Глава 10

В голове пульсировала боль. Не открывая глаз, я дотронулась до затылка – пальцы угодили во что-то влажное. Меня передернуло, и я быстро вытерла ладонь о штанину. Похоже, в карете я все же отключилась. Сама ударилась или один из людей отчима помог, когда карету догнал Малыш? Первым делом я проверила наручники – они все еще плотно держались на запястьях, хотя артефакторная сетка заметно ослабла. А вот магии, как я надеялась, у меня больше не было. Это значит, что Малыша нет рядом или?… Сердце застучало быстрее, и я задышала ртом, чтобы успокоиться. Уверена, Малыш в порядке. Он должен быть в порядке! Я приподнялась на локтях, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Пока я была без сознания, меня перенесли в каменный мешок, который и комнатой-то язык не повернется назвать. Света почти не было – только то, что попадало сквозь узкое зарешеченное окошко под самым потолком. Я поднялась на ноги и, убедившись, что голова почти не кружится, обошла тесное помещение. В длину оно составляло четыре шага, в ширину – три. Дверь была ожидаемо заперта, но меня все же кольнуло разочарование. Внезапно рядом послышались голоса, и я приникла ухом к щели между дверью и стеной и напрягла слух. – Мистер Ирвинсон, мы привезли ее. Раздался короткий довольный смешок, и меня передернуло от отвращения. Я узнавала этот булькающий звук. В детстве эта манера отчима казалась мне жутковатой, и даже с возрастом я так и не научилась не реагировать. – Министр Ирвинсон, не понимаю, почему ваши люди привезли нас сюда. – Внезапно в разговор вмешался третий – его голос был мне незнаком, но я все же различила тревожные нотки. – Согласно протоколу проверки, духа следовало доставить в Цитадель для разбирательства. – Все именно так и произойдет, – ответил отчим. – Но сперва я с ней потолкую. Может быть, использую парочку артефактов. – Но министр Ирвинсон! – задохнулся от возмущения его собеседник, и на мгновение мне стало его жаль. Кажется, он совсем не представлял, с кем имел дело. Отчим любил выглядеть добродушным, но если что-то шло в разрез с его планами… Он был беспощаден и не прощал даже мелочей. В голове само собой всплыло старое воспоминание. Мне было восемь, когда отчим подарил мне и матери по жемчужному ожерелью в честь первой годовщины их свадьбы. Я терпеть не могла жемчуг, а может, пыталась привлечь внимание матери… Я поблагодарила отчима за подарок, но отказалась носить его. Мать как по обыкновению пожала плечами и потеряла интерес ко мне, но вот отчим… Мое детское упрямство вывело его из себя, и он вызвал мага и велел ему зачаровать ожерелье так, чтобы его невозможно было снять без посторонней помощи. Он собственноручно застегнул его на мне, и я почувствовала себя так, словно на меня надели ошейник. Мне пришлось носить ожерелье круглыми сутками в течение месяца, пока мама вдруг не заметила, что оно стало мне мало. Надо ли упоминать, что с тех пор я ненавижу жемчуг еще сильнее? Даже сейчас, спустя столько лет, стоило мне вспомнить об этом случае, как кожа на шее заныла. В свои восемь я окончательно поняла, что нормальной семьи из нас не выйдет. Отчим всегда был жесток. Вряд ли с возрастом и новой министерской должностью его характер стал лучше. Его собеседнику стоит быть осторожнее. – Инспектор Рэйфор, – ледяным тоном начал отчим. – Кажется, вы забываете о том, какую услугу я оказал вашей сестре. Она нарушила закон, и я помог ей избежать наказания. Теперь мне самому требуется небольшая услуга, а вы ведете себя так, словно я злодей. Я едва не фыркнула – на всякий случай даже закрыла рот ладонью. Этот инспектор Рэйфор угодил в расставленную ловушку – нельзя принимать помощь от отчима. Потом он попросит в десятки раз больше. Мне ли не знать… – Но моя сестра всего лишь… – задохнулся инспектор Рэйфор и осекся, будто осознав бесполезность разговора. Послышались звуки шагов, а следом новый мужской голос радостно сообщил. – Все готово! – Веди Кэйтлин, – велел отчим. – Но