52

Кристина

Мне кажется, мы едем целую вечность, а голову сейчас разорвет от мыслей. Как это все получилось перед носом, самого умного следователя в управлении? Неужели он ничего не знал? Ну, хотя бы, мог догадываться, в жизни не поверю, что он не в курсе, что тут на него готовится.

Господи. Где он вообще может быть? Что они с ним сделали? Грудную клетку продавливает от мрачных мыслей. Почему я с ним не смогла связаться?

Власов всю дорогу едет молча, на своей волне, а я вроде как могу заехать ему по морде и выпрыгнуть, но это эффектно только у меня в голове, сомневаюсь, что на деле, что-то стоящее выйдет.

— Зачем я нужна Лаптеву? — пока еще спокойно интересуюсь я. — Я вообще-то человек, а не вещь, чтобы меня передавали из рук в руки.

Он хмыкает, но продолжает молчать.

— Петр Петрович, — делаю глубокий вдох, — как вы вообще себе все это представляете?

— Что именно? — наконец-то, статуя отмирает. У него такие черные глаза, что я невольно ежусь от страха. — Кристина, мне не интересно, что будет с тобой. Не влюбись ты в Смирнова, все могло быть иначе. Впрочем, это твой выбор, а так могла бы выполнить свое задание и работать спокойно.

Да уж. Перспективы просто потрясающие.

— У нас разные понятия о спокойствии, — отвечаю я. — Просто, предупреждаю, меня искать будут, может даже уже начали.

— Кто? — начинает смеяться Власов. — Твоя мама? Экскурсовод?

Мне неприятно, что он все обо мне знает, но то, что кроме матери и правда некому бить тревогу — огорчает.

— Вы что, убьете меня? — шепотом спрашиваю, вот сейчас мне реально становится страшно.

— Я же уже сказал, мне нет никакого дела до того, что с тобой сделает Лаптев, — пожимает плечами, а затем сворачивает к ресторанному комплексу. — Ты больше не моя забота, свой шанс ты профукала, Кристина. Сейчас в управлении наступят перемены, а ты лишь заняла не ту сторону.

— Ярослав так просто не сдастся! — мой голос дрожит.

Власов наблюдает за мной, чуть наклонив голову набок.

— Красивая ты девушка, Полянская, — вдруг в его взгляде проскальзывает нечто непонятное, то, что именно в нем, я никогда не видела. Банальный интерес ко мне, как к женщине. — Посмотрим, что ответит Лаптев, надеюсь, это наша не последняя встреча.

Петр кладет ладонь на мое колено и от отвращения меня всю передергивает.

— Не смейте, — дергаюсь, в надежде залепить ему хотя бы пощечину.

— А то что? Кто за тебя заступится? Твой Смирнов? — хрипло смеется начальник. — Когда он узнает, что именно ты его подставила, просто возненавидит тебя, Кристина. Все мы знаем, как Ярик относится к предателям. Тоже мне, цаца великая. Да и некогда ему будет тобой разбираться, тут хоть бы себе помочь.

Я шумно дышу, его слова выворачивают наизнанку, но придумать достойный ответ не могу. Да и некому отвечать, он не дожидаясь от меня реплики, выходит из салона.

— Пошли, помощница, — Власов силой выталкивает меня из машины, и идет настолько быстро, что я еле за ним поспеваю.

Мы входим в вестибюль ресторанного комплекса, где нас дожидается Астахова.

— Только без глупостей, стажерка, — гундосит эта стерва, никак не скрывая своего реального отношения к моей персоне.

Игнорирую, чтобы не опускаться до ее уровня. Намного важнее сейчас, подумать, что делать дальше, может я смогу сбежать? А даже если и так, то далеко ли?

Эти люди все про меня знают и точно будут давить всеми доступными методами. Но все равно нужно выбираться, может обратиться к тому прокурору? Вроде у них с Ярославом хорошие отношения, а значит майор ему доверяет?

Не успеваю в голове разработать план, как нас заводят в просторный кабинет, где находятся уже двое мужчин, один из них Лаптев. Я видела его лицо на листовках перед выборами.

— И почему же вас трое? — Лаптев вальяжно усаживается в кресло, рассматривая нашу компанию. Его глаза останавливаются на мне, а рот растягивается в гадкой улыбке. — Это что, помощница Смирнова?

