Глава 14

Из Шато-Эркен мы с Раисой уезжали ранним утром.

Я прикрыла дверь за слугами, уносящими наши чемоданы, и напоследок обвела глазами комнату. Убедившись, что ничего не забыла, с тревогой посмотрела на прислонившуюся к стене наставницу: бледная как мел, она выглядела на редкость отвратительно.

— Не нравишься ты мне, — заявила ей без обиняков. — Почему отказалась от помощи медиков? Так привлекает образ покойницы?

— Я в порядке. Не переживай, — Рая вымученно улыбнулась и перевела тему: — Расскажешь о вчерашнем?

Отлипнув от стены, она пошатнулась. Я тут же подскочила к подруге, подхватила ее под локоть и сердито буркнула:

— Вот дать бы тебе по одному месту!

— Да правда все нормально. К тому же при потере жизненной силы врачи особо ничем не помогут, организм сам восстановится. Через пару дней буду как огурчик.

— Ага. Такая же зеленая, — фыркнула я. — Тогда важные разговоры откладываем до тех пор, пока не поправишься. А сейчас — на выход, упрямица моя. Если замечу, что стало хуже, или, не дай бог, свалишься, без лишних слов сдам эскулапам, — пригрозила на полном серьезе. Раиса одарила меня недобрым взглядом, но благоразумно промолчала.

Мы прошли по пустынным коридорам и покинули замок. На подъездной аллее стоял знакомый роскошный автомобиль. Именно на этой машине нас доставили в Шато-Эркен.

«Как там княжна? — вспомнилао юной Гоевой. — Жалко девочку, потеряла и родителей, и старшего брата. Наверное, до сих пор плачет».

Перед Анастасией было неловко и отчасти стыдно. Идя к себе в комнату, я видела рыдающую девушку мельком в коридоре, ее куда-то вели военные медики. Сразу не подошла, а позже как-то не сложилось: все внимание заняло решение сугубо личных проблем. Первым делом отмылась, поела. Ну а потом расположилась рядом со спящей наставницей и уткнулась в телефон.

Новости приходили как хорошие, так и плохие.

Из хороших — на мой счет поступило двести миллионов, а в сети появилось публичное извинение нового главы рода Пожарских. Уж не знаю, как быстро моя репутация восстановится, но что еще можно сделать со слухами? Всем сплетникам рты не заткнуть.

А вот из плохих… К сожалению, информацию о пожаре управляющий подтвердил. Пока я воевала с древними тварями, от фабрики остался лишь обгорелый остов. Огонь сожрал все. Слава богу, хоть жертв нет.

Павлюченко категорически не соглашался с официальной версией о неисправности проводки. Управляющий яростно доказывал, что причина иная. Вслух я его предположение не поддерживала, но, положа руку на сердце, с Денисом Андреевичем была согласна. Интуиция предупреждала, что у меня появился таинственный враг.

Но кто он? Лопухин? Вряд ли. Старикан уже выбрал тактику и теперь дожидается аннулирования рода Метельских, чтобы начать прессинговать «горячо любимую» внученьку.

И вообще, зачем какой-то сволочи меня разорять? Чего в итоге добивается этот гад?

Так, погруженная в раздумья, я вместе с Раей подошла к ожидающей нас машине. Стоящий рядом с ней пожилой слуга склонился в поясном поклоне.

— Владислава Юрьевна, Раиса Дмитриевна, доброе утро, — он предупредительно открыл дверцу. — Прошу.

— Благодарю.

Я дождалась, пока Рая устроится на заднем сиденье, и уже собралась последовать ее примеру, как меня громко окликнули:

— Влада!

Обернувшись, заметила сбегающего по ступенькам Али.

— Даже попрощаться не захотела? — спросил он с грустью, остановившись близко-близко.

— Жалко стало будить, — призналась и тепло улыбнулась. — Ты хоть часок поспал?

— Обижаешь. Целых полтора! — новоявленный глава княжеского рода усмехнулся, властным жестом отпустил втянувшегося в струнку пожилого слугу. — Слышала, какую версию для народа придумали? — Я покачала головой. — Террористический акт. Мы с тобой уничтожили толпу вооруженных до зубов бандитов. Честь и хвала героям! — шутливо отсалютовал он.

— Но тварей же видела куча людей! Да и специфический туман, — я озадаченно нахмурилась.

