Глава 63 · Игры кончились, Микэль

Мика

Посреди палатки я всё ещё пыталась прийти в себя после того вихря событий, что обрушился на меня за последний час.

Мои губы ещё хранили вкус Кайласа, а тело гудело от близости, которую мы только что разделили. Браслет на запястье тяжело оттягивал руку, напоминая о принятом решении. А разум отчаянно пытался уложить в какую-то логичную картину то, что произошло в последние минуты.

Кайлас просто… ушёл.

Сорвался с места, схватил меч и выбежал из палатки, не объяснив ничего. Я видела его лицо в тот момент, когда он услышал про то слово — «парласса». Видела, как золотые искры завихрились вокруг нас, как его глаза засияли этим нечеловеческим свечением, добавляя ещё большего устрашения к его вытянутым змеиным зрачкам.

Это была ярость на грани безумия, готовая снести всё на своём пути.

И я вот вообще не понимала, что происходит сейчас за пределами этих холщовых стен.

Очевидно, это какое-то оскорбление. Достаточно серьёзное, чтобы вывести из себя обычно сдержанного генерала. Но настолько ли серьёзное, чтобы хвататься за оружие и мчаться в лагерь с таким выражением лица, будто он собирается кого-то убить?

Ой, мать моя женщина… А вдруг он и правда собирается кого-то убить?

Мысль заставила меня рвануться к выходу из палатки. Я подхватила подол длинного платья, задирая его выше щиколоток, чтобы не споткнуться в темноте, и выбежала в ночь.

Лагерь уже утонул в темноте, разбавленной лишь факелами у палаток, да ярким светом от главного костра где-то впереди. Я побежала на этот свет, продираясь между палатками, спотыкаясь о натянутые растяжки и едва не врезаясь в какие-то вещи.

С каждым шагом до меня доносился всё отчётливее зычный голос Кайласа, произносящий какие-то слова, которые я не могла разобрать на расстоянии. Но интонация… интонация не предвещала ничего хорошего.

Это был тон человека, выносящего приговор.

Я выбежала на освещённую кострами поляну как раз в тот момент, когда с бревна у костра поднялась массивная фигура. Рыжеволосая детина со шрамом на пол-лица — тот самый воин, что назвал меня… как там… парлассой.

Он был огромен, ещё больше, чем мне показалось при первой и второй встречах. Его руки были толщиной с моё бедро, а в правой ладони поблёскивал клинок.

Я сделала шаг на поляну, открывая рот, чтобы… чтобы позвать Кайласа и попытаться остановить это. Но чья-то рука схватила меня за локоть, останавливая.

— Стой на месте, мелочь, — прошипел мужской голос совсем рядом с ухом.

Я резко обернулась, уже готовая вырваться и наорать на очередного хама, но…

Райнор?

Да, это был он, только сейчас от его обычной ухмылки не осталось и следа. Лицо было серьёзным, почти суровым, брови сведены к переносице, а в глазах сосредоточенность.

— Ты что тут делаешь⁈ — я попыталась вырвать руку из его хватки, но пальцы сжались крепче, не причиняя боли, но и не давая освободиться. — Отпусти меня! Там Кайлас с мечом, и этот рыжий тоже вооружён, и…

— Вот поэтому тебе нельзя туда соваться, — Райнор развернул меня к себе лицом, положив вторую руку мне на плечо и вынуждая смотреть на него, а не на поляну. — Слушай, недо-баронесса, сейчас там поединок чести по законам драконорождённых. Ты не имеешь права вмешиваться. Это оскорбление для обоих бойцов, и…

— Какой ещё поединок⁈ — я попыталась обойти его, но мужчина переместился, снова загораживая мне обзор. — Какого чёрта вообще происходит⁈ Минуту назад мы были в палатке, а теперь…

Райнор зажал мне рот ладонью, и я возмущённо замычала, пытаясь укусить его за пальцы. Почему попыталась⁈ Вполне успешно грызанула!