Астахова модельной походкой на своих, супер-модных шпильках, проходит к столу, вручая Лаптеву ту злосчастную папку.

— Да, это она, Вячеслав Васильевич, без ее помощи никак бы не обошлось, но по итогу девочку совесть замучила.

— Не правда! — кричу я. — Вы вынудили меня, я ни в чем вам не помогала.

— Закрой свой рот стажерка! — зло шипит Ольга. — Ты не на базаре, а в приличном обществе.

Она тут же поворачивается лицом к Лаптеву и кокетливо улыбнувшись, присаживается на соседний стул от второго мужчины.

— Прошу прощения за нее, вообще с мозгами не дружит.

— Так, а зачем вы ее сюда привезли, Ольга Юрьевна? — задает вполне себе резонный вопрос депутат. — Мне лишние уши не нужны.

— Вячеслав Васильевич, мы просто беспокоились, что она сможет открыть рот там где не надо и нежелательная информация вылезет наружу, — поясняет Астахова. Боже, какая же тварь.

— Вот как? Такой себе дезертир, если честно, — Лаптев с другом начинают смеяться и его взгляд снова возвращается ко мне, точнее к моим ногам. Вот зачем спрашивается, я надела сегодня это платье?

— А что нам прикажете с ней делать? — спрашивает второй, тоже пристально меня рассматривая, будто я товар на витрине.

Я поворачиваюсь к Власову, а он лишь стоит и молчит. Петр настолько сейчас для меня жалок, что тошнит только от его вида.

— Ну, может найдутся какие-то варианты? — продолжает Астахова, все неймется ей. — Нам в принципе все равно, что с ней будет, как кадр она не исполнительная, еще к тому же, легла к Смирнову в постель.

— Даже так? — интерес депутата мне, мягко говоря, не нравится. — А как же то, что майор не заводит отношений на работе? Что же ты милочка такого умеешь, что Смирнов растаял? Мы к нему своих девочек отправляли неоднократно, но увы.

Он вроде спрашивает меня, но гадюка постоянно вклинивается, будто ее мнение для кого-то здесь важно?

— А вы проверьте лично, Вячеслав Васильевич, — закидывая ногу на ногу, отвечает Астахова. — Девчонка полусирота, живет с матерью экскурсоводом. Сами понимаете, никаких проблем с ее поиском не возникнет.

— Да, как вы смеете? — не выдерживаю и рвусь к ней, чтобы все же вырвать ей волосы к чертям, но Власов меня быстро останавливает, придерживая сзади за локти.

Уровень нервов в теле уже просто доходит до своего предела, я пытаюсь вырваться, но какие у меня шансы, против мужчины физически больше в два раза?

— Я человек, а не ваза какая-нибудь. Будут меня искать и первый, это майор Смирнов. Вы представляете, что он с вами сделает? Да он камня на камне здесь не оставит.

В помещении становится настолько тихо, что буквально слышно как пролетает муха.

— Достал меня уже твой Смирнов, девочка, — Лаптев берет в руки папку, — скоро и его уже искать начнут.

Его слова бьют больно, выбивая весь воздух из легких. Я понимаю, что это просто слова, но мысль о том, что Ярослава могут убрать как неугодного — разрывают мне сердце на мелкие куски. Это все из-за меня и я ничего сейчас не смогу исправить.

— Значит как договаривались, — обращается депутат к Астаховой, но я лишь отдаленно слышу их голоса. — Громкое разбирательство в отношении Кораблева и Смирнова, с последующим увольнением. Я говорил с губернатором, ему вполне нравится идея, что вместо старика будете начальником управления вы, дорогая Ольга Юрьевна. Слава Богу, у вас в структуре есть люди, с которыми можно договориться. Стройка продолжается, да и по казино, работаем в прежнем режиме.

— Просто отлично, — бодро отвечает гадюка, радуясь будто спасла мир. — А что будет со Смирновым?

— Разве это важно? Мы его предупреждали, а он просто чрезмерно геройствовал, теперь пусть получает за свои заслуги.

Комнату заполняет ужасный смех, они все радуются, что подставляют хорошего человека, которому в подметки не годятся. А мне резко становится плохо, все тело покрывается липким потом и хочется только одного — выйти на свежий воздух, что же так душно здесь?

Я словно задыхаюсь, а они уже начинают планировать дальнейшее сотрудничество.