— А никаких монстров и не было, — Али развел руками. — Обитатели и гости Шато-Эркен подверглись массовым галлюцинациям из-за применения террористами особых артефактов, — князь горько хмыкнул и уверенно произнес: — Дело, без вариантов, замяли на самом верху. Службисты для проформы немного побродят по территории, вечером уедут. Ну а военные убрались еще ночью.

— Странно. Понимаю, что паника никому не нужна, но подобная реакция властей по меньшей мере настораживает, — я с недоумением поджала губы.

Внезапно Али словно ненароком глянул налево и понизил голос:

— Не тревожься понапрасну, звездочка. Все будет хорошо.

Ну и что там слева? Появились чьи-то излишне любопытные глаза и нежелательные уши? Как же некстати!

Едва заметно поморщившись, я кивнула. И немного виновато поинтересовалась:

— Как Анастасия? Я с ней так и не увиделась.

— Не кори себя. У Насти нервный срыв. Разговаривать с ней бесполезно. Медики обкололи ее успокоительным, сейчас она спит. Сегодня увезу сестру в Москву. Будет жить со мной.

Между бровей главы княжеского рода пролегла глубокая складка. Али явно любил младшую сестренку и сомневался, правильно ли поступает, выдергивая девушку из привычного для нее круга общения.

— Для вас обоих это оптимальный вариант, — я коснулась предплечья напряженного мужчины. — Ну а дальше жизнь покажет.

Князь Гоев благодарно улыбнулся и предложил:

— Подумай о переводе в Императорскую военную академию. Тебя примут с распростертыми объятиями, — поймав мой вопросительный взгляд, абсолютно серьезно пояснил: — Двойной звезде не место в гражданском институте.

— Я подумаю.

— Понадобится помощь, любая помощь, — грандмастер сделал акцент на фразе, — звони когда сочтешь нужным.

— Спасибо, — поблагодарила искренне.

Неожиданно горло сдавило спазмом: я в стотысячный раз вспомнила о Косте. Родной мой, единственный, как же боязно за него. Где он? Что с ним?

Стараясь скрыть эмоции, отвернулась.

Князь Гоев не дал утонуть в отчаянии. Взял за руку, настойчиво заглянул в глаза. Не в силах издать ни звука, я вопросительно изогнула бровь.

Однако и Али молчал. Красивый сильный мужчина просто смотрел, но его взгляд был красноречивее любых слов.

«Пожалуйста, не усложняй!» — взмолилась я мысленно. Не придумав ничего лучше, с нарочитой досадой проворчала:

— Ненавижу прощаться, — и, не дожидаясь реакции горца, юркнула в машину.

Князь быстро наклонился.

— Мы скоро увидимся, — пообещал твердо и с легким хлопком закрыл дверцу. Автомобиль тронулся.

— А ведь ты по сердцу пришлась храброму горцу, — шепнула Рая.

— Угу, — я тяжело вздохнула, угрюмо рассматривая свой изрядно попорченный маникюр, и попросила: — Давай не будем об этом? И так тошно.

— Как скажешь, — на диво покладисто отозвалась подруга.

Подозрительно покосившись на ее серо-зеленое лицо, я неодобрительно качнула головой. Вот же бабка-синюшка! Надо было сразу медикам сдать, а не слушать заверения, что поспит и все пройдет. Если не перестанет походить на побитую жизнью лягушку, то от врачей не отвертится.

Приняв это решение, я на время отбросила мысли о наставнице и достала из кармана мобильный. Нет, здоровье Раи, безусловно, меня волновало, но она-то рядом, а Костя неизвестно где. И раз он на мои звонки не отвечает, то за господина придется отдуваться Гурову.

Набрала номер Матвея. Из динамика вначале слышались длинные гудки, а через несколько секунд раздался приятный женский голос:

— С вами разговаривает электронный помощник. Оставьте сообщение после сигнала.

Дождавшись протяжного звука, я сухо произнесла:

— Матвей Иванович, доброе утро. Вас беспокоит Владислава Метельская. Пожалуйста, срочно свяжитесь со мной. Вопрос касается Константина Александровича.

Нажала на отбой и постучала телефоном по коленке. Конечно, я позвонила очень рано, Гуров вполне может еще спать. Но почему-то казалось — это нет так.

— Влада, что случилось? — пусть и едва шевеля языком, но непреклонно спросила Рая.

Я с намеком указала глазами на водителя.

— В самолете подробно расскажу, — пообещала торжественно и постаралась беззаботно улыбнуться, хотя на душе скребли кошки.

