Эпилог. Спустя пять лет

Сейчас, перебирая в памяти как фотокарточки воспоминания, мне уже легче поверить в то, что со мной произошло. Может быть, дело в том, что прошло уже пять лет с моего появления в этом мире, а может быть, потому что я, наконец, решилась все записать.

Я еще тогда хотела — от безделья. Но не смогла выдавить из себя ни строчки, вечно срываясь на слезы, и слушая над головой громыхание Златозара "Не реви". Он, конечно, мог говорить все что угодно и быть очень грозным, но его широкие ладони разминающие мне ноги говорили о многом. Ноги страшно опухали, как и я вся во время первой беременности.

Живот казался огромным и давил на грудную клетку, что порой не давало мне вдохнуть полной грудью, но роды прошли удивительно легко и конечно Златозар в своей мужской манере говорил что это благодаря его могучим размерам которыми он меня бурил медленно и нежно всю беременность.

Несмотря на мою мнительность в отношении фигуры, Златозару, вроде как, даже стало нравилось мое округлившееся тело. Он часто ласкал мне грудь, вылизывал соски, руками поглаживая уставшую спину. А на все мои истерики отвечал только одним. Хватал, целовал до потери пульса и языком смывал все раздражение, лаской между ног.

Но я все равно после родов старалась с помощью плавания, езды на лошади и умеренного питания привести свою фигуру в норму. Тем более, что Златозар с большим интузиазмом взялся мне помогать, трахая меня с утра вместо зарядки и перед сном, для сладких сновидений.

Иногда казалось, что тот Златозар которого я описала в повести совсем другой человек. Я так и не поняла, что его так изменило, что дало шанс стать другим человеком. Мудрым правителем, а ни разгильдяем, рассказывающим сказки.

Мир изменился, но сделать из него справедливое во всех отношениях место, дело не простое. Самое главное, что теперь насилие над женщиной карается смертью. И это я, конечно, считаю своей заслугой.

Может быть даже это, ну и вторая беременность, во время которой меня снова фактически заперли во дворце под надзором тещи и позволило мне отдаться воспоминаниям. Уже, кстати, не такими болезненными.

— Мама, — в комнаты загляну цесаревич Ярослав и осмотрелся, а потом мигом залез под высокую кровать.

В комнату тут же ворвался Златозар с своим кушаком в руке.

— Где этот поганец? Он опять пропустил битву на мечах. Сбежал от наставника.

— Златозар, ему четыре. Ты не рано ли из него война великого делаешь? — смеюсь я и пяткой подталкиваю видневшуюся ногу сына, пока Златозар открывает по очереди наши сундуки и заглядывает в платяной, сделанный по моим эскизам, шкаф.

— Не спорь со мной жена… Он будущий царь. Он должен все уметь и уже учится быть мудрым.

Я ухмыляюсь на это ворчание и останавливаю его, когда он хочет наклониться и заглянуть под кровать.

— Ты то, конечно всегда был мудрым и послушным, — обнимаю я его лицо и зарываюсь пальцами в золотистые волосы, а он еще некоторое время хмурится, но быстро теряется под моей лаской..

— Ты хочешь околдовать меня своми прелестями, потому знаешь где этот непослушный отросток твоего чрева? — спрашивает он подозрительно, но все равно опускает мне руки на выглядывавшую из домашнего платья грудь и спокойно вздыхает. Для него это лучший антидепрессант, так же как для меня его волшебные губы.

— Не будь грубым, милый, скоро… — одной рукой глажу снова округлившееся пузо. — У нас появится девочка и ты должен быть с ней очень нежным.

Пока мы говорили, Ярослав выскочил из под кровати и рванул в сторону открытой двери, крикнув мне "Спасибо" и кинув в нас столб разноцветных искр. Он уже во всю учится владеть магией.

— А, ну стой, засранец! — зарычал Златозар, но моя рука на затвердевших чреслах его затормозила. — Мирослава!

— Оставь его, дай ему побыть ребенком и дай мне… побыть женой, — тут же улыбаюсь я и пальцами обхватываю уже затвердевшее, огромное естество через тонкую ткань.

Он оскалил зубы, отнял мои руки и прошел закрыть двери, взглянув на заваленный пергаментом стол.

— Ты не устала?

— Нет.

— Доделала свою повесть?

— Да, — кивнула. — Хочешь…

— Нет, — резкий тон не оставляет сомнений, в отличие от меня Златозар еще не скоро сможет не переживать о том, что было. — Что было, то прошло.

— Но эта наша история, — подлетаю к нему и он тут же разворачивает меня спиной к себе, задирает голову и обнимает губами мои приоткрывшиеся губы. Медленно ведет к кровати, магией, прикрывая тяжелые створки окна и запахивая шторы, оставляя лишь тонкую линию света.

Златозар отпускает мой рот, когда голова уже кружится, а серлце заходится в прекрасном ритме любви. Бешеном. Страстном. Ннаклоняет меня вниз, рукой оглаживая мою спину, ноги, поднимается к шее и творит чудеса своими пальцами. Тянеи за косу, потираясь членом, который скоро, так скоро снова будет глубоко внутри меня. Он изверг, сводит с ума до трепета в теле, до дрожащих коленей, буквально вылизывая мне уже кожу на шее.

Всегда. Всегда он будет меня возбуждать. Потому что никогда я не любила и не полюблю никого сильнее.

Платье зашуршало и я ощутила, как угодицы стали гладить его руки, а вскоре целовать. Златозар вылизывал поверхность ягодиц, а вскоре забрался языком между половых губ, заставляя меня вскрикнуть и изогнуться.

— Боже, Златозар, только не останавливайся.

Он обводил клитор по кругу, снова и снова, а когда я уже готова была сорваться на гортанные крик, поднялся и точечным, мягким движением ворвался в мягкую как персик сердцевину.

Его тело, его мощь полностью захватили мои чувства, очень быстро приведя к ошеломляющему оргазму, а губы, которыми он целовал меня после, повергали в трепет душу, потому что ничего на свете нет прекраснее, чем найти свою вторую половинку. Пусть для этого нужно пройти даже ад.

— Кстати! — окриком разбудил меня Златозар, когда я почти заснула на его могучей груди. — Ведьме удалось вылечить Элизара.

— Правда? — радуюсь я. — Значит, он теперь сможет женится!

— Ну так он и женится. На ней.

— Но как?!

— Они столько времени провели рядом, немудрено…

Поверить не могу. Она же старая. Впрочем, помня способ всегда быть молодой, я думаю, что Элизар не сильно обеднеет от ежедневной порции семени. Я и сама стала замечать, как после очередного минета, кожа на лице сияет. Пусть это пошло, но очень и очень приятно.

Златозар, все-таки ушел и дальше искать Ярослава, а я улыбаясь сама себе прошла к исписанным магией листам и собрала их в папку, чтобы отнести в печатную комнату, где много лет создавалось величайшее из творений человека. Книги.

И теперь кроме, сказок собранных любимым, в одной из них будет наша история. Которая только началась. История попаданки для богатырей. Вернее, для одного конкретного замечательного богатыря.

Конец