Глава 4

 До дома доехали в молчании. Тэйн просматривал бумаги, делал на полях заметки, а я смотрела в окно, разглядывая городок, где мне предстоит на какое-то время задержаться. И надо сказать, посмотреть было на что. Проводя сравнение с нежно мной любимой столицей, где я родилась, выросла и училась, она теперь казалась серой и унылой. Потому что приморский город, пусть и не такой большой, но утопал в зелени. Она была везде: клумбы, тенистые аллеи, сады вдоль дороги, заборы жилых домов увиты плющом и цветами. Признаться, я никогда в жизни не видела столько насаждений. А еще запах. Море, оказывается, может пахнуть совершенно особенно. И я, сидя в экипаже, просто наслаждалась. Вздох разочарования вырвался непроизвольно, стоило нам остановиться.

Шеф пристально глянул на меня, слегка усмехнулся. Мне на миг показалось, что из нас двоих менталист он, а не я, потому что следующая его фраза удивила, он словно прочел мои мысли.

— Не переживай, Льяна, у тебя еще будет возможность насладиться местной природой, — отозвался Тэйн, я во все глаза уставилась на адвоката. Я-то думала, он слишком погружен в свою работу, а он, оказывается, все подмечал, от его зоркого глаза вряд ли возможно укрыться.

— Но как?.. — мне даже договаривать не надо было, он прекрасно осознал мой вопрос. Его улыбка была искренняя, и я от нее зависла, даже позабыв на мгновение, что хотела спросить.

— Я видел, какими глазами ты все вокруг рассматривала. В столице такого нет? А учитывая тот факт, что ты только после Академии, то и побывать нигде не успела. Приморский городок действительно красив, с этим не поспоришь, и тебе просто хочется рассмотреть его поближе, а еще, как и многие другие, ты влюбилась в море. Это я, прожив тут некоторое время, успел привыкнуть к запаху, но многим он кружит голову. И мне в первое время кружил, потом перестал. Я ответил на твой вопрос?

— Да. А то я уже было решила, что у вас дар менталиста проснулся, — хохотнула, наблюдая за реакцией мужчины.

— Нет предела совершенству, но у меня и без ментального дара полно талантов, — сказал без самодовольства, что вызвало у меня когнитивный диссонанс. Обычно такие фразы говорят какие-нибудь зазнайки, но в шефе ничего подобного не наблюдалось. Он словно констатировал факт.

Отвечать не стала, кивком обозначила — поняла, приняла, и мы вошли в дом. Там народу прибавилось. И первой, кто попался на глаза, стала фигуристая разбитная девица с вызывающим взглядом. Естественно взгляд этот достался мне, на хозяина дома она смотрела с таким подобострастием и почтением, словно супруга встречающая мужа после долгой поездки. Меня передернуло. В груди кольнуло. Судя по всему, это и есть та самая служанка, которая имеет право входить на территорию Тэйна в этом доме.

Еще раз окинув меня пренебрежительным взглядом, потеряла ко мне интерес. Ненадолго. Лорду она поклонилась, усиленно стреляя глазами и тщательно отслеживая его реакцию. Она оказалась равнодушной. Тот даже не кивнул. И тут служанка удивила в очередной раз. Словно списав всю вину за отношение хозяина на мою скромную персону, на меня глянула неприязненно, но тут же, заметив взгляд Тэйна, робко улыбнулась, после чего отчиталась:

— Лорд Виори, принесли почту, она уже в вашем кабинете, одно письмо с пометкой «срочно». Еще посыльный принес приглашение на сегодняшний бал у градоправителя, ваш костюм я уже приготовила. Изволите отправить вестника одной из леди? — и на меня глянула с вызовом. Я едва не расхохоталась.

— Нет, Норра, у меня уже есть спутница, — отмахнулся от служанки адвокат. Потом повернулся ко мне: — Тебе надо какое-то платье заказать.

— Не надо, у меня все есть, и платье, и драгоценности, — сперва ответила, потом едва не застонала. Так ведь и проколоться недолго. Мне нельзя светить родовыми украшениями. Получается, придется выбрать что-то из новодела. Признаться, я и сама не помнила, что именно лежит в моей шкатулке, так как давно туда не заглядывала. И пусть при побеге я оставила ее дома, но у меня с собой универсальный ключ, с помощью которого можно перенести мои украшения сюда. Недаром ставила маячок, когда убегала. Вот как чувствовала, что мне это пригодится. Главное потом отправить их обратно. Хотя… Думаю, тут им точно ничего угрожать не будет, а влезть в шкатулку кроме меня никто не сможет. Уж с защитой своей собственности я постаралась на славу.

Вот теперь на меня устремились два взгляда. И если у Тэйна он был предвкушающий и словно говорящий: «Я так и знал», но служанка готова была испепелить меня на месте. И так увлеклась, что не увидела, с каким недоумением, а потом и пренебрежением глянул на нее сам наниматель. Еще он о чем-то задумался, ненадолго, прищурился и предложил мне отдохнуть, пока он окончательно разберется с оставшимися делами. Не забыл при этом поманить за собой довольную Норру. Но если та и едва не прыгала от счастья, поглядывая на меня вроде как свысока, то мне вдруг стало ее жаль, я-то видела, что выражение лица адвоката не предвещало ничего хорошего.

— Льяна, через полчаса зайди ко мне в кабинет, подпишем договор, — бросил не оглядываясь.

Не став задерживаться в холле, отправилась к себе, мне ужасно хотелось помыться после посещения тюрьмы, заодно проверить, какие платья я впопыхах зашвырнула в сумку. Оказалось, я успела схватить два, которые мама заказывала на выпускной в Академии и на защиту диплома. Нахмурилась. Надеюсь, здесь не окажется никого из столицы, пусть я сейчас и изображала простолюдинку, но появляться дважды в одном и том же наряде — моветон. Стоило об этом подумать, как пришлось себя одернуть. И дать мысленную затрещину.

О чем я вообще думаю? Правила для аристократов не могут распространяться на простолюдинок, одну из которых я сейчас из себя изображаю. Даже если бы меня кто и видел в том наряде, то никто бы и слова не сказал на его повторное использование, потому что многие прекрасно понимают: у безтитульных не может быть столько золотых, чтобы каждый раз обновлять гардероб. И ладно платье, на него еще можно наскрести денег, но ведь к каждому наряду необходимы соответствующие аксессуары, туфли, драгоценности, а это уже лишние траты.

На балу в Академии я прекрасно видела, как ведут себя настоящие простолюдины. Они вообще не заморачивались с полным подбором образа. Купили платье, а туфли и аксессуары пошли в ход какие придется, у многих вообще не попадали в образ, словно разрозненные кусочки одной мозаики. Самое поразительное, никто не смеялся, потому что вообще не воспринимали девушек всерьез. Лорды на таких не смотрят, а простолюдинам все равно, в чем одета понравившаяся девушка. Некоторые и вовсе предпочли бы видеть их без одежды.

Стоило вспомнить Академию и все балы, на которых присутствовала, стало значительно легче. Теперь я была уверена, что мои наряды точно прекрасно подойдут для вечера. Все же ткани дорогие, качественные, а платья по последней модели. Мама тогда постаралась, несмотря на ворчание отца. Но и он быстро оттаял и внес свой вклад, купив драгоценности в тон платью. И сейчас мне предстояло сотворить из себя нечто приемлемое.

Так, для начала займемся перемещением своей собственности. Как там папа учил, настраивая мою ауру с добавлением силы на шкатулку? Я должна представить ее во всей своей красе и со всеми деталями, потом сжать ключ и произнести слова активации. Я так и сделала. Пришлось зажмуриться, чтобы перед глазами встала картинка, с малейшими шероховатостями, завитушками, царапинкой.

— Ой! — воскликнула, потирая голову, так как именно на нее и свалилась моя сокровищница. Осторожно переместила на кровать, разглядывая и радуясь. Это в первый раз я смогла переместить вещицу. Надеюсь, не в последний. Но ведь недаром говорят, что все познается на собственном опыте, вот и будем нарабатывать.

