Глава 40

Марианна

Солнце едва скользит своим лучом по моей подушке, касаясь лица, а за окном уже раздается какой-то странный шум. Морщусь, переворачиваясь на другой бок.

Шум становится все сильнее и он так смахивает на…

Цокот копыт⁈

Подскакиваю на кровати. Судя по солнцу, сейчас не больше пяти утра. Почему он приехал так рано?

— Граф…

— Госпожа Марианна, граф Томас на подъезде к саду! — врываясь в мою комнату, выкрикивает Милена, опережая ход моих сонных мыслей. Ее лицо перекосило от волнения. Она вся на взводе. — Прошу, скорее поднимайтесь!

— Дай мне минут пять.

— Я что-нибудь придумаю, госпожа Марианна.

— Спасибо.

Милена скрывается за дверью. Одним махом скидываю с себя сорочку. Надеваю роскошное платье и радуюсь тому, что мы все подготовили с вечера. Подхожу к зеркалу и едва не вскрикиваю от увиденной картины. Все волосы спутались в настоящее воронье гнездо. На лице яркая отметина от подушки.

День точно не задался с самого утра. Выглядываю из комнаты, прислушиваясь к звукам вокруг. Вроде тихо. На цыпочках крадусь в уборную.

Несколько раз брызгаю себе в лицо холодной водой.

— Так-то лучше, — рассматриваю свое посвежевшее отражение. Расчесываю волосы и вот я уже вполне себе приличная девушка.

Возвращаюсь к себе. Надеваю колье, серьги. Туфли.

Беглый взгляд на комод, в котором лежит платок графа Томаса. Хватаю его и заталкиваю в сумочку. Надо будет вернуть. Не понравилось мне, как Гамми на него отреагировал.

— Госпожа Марианна, — со стуком входит Милена, уже намного спокойнее. — Граф Томас ожидает вас на первом этаже.

— Спасибо, Милена. Как я выгляжу?

— Вы прекрасны, как всегда, но можно я кое-что вам дам?

— Конечно.

Трясущейся рукой Милена протягивает мне небольшой мешочек, перевязанный красной тисненой нитью.

— Прошу, возьмите это с собой. Так я буду меньше за вас волноваться. Все же вы именно ради нас отправляетесь в столь опасное путешествие.

— Что это?

Беру в руки мешочек, переминая его пальцами. На ощупь его содержимое похоже на песок, но немного мельче.

— Это забвенный порошок. Его действие непродолжительное из-за отсутствия одного ингредиента, но этого хватит, чтобы ввести в забвение на несколько минут и выиграть для себя время.

— Забвение? Получается, что тот, на кого он попадет, забудет о…

— О последних минутах. Возможно, последние полчаса. Я никогда не использовала его по назначению, но хочу отдать его вам. Может, именно вас он спасет в нужный момент. Я искренне переживаю за вашу поездку, госпожа Марианна.

— Спасибо тебе, Милена, — притягиваю девушку к себе и крепко обнимаю. — Обо мне никто и никогда так не заботился.

— Вы главное возвращайтесь, — тихонько всхлипывает она, вытирая слезы рукавом.

— А я на другое и не рассчитываю. Нам с тобой еще этот сад поднимать на ноги, — подмигиваю ей и делаю глубокий вдох, готовясь спуститься вниз.

С замиранием сердца спускаюсь по лестнице. Даже отсюда до меня отдаленно доносятся мужские голоса. Это Гавриил. В последние дни он совсем зачах. А вот второй голос принадлежит графу Томасу.

— Доброго утра, — произношу, прерывая их диалог.

— Госпожа Марианна. Вы выглядите ослепительно! — басовито уверенно произносит граф. Искренне улыбаясь.

— Благодарю. Вы тоже выглядите прекрасно.

— Ох, спасибо! Мне давно никто не делал столь лестных комплиментов.

Он и вправду выглядит довольно неплохо. Графитово-серый костюм идеально подчеркивает его мужественную фигуру. Белоснежная рубашка с накрахмаленным воротом. А в отполированных лаковых туфлях я могу видеть свое отражение. Его лицо идеально выбрито, да так, словно у него сроду не росла щетина. Одним словом, прекрасный мужчина в самом расцвете сил.

— Вы готовы? Нам предстоит дальняя дорога.

— Это я уже поняла. Вы приехали довольно рано.

— Прошу простить, что не предупредил заранее, но в последний момент я решил, что выехать с утра будет правильным решением. Тем более, кто знает, что нас будет ждать по дороге. Не так ли? — заговорчески-мило тянет он и по телу пробегает легкий холодок.

— Вы правы!

Граф Томас пропускает меня вперед. Иду в сторону его кареты, а ноги то и дело подкашиваются от волнения. Крепче прижимаю сумочку к себе.

— Ох, граф. Я же чуть не забыла! — расстегиваю сумочку. Первым делом проверяю мешочек с порошком забвения. На месте. — Вот, — протягиваю ему платок. — Это принадлежит вам.

— Благодарю, но вы могли его не возвращать.

— Но как же? Это же ваша вещь. Я не могла иначе, — говорю, а самой становится немного стыдно. Может, стоило его постирать?

— Не совсем так. Этот платок принадлежит не мне.

— Правда?

— Да, прошу вас. А платок можете выбросить, — с легким поклоном граф Томас открывает мне дверцу кареты, приглашая занять свое место.

В груди все замирает. Если этот платок не принадлежит графу Томасу, то чей же он? И кого мне тогда стоит опасаться?

— Госпожа Марианна, — взволнованно тянет Милена, касаясь моей руки.

— Да?

— Будьте осторожны. Мне очень приятно, что вы так самоотверженно готовы бороться за нас и наш сад, но тревога…

— Все будет в порядке, Милена, — утешаю ее с ужасным волнением в груди.

— Счастливой дороги!

— Кучер, трогай! — грозно произносит граф и сердце ухает в пятки.

Отдвигаю шторку на окне немного в сторону, наблюдая за тем, как сад удаляется все дальше. Его очертания становятся все менее четкими. Карета несет нас вперед. Навстречу неизвестности. Искоса поглядываю на полностью расслабленного графа Томаса.

— Сколько займет дорога?

— Около семи часов. Возможно, чуть меньше, — улыбается он, оголяя белоснежные зубы.

Внимательно изучаю его лицо, пытаясь воссоздать тот роковой день в публичном доме. Он был в очень похожем костюме. Эта ухмылка. Она так же озаряла его лицо. Мама. Адель.

Морщусь в попытках воссоздать в своей памяти все больше подробностей, и чем больше я об этом думаю, тем больше деталей вспоминаю, но что-то все равно не вяжется. А самое главное, что я практически не помню своей прежней жизни и меня это слегка пугает.