Но он выдержал мою пытку без единой эмоции на лице, дождался, когда я перестану кусаться и вырываться, и только тогда заговорил:

— Кнархар, тот рыжий воин, оскорбил тебя, — друг следил за моей реакцией, не убирая ладонь ото рта. — Он назвал тебя парлассой, ещё и вынул оружие в твоём присутствии, даже до меня слухи дошли. Это смертельное оскорбление для пары драконорождённого, особенно для аларии генерала. По их законам Кайлас имеет право вызвать его на бой чести. — Райнор нахмурился. — До первой крови или до смерти. Выбор за оскорбителем. И судя по тому, что Кнархар взял в руки меч, а не встал на колени и все ещё не попросил прощения у тебя публично… он выбрал смерть.

Моё сердце ухнуло куда-то в живот.

Смерть? Они действительно собираются драться насмерть? Из-за какого-то оскорбления? Из-за слова, значение которого я даже толком не знаю⁈

Я просто в шоке с этих дикарей…

Райнор, помедлив, убрал ладонь от моего рта, наблюдая, не собираюсь ли я закричать. Я сглотнула, пытаясь справиться с внезапной сухостью во рту, и прошептала:

— Это же… это варварство какое-то! Нельзя просто взять и убить человека за слова! Должен быть суд, разбирательство, я не знаю… какое-то цивилизованное решение!

— Добро пожаловать в этот мир, мелочь, — Райнор усмехнулся без веселья, разворачиваясь и вставая рядом со мной так, чтобы теперь мы оба видели поляну. Его рука всё ещё лежала на плече, удерживая, но теперь уже не так жёстко. — Тут первая кровь — как крещение, когда ты осознаешь, что происходящее реально. Здесь у драконорождённых свои законы. Жестокие, но именно они держат их всех в узде вот уже несколько тысячелетий. И Кайлас, как генерал, обязан их соблюдать. Иначе он потеряет уважение своих людей.

Я смотрела на освещённый кострами круг, где двое мужчин как раз начали обходить друг друга. Кайлас двигался почти лениво, меч держал в одной руке продолжением кисти. Рыжий Кнархар, напротив, выглядел напряжённым, он сжимал рукоять обеими руками, его мышцы были натянуты до предела.

— Расступитесь! — рыкнул Кайлас, и воины, сидевшие в круге, поспешно отодвинулись, освобождая больше пространства для поединка. — Это бой чести! Никто не вмешивается, пока один из нас не падёт!

И именно в этот момент Кнархар атаковал.

Он рванул вперёд с неожиданной для его размеров скоростью, меч пронёсся в широкой дуге, целясь в шею Кайласа. Я ахнула, сделав шаг вперёд, но рука Райнора все ещё держала меня на месте.

— Не двигайся, — прошипел он. — Доверься ему. Кайлас не просто так носит звание лучшего воина Князя, — мужчина бросил взгляд на моё запястье и добавил: — Раз приняла дар, учитывай обычаи мужа!

Кайлас даже не попытался блокировать удар. Он просто отклонился назад, позволяя клинку пронестись в сантиметре от его горла, а потом молниеносно контратаковал.

Его меч лязгнул о меч противника, отводя его в сторону, а свободная рука метнулась вперёд, ударив Кнархара кулаком в солнечное сплетение.

Рыжий воин согнулся пополам, хватая ртом воздух, но не выпустил оружие. Он отступил на несколько шагов, восстанавливая дыхание, и я прочитала даже с этого расстояния в его глазах вместе с отблеском огня настоящую ненависть.

— Ты не уважаешь традиции! — выплюнул Кнархар, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Твоя шлюха отказала тебе прилюдно, опозорила перед всеми нами! Она плюнула в лицо нашим обычаям, а ты всё равно взял её под защиту!

Я вздрогнула от слова «шлюха», произнесённого с таким презрением, что оно резануло слух. Райнор рядом со мной выругался под нос, его пальцы сжались на моём плече, притягивая защитническим жестом ближе.

Кайлас не ответил на провокацию. Он молча атаковал, его клинок со свистом рассекал воздух. Удар за ударом, не давая Кнархару опомниться, загоняя его в угол освещённого круга, зажатого бревнами-скамьями.

