говоря, к войне готовился.

— А вытянул бы? — скалюсь я.

— Вытянул! Не забывай, она мне как дочь! И если обидишь, я за неё…

— Я сам за неё кого угодно закопаю — уже серьёзно говорю, — А по поводу что смирилась. Сам не знаю. Но я рад, что она приняла меня, и мне не пришлось её ломать.

— Мгы — злой взгляд Сидара, заставляет, снова меня улыбнутся.

— И что мне делать? — Если это так, как ты говоришь и она действительно привязана к Маргарите! — выдыхаю и на секунду замолкаю. — Я ей запретил с ней общаться, но сейчас понимаю, это не выход, она будет, к ней тянутся. Попробовать познакомится? Пообщаться? Так сказать знать врага в лицо! — уже рассуждал больше сам с собою.

— Ты сейчас, как истинный русский, о родной тёщи говоришь.

— Нет Сидор, если бы она была родная, я бы постарался проникнутся хотя бы уважением! А так…

— А так она её вырастила, не забывай об этом Алан, Есения, точно не забудет. И как бы, не получилось так, что Сеня будет испытывать чувства вины.

— С чего ей чувствовать себя виноватой?

Сидор усмехается.

— Ну как. Вырастила, не бросила.

— О Аллах!

— Кстати Алан будешь с тёщей знакомится, оденься попроще, увидит, что ты богат. Без трусов останешься. — И ещё, вы приходите в выходные к нам на ужин, Наталья утку приготовит, по любимому рецепту Сени.

— Не знаю Анатолий, Загир в больнице, если всё нормально будет, то придём.

— Что с ним! — серьёзным тоном интересуется.

— Был взрыв на моей шахте, но с ним вроде всё хорошо уже.

— Хорошо, я буду ждать звонка от вас, с положительным ответом.