— Тебе что плохо, девочка? — друг Лаптева подходит ближе, и приподняв меня за подбородок всматривается в лицо.

— Отведи ее в комнату-отдыха, пусть там умоется, а то мало ли, еще от страха в обморок начнет падать? — заботливо беспокоится Лаптев. — Я пока посмотрю, что тут наш дорогой майор придумал.

Не успеваю как-то воспротивиться чужим прикосновениям, как мужчина в буквально смысле, берет меня за барки и выталкивает в соседнюю дверь.

В этом помещении мрачновато, только сквозь штору, проходит тонкая полоска света из окна.

— Располагайся, малышка, — басит он. — Скоро мы освободимся и займемся твоим собеседованием.

Он оставляет меня одну, но надолго ли? В голове не укладывается весь этот абсурд, как так получилось, что я столько училась и работала, чтобы оказаться в этой клоаке? Мне тошно от всех этих людей и ситуации в целом.

Быстро подхожу к окну, и хоть и первый этаж, а все равно страшно, штыри какие-то торчат в кованном заборе, можно вылезти и сразу Богу душу отдать.

— Это ты тварь сделала?

Подпрыгиваю от удара двери об стену. Власов молниеносно подлетает ко мне и хватает за грудки.

— Думаешь, сучка малолетняя это смешно? — рычит буквально мне в лицо.

— О чем вы говорите? — не понимаю я. Еще чуть-чуть, и Петр мне шею свернет, злость просто волнами исходит от него.

— Подсунула мне липовые документы, думала обмануть нас? Отвечай!

Не успеваю открыть рот, как в соседней комнате слышится какой-то шум, крик Астаховой, затем что-то падает, и разбивается.

И тут я вижу Его.

Ярослав спокойно входит в помещение с пистолетом в руках, одет в черную футболку и бронежилет, как обычно одеты бойцы из физ защиты управления.

Где-то в районе солнечного сплетения у меня взрывается салют от восторга, что он здесь. Рядом. Он живой и на вид здоровый. И он улыбается. Кто бы сомневался, что все именно так, как придумал он.

— Ну, привет, Петя, — спокойно произносит Ярослав.

— Это все ты, да? Ты все подстроил?! — орет в ответ Власов.

— По части, подстраивать, у нас ты специалист. Но это да, моя работа.

— Как ты мне надоел, Смирнов, — Петр разворачивает меня спиной к себе и я сквозь платье ощущаю что-то холодное и металлическое, упирающееся мне в ребра.

Смирнов видит, что это пистолет и сжимает в гневе челюсть.

— Давай ты отпустишь Кристину, и мы с тобой по-нормальному поговорим, как мужики? Выясним наконец-то, кто кому надоел. — Он не двигается, но почему мне тогда кажется, что расстояние между нами сужается?

— Да, так я тебе и поверил, — Власов еще больше прижимает меня к своему телу, а пистолет скоро протаранит мою грудную клетку, просто от надавливания. — Мне и в такой ситуации не составит труда поговорить с тобой.

— А может девушку, все же отпустишь? — предпринимает попытку договориться.

— Ты мне не нравишься, Смирнов.

— По правде сказать, ты мне тоже, но к чему детали, верно?

— Ярослав! — злюсь я. Ситуация ужасная, в мое тело упирается пистолет, а он решил поговорить.

— Петя, отпусти Кристину и я тебя выслушаю, обещаю, бить больше не буду, — майор все время смотрит на меня и я бы сейчас все отдала, чтобы оказаться рядом с ним, ну, и чтобы этот кошмар уже закончился.

— Почему все тебе достанется? Даже она? — кивает на меня. — Так не хотела к тебе идти, я практически ее заставил, надавил на больные места и она с радостью пошла выполнять задание, а потом что-то пошло не так. А я знал, что она тебе понравится, — Власов легонько подталкивает меня вперед.

— Как хорошо ты знаешь мой вкус, — Ярославу не нравится, что Власов меня трогает, но ближе он подойти не может. Опасно.

— Да, красивая, недоступная, молоденькая. Правда с придурью в голове, — перечисляет мои качества. Отлично. Перед смертью послушаю лестные слова в своей адрес.

— За придурь, отдельное спасибо, — паясничает Смирнов.

— Ярослав! — цежу сквозь зубы. Он издевается?