Их мечи звенели, высекая искры при каждом столкновении, а я отупев смотрела на эту дикую пляску смерти, не в силах отвести взгляд, хотя и хотелось затоптать ногами и попросить прекратить кошмар.

— Она алария Генерала Княжеской армии! — рыкнул Кайлас, нанося особенно сильный удар, от которого Кнархар едва не потерял равновесие. — Она носит мой браслет и имеет полное право на уважение каждого из вас! Склонись перед ней и проси прощения, или я объявлю тебя предателем Князя!

— Предателем⁈ — взревел Кнархар, отражая удар и с воем бросаясь в атаку. — Предателем из-за какой-то бабы⁈ Ты потерял рассудок, Кайлас! Истинный Князь никогда не позволил бы женщине так себя вести! Истинный Князь держал бы их в узде, на цепи, как и положено!

Его слова били меня пощёчиной, заставляя впервые осознать, что он говорит серьезно. В голове не укладывается… Я попятилась, словно физически ощущая яд этих слов.

На цепи? Как животных⁈

— Я… я конечно отказала Кайласу прилюдно, — пробормотала я, обращаясь скорее к себе, чем Райнору. — Но я никак не ожидала такой… такой ненависти из-за этого. Это же просто… я просто не была готова тогда, и…

— Это не про вас лично, баронесса, — неожиданно произнёс новый голос совсем рядом.

Я вздрогнула и обернулась, обнаруживая Дерека, который подошёл бесшумно и теперь стоял с другой стороны от меня, внимательно наблюдая поединок.

— Вам стоит осознать важное, — Дерек повернулся ко мне, не переставая краем глаза следить за сражением. — Сейчас наше Княжество разделено внутренне. В головах драконорождённых идёт настоящая война между старым и новым порядком. Победа Князя Эрика над его предшественником и дядей стоила ему… — он осёкся, подбирая слова. — Эта победа стоила ему многого. То, что пришлось сделать лично ему и его истинной… Это было жестоко. Невыносимо жестоко, даже по меркам драконорождённых…

Я хотела спросить, что именно он имеет в виду, но Дерек продолжил, не давая мне вставить слово:

— И война за умы нашего народа не закончилась с последней битвой. Она продолжается здесь и сейчас, — он кивнул в сторону поляны. — В каждом таком поединке. В каждом выборе, который мы делаем день за днём.

— Этот Кнархар… — я облизнула пересохшие губы. — Он что, против новых порядков вашего князя? Против того, чтобы к женщинам относились как к людям, а не к вещам?

Дерек усмехнулся. А потом вдруг резко обернулся к Райнору, что всё это время стоял сбоку от меня.

— Вам лучше убрать руку с плеча леди, — бросил Дерек с лёгким прищуром. — Это весьма… отвлекает Генерала.

Райнор хохотнул, явно находя эту ситуацию смешной. Но руку с моего плеча убрал и даже отступил на полшага.

— Серьёзно? — не выдержала я, оборачиваясь поочередно к обоим мужчинам. — Но он же не видит нас отсюда… то есть… Райнор мой друг, и вообще, Кайлас сейчас в бою, он не может…

— Он видит всё и всегда, — отрезал Дерек, мельком глянув на меня, прежде чем вернуть внимание к поединку. — И всё это время отвлекался и нервничал из-за руки вашего… друга на вашем плече. А что до второго… Райнор может быть вашим… другом, баронесса, но пока вы с Кайласом не закрепили связь полностью через обряд единения душ, Генерал будет… беспокоиться. Только после обряда придёт полная вера в несокрушимость вашей к нему любви. А сейчас он на стадии «не смотрите на моё сокровище и не прикасайтесь к нему».

Эээ…

— Сокровище, надо же, — пробормотала я вслух.

Дерек глухо рассмеялся, продолжая следить за усложнившимся боем. Теперь Кайлас и Кнархар сцепились в ближнем бою, их мечи перекрестились, оба давили друг на друга, пытаясь столкнуть противника с позиции. Мышцы на руках Кайласа вздулись от напряжения, пот стекал по его обнажённому торсу, но он не отступал ни на сантиметр.

