Глава 45

Вздыхай не вздыхай, а надо устраивать мужа, вернее место ему освобождать. Вдвоем кое-как сократили кота на постели, помогать в этом деле он нам никак не собирался. Сергей лег со своего края и мгновенно уснул. Федька тоже не чинился, принялся петь свою кошачью песню-засыпайку, а я лежала и улыбалась в темноте спальни неизвестно чему. Но на душе было приятно. Так и уснула, улыбаясь.

А с утра все мечты о спокойной и тихой жизни пришлось отодвинуть в сторону и впрягаться в повседневную жизнь со всеми ее проблемами, задачами, удачами и неудачами. Дела сами не сделаются.

Так, в результате совместных с нашим ветеринаром размышлений, был признан неудачным эксперимент по разведению "индейских петухов", так здесь называли индюков. Этих птиц в Российскую империю стали завозить не так давно, а я, дитя супермаркетов и американских фильмов, где обязательно готовили на День Благодарения индейку, ухватилась за идею разведения этих птиц. Оказались они очень капризными для разведения в наших условиях. То им жарко, то им холодно, а падеж индюшат был слишком большой.

В общем, отказались мы от этого направления, хоть и очень жаль было. Зато успешным оказался проект с разведением гусей. Весной я заказала гусят нескольких пород, про которых прочитала в журнале. Выбрала тулузских гусей, датских легатов и наших холмогорских. Холмогоры были меньше весом, зато хорошие наседки, а вот иностранки - гусыни при своем большом весе оказывается, вовсе лишены материнского инстинкта. Пока что от наших гусей мы получали два продукта - мясо и пух. Причем легатов надо было ощипывать каждые несколько недель, пух отрастал вновь. И сейчас на складе у нас скопилось изрядное количество пуха. Вскоре должен прийти из Москвы заказанный материал для пошива пуховых детских одеял и подушек. Шить для взрослых одеяла и подушки я посчитала нерентабельным, цена почти одинакова, но для детских то расходников значительно меньше.

Из неприятного - эти пушистые шкоды оказались склонны к побегам, то есть, к уплывам. Они постоянно норовили уплыть по нашей речушке вниз по течению. Первое время, пока не поставили колья, вбитые в дно речки, частенько приходилось догонять гусей у соседей. Некоторые возвращали птиц без возражений, а некоторые, типа моего "родственника" Петра, спорили до хрипоты, доказывая, что это их родные гуси.

Сергей везде ходил со мной, молчал, не спорил и не вмешивался, но очень внимательно наблюдал. Вечером расспрашивал меня о том, что не понял. Я постепенно привыкла к его постоянному присутствию за спиной. Может, в хозяйственном плане он знал ещё мало, но вот организаторский талант у него явно был. Как-то он умел так распределить рабочих, что все стадии рабочего процесса проходили быстро, спокойно и без суеты. И работники его слушались. У меня так до сих пор не каждый раз получалось.

Но меня начинали беспокоить взгляды Романа - тоскливые на меня и раздраженные на Сергея. Дошло до того, что я даже советовалась с Фиодором. Тот, выслушав меня, пробурчал.

-Вот говорил я тебе ещё когда, поговори с ним! Объясни, что его надежды напрасны, и дело даже не в замужестве, а в том, что ты не относишься к нему иначе, чем к хорошему специалисту, надёжному помощнику. А так он и на вас злится, и Ганка вся извелась уже. Тоже волком на тебя смотрит, когда ты не замечаешь. Это ещё твой муженёк не понял ничего, а то беда будет.

Я уныло покивала, прав был Федька, прав! Я сама затянула эту проблему, все откладывала на потом, видимо, надеясь, что как-нибудь само рассосётся, как беременность у старшеклассницы. А она накапливается и накапливается эта проблема. И теперь вопрос стоит уже не ребром, а полным профилем!

Выдав мне нравоучительную речугу, кот взгромоздился на подоконник и грустно уставился в полузамерзшее окно кабинета, где мы с ним пребывали сейчас. Какая-то тоска и безнадёга проглядывали во всем облике моего кота. Я не выдержала.

-Федь, что у тебя случилось? Я уже давненько вижу, что ты хандришь.

