Глава 19

Этот же день. Вечер. Москва

Наш микроавтобус со скоростью черепахи полз в километровых московских пробках. Уставшие за суматошный день и окончательно добитые четырехчасовым перелетом в экономклассе пожилые слуги и маленький Петя дружно спали.

В отличие от них, лежащему в проходе Кисе сон не требовался, и он перестал изображать нормальную собаку: не чесался, не вываливал розовый язык и не притворялся, что дышит. Похоже, ему это просто надоело. К тому же любопытных чужаков, пялящихся на здоровенного кобеля, больше не было, ну а водитель автобуса на пассажиров смотреть избегал. Оно и понятно: сидящий рядом с ним суровый Иван пугал одним своим видом.

Мы с Раисой сидели в самом конце салона. Я читала зубодробительный текст, поглядывала на неживого кобеля и удивлялась. И как ухитрилась, ничего не зная и не умея, сделать его таким… настоящим?

Прямо перед полетом частично осведомленная о моей затее наставница с лаконичным напутствием: «Изучай» вручила мне планшет с книжкой для темных магов «Теория по созданию нежити». Однако, как я ни старалась, новые знания задерживаться в памяти не желали. Вот же задала себе задачку!

Ох, как же попа-то устала! Когда мы, наконец, доедем? А чтения на сегодня, пожалуй, хватит. Авось завтра легче пойдет.

Выключила гаджет, засунула его в сумку и предупредила повернувшуюся ко мне Раю:

— Про успехи лучше вопросов не задавай.

— Тяжело? — с сочувствием спросила подруга.

— Не то слово, — я потерла виски. — Голова уже раскалывается.

Раиса быстро осмотрелась, проверяя, что за нами никто не наблюдает. Все же установила звуконепроницаемый купол.

— Не мучай себя. Времени на освоение сложных техник практически нет. Может, ну его? — она встревоженно сдвинула брови. — Не известно же наверняка, какое решение примет император. А вдруг все останется как есть? Но если так опасаешься, давай малыша спрячем.

— Нет, — довольно резко ответила я. Рая отодвинулась. — Не обижайся, — коснулась ее руки своей. — Тут дело не только в брате.

— Какая же ты все-таки авантюристка, — подруга тихонько хмыкнула.

— Есть немного, — я примирительно улыбнулась.

— Через двадцать минут приедем, — резко сменила тему наставница, продемонстрировав навороченный навигатор на своем мобильном. — За нами от Сочи слежка. Иван уверен, что от Шереметьево увязался еще один, — Раиса многозначительно подняла бровь, — хвост. Копылов считает, что всех соглядатаев еще можно сбросить и не привести к арендованному дому. Что скажешь?

Хм, вот это новости.

Я же после общения с коррумпированным мэром решила на всякий случай во время поездки в Москву играть роль перепуганной и растерянной малолетки. Получается, пока я занималась актерским мастерством, эта парочка мало того что по собственному почину занималась организационными вопросами, они еще и обеспечивали безопасность. Причем Рая и Иван прекрасно знали, что за нами следят. Но даже не заикнулись об этом. Скорее всего, прямой угрозы не видели, вот и не хотели нервировать.

Так, стоп. То, что за мной наблюдают шпионы Волконского, — прогнозируемо. А кто еще-то?

— Влада, что скажешь? — настойчиво позвала подруга.

— Избавляться от слежки сейчас нет необходимости, — заметив, как Раиса нахмурилась, я предложила: — Расскажи Ивану о моем плане. На нем безопасность Пети, а он ни сном ни духом. Неправильно это.

— Наконец-то, — одобрительно кивнула она. — А я-то уж подумала, что ты Копылову доверять перестала. Хотя-я-я, — протянула со значением, — ты же в принципе особо никому не веришь. В том числе и мне, — Светлакова демонстративно свернула купол тишины и принялась набирать сообщение.

А ведь Рая, пусть и отчасти, права. Я действительно умолчала, что это глава неприкасаемого княжеского рода Волконских заказал снос моего дома. Не призналась и в том, что в пожаре на фабрике также подозреваю именно его. Но важнее всего — я не сказала подруге о своем намерении столкнуть лбами двух неприкасаемых князей. Честно говоря, суеверно побоялась — да и до сих пор боюсь — спугнуть удачу. Слишком уж мой план хрупкий и шаткий.