Для начала стоило разобраться с платьем. Я ведь даже не помнила, что в спешке кидала в сумку. А при разборе вещей особо не присматривалась. И сейчас открыла шкаф, чтобы застыть в сомнениях. Один наряд персикового цвета, другой нежно фиолетовый. Оба мне нравились. Но если первый больше подходил дебютантке, так как отличался скромностью, нежностью и трогательностью, то второй в самый раз для приема, на который приглашали Тэйна и соответственно меня. Пришлось доставать именно это платье. Вот теперь займемся подбором украшений.

Открыла и шкатулку, начиная перебирать драгоценности. К моей огромной удаче там помимо родовых украшений, подаренных на мое восемнадцатилетие и на двадцать один год, находились и весьма новые шедевры ювелирного искусства. Отобрав те, которые идеально подошли к наряду, вытащила их и разложила на комоде, остальные снова закрыла в шкатулке и наложила на нее охранные заклинания. По наитию накинула плетение и на уже приготовленные драгоценности. Глянула на время. Так, сперва стоит спуститься в кабинет, как и было сказано, а потом уже можно и себя в порядок привести. Так и сделала.

Подойдя к нужной двери, прислушалась. Тишина. Постучала. Вместо ответа дверь приоткрылась, словно приглашая внутрь. Ну я и вошла. Раз пригласили. Мужчина сидел за столом и что-то резко писал, его рука стремительно порхала над свитком.

— Вот твой договор, садись, читай, если что не устраивает, спрашивай, — все это он произнес, даже не поднимая головы и не прекращая писать.

Судя по сосредоточенности на его лице, он явно чем-то озабочен, если не сказать зол. Как бы ни грызло меня любопытство, но интересоваться, кто успел его достать, не стала. Я всего лишь помощница, а не служба магического доверия. К тому же были у меня догадки. Наверняка после разговора со служанкой он такой. Что же она ему наговорила? Или это из-за ее слишком наглого поведения? Представила себе подобную выходку у нас дома и содрогнулась. Мама бы с такой слишком быстро разобралась. У нее разговор короткий, пинка под зад безо всяких рекомендаций, еще и вестник в бюро трудоустройства, чтобы нахалка больше никогда не устроилась в приличные дома. И если раньше я подобную жестокость осуждала, то сейчас, наглядно столкнувшись с подобным отношением, осознала правоту родительницы.

Так, хватит думать, у меня тут другая задача. А Вэйн пусть сам со своими слугами разбирается. Я устроилась на стуле напротив него. Взяла первый лист. Так, там ничего особенного, перечисление обязанностей нанимателя. Заботиться, вовремя платить, не подвергать необоснованному риску, не позволять сотруднику совать голову в пекло и бла-бла-бла тому подобное. Эту страницу я подписала, так как со всем была согласна. Теперь переходим ко второй. Вот тут я уже вчитывалась внимательно. Пока нареканий не было. Да и откуда, если пункты обязанностей сотрудника звучали вполне разумно. Прислушиваться к мнению работодателя, не подвергать себя и его необоснованному риску, уважать чужое мнение, приводить логические доводы в случае несогласия. А вот один из пунктов насторожил.

— Беспрекословно исполнять приказы? — у меня это даже вслух вырвалось. Я подняла голову на лорда.

— И что не так с этим пунктом? Вполне разумная предосторожность. Сегодня же ты не спорила, когда я приказал молчать и слушать, не встревать и не перебивать. Почему сейчас ты зацепилась за этот пункт?

— Да мне, знаете ли, вспомнился столичный департамент, когда вы меня гоняли, как ту прислугу, принеси-подай, иди в пень. И если тогда я еще могла сопротивляться, то при подписании контракта у меня вряд ли получится оспорить подобные приказы.

— Хм, Льяна, хочу тебе напомнить, что раз уж ты позиционируешь себя простолюдинкой, но у тебя с молоком матери должно быть заложено подчинение аристократам, — вкрадчивый тон Тэйна заставил похолодеть. Я смотрела на него широко распахнутыми глазами. А он продолжил: — Неужели ты действительно поверила, что можешь сойти за обычную девицу? Да уже то, что ты взялась спорить со мной, а потом и вовсе отказалась исполнить приказ, наглядно показало: ты не та, за кого себя выдаешь. Но, заметь, я пока не тороплю с ответами. Хотя и тянуть тебе не дам, я должен знать о своей помощнице все. А сейчас просто подпиши и не мешай мне работать.

Я поджала губы. Смотрела на него исподлобья, пытаясь сообразить, что ему ответить. И ведь он по сути прав. Вздохнула. Дочитала до конца, но больше ничего вопросов не вызвало. Поставила свою подпись, закрепив ее магически. Меня все еще одолевали сомнения, правильно ли я поступила. Украдкой глянула на сосредоточенное лицо шефа. Тот на меня вообще не обращал внимания, в данный момент он и вовсе чертил какие-то схемы. А у меня вдруг отлегло. Если тогда во время его присутствия в департаменте я в жизни бы не подписала подобный договор, то сейчас, пробыв с мужчиной всего лишь один день, вдруг осознала: он не станет пользоваться своим положением для издевательств надо мной. Почему тогда так поступал? Это мне еще предстоит узнать, но, кажется, он изначально не поверил в мою легенду, вот и проверял такими методами.

Не став отвлекать своего нанимателя, полностью совладав с собственными эмоциями, отправилась к себе. Но не успела выйти из кабинета, как сомнения снова вернулись. Не поторопилась ли я с выводами? Как наяву перед глазами встал сперва тот злополучный пункт в договоре, а потом его ухмыляющееся лицо в маг департаменте, когда он приказывал мне все убрать. Кровь вскипела, нагрянула злость. Во мне все бурлило от негодования. А еще дошло: а ведь он и не думал возразить, когда я заикнулась о его требованиях-приказах. Вот же… И на что я только что подписалась? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. А еще мне очень не нравились скачки моего настроения.

Так как окончательно успокоиться не получилось, пришлось отправиться в душевую и поплескать на лицо холодной водой. Вроде помогло. Выйдя, устроилась у окна, наблюдая за морем, устраивая себе пятнадцатиминутный отдых, после которого я спустилась вниз, где уже вольготно расположился Герхард. Накрытый небольшой столик содержал наборы пирожных, от которых у меня мгновенно рот наполнился слюной, стояла бутылка эльфийского и в вазоне красиво разложены фрукты.

— А вот и Льяна, — ухмыльнулся Тэйн, отсалютовав мне бокалом. — Для первого раза ты неплохо справилась. И я даже готов простить нарушение моего приказа.

Я даже споткнулась на миг, не совсем понимая, о чем он говорит. Наверное мой взгляд стал слишком красноречивым, потому что наниматель тут же любезно просветил:

— Когда я говорю молчать, значит, ни при каких обстоятельствах рот открывать нельзя. Тебе повезло, что благодаря твоим репликам мы смогли быстро докопаться до правды. Но впредь я такого не потерплю. Понятно?

— Более чем, — буркнула, присаживаясь напротив обоих мужчин. Спорить и что-то доказывать сочла бессмысленным, чувствуя его правоту.

Но почему он мне этого в кабинете не сказал? Вряд ли забыл. Ведь и повод был, когда зашел разговор как раз о приказах. И ведь ни словом не обмолвился. Зато сейчас не преминул ткнуть носом при постороннем человеке. Вот, гад. Ладно, когда-нибудь я отыграюсь на нем за все.

— Тэйн, не будь таким деспотом, девочка отлично справилась, — пришел мне на выручку красавчик с поразительными глазами.

— Я и не спорю, только это спасло ее от моего гнева, — отмахнулся от друга адвокат. Я же смотрела на этих двоих и пыталась понять, что их связывает? Неужели правда дружба? Но они совсем не походили на друзей. Один строгий, холодный, надменный и вечно всем недовольный, второй — как луч солнца, сияет так, что глаза режет, но вместе с тем и душа радуется. На лице улыбка, способная растопить даже вековой лед.

Наблюдая за двумя мужчинами, я вдруг поймала себя на том, что как бы ни привлекателен был Герхард, какие бы положительные эмоции ни вызывал, я бы точно не смогла в него влюбиться. Дружить, да. Но не любить. Едва не захихикала про себя. Вот недаром же говорят, что всех хороших девочек тянет на плохих мальчиков, и я оказалась не исключением. К тому же, прислушавшись к себе, осознала еще одну истину: ненависть к лорду Тэйну исчезла. Совсем. Но как так? Я даже попыталась вспомнить те чувства, которые он вызывал у меня в департаменте. Не получилось. Почему? Все просто.