Как ни странно… но несмотря на ситуацию, слюни едва не текли по его телу. Но ровно до очередного выпада рыжеволосого. Хотелось побиться головой об ближнее дерево и поорать, какие они все идиоты.

А потом рваным движением Кайлас дёрнул свой клинок в сторону, нарушая равновесие Кнархара. Рыжий воин пошатнулся, и в этот момент меч Кайласа прочертил по его рёбрам, оставляя глубокий кровавый след.

Первая кровь.

Кнархар зарычал от гнева, но не остановился. Напротив, он словно взбесился окончательно, его атаки стали более яростными и хаотичными, лишёнными техники даже на мой весьма-весьма любительский взгляд, но полными злобы.

— Кнархар не просто не разделяет правление нового Князя, — все же проронил Дерек. — Кнархар — младший сын свергнутого Безумного князя, а значит реальный родственник Княжеских братьев и претендент на трон после их гибели.

Что? Что он сказал⁈

— Вы сошли с ума⁈ — взревел Райнор сбоку от меня, очевидно настолько шокированный, что забыл обо всем. — То есть вы всё это время держали при себе сына того ублюдка⁈ В лагере⁈ Рядом с гражданскими⁈

Я рванулась к Дереку, схватив его за руку и разворачивая к себе.

— То есть… всё это время, — выдавила сквозь зубы, стараясь не повышать голос, но как не начать материться, право слово, я едва сдержалась. — Всё это время среди вас был сын вашего… вашего преступника⁈ В доме, где живут дети⁈ В доме, где моя дочка⁈

Дерек осторожно высвободил руку из моей хватки, но не отступил и не отвёл взгляда.

— Не заставляйте нервничать Кайласа ещё больше, леди, подобными касаниями к его ближнему кругу, — проворчал он. — К тому же, оглядитесь вокруг.

Друг Кайласа сделал широкий жест рукой, охватывая весь лагерь и всех воинов, что стояли кругом вокруг поляны.

— Наш лагерь наполовину состоит из таких, — продолжил Дерек. — Из сыновей, братьев, соратников тех, кто поддерживал Безумного князя. Их отправили сюда вместе со мной и Кайласом… можно сказать, под наблюдение и перевоспитание. Они заслужили шанс доказать свою верность новому Князю.

Я выпучила глаза, ощутив себя кошкой в стае собак. Или мышью в стае кошек. Или… Оглянулась вокруг, изучая лица воинов в круге. И правда ловила на себе взгляды — некоторые смотрели на меня с откровенной неприязнью, другие с любопытством, третьи вообще отводили глаза, будто стыдясь.

Половина лагеря… мужчин с оружием. Бывшие сторонники тирана…

Тыц-тудыц, куда я попала⁈

— Вы… понимаете, какой опасности подвергаете моих людей⁈ — зашипела гадюкой, поворачиваясь к Дереку. — Моих слуг, детей из приюта, которые живут тут⁈ Вы, оказывается, привели сюда армию потенциальных убийц и насильников, разместили их в десятке метров от моего дома, и даже не удосужились… пре-дуп-ре-дить⁈ — прорычала последнее.

Дерек развернулся, выражение его лица изменилось. Мягкость исчезла, сменившись твёрдостью гранита. Гигант смотрел на меня сверху вниз.

— Леди, — жёстко гаркнул он. — Половина населения нашего Княжества — «преступники» в душе. Те, кто годами и веками жил по извращённым порядкам и искренне верил в их правильность. Мы не можем просто опустить это и сделать вид, что проблемы нет. Но мы и не можем перерезать всех подряд, устроив массовую бойню драконорожденных. У каждого из них есть шанс измениться, стать частью нового мира. — Дерек нахмурился — Кнархар свой шанс упустил.

— Ну, знаете ли… — начала было я, но по лагерю прокатился рёв, на который обернулись и Дерек, и Райнор, чуть загораживая меня собой, выступая на шаг вперед.