Федька печально вздохнул.

-Да Тася моя все из головы не идёт... Как она там? Котятки наши, уже, небось, большие выросли, взрослые совсем... помнит ли она меня?

Я постаралась успокоить его.

-Ну, я думаю, все хорошо у Таси, ты же помнишь, бабки у нас во дворе, хоть и сплетницы, но жалостливые, всегда кошек всяких кормят. Да у тебя самого, поди, уж полдеревни котят!

Кот вздохнул ещё печальные.

-Да нет у меня здесь котят! У меня ведь котята могут появиться только по моему желанию. А кошки здешние... ну красивые, но дуры дурами! Мне с ними скучно и поговорить с ними не о чем. Так, приду, помурлыкаем и все. То ли дело моя Тася! Мы с ней столько передач обсудили! Да, Лиза, не смотри так! Приходила она, когда ты на работе, по дереву, на ветку, оттуда через окно и в кухню. Я ей свой обед отдавал, у нее же котята должны были появиться. Потом мы телевизор вместе смотрели или комп твой. Эх, было время! Тоскливо мне тут!

Я удивилась про себя, потом призадумалась. Вот кошки, казалось бы, ерунда какая! А тут серьезные чувства! У меня и муж рядом со мной, а я все сомнениями терзаюсь, что мы чувствуем друг к другу, нужны ли мы друг другу? Я вздохнула - как всё-таки сложно понять даже саму себя, не то, что другого человека! Но в одном Федька прав - надо поговорить с Романом, пока не стало поздно. Но сделать надо это как можно деликатнее, чтобы у каждого осталось чувство самоуважения и достоинства, чтобы не влезть кирзовыми сапогами прямо в душу человеку и потоптаться там. А значит, сделать надо это тет-а-тет, без свидетелей. Надо выбирать подходящий случай.

Такой случай выдался примерно через неделю. Пришлось отправить нашего ветеринара в Курск за какими-то одному ему известными лекарствами и ещё чем-то сугубо ветеринарным. Поскольку он недавно простыл и только что выздоровел, я не рискнула отправлять его на грузовых санях, отправила его с Кузьмой в возке. И пару грузовых саней, заодно получит наш груз из Москвы.

И тут доставили мне записку от нашего священника, отца Василия. Он приглашал меня посетить храм и обсудить приготовления к празднику Рождества.

Дело в том, что я последние два года ввела в моду ставить новогодние ели с самодельными игрушками и готовить немудрящие подарочки для детворы со сладостями и простенькими игрушками, чаще всего, тоже самодельными. Вот отец Василий предложил нынче поставить такую ель у храма, а на подарки деньги собрать со всех окрестных помещиков. Сумма будет небольшая, сладости многие могут изготовить и на кухнях своих имений. Нужно только купить по возможности какие-нибудь простые игрушки. Вот на организационное собрание отец Василий и приглашал меня. Сергей был занят с бумажными делами - приводил в порядок все свои записи и подсчёты. Я даже позавидовала ему - вот до чего дотошный до мелочей человек, все у него записано и расписано по графам и таблицам, не то, что у меня, вечно все на клочках каких-то, потом выискиваю в кипе бумаг на столе.

Роману надо было проехаться по дальним полям, кто-то недавно сказал, что с двух полей не вывезли солому, забыли. Вот он и поехал проверять. Заодно проводит меня почти до того села, где церковь. Ехать я решила верхом, кобылка у меня была смирная, мы с ней привыкли друг к другу, так что никаких проблем я не ожидала. Надев короткий тулупчик и теплые брюки под длинное платье, чтобы не шокировать нашего старенького попика отца Василия, собралась на выход. Почти у самых дверей меня догнал Фиодор, пробурчал, что тоже поедет, ему нужно проконтролировать мой разговор с Романом, чтобы я опять не струсила. Вздохнув, взяла его на руки, а взгромоздившись на свою Ветку, запихнула кота в отворот тулупчика, где он и притих. Разговор получился тяжёлым.