В кармане пиджака пиликнул телефон. Я достала мобильный, прочла коротенькое сообщение и облегченно вздохнула.

— Али все нашел. Завтра утром привезет, — поделилась радостью с Раисой.

— Ты до сих пор не поняла, о какой редкости попросила. Такое за сутки отыскать — почти фантастика, — она удивленно качнула головой и твердо заявила: — Красавец-князь испытывает к тебе нечто большее, чем обычную дружескую симпатию. Учти.

В памяти в стотысячный раз всплыла фраза Константина, произнесенная равнодушным голосом: «Приглядись к княжичу. Отличная партия для тебя».

— Учту, — эхом повторила и отвернулась к окну, за которым виднелись яркие огни вечерней Москвы.

Али чудесный человек, но нет, ничего у нас не выйдет. Моя душа прикипела к другому мужчине. Я злилась на Росса за то, что холоден, за то, что отталкивает. Жутко злилась! Однако сердцем чувствовала — все это неспроста, Костя в беде. Но где он? Как и чем ему помочь?

Лавиной накатила опустошенность. Несмотря на уникальную силу двойной звезды, толку от меня чуть. Этот мир — чужой. И я дико устала разгребать бесконечные проблемы. Я словно упала в яму, кишащую ядовитыми змеями, и теперь постоянно вынуждена изворачиваться, чтобы не закусали насмерть.

Прищурившись, упрямо стиснула зубы. Фиг им всем!

— Мы приехали, — вернула меня в реальный мир Раиса, и я наконец-то обратила внимание на движение: мои домочадцы покидали салон микроавтобуса. — Вернешься к амплуа побитой жизнью моли? — со смешком спросила наставница.

— А то! — подмигнула я, поддерживая шутку.

* * *

Ночь на новом месте пролетела как одно мгновение. Завтракала я в одиночестве, если не считать снующую по маленькой кухоньке Лушу.

И вот что интересно — я действительно выспалась. Вот что значит молодое тело! А ведь практически до рассвета читала эту чертову книгу по теории поднятия нежити. В прошлой жизни после такой бессонной ночи стопроцентно чувствовала бы себя как разбитое корыто, сейчас же бодра и готова вновь грызть гранит науки.

Угу, главное — зубы не сточить об эту глыбу. А то жалко без передних остаться. Представив эту картину, я хихикнула.

Стоило отодвинуть пустую тарелку, подошла Луша. Налила в мою кружку ароматного какао, но отходить не спешила.

— Спасибо. Ты как всегда на высоте, — похвалила я искренне. А заметив, что повариха напряжена, вопросительно приподняла бровь.

— Кушайте на здоровьечко, госпожа, — заботливо откликнулась женщина. Затем быстро облизнула губы. — Я тут спросить вас хотела, — она отвела глаза и затеребила край передника.

— Конечно. Спрашивай, — подбодрила я.

— Госпожа, все ж таки снесут ироды дом-то наш? — помявшись, решилась она. А дальше вопросы посыпались как горох: — Те, что в спецовках, от администрации приезжали, да? Они подле особняка-то лазили и что-то укладывали, чтоб ловчее дом развалить? Мы поэтому скопом уехали в Москву-то?

Ого, вот какие, оказывается, она сделала выводы! Рано я обрадовалась, что никто из слуг ни одного вопроса не задал.

— Послушай меня внимательно, — начала я ровным тоном, отставив кружку. — Крайне маловероятно, что особняк снесут. Я предприняла все возможные меры, чтобы этого не произошло. А в Москву мне нужно было срочно уехать по делам. Вас же взяла с собой, потому что так мне спокойнее. Ты же знаешь, что воинов на территории особняка больше нет?

Луша кивнула, но до конца явно не поверила.

— А те мужики, что вчерась утром бродили да копались у стен дома, пошто приезжали?

— Охранные артефакты устанавливали, — на лице изумленной женщины промелькнула красочная палитра эмоций, я же продолжила: — Не хотелось дом без присмотра оставлять. Зато теперь, если на территории особняка что-то произойдет, сразу же приедет полиция. Да и Иван через смартфон может наблюдать за домом. Ты почему его-то не спросила? Видела же, что он постоянно находился рядом с теми, в спецовках, и контролировал их работу.