— КНЯЖЕСКИЙ БРАТ ВОЛОЧИТСЯ ЗА ПАРЛАССОЙ! — взревел Кнархар, прижимая рукой кровоточащий бок, но не выпуская меч. — ИСТИННЫЙ КНЯЗЬ ЭТОГО БЫ НЕ ДОПУСТИЛ! МЕСТО ЖЕНЩИНЫ — НА ЦЕПИ, В ПОДЧИНЕНИИ, В…

И в этот момент я ощутила, как что-то острое упирается мне в спину, между лопаток.

Остриё…

Нож? Кинжал?

Мама…

Время замедлилось до вязкости. У меня почти открылся рот, чтобы позвать мужчин, стоящих в полушаге от меня, на помощь.

— Хоть слово — и вырежу, — едва слышно прошипел незнакомец мне на ухо. — И тебя, и выродка мелкого.

Аника. Он говорит про Анику?

Боже, боже, боже…

Ужас схлестнулся с бешенством на того, кто угрожает моей дочери. Эта смесь на миг парализовала. Ноги подкосились, но нож в спине напомнил о себе, слегка надавив, обещая пронзить при малейшем неверном движении.

— Назад, — прошептал некто. — Медленно. Шаг за шагом. Не вздумай кричать или дёргаться!

Я послушалась, потому что выбора прямо сейчас не было. Пикни я — и какова вероятность, что кто-то успеет хоть обернуться, прежде чем тот, кто за спиной исполнит угрозу. Сделала шаг назад, нож двигался вместе со мной, не отрываясь от спины.

Потом ещё один шаг.

И ещё.

Я была в панике. Что делать? Что делать? Вырваться? Но как, если я даже не вижу его? Вдруг он там не один? Рукопашные занятия из Питера — это вам не кинжал к спине от воина, не-человека вовсе…

— СДАВАЙСЯ, КАЙЛАС! — взревел Кнархар, я скосила глаза в его сторону, не поворачивая головы.

Рыжий воин истекал кровью уже из нескольких ран, но всё ещё держался на ногах. И… прямо сейчас он указывал мечом в мою сторону, когда его лицо исказила торжествующая ухмылка.

— СДАВАЙСЯ, ИЛИ ОНА УМРЁТ!

Дерек и Райнор резко обернулись в мою сторону. Райнор дёрнулся вперёд, но Дерек схватил его за плечо, останавливая.

— Нет, — рыкнул друг Кайласа. — Без резких движений. Иначе её убьют раньше, чем мы приблизимся.

И Кайлас обернулся.

Его глаза сразу нашли меня в толпе, словно магнитом притянуло. И то, что я увидела в этих глазах, заставило моё земное чёрствые сердце сжаться.

Ужас, смешанный с такой яростью, что воздух вокруг него завибрировал энергией, поднимая в воздух его волосы. Золотые искры, которые до этого едва мерцали вокруг тела во время боя, теперь они засияла ярче и гуще, закружились вихрем, превращаясь почти в сплошную стену огня.

— Тронь её — и я разорву тебя на части, — почти прошептал Генерал. — И остаток своей жизни я проведу, разрывая тебя по кусочку. Ты будешь молить о смерти, но я не дам тебе умереть.

На этих словах острие у моей спине дрогнуло, но не отстранилось.

— НАСТОЯЩИЙ КНЯЗЬ БЫ НЕ ПОЗВОЛИЛ ТАКОГО! — продолжал вопить Кнархар, плюясь слюной и кровью. — Настоящий князь знал, как обращаться с женщинами! Они должны быть покорны, безмолвны, принадлежать нам! Они вещи для продолжения рода, и ничего больше! А твоя парласса…

— Закрой пасть, — прорычал Кайлас, его тон был настолько смертоносным, что Кнархар действительно осёкся на полуслове. — Заткнись, пока я не вырезал тебе язык и не скормил его вуронам!

Кайлас слегка повернулся к Дереку, не спуская с прицела рыжеволосого. Взгляды двух друзей встретились, между ними прошло безмолвное общение. Дерек едва заметно кивнул.

Потом Кайлас снова посмотрел на меня. На долю секунды его лицо смягчилось, в глазах появилась нежность в океане страха за меня. Губы беззвучно сложились в слова, которые я с лёгкостью прочитала:

«Доверься мне».

