Глава 35

Лада.

Пугливую тишину дома нарушает вибрация телефона. Поглядываю на безобидный аппарат, как на гремучую змею. Я знаю, что звонит Руслан.

«Лада, можно я приеду?»

«Лада, как ты себя чувствуешь?»

Нехотя беру дребезжащую трубку и пишу Данилевскому гневный ответ: «Руслан Анатольевич, у меня законные выходные. Со мной все в порядке». Конечно, можно было дописать про встречи с подругами или свидания с интересными парнями, но я воздерживаюсь от подробностей. Хватит с него и такой отписки. Осматриваю спящий дом и звоню Маргоше. Надо спрятать сокровища в надежном месте. Упаковываю ценности в чемодан, проверяю наличие паспорта в сумочке и выхожу на улицу. Гром трется о мой бок большой серо-черной мордой и понимающе скулит. Правильно, пёсик, твоей хозяйке так тоскливо на сердце, что тоже хочется от души поскулить…

Марго приезжает на машине отца. Оглядывается по сторонам, решительно забирая чемодан из моих рук.

– Сейчас ячейку в банке оформим, Аракчеева. Хорошо, что центральный офис работает по субботам. А то с этими богатствами и у меня на душе неспокойно, – качает она головой. – Ты передумала отдавать этому узурпатору миллион?

– Не передумала. В понедельник утром отдам.

Отдам… И больше никогда его не увижу. Потому что его девушка беременна, а ребенку нужен отец.

Сотрудник банка делает опись полученных на хранение ценностей. Считает камни, ювелирные комплекты, полотна. Расписываюсь и со вздохом облегчения передаю вещи. Потом покажу их бабуле, пусть пока отдыхает и не думает ни о чем.

– Ну что, Ладка, может, в кино? – улыбается Марго. – Или красоту наводить?

– В кино. Давно не была.

В сумочке гудит телефон. Если это опять Данилевский, ей-богу, я его заблокирую!

– Да, слушаю. – Отвечаю незнакомому абоненту.

– Лада, мне вас порекомендовали… как хорошую домработницу, – журчит женский голос на том конце провода. Солнце жарит асфальт и отражается искорками от водной поверхности декоративного фонтана, стоящего поблизости.

– Хм… А кто порекомендовал? Я… профессионально не занимаюсь уборкой. – Отвечаю, чувствуя, как в перепонках бьется испуганное сердце.

– Кира Сергеевна. Меня Марина Дмитриевна зовут, я ее приятельница. Вы сможете мне помочь? У меня завтра юбилей, я очень нуждаюсь в умелых ручках на кухне и в доме.

Нет, таких совпадений не бывает. Я прекрасно знаю, что маму Руслана зовут Марина Дмитриевна. Всё-таки мы в прошлом встречались, и я запомнила… Так зачем она мне звонит? Неужели потому, что нуждается в «умелых ручках»? Нет… Тут что-то другое. Она зовет меня в дом, чтобы познакомиться? Посмотреть на фиктивную жену сына или…

– Во сколько нужно прийти? – охотно заглатываю наживку.

– О! Замечательно, что вы согласились. В шесть вечера. Адрес скину в сообщении. До свидания! В ее словах звучат вполне ощутимые нотки подлого обмана, подвоха…

Медленно возвращаю телефон в сумочку, пытаясь разложить по полочкам услышанное.

– Лад, да отомри ты уже! Кто звонил? – взволнованно тараторит Марго.

– Мама Руса звонила. Сказала, что ей нужны умелые и трудолюбивые ручки. Завтра у нее юбилей. Она меня как домработницу позвала, понимаешь?

– Нет, она заманила тебя. Это подстава, Ладка. Ты что, собираешься идти? – не унимается Марго.

– Да. И там отдам Русу деньги. Это… конец, Маргош. Она обманом меня позвала в дом, чтобы унизить или…

– Нет никаких «или», – отрезает Рита.

– Я выдержу, – стиснув зубы, произношу я.

Такси подъезжает вовремя. Расплачиваюсь с водителем и ступаю на гравийную подъездную дорожку. Осторожно подхожу к калитке и прислушиваюсь к звукам веселья – голоса, смех, крики, звон бокалов, шаги. Стекла дребезжат от громкой музыки. Глубоко дышу, пытаясь унять дрожь и заношу руку над домофоном…

– Это… Лада. Меня позвала Марина Дмитриевна. Я… домработница, – отвечаю незнакомцу, ответившему на звонок.

– Проходите.

Калитка распахивается, любезно впуская меня внутрь – в изощренную ловушку, виртуозно сплетенную мамой Руса. Во дворе красуются роскошные машины – белоснежные внедорожники, черные седаны, красные маленькие машинки, кабриолеты, мотоциклы… Машины Руслана нет. Ничего удивительного – наверняка он захочет выпить за здоровье мамы и явится на такси.

Меня никто не встречает – я всего лишь домработница, а не уважаемая в этом доме гостья…

– Здравствуйте, – робко стучусь в дверь и приоткрываю ее, заглядывая в светлую просторную прихожую.

– Здрас-сьте. – Вздрагиваю от удивления, услышав приветствие. На пороге меня встречает именинница. Ее глаза прищуриваются, губы сжимаются в тонкую линию. От напряжения даже ее залитые лаком локоны становятся неподвижными.

Марина Дмитриевна вздыхает, смерив меня взглядом и сухо произносит:

– Иди пока на кухню. Поможешь девочкам. Я потом скажу, что делать дальше.

Марина Дмитриевна взмахивает рукой в сторону кухни. Шифоновые пышные рукава ее платья колышутся, как живые. Я послушно киваю и сбрасываю балетки.

– Не разувайся, дурочка, – снисходительно бросает она. – Иди. Работай.

И это все? Хозяйка уплывает к гостям, оставляя меня одну. Ступаю в дышащую ароматами и паром кухню. Наташа – помощница по хозяйству семьи Данилевских протягивает мне фартук и заставляет вымыть руки.

– Почти все собрались. Ждут хозяйского сына. Его невеста Арина здесь, а Руслана все нет… Марина Дмитриевна уже извелась, – протягивает Наташа, вынимая из духовки курник. – А ты… откуда взялась? Такая пугливая. – Добавляет она улыбнувшись.

– Марине Дмитриевне меня… порекомендовали, – блею я. – А что же у них… помолвка сегодня? – спрашиваю, монотонно расставляя бокалы на подносе – не хочу вызывать расспросами подозрения.

– У хозяйки юбилей. А помолвка… Хм… Там свадьба уже скоро. К чему хороводиться? Ой, да аккуратнее ты, неумеха! – упирая руки в пухлые, затянутые красным фартуком бока, кричит Наталья.

Вилки и ложки валятся на пол. Бокалы я успеваю удержать от падения. Ставлю поднос на стол и молниеносно склоняюсь, подбирая приборы. Так вот для чего меня позвали? Показать серьезность отношений Арины и Руса? Сыграть сцену, после которой я растрогаюсь и подам на развод в день суда? А лучше раньше… Например, завтра. Сбрасываю с себя волнение, как липкую паутину и облачаюсь в покров решительности. Марине Дмитриевне не стоило так изгаляться. Ей-богу, я и сама бы ушла… Нужно было немного подождать. Подхватываю поднос, выпрямляю спину и гордой походкой шествую в зал…