Порой мне казалось, что мы говорим с Романом на разных языках, до такой степени он не понимал меня. Или не хотел понимать. Клялся, что он беззаветно любит меня, что я не понимаю, что не нужна мужу, что он как раз не любит меня. И что я это обязательно пойму, только должна дать ему, Роману, шанс. Но вот что интересно, он ни разу не сказал, что, мол, расторгайте брак, любимая Елизавета Ивановна, и выходите замуж за меня... Это что, получается, он видит меня в роли любовницы? Сожительницы? На смену Ганке? Эту неделю сплю с тобой, а следующую - с Ганкой?

Я старалась быть вежливой, помягче строить фразы, чтобы не обидеть его, но вот уже начинало все это подбешивать меня! Какое он имеет право говорить мне, с кем жить, кого любить! Я ни разу не дала ему повода думать, что я отношусь к нему как-то по-особому. Так почему Роман решил, что я должна ответить на его чувства, отринуть правила морали и приличия, при живом муже иметь управляющего в любовниках? Это не только нарушение светских приличий, но и противно моим личным принципам! Да и любит ли он меня? Любимой женщине такое не предлагают! Вероятней всего, он просто вбил себе в голову, что любит, и не хочет посмотреть правде в глаза.

-Знаете что, Роман Савельевич? Даже если бы я не была замужем, то я все равно не смогла бы ответить на ваши чувства, и не потому, что вы и я - люди разного социального круга, а просто потому, что я не вижу в вас мужчину, который бы волновал мое сердце, мою душу! Я вижу в вас надёжного помощника, может, друга, но не любимого. Простите, но свои взгляды я не изменю. Вы сказали, что выбрали меня любимой, потому что я такая расчудесная. Так вот я не желаю, чтобы меня выбирали! Я хочу выбирать сама, кого мне любить!

-Сергея Николаевича вы тоже сама выбирали? - С какой-то детской обидой выкрикнул Роман.

Я засмеялась. - А вы знаете, да, я сама его выбрала!

Роман замолчал, потом, отвернувшись от меня, глухо сказал.

-Простите, Елизавета Ивановна, думаю, вы меня поймёте, я хотел бы остаться один, мне надо подумать!

И он, свернув на небольшую, полузанесенную дорогу через поля, хлестнул коня нагайкой и поскакал в направлении полей.

А мы с Федькой остались одни на пустой дороге. Хотя, ничего страшного, вон там виднеется деревенька и крыша помещичьего дома. Правда, нужное мне село будет только следующее, но ещё только утро, весь день впереди. А обратно я как-нибудь найду попутчиков.

Так, успокаивая себя, тихонько беседуя с котом, я продвигалась в нужном направлении. Кстати, Фиодор поддержал и мое решение по Роману, и мое предположение о том, что на самом деле не любит он меня. Зато сказал.

-Знаешь, Лиз, а наш Сержик по сравнению с этим Романом - просто идеал! Он гораздо внимательнее к тебе, не давит морально, даёт время тебе самой во всем разобраться. И с тех пор, как вы стали жить под одной крышей, он ни по каким Ганкам не бегает! Может, ты и не заметила, но сейчас Сергей уже большую часть работы Романа выполняет сам. Просто тебе не хвастается этим. Как мне кажется, это ему стоит дать шанс. Конечно, если это тебе самой надо, если он твоей душе и сердцу не противен. А если никак - не мучай ни себя, ни его, дойди до патриарха, но добейся признания брака недействительным. Конечно, для репутации это не слишком хорошо, но так у вас обоих будет шанс когда-нибудь обрести свое счастье.

Я задумалась. В словах Федьки была своя, сермяжная правда. Но и в самом деле, мне надо разобраться в себе, в своих чувствах, а то мне и самой непонятно, что же я чувствую к мужу. Так, размышляя, я подъехала к небольшому лесочку возле дороги, за ним начиналась деревенька. Внезапно моя Ветка громко заржала и поднялась свечкой на дыбы. Я этого не ожидала и не удержала поводья, да и сама не удержалась. Уже вылетая из седла, только и успела подумать.

-Надо бы ноги суметь выдернуть из стремян, иначе мне конец!

Ноги то я сумела, освободила, но грохнулась навзничь на указанную дорогу со всей силы. Перед глазами заплясали цветные огоньки, но затем померкли и они. Наступила тишина и темнота, больше я ничего не видела и не чувствовала.