Глава 9

На этот раз Златозар сразу не отошел, отнес меня в реку, дождался пока подмоюсь и приведу волосы в порядок.

Я заплела косу, надела платье все время чувствуя, что он наблюдает, впитывает каждое движение.

Когда я закончила и обернулась, то пошатнулась от силы желания, что была в его ясном взгляде.

Сколько можно? Не, во второй раз было почти приятно, язык его умеючи довел истерзанную плоть до удовольствия, но такими темпами мы никогда не попадем во дворец.

Но словно слыша голос разума Златозар ловко впрыгнул на коня и протянул руку. На лошади я ездила, в далеком детстве, но то был почти пони. А это лютый зверь, который уже перестукивал копытами от нетерпения.

— Может быть пешком? — с глупой улыбкой предложила я.

— Если планируешь доехать до темноты, то лучше верхом. Ты не упадешь, если я этого не захочу. Полезай.

Обнадеживает конечно, но с какой стати я должна ему доверять. Впрочем, больше некому.

Я подала руку, которая тут же утонула в его ладони и ощутила мимолетное давление на мышцы, но тут же оказалась сидящей перед ним, смотря на мир уже с лошади.

Это было удивительно захватывающе и невзирая на весь ужас происходящего я не смогла сдержать смеха.

Я еду на златогривой лошади с красивым богатырем во дворец своего отца. Чем не сказка?

Правда страшно представить, чем она может для меня закончиться. Спустя некоторое время пути через густой лес, в котором даже учитывая ясный день было прохладно и темно, как в пещере.

Стоило в животе заурчать, как Златозар протянул мне полоску чего-то… Заботливый какой…

— Такого во дворце точно не делают, но это вяленое мясо. Не хотелось бы привести твое бездыханное тело.

Полоску мяса я взяла и пока тесно прижималась к его горячей груди, с ужасом думала, что уж он то обеспечил меня обильным питанием.

— Чье мясо.

— Оленина.

— Они водятся в этом лесу?

— Если Драгомир еще не сожрал всех во округе…

— Почему ты так говоришь? Что сделал такого Драг… отец, что все хотя меня изнасиловать, — поинтересовалась я, все чаще думаю, а не выдам ли я себя поведением.

— Что сделать?

И странными словами, их миру незнакомыми.

— Взять силой.

— Ну так. Он собрал войско, выкрал дочь настоящего царя, шантажировал его, и взошел на престол, повергая прекрасный мир во тьму и мрак. Смотри, даже небо окрашено в кровавые краски.

— А настоящего царя все любили?

— Твой дед был благородным богатырем. — Такие бывают? — При его правлении было светлое время. Люди не голодали, не совершали набегов, каждый жил в своем царстве ни на кого не оглядываясь и только торгуя между собой.

— Никого не брали силой? — пряча усмешку спросила я.

— Это было всегда, — фыркнул он. — В любом животном мире самку берет сильнейший. Женщины это знают.

Ну кто бы сомневался.

— И чем же захват власти отцом изменил положение вещей?

— А откуда по твоему он взял свою армию?

— Откуда? — заинтересовалась я.

— Мертвые. Он обратился к болотной ведьме, и она дала ему армию. Природа не прощает таких игр и стала понемногу уничтожать свои плоды. Лес стал редеть, животные уходить далеко на север и там умирать. Говорят теперь это проклятая земля. Мне до сих пор интересно, что она попросила взамен.

— Что же здесь делаешь ты?

— Мир смотрю. Не могу в четырех стенах сидеть. Ну и записываю кое-что из легенд.

— И что. Гунны пытаются отомстить Драгомиру, взяв его дочь… То есть меня. Не уверена, что я его волную.

— Ты единственное, что его волнует. Ты гарант его власти. Пока люди верят, что у тебя есть волшебная сила, они не восстают против Драгомира. Но ему нужно скорее сплавить тебя замуж, чтобы показать всем, какой он хороший папаша. Странно, что ты этого не понимаешь.

Он вдруг рассмеялся и повернул мою голову к себе, заглядывая в глаза.

— Он был многое отдал за твое возвращение невинной. Даже жаль что мне не нужно золото, — шепнул он и сам коснулся моих губ. — Мне понравилось целоваться.

— Ты действительно веришь, что украв мою девственность, ты стал практически бессмертным? — избегаю я поцелуя.

Он хохотнул и вдруг развернул меня к себе, так что я сразу ощутила мощную силу его желания, и то как напряглось его тело.

— Я верю, что еще никогда не видывал такой сладости, как между твоих ног, — вкрадчиво проговорил он и рукой поглаживая мою спину, прижимая к себе, словно хотел приклеить.

— Но ты же хотел уехать, бросить меня, — пораженно шептала я невольно млея от силы его рук.

Просто я не люблю брать женщин силой, гораздо приятнее, если она сама отдается тебе за какую-нибудь услугу.

Гнев запылал во мне мгновенно и я сжав зубы и губы попыталась увернуться от назревавшего как ливень поцелуя, ударить это наглое красивое лицо.

— Скотина, ты хоть знаешь, что я пережила?! — кричала я, но все, что у меня вышло это ушибить свою руку и оказаться в плену его губ, чувствуя прохладу языка и жар в теле.

Он уже оглаживал мои бедра, даря приятное покалывание на коже, но я продолжала сопротивляться, тянула его волосы, царапала шею, старалась увернуться от очередного поползновения к свой промежности, куда уже подбирались его пальцы.

Он только смеялся и нападал касаниями снова и снова, повергая меня в омут постыдного удовольствия, которого при всей ситуации быть не должно.