Глава 21

Я делаю шаг в сторону, надеюсь что успею, но Златозар поднимает взгляд и меня словно парализует.

— Ты знала, что в древности женщины и мужчины виделись друг с другом только для одной цели…? — интересуется он с хитрой улыбкой и шумно захлопывает книгу, убирая ее на полку. Затем манит меня рукой, но я не двигаюсь

— Что-то слышала такое. В день Ивана купалы они встречались, чтобы свести расцветших юношей и девушек, — вспоминаю я слова Антония и снова ищу его глазами. Где ты кошачья морда?

— Да, женщины раздевались догола и прятались в папоротниках, — с ухмылкой осматривает меня Златозар и задерживает взгляд на часто вздымавшейся груди, внутри которой сердце, кажется, сейчас разорвется. Так часто оно стучит.

— И мужчины их искали, — шепчу я и прижимаюсь и в страхе прижимаюсь к полке с книгами, двигаюсь в сторону, буквально как змея ползу вдоль цепи.

— И тот мужчина, что находил цветок среди зелени получал исполнение своей мечты, — понижает голос Златозар, уже явно предвкушая самое сладкое, и переставляя ногу во мою сторону, даже тянет руку.

— Лишался девственности, — говорю и я бью его по этой самой руке, рванув сторону.

Он за мной.

Прячусь за полками. Дышу часто. Боюсь расправы. В этом книжном лабиринте легко потеряться, но я очень ясно чувствую запах Златозара. Его животную страсть и особенно свой страх.

— Уговора убегать не было… — говорит он где-то за полками, и я снова бегу дальше. Вглубь. Туда где даже свет попадает едва едва.

— Уговора хватать меня в общественном месте тоже не было, — отвечаю я и тут же передвигаюсь в другую нишу. Часто дышу, как загнанный в уголок зверек и натыкаюсь взглядом на книгу: «твоя душа во мне».

— Так же здесь кроме нас — никого.

Секундная промашка и он уже здесь, загораживает мне свет своей огромной фигурой, лишая меня возможности спокойно дышать.

Кидаю в него книгу, потом еще одну, и еще, защищаюсь, но его руки как щиты. Ему все нипочем.

Лица почти не видно, но два тлеющих уголька похоти на дне глаз я различаю. Им нужна только вспышка, чтобы разгореться. И кажется, моя попытка вырваться из осады под рукой дает ее.

Громадное тело приходит в движение и почти вбивает меня в полки с книгами, одна из них упала. Раскрылась. Та самая. Про души.

Это почему то испугало меня больше, чем то, как руки-молоты гладят мне ноги, снимают кожаные туфельки без каблуков и задирают вышитую бисером юбку. Нехорошее предчувствие и даже дело не том, что сейчас меня трахнуть в библиотеке. Моя когда студенческая мечта заучки.

— Златозар не надо. Не здесь. Давай дойдем до спальни.