Глава 16

Марианна

Услышав пронзительный крик Элли откуда-то со второго этажа, я на мгновение замираю. Сердце бешено колотится в груди в унисон с криком о помощи. Оборачиваюсь назад, глядя на не менее перепуганные лица присутствующих.

— Марианна! — с хрипом раздается голос Элли, отдаваясь где-то в области барабанных перепонок.

Не раздумывая, бросаюсь прочь из комнаты.

— Это там, — дрожащим голосом отзывается девушка, бледнея на глазах. — По лестнице вверх. Скорее всего, вторая комната слева.

Не задумываюсь, как она с точностью определила, откуда именно голос Элли, но это сейчас и не важно. Я должна ей помочь.

Ступаю на массивную скрипучую лестницу. Каждый мой шаг глухим эхо отдается в тишине замка. Деревянные ступени, покрытые толстым слоем пыли, кажутся не очень надежными. Они словно могут провалиться под моими ногами.

Холодный пот скатывается по спине, пока я поднимаюсь все выше. Но это не только от ужаса, схватившего меня своими липкими лапами, но и от незнания того, что ждет меня впереди.

С каждым шагом страх за Элли становится все сильнее. Мысли о том, что могло с ней произойти, терзают меня изнутри. Ускоряюсь, прислушиваясь к внезапно возникшей тишине. Дыхание прерывается.

— Сюда! — раздается позади меня.

Оглядываюсь и сразу сворачиваю к одной из комнат. Сердце гулко стучит в ушах. Инстинктивно касаюсь прохладной поверхности ручки и поворачиваю ее. Толкаю вперед глухую деревянную дверь, прирастая к месту от увиденного.

Это полутемная комната с едва пробивающимися лучами света сквозь щели в занавесках. На полу разбросаны мои вещи. Платья, которые я взяла из замка Вильгельма, разбросаны в разные стороны. По центру стоит большая кровать с наброшенным на нее драным одеялом.

Элли же, окутанная сухими ветвями, прижата к стене замка под самым потолком. Они обвивают ее маленькое тельце, отнимая все ее жизненные силы. Её некогда румяные щечки с каждой секундой становятся все более безжизненными.

— Марианна, вы должны спасти Элли! — кричит позади меня старик не своим голосом.

— Я? Как я могу это сделать?

Сердце разрывается на части. Что это вообще такое? Откуда здесь эти ветки и почему они удерживают Элли?

Руки трясутся от ужаса. Слегка отступаю назад. Правая нога подворачивается, словно мое тело против того, чтобы я ушла.

Ветви сильнее сжимают Элли. Легкий хруст и сердце ухает в пятки. Я должна что-то сделать. Должна спасти ее.

— Марианна, молю тебя. Спаси Элли, — тихие всхлипы девушки раздаются рядом со мной.

— Ох, бедная девочка. Говорил же ей остаться в лачуге, — причитает из ниоткуда появившийся Гавриил.

Смотрю на всех собравшихся и не могу поверить, что они вот так просто стоят и смотрят. Они же явно знают больше, чем я, но почему не пытаются ее спасти? Все вжались в стену позади меня и не двигаются.

— Я ей помогу! — выкрикивает Гамми, вздыбив шерсть. — Ну, я тебе покажу!

Он срывается с места, цепляясь когтями за занавески, и ползёт вверх. Прыгает на ветви, но они лишь сильнее сжимают Элли. Я слышу хруст её хрупких косточек, пока Гамми пытается разодрать их своими острыми, как шипы, когтями. Становится невыносимо страшно от того, что я вижу, но ещё страшнее за жизнь ни в чем не повинной девочки.

Гамми отчаянно пытается отвоевать Элли. Я больше не могу стоять и ничего не делать. Кидаюсь ему на помощь. Понятия не имею, что делать, но хватаюсь за ветви, стараясь их оторвать. С силой тяну их на себя, но они не двигаются ни на миллиметр.

— У тебя нет магии, чтобы спасти её, — пищит внутренний голос.

— Без тебя знаю, Марианна, но не могу же я её так оставить. Она умрет, если я ей не помогу. Думай. Помоги мне!

Внутри меня разрастается настоящая борьба. Мне страшно уже не за себя, а за Элли. Она же еще совсем кроха. Она не заслуживает того, что с ней происходит.

— Не бойся, — тихо звучит глубоко в душе.

— Очень смешно, учитывая ситуацию, а есть более адекватный совет?

— Не бойся их, — твердит все внутри.

— Ладно. Твоя взяла.

Сжимаю ветви руками в попытках оторвать. Смотрю, как они ползут по моим рукам. Обвивают. Царапают кожу. Рвут её до крови, но я терплю и стараюсь сделать так, как говорит внутренний голос.

— Я не боюсь. Это всего лишь ветки старого дерева. Их бы секатором, да помощнее, чтобы знали, кого хватать.

Ветки останавливаются возле моего плеча и дальше не ползут.

Это секатор так на них подействовал?

— Отрублю! Топор возьму и вырублю всё напрочь, а потом залью корни селитрой, чтобы их разъело.

Ветки плавно отползают назад. Бросаю взгляд на Элли. Представляю, как топором отрубаю одну ветку за другой. Они тут же, словно отрубленные, валятся на пол.

— Работает! — выкрикиваю с воодушевлением.

Одну за другой уничтожаю ветки на теле Элли, пока не остаётся одна единственная. Самая крепкая. Пытаюсь и с ней поступить точно так же, но вместо того, чтобы треснуть. Она лишь надламывается.

Представляю, как рублю её ещё и ещё. Элли едва дышит. Давай же!

Замахиваюсь рукой и резко опускаю её, рассекая воздух. Ветка с хрустом разваливается на две части.

Элли с грохотом падает на пол. Едва успеваю подхватить ее голову, чтобы она не ударилась.

Остатки ветвей, что лежали на полу, приходят в движение и уползают, скрываясь за окном.

— Элли!

Все подбегают к малышке. Принимаются ее осматривать. Поднимаюсь на ноги. Стою и смотрю, как тяжело вздымается её грудь. Она жива. Она будет жить. На душе становится легко и спокойно.

Кашель Элли заполняет собой всю комнату.

Я смогла. Не знаю как, но благодаря Марианне у меня получилось.

Ноги слабеют. Колени подкашиваются. Тело наполняется тяжестью. Чувствую, как уголки моих губ ползут вверх, когда Элли открывает глазки и благодарно смотрит на меня.

— Поправляйся, — слетает с моих губ, прежде чем мои ноги окончательно теряют свою силу. Они подкашиваются, и я падаю с силой, ударяясь о что-то твёрдое.