Когда мне нужна была помощь, мне не к кому было обратиться. Ни подруг, ни друзей я не завела. Родители уехали. На работе те, кто мне мило улыбались, кто изображал симпатию, уверена, самые первые бы не помогли, а сдали стражам. Вот так и вышло, что единственный, кто мне помог, оказался как раз тот, от кого меня воротило и наизнанку выворачивало. А при более близком знакомстве, точнее работе, выяснилось, что и он может быть нормальным. Да, строгим и деспотичным, но ненависти он точно больше не заслуживал.

— Льяна, попробуй пирожное, меня заверили, что вкуснее нет в целом мире, — подвинул ко мне коробку Герхард. И я не стала отказываться. Положила себе в тарелку сперва одно, попробовала и едва не замычала от удовольствия. Но тут же резко вскинула голову на мужчину.

— Это же из кондитерской «Леварше». Но как? Здесь такая тоже имеется? — не успели вопросы сорваться с моих губ, как я удостоилась излишне пристального взгляда обоих мужчин. Потом Тэйн повернулся к другу и с едва заметным ехидством выдал:

— Я ж тебе говорил, не так проста, как желает показаться, — и уже мне: — Скажи-ка, помощница, откуда бы простолюдинке знать вкус пирожных, стоящих, как годовой доход клерка средней руки?

Упс. Еще один прокол. Ладно, делаем вид, что ничего экстраординарного не произошло. Пожав плечами, продолжила наслаждаться пирожным. И только жестом показала на свое горло, развела руки в стороны, а потом пояснила:

— На свой вопрос вы можете получить ответ только через полгода, не раньше.

Вот, я это сказала, теперь он от меня отстанет со своими вопросами. Правда удивилась, как вообще смогла хоть что-то озвучить, ведь у меня на малейший намек стоял запрет. Или папуля уезжая немного успел ослабить клятву? Скорее всего. Другого объяснения у меня не нашлось.

— Ха, все еще таинственнее, чем я предполагал, — развеселился Герхард. — Но тем интереснее будет разгадывать такие необычные загадки.

— Тебе других дел мало? — недовольно буркнул Тэйн. Его вопрос вызвал новую бурю веселья друга. А я рискнула, наконец, уточнить, кем же работает красавчик-весельчак. И мне, как ни странно, ответили:

— Я дознаватель высшей категории. Владею Голосом и Даром Раскрывать Скрытое.

— Как это? Нет, про Голос я знаю, это мы в Академии проходили. А что за Дар такой необычный? — любопытство напрочь смело смущение. Очень не терпелось узнать что-то новое. Об этом нам на занятиях не говорили.

— Небольшое воздействие, и любое существо готово само раскрыть мне все свои секреты, причем абсолютно добровольно. Я не воздействую на разум, как вы — менталисты, я всего лишь подталкиваю его к откровенности, они зачастую и сами этого не понимают, — пояснил Герхард. Я непроизвольно поежилась, а потом прищурилась.

— Со мной такой же номер проделали во время общения?

Пирожные уже не касались такими вкусными. Напротив, во рту появилась горчинка. И чего, спрашивается? Ведь все в порядке вещей. Учитывая ситуацию, таким внезапно являющимся помощникам нельзя верить на слово, особенно в свете того, что я слышала по пути сюда. Сколько раз к Тэйну подсылали шпионов, но он всех выгнал. Теперь-то я понимаю, что он сразу их раскусил и явно не без помощи своего друга.

— Каюсь, пытался, но почему-то на тебя мой дар не сильно и подействовал, а ведь осечек никогда не возникало, — без тени вины поведал дознаватель. И так широко улыбнулся, что даже обижаться на него не получилось.

Пока я продолжала наслаждаться пирожными, друзья пили вино и обсуждали дела, о которых я ни сном, ни духом. При этом даже вникать не стала в их разговоры, меня сейчас занимала совсем другая дилемма: подойдет ли мой наряд к костюму шефа. Мне вдруг нестерпимо захотелось соответствовать своему спутнику, чтобы ему не было стыдно.

— Льяна, ты с нами? — перед глазами щелкнули пальцы Тэйна. Я очнулась от своих размышлений и кивнула.

— Даже боюсь спросить, о чем ты так напряженно размышляла? — хмыкнул Герхард. А чего скрывать? Я и сказала правду:

— Думала, подойдет ли мое платье для сегодняшнего мероприятия. Или я сделала неправильный выбор?

— А какие варианты? — глаза дознавателя загорелись.

— Персиковое и фиолетовое, под второе есть комплект с аметистами.

— Прекрасно. Обожаю фиолетовый, — широко ухмыльнулся красавчик, отчего у меня в душу закрались смутные сомнения. И я поторопилась их озвучить:

— Вы тоже идете на бал к градоправителю?

— А как же? Без меня не обходится ни одно мероприятие. Да и кто-то же должен сдерживать порывы Тэйна, если ему взбредет в голову кого-либо разорвать и откусить голову.

Я слушала мужчину открыв рот. Умом понимала, что это шутка, но ведь в каждой шутке, как известно, есть доля правды. Сам Тэйн наблюдал за мной с едва скрываемым ехидством. И я поняла, они хоть и говорят правду, но тщательно отслеживают мою реакцию. Что ж, лорды, в эту игру можно сыграть вдвоем.

— А зачем сдерживать? Вдруг без головы кому-то будет намного удобнее, раз он решил таким образом самоубиться, раздражая лорда адвоката. Лорд Герхард, а меня пригласите к такому самоубийце? Очень хочется увидеть его вживую, а заодно и поучаствовать, — состроила самый невинный вид, ресницами хлоп-хлоп, едва заметная улыбка на губах. Жаль, в этом облике мне сложнее давались подобные манипуляции. Вот в моем настоящем осечек ни разу не было. Велись все без исключения.

— Поучаствовать в отрывании головы? — с надеждой осведомился Тэйн, одновременно с ним и Герхард задал свой вопрос:

— Присмирить идиота?

— Лучше голову открутить, немножко мозги поджарить, чтобы неповадно было, ну и парочку заклинаний испробовать, которые я придумала, а проверить не на ком было.

— Да у тебя опасная помощница, — расхохотался дознаватель. — Как раз тебе под стать. И мне, признаться, уже немного страшно, каких дел вы вдвоем можете наворотить.

Не успел никто из нас ответить, как на стол упало послание. Тэйн уже было потянулся проверить, кто решил его побеспокоить, но я заметила над письмом грязно-серую дымку.

— Не трогайте!

Реакция у шефа что надо. Рука зависла над письмом. Но я видела, какого труда стоило адвокату сдерживать свой порыв схватить вестника. Глянула на дознавателя, тот все понял без слов, схватил друга и прижал его к креслу. А я взялась распутывать ментальное плетение, навешанное на письмо. Надо же, кто-то очень сильно заморочился с ним, а все для того, чтобы именно лорд Виор взял его в руки. Именно на него и был настроен мощнейший импульс.

Сняла с трудом. И не потому что приславший эту гадость силен, а потому что навертел туда всего и много. Терпеть не могу такие заклинания. Сами по себе слабые, делаются быстро, но в связке способны и мозги поджечь.

Когда последнее плетение распалось, я создала воздушные перчатки и ими открыла вестника. Сперва смысл прочитанного не дошел до меня. А когда дошел, я недоуменно посмотрела на Тэйна. Оба мужчины тоже склонились над строчками. Переглянулись, перечитали еще раз.

— Это как понимать? — первым нарушил тишину лорд Виори.

— Понятия не имею. Ты сам себе угрожаешь? — бровь красавчика взлетела. А я в этот момент зачитала вслух:

— «Сегодня ты умрешь, или я не лорд Тэйн Виори». Странная форма изъяснения. Больше подходит разбойнику с большой дороги, доказывающему свое главенство среди других банд.

— Согласен. Но пока не могу понять, зачем… — не успел Тэйн договорить, как послание исчезло. На несколько минут повисла тишина. А потом на меня глянул дознаватель. И уже без улыбки.

— Льяна, а какое ментальное внушение было на послании?