— Ага, так он и ответил! Надо, и все тут! — всплеснула руками повариха. — Вот вы растолковали, и камень с души свалился. Прям легче дышать стало, — она зачем-то оглянулась и зашептала: — Мужик-то хороший, Иван наш, вы не думайте. За ним мы все как за каменной стеной. Но молчун — сил никаких нету! Лишнего словечка не скажет! А спросишь — зыркнет, аж жуть берет! Тут уж не до вопросов, — Луша шумно выдохнула, но через секунду заговорщицки заулыбалась: — Зато на Раису дюже сердечно смотрит. Да и она нос не воротит. Ладная вышла бы пара!

Оп-па, и когда эти двое успели, хм, сдружиться? Я опять все пропустила?

— Вот что за язык у тебя, а? — раздалось от двери. В кухню вошла няня с сонным Петей на руках и строго посмотрела на Лушу. — Никак удержать не можешь. Где это видано, чтобы слуга своим душевными муками, тараторством да сплетнями доставала госпожу и мешала ей завтракать? — повариха покраснела сильнее, становясь похожей на спелый помидор, а Мария, ничуть не смущаясь, повернулась ко мне: — Слышимость тут очень хорошая. Я из комнаты весь ваш разговор слышала.

Елки-метелки, об этом я как-то и не подумала. Неужели Пете здесь плохо? Дом, конечно, не шикарный, но другой, получше, я не могу себе позволить. Мы и в экономе летели не просто так. Для всех недругов — у меня денег в обрез. Узнать же о наличии на моем счету двухсот с лишним миллионов крайне проблематично.

А дом этот для моих замыслов прекрасно подходит: внешне неказист, зато внутри вполне нормальный ремонт, два санузла, достаточно комнат и приличная мебель. Но основной критерий — во дворе вырыт глубокий погреб. В моем плане это подземное сооружение — которое, к своему стыду, я до сих пор не удосужилась проверить — играет значительную роль. Именно там, подальше от живых, я собиралась отрабатывать техники поднятия нежити.

М-да уж, отвратная ситуация. И как лучше поступить? Искать еще одно жилье — глупость несусветная. Да и жить в этом доме малышу максимум три дня.

— Мария, я не хочу, чтобы Пете было плохо, — я задумчиво покусала губы, — но в ближайшее время мы никуда переезжать не будем. Как считаете, что лучше предпринять локально?

— Госпожа, о чем вы? Никак в толк не возьму, — няня недоуменно нахмурилась, поудобнее устраивая вялого мальчика.

Пришла моя очередь удивляться. Встав из-за стола, подошла к пожилой женщине, пригладила взъерошенные слегка влажные волосы брата и пояснила:

— Петя вчера был бодрым, а сегодня выглядит неважно. Вы упомянули о плохой звукоизоляции, и я пришла к выводу, что брату некомфортно. Что можно сделать для него, не переезжая?

Неожиданно старушка улыбнулась и посмотрела на меня настолько по-доброму, что захватило дух.

— Хозяюшка, дом тут не при чем. Сегодня ночью у вашего братика зубки начали резаться. Клыки разом полезли и сверху, и снизу. Оттого он вялый да сонный.

— Вот оно как, — растерянно пробормотала я.

— С Петенькой все будет в порядке, — успокоила няня. — Это Луша у нас любительница панику разводить, — она с укором глянула на красную от смущения повариху, потом протянула ко мне руку, поправила выбившуюся из прически прядь. — Но вы не обязаны ничего нам объяснять. Мы без возражений пойдем куда скажете и выполним что потребуется. Ибо уже давно поняли: все ваши действия исключительно на благо рода.

Сердце защемило, ком встал в горле. Судорожно сглотнув, я порывисто обняла старушку и братика.

— Спасибо, — выдохнула, неловко клюнув женщину в морщинистую щеку.

Мария ласково погладила меня по спине, дождалась, пока отстранюсь, и простодушно поинтересовалась у Луши:

— А где все?

— Степана я за продуктами отправила. Скоро уж должон возвратиться, — бодро отрапортовала та. — Киса где-то во дворе бродит. Раиса с Иваном там же. Уж не знаю, чегось делают, но сказали, что им территорию надоть тщательно осмотреть, — и, не удержавшись, заявила: — Лично мне кажется, не двор они, а флигель, где Иван поселился, осматривают.

— Лукерья, — няня неодобрительно покачала головой, но я заметила промелькнувшую на ее лице озорную усмешку.