И тогда мой… муж развернулся обратно к Кнархару, расправляя плечи. Меч в его руке опустился, остриё уперлось в землю. И когда Кайлас заговорил, он обращался уже не к Кнархару конкретно.

Он обращался ко всем воинам в круге, к каждому мужчине, что стоял и наблюдал за поединком.

— Братья мои, — голос Кайласа разнёсся по лагерю. — Я знаю, что многие из вас выросли при старом князе. Что вы впитали его учения с молоком матери, что они казались вам единственно правильными многие годы. — Он обвёл взглядом круг. — Но то, чему учил Безумный князь — это не традиции драконорождённых. Это грязь наших обычаев, которое он создал, чтобы утолить собственную жажду власти.

Кнархар плюнул кровью себе под ноги, собираясь что-то вставить, но Кайлас перебил, не глядя в его сторону:

— Истинные традиции драконорождённых чтят женщин как равных и как лучшую из святынь мироздания! — тон был похож на набатный колокол. — Наши предки искали пару не для того, чтобы держать её в клетке и на цепях! Они искали половину своей души, того, кто дополнит их, сделает сильнее, мудрее, лучше! Женщина — не вещь и не ваша собственность! Она — свет в нашей тьме, якорь в нашем безумии. Женщина — причина продолжать жить и сражаться за будущее!

Воины в круге переглядывались, смятение было написано на многих лицах. Кто-то кивал, соглашаясь со словами Кайласа. Кто-то хмурился, явно не готовый принять эту правду.

— ВСЁ ЛОЖЬ! — взревел Кнархар, делая шаг вперёд. — Истинный князь…

— Истинный князь был безумцем! — рыкнул Кайлас, его меч взметнулся вверх, сверкнув в свете костра. — Он изнасиловал собственную истинную, довёл её до самоубийства, а после запретил кому-либо упоминать её имя! Он держал сотни женщин в подвалах своего дворца, использовал их и убивал, когда ему надоедало, пытаясь добиться дочери от неистинной! Это не князь — он чудовище! И любой, кто до сих пор считает его правым, достоин той же участи!

Тишина разлилась над лагерем после этих слов.

А Кнархар… Кнархар посмотрел на Кайласа с ненавистью, я физически ощутила её даже на расстоянии. Его лицо исказилось, рот раскрылся в беззвучном рёве, и он рванулся вперёд, поднимая меч для последней, самоубийственной атаки.

Мои глаза расширились, я затаила дыхание, слегка дернувшись, морщась от боли в спине.

Боже, сохрани ему жизнь…

На этой моей отчаянной и неосознанной мысли Кайлас… исчез.

Именно что исчез! Одну секунду он стоял в пяти метрах от Кнархара, а в следующий миг материализовался прямо позади рыжего воина. Золотые искры взорвались вихрем, воздух загудел, а я едва успела проследить за следующим движением — настолько нечеловечески быстрым оно было.

Кайлас обвил рукой шею Кнархара, притягивая его спиной к своей грудине. Охотничий кинжал Генерала прижался к горлу противника, лезвие вдавилось в кожу, выступила капля крови.

И одновременно… клинок исчез от моей спины.

Я судорожно выдохнула, не веря, что угроза миновала. Ноги почти подкосились, я пошатнулась, начиная падать. Но сильные руки подхватили меня, не дав упасть.

Райнор. До бесов злой Райнор держал меня за талию.

Я обернулась через плечо и нашла взглядом Дерека. Он стоял в паре метров, и точно так же, как Кайлас, держал у груди ножом к горлу ещё одного мужчину — того, кто только что угрожал мне. Незнакомое лицо, перекошенное страхом и злостью одновременно.

Пару вдохов молчания, все озирались друг на друга.

И Дерек потянул своего пленника за шею, заставляя идти вперёд, к центру круга мимо воинов. Когда они прошли мимо меня, я невольно шарахнулась в сторону, прижимаясь к Райнору. Тот обнял меня, удерживая на ногах.

Кайлас и Дерек встали спина к спине в самом центре освещённого круга, каждый держа по пленнику.

Два ножа у шеи каждого преступника.

Две жизни на грани завершения.