сначала я проверю, что все в порядке. Я похолодела и отпрянула от двери. Во рту пересохло, а желудок от страха совершил кульбит. Что бы отчим не приготовил, мне это не понравится. А наручники и не думали спадать! Я не стала притворяться спящей. Вместо этого отошла в самый конец темницы и присела на приколоченную к стене скамью. Дверь отворилась, и внутрь заглянул уже знакомый мне рыжий громила. – На выход, – рявкнул он, остановившись у входа. Я не отреагировала. – Давай поживее! Артефакты-наручники отреагировали дрожью, а я вдруг обнаружила себя стоящей на ногах. Заступница, они сделали из меня куклу! Я подошла к двери. Что ж, судя по всему, он не собирался меня связывать. Это хорошая новость. Когда наручники спадут, действовать придется быстро. У меня будет всего один шанс на побег, особенно если магия так и не вернется! Оттягивая время, я шла медленно, и рыжий пихнул меня в спину – да с такой силой, что я едва не улетела вперед. Стиснув зубы, восстановила равновесие и двинулась по каменному коридору. Рыжий зажег на ладони пламя. До меня свет не доставал, но его явно не заботило, переломаю ли я ноги в темноте или нет. Со стен капала влага, и в воздухе воняло плесенью. Потолки и отсутствие окон давили, и я сглотнула, порадовавшись, что сегодня почти не ела. – Шевелись давай! – не выдержал рыжий. Я увернулась от очередного тычка и ускорила шаг. Взглянув магическим зрением на наручники, стиснула челюсти. Ну почему так медленно?! Вот будет потеха, если артефакты сломаются, когда меня убьют. Собственная мысль вызвала волну мурашек вдоль позвоночника, но нисколько не удивила. Однажды отчим уже пытался избавиться от меня, превратив в духа. Во второй раз он не станет церемониться. Жаль, что я все еще не понимала, чем конкретно ему помешала. На том балу что-то произошло… До или после прорыва тварей из Сурилрома? Перед глазами снова замаячило безмолвное лицо русалки из фонтана, а виски заболели. Ну давай же, Кэти, вспоминай! В полумраке дорогу было не видно, и я шла практически наугад. Когда левый ботинок угодил в трещину в полу, я споткнулась и взмахнула руками. Перед глазами промелькнула яркая вспышка, и на меня вдруг обрушились воспоминания. Я увидела совсем молодого светловолосого парня, что поставил картонную коробку на стойку моей лавки и широко улыбнулся. Его звали Стивеном. Он был младше меня на несколько лет, но не упускал шанса позвать на свидание. Я каждый раз отказывалась, зато с радостью принимала его «подарки» – коробки с барахлом. Как артефактор я проводила сотни экспериментов, чтобы отыскать идеально подходящий материал для каждого плетения. И с радостью забирала все, чем были готовы поделиться соседи: обрезки тканей, кусочки бумаги или металла. Все, что угодно, лишь бы оно доставалось мне бесплатно. В тот день в очередной партии барахла, что принес Стив, я нашла камень. На вид обычную речную гальку. Я почти коснулась ее, но в последний момент мои пальцы замерли. От камня исходила энергия… Живые существа излучали энергию, но камням такой фокус точно не под силу! Удивительно, камень был артефактом с неизвестными свойствами и при этом оставался нетронутой речной галькой. Ни артефакторной сетки, ни вплетенных в материал плетений… Но я чувствовала, что он был по-настоящему мощной штукой. Отложив все прочие дела, я взялась за его изучение. Возможно, ничего бы не случилось, не будь я наивной идиоткой. Длинный коридор наконец закончился, и следующий поворот привел нас в большой каменный зал с высоким арочным сводом. В воздухе висели магические шары, и я рассмотрела и внушительный стол с рядом склянок, и несколько кресел, в одном из которых и восседал отчим. В руках он как ни в чем не бывало крутил трость, будто находился в театральной ложе, а не в сомнительном подземелье. Я вскинула подбородок и, прищурившись, уставилась на отчима. Прошлое и настоящее наслаивалось друг на друга, восстанавливая полную картину произошедшего. Я пошатнулась и схватилась