— Чтобы лорд Виори взял его в руки, прочел, а потом забыл о нем, — пояснила, сама удивившись подобному приказу. Ведь в любом случае тот, кому пришло письмо, возьмется его читать. Тогда зачем еще и усиление ментального приказа? Да и последняя часть меня напрягла. Забыть? Угрозу самому себе?

— Хм, а скажи-ка, Льяна, каким бы абсурдным ни было ментальное внушение, что именно оно усиливает больше всего? Не считая того, на что конкретно направлено? — поинтересовался красавчик, заставив меня задуматься. А стоило вспомнить, как я удивленно глянула на адвоката.

— Кому-то очень надо было, чтобы это письмо вы лично подержали в руках, оставляя на нем отпечаток своей ауры, по которому можно сходу определить владельца послания. Ментальный посыл действует как попытка сокрытия. То есть, он вроде как затрет следы вашего касания, но при этом чуть-чуть и усилит их. Ой, я, наверное, неправильно объясняю, — спохватилась, глянув на обоих, но они кивнули и сообщили, что прекрасно меня поняли. Переглянулись между собой.

— Я так понимаю, сегодня на балу кто-то решил убить сразу двух драконов: и от неугодного избавиться, и меня подставить. А письмо, как нетрудно догадаться, найдут на теле убитого. И на письме будут мои отпечатки, которые я якобы пытался затереть, но не преуспел.

— В этом случае мы прекрасно сможем вычислить убийцу. Если тот действовал так топорно, значит, был уверен, что любая подтасовка фактов сойдет ему с рук. А это возможно только в одном случае, если… — начал Герхард, а закончили оба мужчины одновременно:

— Он сам станет вести это расследование.

— Потрясающе. Преступление еще не свершилось, а вы его уже раскрыли и вычислили убийцу. Осталось понять, как теперь предотвратить само убийство, — не сдержалась я.

— А это уже легко, — отмахнулся Тэйн. На мое замешательство усмехнулся: — В этом городе есть только одно существо, которому я как кость в горле. Это сам градоправитель и его прихвостни. Одно время он сам распускал слухи, что я сплю с его молодой женой и просто мечтаю занять его место. Но слухи затухли, так и не подтвердившись, зато Вьярш не успокоился. И ведь до сих пор неизвестно, откуда столько вражды в мою сторону. Но еще один субъект, которого он на дух не переносит, это глава жандармерии, неподкупный и честный малый, сорвавший кучу нелегальных сделок Вьярша и контрабандистов. Вот, думаю, на него сегодня и произойдет покушение. А причиной назовут нашу недавнюю размолвку, где мы оба не сошлись во мнении в ряде вопросов. И как раз из-за последнего убийства.

— Как весело вы тут живете, — я даже головой покачала. Куда-то делся страх перед мужчинами, смущение и смятение. У меня и вовсе возникло чувство, что я их давно знаю.

— Это ты еще многого не видела, но у тебя все впереди, — хмыкнул дознаватель.

— Я одного не понимаю, если между вами такая вражда, зачем вообще присылать приглашение? — спросила, так как действительно не могла понять подобного. Папа с мамой никогда не приглашали в дом тех, кто им неприятен.

— А это уже не от Вьярша зависит. Если намечается какое-то важное событие, то на нем обязаны присутствовать все аристократы города, как бы неприятны они были лично его главе. И каждый раз он надеется, что Тэйн не явится, но наш ушлый адвокат приходит только чтобы довести своего недруга до колик в животе и бешенства, — расхохотался Герхард.

А вот Тэйн вдруг глянул на часы, после чего резко встал и сообщил, что ему срочно надо в лабораторию.

— Тут и такая есть? — наверняка мои глаза загорелись. И пусть сама я не особо фанатела по всяким зельям или артефактам, но мне безумно нравилось смотреть, как работают другие. Меня это успокаивало и навевало на размышления. Именно в один из таких моментов еще в Академии, я и придумала ментальный щит для неодаренных, чтобы к ним в мысли никто не мог забраться.

— Только не говори, что и ты заядлый зельевар или артефактор, — застонал дознаватель. Я мотнула головой.

— Нет. Ни то, ни другое. Просто у меня весьма странное хобби: я люблю смотреть на других за работой, в эти мгновения мой собственный мозг выдает то, над чем я билась несколько месяцев. И когда мне надо довести до ума заклинание или придумать связку ментала и стихий я иду в лабораторию, где трудятся зельевары. Каюсь, сама ходила на факультет зельеварения, но меня оттуда выгнали, потому что мои зелья имели совершенно другие свойства от изначально заданных. Никто так и не выяснил причину, почему со мной это происходит, но к котлам больше не подпускали. Зато разрешали просто приходить и наблюдать, особенно, когда узнали, что мне это помогает думать и фонтанировать идеями. Сперва наблюдаю за их работой, а потом словно ухожу в транс. В Академии ко мне многие уже привыкли. Первое время дичились, пытались прогнать, а потом махнули рукой. Главное я никому не мешаю.

— Весьма странное хобби, — нахмурился Тэйн. Он словно пытался о чем-то вспомнить, но у него не получалось. Зато прекрасно вышло у дознавателя.

— А ведь я уже о подобном слышал. Но у кого… Что-то моя память начала давать сбой, — подобное ему самому не понравилось. Я промолчала, не став говорить, что такая же привычка была у моего отца. Благодаря ей и появился амулет связи, основанный на ментальном общении, а для неодаренных в связку включили стихийную магию и портальные связки. Патент принес отцу кучу золотых, прославил на весь мир, приблизил к самому Императору, сделав его первым советником и правой рукой.

И снова оба посмотрели на меня. Приняв самый невинный вид, я в ответ разглядывала мужчин, ничем не показывая замешательства или недовольства. А еще мой взгляд как бы говорил: «Я тут ни причем, и вообще всего лишь мимо проходила».

— Ладно, я все равно вспомню, пусть и позже. А пока время, когда стоит готовиться к балу. Тэйн, надолго не застрянь в своей лаборатории, а то знаю я тебя.

— А вы зельевар или артефактор? — ну не могла я не задать этот вопрос. Особенно возрос интерес в связи со слухами, что адвокат лично готовит яды.

— Можно сказать зельевар. Я готовлю противоядия. Не знаю, что сегодня будет на балу, но стоит подготовиться, — после долгих раздумий поведал Тэйн и тут же строго заметил: — Хватит пустых разговоров. Вам тоже пора собираться.

И не поспоришь. Пришлось последовать совету нанимателя. Дознаватель отправился к себе, адвокат в лабораторию, а я наверх в выделенную мне комнату, чтобы привести себя в надлежащий вид. А вот там меня ожидал сюрприз в виде Норры. Судя по слегка обожженным пальцам, стало понятно: она пыталась добраться до шкатулки. Мои глаза сузились.

— Тебе не говорили, что лазить по чужим вещам — признак дурного тона? — холодно уточнила я, глядя на девицу со смесью высокомерия и презрения.

Нет, к слугам я всегда относилась достаточно ровно и местами уважительно, но сейчас, глядя на паршивку, возомнившую из себя непонятно кого, мне хотелось поставить ее на место.

— Я проверяю не собираешься ли ты причинить вред лорду Виори, — ни сколько не растерялась мерзавка, еще и смотрит с таким превосходством.

— Проверила? А теперь пошла прочь, не забудь драгоценности вернуть на место, они мне сегодня понадобятся.

Я прекрасно заметила, что на комоде, где лежал приготовленный гарнитур, его нет. А так как здесь нашлась только прислуга, то и взять его могла она одна.

— О чем ты? Уж не собираешься ли обвинить меня в краже? — начала злиться Норра. Долго выяснять отношения я и не подумала, самым наглым образом влезла в ее голову и увидела все, что хотела. При этом не забыла сообщить:

— Я менталист, для меня нет ничего тайного, что ты могла бы скрыть. И если не желаешь, чтобы я поджарила тебе мозги, верни, что взяла.

— Да как ты смеешь? Лорд Виори, она на меня напала, я всего лишь хотела прибраться, — заныла гадина, состроив самое невинное выражение лица, еще и слезу пустила.