* * *

После моего развернутого рассказа о наших приключениях с Али, о мысленном общении с Россом и о реакции властей на прорыв древних тварей наставница надолго замолчала. И лишь когда самолет с двумя пассажирами на борту приземлился в аэропорту Сочи, заявила:

— Не нравится мне это.

Хмыкнув, я многозначительно посмотрела на подругу:

— Аналогично.

Покинув борт авиалайнера, мы благополучно прошли через терминал прилета и обнаружили, что нас встречают. И когда Али все успел? Позаботился и о комфортном перелете, и о том, как из аэропорта доберемся домой. При случае обязательно его поблагодарю.

Разместившись рядом с Раисой на заднем сиденье седана представительского класса, я закрыла глаза. В голове роились сотни мыслей. Наслаиваясь одна на другую, они вызывали смятение и нервозность.

Что я имею? Как всегда — проблемы. Причем уже не вагон и маленькую тележку, а целый железнодорожный состав. Со всех сторон обложили, заразы.

Родовому бизнесу Метельских однозначно конец: таинственный «доброжелатель» расстарался. Впрочем, в долговую яму меня не посадят и по миру с протянутой рукой не пойду. Как ни странно, но от разорения спас конфликт с родом Пожарских. А точнее то, что сумела-таки его мирно разрешить. Вытребованная в качестве компенсации морального вреда швейная фабрика обеспечит выполнение текущих мелких контрактов. Деньги для закупки материалов есть, и с лихвой: еще вчера двести миллионов упали на счет. Так что обязательства перед клиентами выполним и на штрафные санкции не попадем.

И вот вроде бы плохо, что не пообщалась с кавказскими князьями насчет формы для их воинов, но в этом есть и плюсы. Я не имею ни малейшего представления, получится ли гарантировать надлежащее качество пошива. Это выяснится только после осмотра новойфабрики. А раз сама я в этом не понимаю, значит, Павлюченко в ближайшие дни отправится в Подмосковье — осматривать производственные цеха, общаться с работниками и делать выводы.

Ну а прочитав его доклад, уже решу, стоит или нет предлагать сотрудничество горцам. Если все нормально, то поговорю с Али. Глава княжеского рода Гоевых, бесспорно, мне поспособствует.

С бизнесом разберусь. Все будет хо-ро-шо.

Не успела облегченно выдохнуть, как память подкинула напоминание, что таинственный враг никуда не исчез. Не открывая глаз, с досадой поморщилась. Вот кто этот гад? Как его вычислить? У меня банально нет необходимых связей. И идей пока никаких.

Вспомнив о том, что совсем скоро состоится слушание и император вполне может аннулировать род Метельских, скрипнула зубами. Увы, здесь и по закону действительно все плохо, и политически Николаю II гораздо выгоднее удовлетворить прошение Лопухина. Так сказать, произвести демонстрацию реальной власти.

Честно признаться, до памятного званого ужина у Гоевых я особо ни на что не надеялась и прикидывала, как спрятать Петю. Зато теперь появился призрачный шанс на то, что его величество откажет «заботливому» дедушке. Все-таки прорыв древних тварей — не комар чихнул. По логике нас с Али не мешало бы поощрить за проявленную в борьбе с «террористами» доблесть. И я уже сообщила дознавателю тайной канцелярии, что безмерно обеспокоена будущим своего рода и обязательно приеду на императорское слушание. Хочется верить, что чаша весов склонится в мою пользу, но…

В истории с прорывом власти ведут себя максимально странно. По моему мнению, спецслужбы должны изолировать Шато-Эркен и буквально землю рыть, выясняя даже мельчайшие детали. Но нет, все ограничилось поверхностным опросом и формальным обходом.

Ненароком мелькнуло подозрение, что иномирные гости нагрянули не случайно. А вдруг сильные мира сего приложили к этому руку? Бред, конечно, но мало ли.

— Влада, мы дома, — выдернула из невеселых дум Раиса.

Посмотрев в окно, я с удивлением обнаружила, что автомобиль действительно припарковался у особняка Метельских.

— И правда, — пробормотала озадаченно и первой покинула салон.

Обойдя машину, открыла дверцу, протянув руку, помогая Рае выйти. И тут мой взгляд зацепился за охранников, стоящих у входа в гостевой домик. Мужчины, без сомнений, нас заметили, однако подходить не спешили.

Хм-м, а почему это нас не встречают?

Насторожившись, я уточнила у все еще зеленоватой наставницы:

— Сама по ступенькам поднимешься?