— Драконорожденные, — в тоне Кайласа не осталось спокойствия, не было больше уговоров. Только в этот момент до меня дошло, что, вероятнее всего, та пламенная речь моего Генерала — была фикцией, попыткой отвлечения, попыткой вывести из равновесия рыжеволосого. — Так будет с каждым, кто посягнёт на законы нашего Князя. С каждым, кто поднимет руку на женщину. С каждым, кто оскорбит, будет угрожать или причинит вред аларии драконорождённого.

Он выдержал паузу, оглядывая воинов в круге. Потом его взгляд нашёл меня, задержался на мгновение. Райнор мгновенно отпустил меня, отчего я слегка пошатнулась, но не отвела глаза. В глазах же Кайласа было обещание защищать, клятва никогда не дать в обиду, готовность убить любого, кто посмеет приблизиться ко мне против воли.

— Это будет цена вашего предательства, — закончил Кайлас.

И одновременно он и Дерек провели ножами по горлу своих пленников.

Кровь хлынула фонтаном, чёрная в свете костра. Я отсюда слышала влажное бульканье и хрип, видела, как тела дёргаются в последних конвульсиях. Кайлас и Дерек показательно перед всеми удерживали их ещё несколько секунд, прижавшись спина к спине, пока конвульсии жертв не прекратились, а потом Генерал и его друг синхронно отпустили тела.

Те рухнули на землю.

Кайлас вытер клинок о штаны Кнархара, не глядя на труп. Дерек сделал то же самое. Это выглядело как часть ритуала.

Они обернулись, оглядывая всех собравшихся. Некоторые отводили взгляды. Некоторые кивали с мрачным одобрением. Некоторые смотрели с откровенным ужасом.

Я же не могла оторвать взгляд от двух тел, лежащих в луже крови. От остекленевших глаз. От зияющих ран на горлах.

Всё это время я анализировала, пыталась осмыслить. Райнор давно отпустил меня, отступив на шаг, но стоял неподалеку, не оставляя наедине.

Я краем глаза заметила движение в толпе. Заторможено обернулась и увидела Бель, сестру Райнора. Она стояла в стороне в ночном платье, кутаясь в плед, по её щекам… текли слёзы.

Она смотрела на эти трупы, на кровь, на Дерека с кинжалом — и плакала. Молча, но безостановочно.

Наши с ней взгляды на мгновение встретились. В её глазах я прочитала глубокую старую травму, которую эта сцена разбудила заново.

Бель отвернулась и быстро пошла прочь от круга, исчезая в темноте между палаток по направлению к усадьбе.

Я перевела взгляд на поляну, чтобы как раз заметить, как Кайлас перешагнул через труп Кнархара.

Генерал шёл ко мне. Окровавленный, с влажными от пота волосами, прилипшими к лицу и шее. Кровь была на его руках и на груди, капала с кончиков пальцев на землю. Искры всё ещё кружились вокруг него, но уже тускнели.

Кайлас шёл, а я тупо смотрела на него. И внезапно осознала, что ощущаю влагу на спине. Влагу, просачивающуюся сквозь платье.

Кровь.

Мою кровь.

Нож всё-таки успел порезать меня. Не глубоко, судя по тому, что я не испытываю боли. Но достаточно, чтобы кровь струйкой стекала по спине.

И это осознание стало последней каплей.

Всё, что произошло за этот день, всего за сутки, черт возьми, обрушилось на меня разом. Приезд всех этих строителей, поединок Райнора и Кайласа, скандал, долгая работа над постоялым двором, разговор с Кайласом, контракт и принятие браслета, близость с Генералом, поединок насмерть.

Острие у спины.

Угроза Анике.

Две казни на моих глазах.

Кровь — чужая и своя.

Это… Слишком быстро… Много… Слишком…

Ноги подкосились. Я теряла опору, а поляна начала расплываться перед глазами. Последнее, что я увидела перед тем, как провалиться в темноту — это как Кайлас срывается с места, пробегая метры, его руки тянутся ко мне, а из горла вырывается крик:

— МИКЭЛЬ!

А потом… наконец-то, тишина.