А я только сейчас заметила в дверях обоих мужчин, которые наблюдали за моими действиями. И если девица считала, что вступятся за нее, то ошиблась. Тэйн вошел в комнату, приблизился к горничной, приподнял ее лицо за подбородок, причем сделал это небрежно, даже с долей презрения. Покрутил ее голову из стороны в сторону, после чего обратился ко мне, даже не смотря на меня:

— Льяна, ты специально все проделала настолько грубо? Я же видел, ты можешь проникать в сознание абсолютно незаметно.

— Да, намеренно. А если она не вернет мой гарнитур ее мозги расплавятся. Ненавижу, когда трогают мои вещи, — зашипела, так как меня охватила ярость.

— Норра, верни, что взяла. И собирай свои вещи. Я не потерплю склок в своем доме, а уж воровства и подавно, — сказано таким тоном, что даже у меня озноб пошел по коже.

— Да она сама воровка! — воскликнула девица. — Откуда у нищебродки такой дорогущий гарнитур?

— Ты поэтому пыталась вскрыть мою шкатулку? Хотела проверить, что там еще есть? Уверена, тебя ожидал бы сюрприз. И, кстати, ожоги на руках будут очень долго заживать, ни один лекарь их не вылечит. Зато впредь будешь знать, как совать свой нос куда не надо, — процедила, наблюдая, как та вынимает из передника один за другим детали гарнитура. Вот только достала она не все. Я прищурилась.

— Это все? — уточнил Тэйн, неизвестно к кому обращаясь.

— Да, — от Норры.

— Нет, — от меня. — Перстень забыла вытащить.

Ох, с какой злостью она швыряла его на комод. Но моя душа вдруг успокоилась. Раньше я бы, наверное, корила себя за подобное поведение. Не люблю, когда из-за меня кто-то страдает. Но сейчас во мне словно переключили магический тумблер и стало абсолютно все равно, что станется с этой мерзавкой, возомнившей о себе невесть что.

А, кстати, с чего это она вдруг начала себя так вести? Обычно подобным страдают те, кто выбирается из самых низов, получая в свои загребущие ручонки подобие власти. Но откуда у девицы власть, если она просто прислуга. Не спал же адвокат с этой служанкой. Или… Да нет, мне показалось, он слишком переборчив в связях, чтобы опускаться до подобного ничтожества.

Как только Норра покинула мою комнату, Тэйн удобно устроился в кресле, не сводя с меня пристального взгляда. Думал меня смутить? Наивный. Это он нашего ректора не видел, вот от кого сразу хочется сбежать, но прежде покаяться во всех грехах, даже в тех, о которых и сама не знаешь.

— Так и будем в гляделки играть или вы все же спросите, что вас так интересует. Драгоценности? Это подарки мамы и отца. Что в шкатулке показывать не стану, не время еще раскрывать свое инкогнито. И если у вас больше нет вопросов, я бы хотела переодеться.

Оба мужчины мне ни слова не сказали, молча вышли, но даже после их ухода в комнате температура упала на несколько градусов. Вот же… Из-за какой-то служанки то хрупкое доверие, которое только начало возникать, разрушилось. Я прекрасно видела, как адвокат недоволен. Да вокруг него тьма так и клубилась, хорошо не нападала, иначе мне пришлось бы туго.

Но в следующую секунду мысли переключились на служанку. Я пыталась понять мотивы ее поступка. Зачем? Вряд ли она действительно хотела украсть гарнитур, не похожа девчонка на воровку. Но ее отношение ко мне выбивало из колеи. Мы ведь даже не познакомились, а она меня заочно невзлюбила. Словно я перешла ей дорогу. Но в чем? На ее место я бы точно никогда не претендовала, не мое это. Внимание лорда? Но это глупость несусветная. Если быть честной сама с собой, я его немного побаивалась, пусть ненависть к нему и прошла, но окунаться с головой и непонятные отношения я не собиралась. И пусть он красив и временами даже может нормально разговаривать, но от него за версту несет тьмой, готовой в любой момент сорваться и уничтожить все вокруг. А я еще пожить хочу.

Ладно, обо всем случившемся можно подумать после. Сейчас мне предстоит куча работы по приведению себя в порядок. Делать придется все самой, вряд ли здесь найдется служанка, которая сможет помочь, а это значит, время ограничено. Хотя бы все успеть.

***

— Ну и зачем ты это сделала? — в комнате Норры, зло кидающей в чемодан вещи, сидела Матильда с недоумением разглядывающая девчонку, с которой проработала долгое время. — Ты же не собиралась на самом деле опускаться до воровства?

— Какая теперь разница? — едва сдерживая слезы, бросила бывшая служанка. — Я думала, он ее прогонит. А не меня.

— Девочка, ты совсем с катушек слетела? Да таких, как она, днем с огнем не сыскаешь. Ты знаешь, сколько лорд Виори искал хорошего менталиста? Долго, очень долго. А когда ему, наконец, повезло, влезла ты со своими глупыми действиями. Я слыхала, они за сегодня раскрыли дело, над которым наш лорд бился вот уже несколько месяцев. А все благодаря помощнице. Она всего-то услышала чужие мысли, что и помогло отыскать преступников. Сама веришь, что из вас двоих выбрали бы тебя? И все же, вот скажи мне, какую цель ты преследовала?

— Он бы как обычно взял на бал меня с собой. Сама же знаешь, несколько раз я составляла ему компанию. Пусть мой род и обеднел, отчим оставил голой и босой, но имя рода никуда не делось, хоть я его и скрываю ото всех. Но лорд Тэйн-то об этом знает. И ему не зазорно было меня приводить в чужой дом. А тут объявилась эта и все. Причем она же простолюдинка. Как ее в высший свет выводить?

— Ой, ду-у-у-ура… — протянула Матильда. — Ты куда свои мозги подевала? Да говорить эта девица может что угодно. Сама разве не увидела ее манеру держаться, разговаривать? Да она с нашим хозяином вела себя на равных, словно так и надо. И ведь даже намека не возникло о ее смущении или какой-то неправильности. Вон, даже лорд Герхард не всегда может так открыто смотреть на лорда Тэйна. А этой хоть бы что. Ты сама хоть раз могла рядом с ним ощутить себя равной? Нет. То-то же. А эта явно из высшей знати. Ей плевать на статус нашего хозяина.

— Ты думаешь, она аристократка? — ахнула Норра.

— Так о чем и толкую! Да тут и семи пядей во лбу не надобно, истинная аристократка, хоть и скрывает это. Не пойму, зачем только. Другая бы кичилась титулом, а эта ни словечком не обмолвилась. Видать, причины у ней есть. И не нам лезть туды, куды не просють. Уяснила?

— Угу, только поздно уже. Выгнали меня. И куда теперь идти — ума не приложу, — Норра уселась на кровать, из ее рук выпала очередная вещь. Сама она горько разрыдалась. Ревела со вкусом, с надрывом. Попутно обматывая обгоревшие руки, они болели нещадно. И чего полезла? Очень хотелось увидеть, что такого там еще есть, если гарнитур, который словно сам прыгнул в руки, оказался потрясающей красоты. Продав такой, можно было безбедно прожить около полугода. А когда поток слез стал иссякать, с надеждой глянула на Матильду. — Как думаешь, если я извинюсь, есть шанс…

— Нет, — категорично заявила женщина, не став дослушивать. Покачала головой и уже спокойнее пояснила как маленькой: — Ты ведь и сама знаешь, насколько хозяин категоричен в этом вопросе. Он не терпит лжи, склок и подобного поведения. Ты ужо себя сама копротировала.

— Скомпрометировала, — машинально поправила старшую подругу Норра и снова зарыдала, осознав, в какую глубокую яму сама себя загнала.

Идти ей было некуда, дома, как такового, давно не существовало. Отчим, помимо денег и счетов матери, заложил, а потом и продал особняк, чтобы погасить часть долгов. Он и Норру собирался продать, но она успела сбежать и устроиться работать к лорду Тэйну Виори. А сейчас ей просто некуда было податься. Вряд ли хозяин напишет хорошую рекомендацию, а без нее она обречена. И пусть за все время работы у девчонки скопилась некая сумма, но ее вряд ли хватит надолго.

Несколько минут обе пытались понять, как им быть дальше. Но ни у кого никаких идей не возникло. Бывшая служанка с надеждой глянула на Матильду и спросила:

— Как думаешь, лорд Виори позволит мне еще немного задержаться в снятой квартире? Все же проживание нам он оплачивал сам. А теперь видно придется заботиться об этом мне.