— Все-все, молчу, — поднимает ладони вверх, и буквально на полшага приближается. — Петя здание окружено, ты отсюда не выберешься. Давай все же по-хорошему, ты же офицер.

Господи. Где вообще подмога? О нас что, забыли?

— Как ты заговорил, погоны вспомнил, — ерничает Власов. — Ты меня бесишь, Смирнов. Ты и твой папаша. Он всегда за тебя горой стоял, и в пример ставил, знаешь, как надоело постоянно быть за тобой? Работать на износ, но никогда не дотягивать до успехов великого Смирнова.

— Да, страшно представить, — соглашается Ярослав. Вот засранец. — Петя, отпусти Кристину, она ни в чем не виновата.

— Виновата! Если бы сделала все так, как я ей приказал, то тебя бы уже давно в управлении не было. Я думал, что она ищет, а она просто так заслушалась тебя, что в итоге влюбилась. Это же видно, Смирнов. Очередная юбка.

Мы смотрим с Ярославом друг на друга, и честно, вижу в его глазах сожаление, что все получилось именно так. Но это же не его вина. Во всем виновата я.

Я вижу, что небезразлична ему, что я не просто помощница, или подружка на время. Его взгляд говорит о многом, вот только порадоваться толком не могу, дуло пистолета упирающееся мне в бок, отрезвляет, как бы намекая, что я могу умереть в следующую секунду.

— Петя, я… — майор не успевает договорить, как неожиданно, в дверь влетают двое в масках и начинается ад в прямом смысле.

Я с силой падаю на пол, звучит какая-то ругань, глухие удары, а затем звучит он — выстрел.

Мгновение пытаюсь понять откуда и собственно, в кого, и открыв глаза вижу как рядом со мной скручивают Власова, а впереди Смирнов упавший на колени. Все происходит как в замедленной съемке, я смотрю как Ярослав дотрагивается до плеча, и на его ладони остается кровавый след.

— О Господи, — шепчу я. Мозг пытается переварить, что видит, но выходит с трудом. Мои страхи наяву. Точнее сказать, самый большой детский страх.

Именно этот пресловутый страх, будто парализовал тело, но я все равно нахожу в себе силы подняться и подойти к нему.

— Ты как? — спрашивает он, всматриваясь в меня, будто прощупывая.

— Это ты как? — дыхание перехватывает, а кончики пальцев немеют от этого вида, но я все равно пытаюсь вспомнить лекцию об оказании первой помощи, чтобы зажать рану.

— Ничего, жить буду, — вымученно улыбается он. — Точнее, надеюсь.

Ему даже в такой момент смешно. Ну, что за человек в самом деле? Вот хорошо, что ему больно, потому что хочется еще взять что-нибудь тяжелое и треснуть по голове, за этот цирк.

— Какой же ты идиот, Смирнов, — говорю я. У меня просто нет слов, такой день насыщенный эмоциями, что впору сесть и расплакаться, но я держусь.

— А ты дура, — подмигивает он мне. — И мы просто идеальная пара. Может выйдешь за меня?

Смотрю исподлобья на него, понимая, что человек просто бредит. Видимо от адреналина вообще крышу снесло.

— Смирнов! — влетает в помещение прокурор. — Вот так и знал же, что полезешь. Ну, кто тебя просил под пули бросаться? — он клацает языком.

— Прости, Никит, я не специально, — рыгочет Ярослав насколько ему позволяет боль.

— Да понятно, что не специально. Скорая уже выехала. Кристина, вы как? — Резник дотрагивается до моего плеча, и смотрит вполне себе заботливо. — Вам ничего не успели сделать?

— Нет, спасибо. Вы вовремя подоспели, — обвожу глазами помещение, где слоняется физ защита. Власова уже увели, да и вообще кругом стало как-то спокойнее. — Зачем ты вообще сюда пришел?

Я откровенно злюсь, ведь по сути, эта пуля могла попасть выше и убить его. Он конечно бронежилет надел, но Господи…

— Это ты вообще зачем сюда пришла? — пыхтит Смирнов и кривится от боли. — Сказал же дома сидеть.

Его лицо бледное как мел, и мне совсем не нравится это проявление героизма. Запах крови ударят в ноздри, с трудом вообще держусь, хоть и есть желание просто выйти поскорее на улицу. Ему больно, и я словно физически ощущаю эту боль. Где же скорая? Каждая секунда тянется медленно, прозрачная как стекло.