за стену. Теперь я все вспомнила. Тот камень был артефактом, открывшим портал в Сурилром. Я пришла на бал Амалии, чтобы поговорить с отчимом и заодно предъявить артефакт кому-нибудь из королевских магов, что в изрядном количестве присутствовали на празднике. На тот момент я уже чувствовала в нем пространственную магию и понимала все риски. Но отчим наотрез отказался передавать артефакт в чужие руки. Мало того, он собирался продолжить исследования, прячась за моим именем. Это привело меня в ярость, и я решила забрать камень. Но мне было невдомек, что моя перчатка порвалась. Дырка была крошечной, но этого оказалось достаточно – стоило моей коже соприкоснуться с поверхностью камня, как воздух вокруг загустел словно патока, а потом взорвался порталом. Выходит, это из-за меня в наш мир ворвались порождения Сурилрома. Из-за меня Адам получил проклятье и лишился карьеры. Из-за меня погибли люди… Мне недоставало последнего звена во всей этой цепочке. Я все еще не понимала, как именно стала духом и как оказалась связана с Малышом – порождением Сурилрома. Но сейчас, глядя в бесцветные глаза отчима, я почувствовала, как последняя деталька мозаики встала на место. – Еще раз здравствуй, Кейтлин, – склонил голову отчим. Я подняла на него взгляд и сморгнула слезы. – Ты! – выкрикнула я. – Ты толкнул меня в портал. Боль в груди была такой сильной, что я не могла сделать ни одного вдоха. Беспомощно открыла рот и застыла – перед глазами замелькали картинки прошлого. Теперь каждая деталь предстала передо мной так, словно я заново переживала все события того вечера. Я помнила жаркое дыхание взрыва, снесшего каменной русалке ее роскошный хвост. В ушах звенели крики испуганных людей, бегущих в разные стороны. Отчетливо запомнился запах шампанского – лакей уронил поднос с бутылкой и бокалами, и стеклянное крошево хрустело под подошвами туфель. Сам портал выглядел как огромная арка, пылающая ярко-фиолетовым. Температура воздуха ощутимо повысилась, и я даже на расстоянии чувствовала, как от него фонило незнакомой магией. Каждые несколько минут из портала вываливалось очередное Порождение и с радостью кидалось в драку. От воспоминаний меня затрясло, и я обхватила себя руками в попытке подарить себе хоть немного тепла. Но новое осознание заставило меня содрогнуться, и из моего горла вырвался всхлип. Теперь я поняла, что мужчиной, спасшим меня от порождения, едва не откусившего мне голову, был Адам. Я быстро поблагодарила его, и не догадываясь, что через несколько месяцев стану духом, что будет служить в его детективном агентстве… После вмешательства Адама обстановка изменилась – ко мне ринулось все больше тварей, словно они почувствовали, что именно я открыла портал. И одна из них вполне могла перепутать нас и вступить в контакт с Адамом. Для тварей из Сурилрома все люди наверняка выглядели и пахли одинаково. Тогда выходит, что проклятье Адам заработал из-за меня… Все случившееся – моя вина. Без меня не было бы ни его ранения, ни отставки. Ничего бы вообще не произошло, не притащи я камень на бал и не окажись в моей перчатке дырка. Тогда Адаму удалось отвлечь порождений, а рядом со мной появился отчим. Испуганная и дезориентированная, я подумала, что он пришел помочь… А он толкнул меня в спину, отчего я влетела прямиком в портал. Его фиолетовое нутро прорвалось под моим весом, и я провалилась на ту сторону. Я увидела каменную пустыню под желто-серым небом. С этой стороны портал выглядел иначе – не арка, а, скорее, провал в земле. Воздух был странным, но в этом странном месте я все же могла дышать. Подняв взгляд, обнаружила, что ко мне со всех сторон устремились… Порождения? В нашем мире они часто сочетали в себе устрашающие черты совершенно разных животных, а здесь казались… безобидными. Что случилось дальше, память сообщать отказывалась. Кажется, я начала задыхаться, а потом все померкло. Я смахнула слезинку со щеки и посмотрела на поднявшегося с места отчима. – Все-таки