— Если не позволит, ты всегда можешь пожить немного у меня, дом не очень большой, но нам места хватит. Я ведь тебе сразу это предлагала, а ты заартачилась. Зато теперича выхода-то другого нема, — покачала головой женщина. На это Норра обреченно кивнула. Она безумно корила себя за содеянное, но и исправить уже не получалось. Сама виновата, раз поддалась сиюминутному порыву, надо отвечать за свои поступки.

Сборы заняли прилично времени. И хоть вещи Норры находились в ее квартирке, но и здесь было прилично, все же иногда девчонка так уматывалась, что оставалась ночевать, потому и вещи порой оставляла тут же. Памятные вещицы она тоже хранила в особняке хозяина, вдруг квартиру кто надумает обокрасть, а тут все в сохранности с такой-то защитой. Да и разговор с Матильдой затянулся. Зато когда обе спустились вниз и уже прощались, предварительно договорившись встретиться уже у старшей подруги дома, на лестнице появилась та, из-за кого служанка потеряла место. Обе даже рот открыли от потрясения. Матильда ткнула локтем Норру в бок и прошептала:

— А шо я тебе казала? Простолюдинка?

Ответить бывшей служанке оказалось нечего. Глядя на девушку, что словно королева спускалась с лестницы, держа себя с таким достоинством, что можно позавидовать, Норра в сотый раз раскаялась в совершенном проступке. Она и сама убедилась, что собиралась откусить кусок, который встанет у нее в горле.

***

За пару часов я все же смогла привести себя в достойный вид. Даже с прической все получилось отлично, хотя и не так изысканно, как это делала служанка дома или девчонки в Академии. Но своим видом я осталась довольна. И пусть теперь я совсем не походила на простолюдинку, но мне было приятно хоть на несколько часов оказаться в привычной среде, ощутить то знакомое чувство, которое несколько раз посещало меня во дворце на балах. Интересно, насколько этот бал будет отличаться от столичного?

Спускаясь по лестнице, заметила Матильду в компании Норры. Глаза у девчонки покраснели, сразу видно — рыдала. Наверняка не думала, что ее за совершенное просто вышвырнут. Наивная и глупая. Мне нестерпимо захотелось узнать, кто же она такая и почему так поступила. Но спрашивать посчитала неуместным. Вряд ли передо мной пожелают раскрывать душу.

Где-то хлопнула дверь. Служанки тут же отмерли и поторопились скрыться. А я смотрела в сторону коридора, откуда послышались уверенные шаги. А через несколько минут показался и сам обладатель. Мать честная! Разве можно быть настолько привлекательным? На миг я зависла. То, что одежда приукрашает действительность, я прекрасно знала, сама тому пример. Но чтобы мужчина выглядел настолько сногсшибательно, переодевшись в нарядную одежду, и предположить не могла. Зато сейчас с удовольствием разглядывала своего нанимателя. Да, безумно красив и недоступен. Мрачная атмосфера вокруг него только добавляет изюминки.

— Прекрасно выглядишь, — бросил непринужденно, окинув меня мимолетным взглядом. Даже немного обидно стало. Но пришлось свою обиду задавить и засунуть подальше. Все же я не ставила себе целью понравиться этому темному сухарю. — Экипаж уже подан. Можем идти.

Равнодушно дернула плечом и двинулась вслед за Тэйном. Признаться, я от него уже не ожидала ничего хорошего, но меня удивило, когда он помог мне забраться внутрь, сам устроился напротив, уделив мне более пристальное внимание. Теперь его взгляд с особой тщательностью скользил по туфелькам, поднимался выше, задержался в районе груди, не обделил вниманием шею, но потом застыл на лице.

Я на миг даже дыхание затаила, ожидая вердикта, но Тэйн ни слова не сказал. Только едва заметно усмехнулся. Но тут даже в мысли его лезть не надо, чтобы осознать: увиденное ему точно понравилось. Но по какой-то причине он не желал этого показывать. Вот же мрачное создание. И как ему живется? Такое чувство, что комплименты у него платные.

Пока ехали, я смотрела в окно, но нет-нет, иногда кидала взгляды на сидящего напротив мужчину. Он, как красивая статуя, на него хотелось любоваться вечно. И почему природа настолько несправедлива? Зачем делать красивую оболочку тому, у кого черная душа? Или не такая уж и черная? Все же того лорда, которого он защищал, обвинили незаслуженно. Так может и остальные, кого он защищал, не такие уж и виновные? Теперь я уже совсем по-другому смотрела на некоторые вещи, моя категоричность исчезла, на ее место пришли некоторые сомнения.

Так, хватит, а то я сейчас и вовсе запишу его в ранг непогрешимых чистых душ. А он явно к этой братии не имеет никакого отношения. Никого незаслуженно не обвинят во всяких гнусностях. А о лорде Тэйне я слышала только плохое. Да, привыкшая всегда делать собственные выводы на основе увиденного, я пока не торопилась верить слухам, но мне хватило общения со своим нанимателем, чтобы понять: не такой уж он светлый и чистый. Про его тьму и вовсе молчу.

Темные маги у нас не такая большая редкость, но настолько сильных единицы. Тьма сама выбирает своего носителя, сама дарует силу и власть тому, кто по ее мнению этого заслуживает больше всего. Нам в Академии преподавали, что не все темное — зло, а светлое — добро. Порой исконно светлые — те еще исчадия Бездны. А темные могут быть просто душками. Но это образно говоря. Так кем же на самом деле является адвокат Тэйн Виори? Теперь мне очень интересно разгадать эту необычную загадку. Но больше всего хотелось узнать, к какой же расе он принадлежит. Меня так и подмывало спросить у него самого, но я сомневалась, что ответит. Все же некоторые вопросы носят иногда интимный характер. И если существо не демонстрирует свою сущность, значит, на то есть веские причины.

Экипаж остановился. И в следующее мгновение адвоката словно подменили. Он стал сама галантность и очарование. На лице улыбка, взгляд радушный. При выходе мне подали руку и смотрели как на величайшее сокровище в мире. Да ладно? Мне хотелось протереть глаза, чтобы увериться: это не видение, а реальность.

Но я тоже навесила на лицо дежурную улыбку. Как я отвыкла от подобного. Осмотрелась. Вокруг огни, на деревьях, на кустах, в воздухе летали магические огоньки, создавая причудливые узоры. Огромный особняк в три этажа, больше напоминающий маленький дворец, весь сиял. Красиво как. Медленно к дому двигался народ. Мы словно влились в тонкий ручеек гостей.

Тэйн с кем-то раскланялся, с кем-то перекинулся парой фраз, кому-то сообщил потрясающую новость о прекрасной погоде. На нас смотрели. Нас изучали. Точнее не нас, а меня. Я видела в глазах многих любопытство, но задавать вопросов никто не торопился. Двигались мы медленно. Неудивительно, что уже через несколько минут нас догнал Герхард. Ох ты ж… Они решили меня сегодня с ума свести? Этот индивид нисколько не отличался от моего босса. Такой же красавец, от которого захватывало дух. И нет, не в плане сердечной привязанности, а сугубо эстетически.

— Как я вовремя, рядом с такой красавицей теперь я точно получу массу удовольствия от бала, — выдал дознаватель.

— А ничего, что это моя спутница? — усмехнулся Тэйн, Герхард отмахнулся.

— Была твоя, стала наша. Ты же не откажешь лучшему другу в такой малости? — на вопрос это совсем не походило, больше на констатацию факта. Вот и адвокат отмахнулся. Видимо осознал, спорить сейчас бесполезно, не то место и время. Никому из них не хотелось становиться развлечением для местной публики, жадно ловящих слова моих мужчин.

Так втроем мы и вошли в огромный особняк, больше напоминавший дворец в миниатюре. Нас встречали высокий привлекательный мужчина с колючим взглядом, который ужасно его портил. Заметив нашу троицу, широко улыбнулся, а в глазах полыхала ненависть.

— Рад, очень рад, что вы приняли мое приглашение. А кто эта очаровательная леди? — меня тут же окинули масляным взглядом, не пропустив ни единой детали. На груди его взгляд подзадержался.