Рая кивнула и встревоженно спросила:

— Что случилось?

— C охраной хочу поговорить.

— Я в столовую, — предупредила подруга и побрела к лестнице в дом.

Я обеспокоенно проводила ее взглядом и направилась к воинам барона. При моем приближении мужчины перестали переговариваться.

— Добрый день, — поздоровалась холодно. — Вадим, что происходит? — обратилась к старшему смены.

Дружинин расставил пошире ноги, заложил руки за спину.

— Владислава Юрьевна, мне жаль, но сегодня охрана с вашего особняка снимается, — деловито проинформировал он.

Внутри все оборвалось. Тем не менее я не допустила на лицо и тени нервозности.

— Причина?

— У рода Росс серьезные проблемы. Начальник службы безопасности, врач рода и воины, давшие личную клятву верности барону, погибли в московском особняке. Константин Александрович пропал. Ходят слухи, что главу рода увезла в свои подземелья тайная канцелярия, — воин отвел глаза, явно испытывая неловкость. — Нам платить некому, поэтому мы договорились о найме в графский род Турновых. Так что не обессудьте.

Кровь бешено застучала в висках. Слуги рода Росс мертвы, сам Костя у службистов, еще и «храбрые» вояки разбегаются как крысы с тонущего корабля! Платить им некому? Ну да, как же! Говорила ведь, что сама могу оплачивать их труд. Но нет, они и не заикнулись о деньгах, предпочли слинять куда подальше. Трусы. Паршивые трусы.

Презрительно прищурившись, я ледяным, хотя эмоции зашкаливали, тоном произнесла:

— Не смею задерживать. Не забудьте закрыть за собой калитку, — и, развернувшись, зашагала к дому.

Птицей взлетев по ступеням, наткнулась лежащего около входных дверей Кису. Зомби вскочил и посмотрел на меня чертовски умным взглядом.

Помешкав пару мгновений, распахнула дверь:

— Заходи.

Неживой кобель не заставил повторять дважды: бесшумной тенью просочился в холл. Вошла следом за ним и направилась в кухню-столовую.

За столом собрались все обитатели дома, чему я ничуть не удивилась. В напряженной тишине села на свободное место. У ног улегся Киса.

Положив руки на столешницу, обвела тяжелым взглядом присутствующих. Трое слуг, наставница и телохранитель брата были угрюмы и сосредоточены, и лишь Петя радовался жизни. Малыш сидел на руках старушки-няни и энергично возил по столу желтой машинкой.

— Вы знаете о том, что у нас больше нет охраны? — спросила устало.

— Да, госпожа, — ответил за всех Копылов. — Как и причину.

— Отлично, — собрав волю в кулак, я повернулась к телохранителю Пети. — Иван, если вы намерены расторгнуть наш договор, то сейчас самое время.

— Нет, — без промедления отозвался воин. И, не отводя глаз, добавил: — Я почту за честь стать слугой рода Метельских.

Все же права поговорка — люди по-настоящему познаются в беде. Более-менее крупные неприятности для них как лакмусовая бумажка: сразу понимаешь, что за человек рядом с тобой.

— Я благодарна вам за верность и желание стать слугой рода Метельских. Но пока обойдемся без клятв, — заметив складку, появившуюся между бровей мужчины, напомнила: — На данный момент глава рода — мой брат. Боюсь, в силу возраста он не сможет принять у вас клятву, — по-доброму улыбнулась Копылову и вновь посерьезнела. — К тому же вполне вероятно, что император аннулирует род Метельских. Мы с Петей станем простолюдинами, и слуги вправе уйти.

В столовой моментально началось оживление.

— Владушка, — укоризненно протянула няня.

— Ну как же можно! Что ж про нас-то так плохо думаете⁈ — губы кухарки обиженно затряслись. Садовник приобнял жену за плечи, осуждающе глянул на меня и что-то неразборчиво буркнул.

— Госпожа, мы вас не оставим, — опять ответил за всех мой единственный воин. — Все, кто здесь находится, будут служить вам верой и правдой.

— Спасибо, — я прикусила изнутри щеку, чтобы не дать воли эмоциям.

— Влада, это еще не все, — привлекла внимание Раиса. — Луша, подай госпоже письмо.

Шмыгающая носом кухарка выпуталась из объятий супруга, метнулась в холл и вернулась с листом гербовой бумаги. Положила его на стол передо мной.

— Уведомление сегодня пришло. Снести хотят дом-то наш.

Что⁈