Глава 41

Прямо с утра Златозар больше не нежничал. Заставил подняться и просто походить. Сделать несколько наклонов и даже попрыгать.

Каждое движение сопровождалось тянущей, ноющей болью в заднем проходе, а между ног остро жгло.

— Я думала, не будет больно, — ворчала я.

— Я тоже рассчитывал тебя найти не растянутой на пяти елдах, — парировал спаситель, уже собирая пожитки и укладывая все на двух лошадей. Вокруг меня терся Элизар, и раздражал своей нерешительностью.

— Хочешь что-то высказать, говори! — не выдержала я.

— Прости меня, — тут же подбежал он и сразу упал в ноги, на что Златозар только громогласно рассмеялся, а у меня в голове до сих пор царствовало его признание, прикосновение его твердых пухлых губ и привычное щекотка от бороды. Почему-то его борода никогда не раздражала.

— Я оказался слаб, — заговорил мой несостоявшийся муж. — Слаб перед простым стражником. Тебе столько пришлось пережить. И я рад, что ты оказалась женой Златозара. Он убережет тебя от всего. Он самый сильный. Он больше не даст надругаться над тобой.

— И не поспоришь, — погладила я его по голове. — Успокойся. Все забудется. Жизнь, какая бы она не была лучше, чем быть главным блюдом на столе медведя.

— Медведя? — не понял Элизар, и посмотрел на Златозара, то сильно свел брови. — Но они не водятся в этих краях.

— Знаю.

— Тебе не показалось? — уточнил Златозар и подошел ко мне вплотную, смотря как на умалишенную. Ну в таком мире умом тронутся не сложно, вот только…

— О, его когти на моей ноге, — показала я шрам под платьем, — точно не были галлюцинацией. Он-то меня и погнал в эту сторону.

Златозар осмотрел ногу, долго гладил это место, разнося по телу приятные волны тепла и ласки, потом стал задирать выданное им же платье все выше, пока рукой не коснулся ягодицы и не сжал. Поднял взгляд, в котором я разглядела наглых чертиков.

— Он царапнул только лодыжку, — приподняла я брови, но попытку флирта не оценить не могла. Элизар чуть зарделся и отошел. Он больше не мог участвовать в таком, перспектив никаких.

— Я просто проверяю.

Я щелкнула ему возле лица.

— Молочниц проверяй.

Он отмахнулся.

— Там ничего интересного. Между твоих грудей спать гораздо приятнее, а запах молока меня раздражал.

Да, что ты говоришь.

— Бедный, бедный Златик. Он столько пережил, — усмехнулась я, и применила силу, сняла дарящую тепло руку со своего зада.

Наверное, это какая-то шутка, но мы вдруг почувствовали острый запах парного молока и стали оглядываться. Златозар вытащил меч. Даже Элизар взял свой кинжал, хотя наверняка понимал, что будет только мешаться.

К нам, сквозь темно-зеленые пышные ветви деревьев, шли три женщины. Не было только Дамиры.

— А где…? — начала я, но Руслана всучила нам корзину и пожала плечами.

— Она надоела приказывать. Пусть хранит покой наших мужей, такая же обезглавленная.

Я сглотнула и взглянула на Златозара, но тот даже бровью не повел, принял кулек с съестными запасами. Наверное я так никогда и не смогу привыкнуть к жестокости этого мира, где даже соратники готовы друг от друга избавляться. Даже женщины готовы отрезать друг другу головы.