— Моя помощница, Льяна Футэ, — холодно отозвался Тэйн. Подхватив меня под локоток, быстро загородил собой от неприятного взгляда мужчины. Только отойдя подальше, у меня вырвалось:

— Какой неприятный тип, после его разглядывания так и хочется вымыться.

— Слышали бы тебя многочисленные поклонницы лорда Вьярша, — развеселился мой начальник. — Для всех он просто неотразим.

— Угу, и он наверняка этим пользуется. А где его жена? — я украдкой оглядывала зал и всех присутствующих.

— Да вон стоит в кругу своих поклонников, — кивнул на весьма привлекательную женщину Герхард. Я присмотрелась. Блондинка с длинными волосами, синие глаза чересчур блестят, на лице обилие косметики. Женщина была хороша.

— И что ему надо, этому Вьяршу? Жена — красавица, а он на других засматривается, — буркнула недовольно, осознавая, что мне явно никогда не постичь мужскую логику.

— Даже самое вкусное, редкое и дорогое вино приедается, хочется разнообразить, — философски выдал дознаватель, получив мой скептический взгляд. После его реплики я не преминула уколоть:

— Я уже заранее сочувствую вашей жене. Не хотела бы себе такого ветренного мужа.

Оба моих спутника тут же едва не подавились, пытаясь сдержать смешок. А Герхард еще и наклонился ко мне и интимным шепотом поведал:

— Вот надумаешь выйти за меня замуж, тогда и увидишь, каким верным я смогу быть.

— Упаси меня нечистые от такого счастья, — вырвалось непроизвольно. — Я вообще замуж не собираюсь. Хотела бы, давно бы детей нянчила, а не мучилась… — я резко замолчала, осознавая, что едва не проговорилась. С укором глянула на собеседника. И ведь понимала, что его дар на меня не действует, но решила списать свою излишнюю болтливость на его воздействие.

— Даже так… — выдали оба друга в один голос, а я скривилась. Вот как у них это получается? Такими темпами они из меня всю подноготную вытянут, а я и не замечу.

К нам подходили какие-то люди, общались с моими спутниками, задавали вопросы о делах, я при этом мило улыбалась, изображая пустышку, впервые явившуюся на бал. Сама при этом не забывала слушать и мотать на ус. Пока ничего интересного не происходило. У всех в голове были деньги, положение, женщины. В мыслях некоторых царил страх перед адвокатом, его побаивались, некоторые презирали за то, что он позволяет убийцам и грабителям избегать наказания. А вот я задумалась. Насколько слухи соответствуют действительности? Некогда в газетах лорда Тэйна выставили самым настоящим чудовищем. А успев поработать с ним над делом и помогая невиновному избежать кары, я вдруг подумала, что не он один такой, невинно обвиненный. Скольких по ложному обвинению попытались упечь за решетку, а то и казнить?

В этот момент я вдруг осознала, что недоверие и ужас как к делам, так и к самому мужчине испарились. Почему? Да кто ж его знает. Пока я у него тут работаю, он еще ни разу не оскорбил меня, не выставил идиоткой. Непроизвольно покачала головой. Все же насколько этот мужчина может быть разным: до отвращения отталкивающим или вполне себе умным и интересным. Так какой же он настоящий? Эту загадку мне тоже безумно захотелось разгадать.

Я настолько задумалась, что не сразу сообразила, насколько изменился эмоциональный фон, меня просто обдало предвкушением и злорадством. Но насторожило другое.

«Наконец-то я с тобой разделаюсь, достал уже. А потом можно и за Харвира браться. Его уже никто не сможет отмазать».

Сам набор слов мне ничего не сказал, но опасения вызвал, потому что я поняла: именно эта мысль касается лорда Тэйна. Так как продолжала держаться за его локоть, растягивая губы в улыбке, то сейчас чуть сильнее стиснула, давая понять, что игра начинается. Меня поняли. Вон какой проникновенный взгляд мне подарили. Тэйн тут же извинился перед милейшим старичком, заговаривающим зубы, и потащил меня к окну, не забыв дать знак Герхарду.

У нас было всего пара минут, чтобы я быстро передала чужую мысль вместе с незнакомым мне именем. Глаза дознавателя потемнели от ярости, адвокат стиснул зубы, на миг показав эмоции.

— А что это вы уединились? — задорная ухмылка на губах никак не вязалась с цепким и проницательным взглядом Герхарда.

— Быстро осмотри здесь все, подключи народ, я чувствую эманации тьмы в северной части особняка, там вот-вот произойдет убийство, — шепнул Тэйн, на миг застывая, словно прислушиваясь к чему-то. А я успела заметить, как его глаза полыхнули алым. На миг даже почудилось, что я вижу за его спиной черные крылья.

Пришлось даже головой мотнуть. Надо же, привидится такое. А в следующую секунду к нам приблизился лорд Вьярш. Слащаво улыбаясь и всем своим видом демонстрируя радушие, обратился к адвокату:

— Лорд Виори, не уделите мне несколько минут вашего времени. Я бы хотел обсудить с вами один весьма важный момент, но сделать это предпочитаю без посторонних глаз и ушей.

— Моя помощница совсем не посторонняя, — хладнокровно поведал наниматель.

«Ага, помощница, которая потом может рассказать правду, а мне это не надо», — услышала чужую мысль. Но ни один мускул не дрогнул на лице мужчины.

— Информация слишком конфиденциальная, я не могу ее доверить вашей помощнице, — стоял на своем градоправитель.

И тут Тэйн усмехнулся, получив мое подтверждение. Герхарда в зале уже не было, потому он смело отправился вслед за этим неприятным типом, а я осталась на месте, стараясь держать себя в руках. Слишком велико было предвкушение Вьярша, он уже ощущал вкус победы на губах.

Осмотревшись, нигде не обнаружила дознавателя. А ведь он должен был вернуться. Недаром же градоправитель воспользовался тем, что друга адвоката не нашлось в зале. Никто из присутствующих ничего не заметил. Мое сердце было не на месте, потому и двинулась в том же направлении, куда недавно отправились мужчины. Изредка пряталась за колонами, чтобы никто не заострял на мне взгляда. Дойдя до двери, ведущей в коридор, быстро прошмыгнула в него и прислушалась. Дернула несколько дверей. Три оказались закрыты, одна представляла собой обычную кладовку, где хранился рабочий инвентарь. Дальше по коридору нашлись еще двери, но за ними ничего интересного, всего лишь пустые комнаты без мебели и с голыми стенами. А вот за очередной дверью меня ожидала оранжерея.

Потрясающие цветы, необычные кустарники, множество вьющихся растений. Все выглядело настолько красиво, что я на миг забыла, зачем сюда вообще пришла. Вспомнить мне помогли.

— Быстро возвращаемся. Он как минимум полчаса тут проваляется, доделай начатое, а я в зал, никто не должен заметить моего отсутствия, — жесткий тон градоправителя заставил вздрогнуть. И куда делся тот слащавый красавчик? Сейчас я видела хищного и матерого убийцу. Пришлось юркнуть за густой куст, чтобы меня не заметили. Мимо прошел Вьярш, ехидно ухмыляясь и празднуя победу.

Я осторожно выглянула и успела увидеть невысокого коренастого мужичка, скрывшегося с другой стороны оранжереи в неприметной дверце. Сама бросилась туда, где совсем недавно стояли эти двое. Вот же попадалово. Тэйн лежал на траве, а под ним лужа крови. Присев рядом с ним, попыталась просканировать его состояние. Что ж ему так не везет? То ножом тыкают, то по голове бьют. Запустив лечебное заклинание, тратя свой резерв, потому как не моя это магия, совсем не моя, вздрогнула, когда глаза адвоката распахнулись, они сияли алым. Не показалось. Но и это еще не все. Я вдруг ощутила, как вокруг моей талии что-то обвилось. Скосив глаза, едва не взвизгнула. Хвост. Не завизжала только потому что голос мне отказал. Но на этом мое потрясение не закончилось. Тело адвоката само поднялось в воздух, за его спиной распахнулись потрясающие черные крылья. Я так и застыла. Демон. Самый настоящий демон из Бездны.