Ох ты ж страсти-то какие! Похоже, и правда мимо меня многое проходит.

— Если экстренно понадоблюсь, то ищите в погребе, — я с нежностью провела тыльной стороной ладони по щеке нахохлившегося малыша и вышла из кухни.

Быстро пройдя по коридору, толкнула тяжелую входную дверь. Сбежала по ступенькам, глубоко вдохнула и довольно улыбнулась. Снять дом на окраине столицы все же было хорошей идеей: в воздухе ни намека на характерную для мегаполиса загазованность.

Так, это все лирика. Мне нужен погреб. Направо идти или налево? Что-то не помню.

Почесав затылок, снова осмотрелась и пошла налево, в обход дома. Правда быстро выяснила, что выбрала неверное направление: путь преграждала стена пристройки. Из приоткрытого окна доносились неразборчивые голоса, и по тембру я поняла, что разговаривают мужчина и женщина.

Упс. А Луша-то права.

Не собираясь подслушивать, я на цыпочках пошла обратно. Если действительно между Иваном и Раей проскочила искра, то вмешиваться уж точно не стану. Оба люди взрослые.

Вернулась к крыльцу и заметила поджидающего меня Кису. Зомби подбежал, потерся о ноги, плюхнулся на мохнатую попу и подставил лоб, выпрашивая ласку.

Потрепала пса по холке и, совершенно не рассчитывая на ответ, пробормотала:

— Ты случайно не в курсе, где у нас тут погреб?

Неживой пес ткнулся носом мне в ладонь. Убедившись, что я на него смотрю, пару раз нарочито медленно моргнул.

Ошалев от подобной демонстрации интеллекта, я изумленно похлопала ресницами.

— Проводишь?

Утвердительно мотнув головой, зомби поднялся и неспешно потрусил направо от крыльца. Скрылся за домом, но через несколько мгновений высунул морду из-за угла… Ну, как если бы спрашивал: «Чего стоим? Кого ждем?».

— Да иду я, иду, — буркнула растерянно.

И когда он, скажите на милость, умудрился поумнеть? Я могла поклясться, что еще несколько дней назад Киса был другим: не то чтобы глупым, но явно менее разумным. Неужели он эволюционирует? Или я изначально в его интеллекте ошиблась?

Мы дошли до полукруглого сооружения с единственной дверью. Киса остановился. Он действительно привел меня к погребу: именно так выглядел вход в него при онлайн-осмотре. Помнится, я попросила риелтора показать прилегающую территорию. К сожалению, внутрь погреба агент не пошел, озвучил лишь общую площадь подземного хранилища.

— Спасибо, мой хороший.

Зомби важно кивнул. И внезапно насторожился. А через миг сорвался с места и куда-то умчался.

Поводив его ошарашенным взглядом, я пожала плечами и подошла к двери. Рядом с ней на большом гвозде висел специально оставленный для нас ключ. Взяла его и вставила в замочную скважину. Но открыть изрядно проржавевший замок не получилось: ключ отказывался проворачиваться.

Пыхтя и чертыхаясь, вконец измучилась, пока дверь наконец-то открылась. Придерживая ее, в нерешительности замерла на пороге, за которым простиралась чернильно-черная глубина. По коже табуном бегали мурашки, и уж точно не от сырого прохладного воздуха. Не то чтобы я сильно боялась темноты, но… А вдруг там пауки? Или мыши? Неужели сложно было поместить выключатель на входе?

— Хоку высматриваешь, звездочка? — теплое дыхание коснулась уха.

Придушенно пискнув, я дернулась, споткнулась и полетела вперед.

От падения удержали крепкие мужские руки. Подняла взгляд на поудобнее перехватившего меня Али. В его глазах плескались нежность, желание и… любовь. Я тонула в этом бездонном омуте, не способная ни пошевелиться, ни отвернуться.

От мужчины веяло силой, уверенностью и покоем. Господи, как же хорошо!

Мысленно дав себе затрещину, уперлась ладонью в мускулистую грудь князя, с трудом отстранилась и соскользнула на землю.

— Кто такой хока? — уточнила, избегая смотреть на чертовски привлекательного главу княжеского рода Гоевых.

Али на вопрос не ответил. Аккуратно взял меня за подбородок, вновь заглянул в глаза и настойчиво спросил:

— Кто он? Почему сейчас не с тобой?