вспомнила, – усмехнулся он. – Возможно, так будет даже лучше. Видишь ли, мне безумно любопытно, что ты увидела на той стороне. Ты же что-то видела? Он жадно посмотрел на меня, стиснув трость до белых костяшек. Неужели всесильный министр наконец нашел то, что ему не по зубам? Нельзя отправить его ручных громил в Сурилрома и потребовать доложить обстановку. – Чего ж ты сам в портал не сиганул? – усмехнулась я. – Вот бы и посмотрел. Лицо отчима и до этого нельзя было назвать дружелюбным, но сейчас оно вовсе закаменело. И что гораздо хуже – в его взгляде погасла искра интереса. Это значило, что у него не осталось причин возиться со мной. Вдоль спины побежали мурашки, и я пожалела о своих словах. – Я, может, и подумал бы об этом, да тут из портала вывалилось твое мертвое тело. Моя бравада тут же схлынула, оставив после себя горький вкус разочарования на губах. Теперь понятно, почему я не помнила, что случилось дальше. В наш мир я вернулась уже мертвой. – Кейтлин, ты доставляешь проблемы даже после смерти, – покачал головой отчим. – Я рассчитывал, что избавился от тебя, но сперва вернулось твое мертвое тело, а потом ты и вовсе ожила. Пришлось устроить тебе развоплощение. Историю с артефактом я оставил при себе, и знакомый дознаватель с легкостью сделал тебя виновницей произошедшего, что было не так уж далеко от правды. – Но за что? – глухо спросила я. – Ты забирал мои лучшие артефакты и получал огромный процент с продажи остальных. В светском обществе я почти не бывала и глаза тебе не мозолила. Чем же я тебе мешала? Отчим посмотрел на меня таким взглядом, словно я сморозила полную чушь. – Ты отказалась отдать артефакт и собиралась передать его королевским магам. – Ты знал… – ахнула я. – Знал, какую силу таит в себе этот камень! – Да, мои люди уже находили подобные. Это удобный инструмент, когда надо отвлечь внимание от народного восстания или очередной чумы в стране. И как я раньше не догадалась? Я прикусила губу, припомнив, как на балу Амалии решительно заявила отчиму, что передам камень в руки короны. Знала бы, что я тем самым подписала себе смертный приговор! – И что мне с тобой делать? – пробормотал отчим, постукивая тростью по земле. Повинуясь его знаку, от стены отлепилось несколько громил, на лицах которых играли глумливые улыбки. К несчастью, инспектора Рэйфора – единственного человека, который мог бы меня защитить, среди них не было. Я сделала шаг назад и оглянулась. Бежать некуда – единственный вход в подземелье охраняли люди отчима. – Признаюсь, ты задала нам загадку, – тем временем продолжил отчим. – То ли ты дух, то ли человек… Но я не могу позволить тебе жить. Всегда есть вероятность, что о камушках узнает король, а мне это совсем не нужно. Я не стала лгать, что сохраню тайну, если он оставит мне жизнь. Вместо этого быстро прощупала наручники – артефакторная сетка почти рассыпалась. Оставалось буквально несколько минут! Но даже без ограничивающих движения артефактов я вряд ли могла одолеть пять здоровенных мужиков, вооруженных магией и артефактами. У одного из них имелся и меч… – Не трогай Адама, – вырвалось у меня. – Он ничего не знает. Отчим кивнул. – Наверняка. Пара недель в тюрьме сделает его сговорчивее, а потом к нему зайдет мой человек… Он скажет ему, что ты жива, и Адам будет делать для меня все, что я потребую. Злость затопила все мое тело, и я, сжав кулаки, с ненавистью уставилась на отчима. Зря мы с Адамом вообще встретились. Я испортила его карьеру, а теперь он рискует пополнить ряды его марионеток. – Ты мерзкий… Отдаленный грохот заставил меня осечься. Земля под ногами задрожала, и я повернулась в сторону входа. – Это еще что?! – возмутился отчим. – Разберитесь! Его громилы не успели отреагировать – в это же мгновение вход затопило потоком огня. Моргнув, я не поверила своим глазам – пламя выплевывал… Малыш. Он летел под потолком, чудом не цепляясь краями кожаных крыльев за стены. Следом за ним бежали Адам, и его друзья – Мэйсон и Дамиан.