— Хм, а я думал, ты ничего не боишься. Но не визжишь и не убегаешь, уже хорошо, — бархатный с интимными нотками голос вызвал толпу мурашек по всему телу. Меня прижали к себе чуть сильнее. Самое поразительное, что я не сопротивлялась, напротив, вдруг нестерпимо захотелось прильнуть ближе, ощутить силу этого существа, почувствовать… Что? Задуматься не успела. Меня поцеловали. Да так, что колени самым натуральным образом подкосились.

Разве можно так целовать? Внутри словно тысячи бабочек запорхали. Ага, всегда сама скептически относилась к этому выражению, но сейчас на ум пришло именно оно. Мозг отказался анализировать ситуацию, предоставив сердцу разбираться, а оно просто заходилось. Еще и собственное тело вело себя странно. Оно словно напряглось, в животе начал разгораться пожар, он то поднимался вверх, то опускался вниз, тугим комком скручиваясь, заставляя мечтать о том, о чем я сама пока не могла понять. Подобное состояние для меня в новинку.

Мы целовались, как одержимые. Я чувствовала, как губы демона сминают мои в порыве страсти. И сама нисколько не отставала, пока от избытка эмоций слегка не прикусила его губу. Вкус чужой крови и собственный громкий стон, вырвавшийся непроизвольно, внезапно отрезвил.

Это помогло быстро прийти в себя. С огромным трудом отстранилась от мужчины. Вдох. Выдох. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Дышать сложно. Жар в теле и не думал стихать. Как его погасить, я понятия не имела. К тому же одного взгляда на демона хватало, чтобы едва не застонать от боли, так хотелось снова его коснуться и ощутить вкус губ. Пришлось давать себе мысленную затрещину.

— Я тут за вас беспокоилась между прочим. А вы, смотрю, прекрасно себя чувствуете, — вырвалось первое, что помогло отрезвить.

— Уже да, спасибо, что залечила рану. Но нам пора возвращаться, — уже нормальным голосом отозвался Тэйн, пряча крылья, хвост и возвращая глазам нормальный цвет. — Сейчас начнется самое интересное.

И вот как у него так получилось? Или недавние эмоции испытывала я одна? А мужчина всего лишь развлекался? В кои-то веки захотелось разреветься. Так. Стоп! Что на меня нашло? Я сейчас сама себе напоминала тех влюбленных ревнивых истеричек, которые фактически вымаливали любовь у парней. Сколько раз я мыслях их презирала, а теперь сама уподобилась. Бери, Льянка, себя в руки. У нас еще куча дел, главное из которых — предотвратить убийство.

Не успели мы появиться в зале, как вокруг началась суета, крики. Народ бегал, стенал, то и дело слышалось:

— Убили…

— Убийство на празднике.

— Как так можно?

— Всем оставаться на своих местах, мы разберемся, — грозно выдал подтянутый стражник в форме. Он обвел всех пристальным и цепким взглядом, остановившись сперва на градоправителе, потом на Тэйне.

— Лорд коронер, я туточки нашел, вот, — тот самый мужичок, что еще совсем недавно находился в оранжерее с Вьяршем, протянул очень знакомый конверт. Мужчина в форме взял его, поводил над ним руками, после чего открыл и прочел, что там написано. Усмехнулся.

— И что? — вопрос задан спокойно, что не понравилось градоправителю. Он стремительно приблизился, взял листок из рук должностного лица, после чего спокойно бросил:

— Получается, убийство совершил лорд Тэйн. Значит, убийство раскрыто. Теперь его надо найти.

Да, этот тип нас еще не видел, он наивно полагал, что его враг будет еще полчаса отлеживаться в оранжерее. А народ между тем ахнул, вокруг нас тут же образовалось пустое место, все поторопились отойти от предполагаемого убийцы.

— Зачем его искать? Вот он стоит. И нет, лорд Тэйн не совершал этого убийства, — заметил коронер.

— Что это значит? Вы что, не видите? Тут же реальная угроза от лорда адвоката. Наверняка они что-то не поделили с констеблем, — продолжал гнуть свою линию Вьярш.

— Лорд Виори никогда не касался этого письма, — заметил коронер с нотками раздражения, чем вызвал досаду на лице хозяина особняка. Да, такой расклад он явно не учел. — Лорд Тэйн, где вы были в последние полчаса? — задал вопрос гость, на что получил ответ:

— Лорд Вьярш хотел обсудить со мной какую-то проблему, мы были в оранжерее. А потом меня кто-то ударил по голове, — бросил наниматель слегка раздраженно. Когда все взгляды обратились на градоправителя, тот тут же заявил:

— Я действительно собирался обсудить одну проблему с лордом Тэйном, но по пути меня отвлекли. И пока я беседовал со своим помощником, случилось убийство. Так что я понятия не имею, куда отправился адвокат, пока я был занят.

После такой реплики мне тут же захотелось воскликнуть, что все это время мы с лордом любовались цветами в оранжерее. Но словно предчувствуя мой порыв, Тэйн приобнял меня за талию, привлек к себе и едва слышно на ухо шепнул:

— Не стоит. Смотри, что будет дальше.

И я послушалась. Правда при этом старалась слишком тщательно отслеживать чужие мысли. Потому и не удивилась, когда до меня донеслось:

«Лишь бы помощница этого ушлого не раскопала чего. Что-то ее тут не видно? Или Гирс успел и до нее добраться? Нам лишние свидетели не нужны».

Вот, гаденыш, у меня непроизвольно сжались кулаки. И я бы многое высказала этому типу, но тут появился Герхард. А следом за ним шел и слегка покачивался массивный мужчина в костюме, который явно ему доставлял дискомфорт. Как я поняла, он к ним не привык.

— Господин Нарвир, как самочувствие? — участливо поинтересовался коронер.

— Бывало и лучше, — хрипло выдал незнакомец и глянул на градоправителя, застывшего статуей самому себе. — Что, Вьярш, не вышло от меня избавиться и Тэйна подставить?

«Как? Как такое возможно? Я же сам лично убедился, что он мертв», — мысли гаденыша заметались, он судорожно просчитывал варианты собственного спасения, его взгляд метался по толпе, выискивая, на кого можно повесить собственный промах. И тут его взгляд столкнулся с моим. Я смотрела высокомерно, а потом не выдержала и лично послала ему мысль:

«Игра окончена. В следующий раз стоит хорошенько разузнать, с кем связываетесь. Ах, да, у вас следующего раза не будет».

Я думала меня испепелят взглядом на месте. Но дальше случилось невообразимое. Что сразу началось. Шок был у всех. Я тоже стояла с открытым ртом, делая вид, словно потрясена, пока меня не дернули за локоть и не заявили:

— Все, спектакль окончен, пора домой. Они тут и без нас разберутся. Одно радует, город, наконец, сменит хозяина. А у нас дел невпроворот.

Герхард остался с коронером и Нарвиром. А мы отправились домой. Признаться, я безумно устала, хотя ничего и не делала, даже потанцевать не получилось. Но я не расстраивалась, будут и в моей жизни настоящие балы.

***

Несколько месяцев пролетели так стремительно, что я не успела оглянуться. С Тэйном оказалось очень интересно работать. Мы совместно с ним успели раскрыть еще четыре дела, где обвиняли невиновного. На этот раз лорд не собирался верить на слово, тратить время на сбор улик и доказательств, вместо этого он уточнял у меня. Из семи случаев четыре действительно оказались подставными. Те, кого обвинили, не совершали злодеяния, за которые их едва не казнили. А вот остальные трое оказались теми еще отморозками, которые надеялись пролететь нашару, убедив адвоката в своей невиновности. Не вышло.

К нам прилетали угрозы, на нас совершались нападения, но после казни виновных все прекратилось. Сам Тэйн однажды отлучился на пару дней, вернувшись, заявил:

— Теперь многие сто раз подумают, прежде чем попытаются навредить мне или тому, с кем я работаю.

В последнее время наши отношения с ним значительно потеплели. После того поцелуя мы больше ни разу не возвращались к данной теме. Изредка я ловила его взгляд, обращенный на мои губы, но на этом все. Сам шеф стал все чаще хвалить меня. А однажды заявил:

— Нам пора возвращаться в столицу.

Моей радости не было предела. Я все же по ней безумно соскучилась. К тому же близилось время, когда я смогу, наконец, избавиться от надоевшей личины и явить себя миру настоящую.