7

Особенно мне понравилось, когда Странник начал вещать о нежити и пытаться объяснить, почему ходячие мертвецы живым не товарищи. Так я и выяснила, что в Дельтране есть нежить, которой противостоят некроманты. Демоническим тварям, как правило рвущимся в Дельтран из соседнего мира через Изнанку, противостоят демонологи. Но была и третья ветвь темных магов, точнее, темные жрецы не были магами в привычном понимании, потому что редко сплетали руны и использовали активную магию. Магическое могущество темных жрецов было связано с особыми ритуалами, большая часть из которых была утеряна после гибели Гартоша.

И тут меня снова посетило ощущение, что Странник что-то не договаривает. Не могла же смерть одного жреца лишить знаний всех его последователей?

Но спросила я не об этом.

— Прелестно, но причем здесь я?

Сложив руки на груди, привалилась к стене плечом. Я уже сложила в голове исходные: наследница, дар, наследство в глубокой… пусть будет тьме.

Но оно мне надо?

— Допустим, я вам поверила. И все-таки я пока не услышала главного. Зачем вы здесь?

Маска невозмутимости на лице мужчины слегка дрогнула, но он все равно терпеливо пояснил:

— Затем, чтобы забрать вас домой.

— Этот дом меня полностью устраивает, и я не хочу ничего менять.

Хотела из вредности ляпнуть, что я ему не верю, а потом представила, что меня попытаются впечатлить чем-то покруче воровства двери или магического шара, и решила не рисковать. Я не желала ни магии, ни ее чудес. Хотелось просто, чтобы Странник устранствовал туда, откуда появился, и оставил меня в покое.

И кажется, мужчина понял мою реакцию, потому что вкрадчиво произнес:

— Поверьте, лучше я помогу вам перебраться в Дельтран, чем тьма. Темная госпожа не станет ничего вам объяснять, а просто пришлет за вами тени. Но в этот раз у вас не получиться их прогнать. Да, Катарина, я уверен, что именно вы сами еще в детстве разорвали свою связь с Дельтраном и закрылись от тьмы.

Понимание отозвалось тянущей болью в груди. На мгновение я снова почувствовала себя маленькой девочкой, отчаянно борющейся с детскими страхами.

— Мне было шесть, когда я поборола свой страх перед монстрами, — еле слышно прошептала я.

— Вы сами запечатали свою магию и сделали себя невидимой для тьмы, но с тех пор, как вам исполнилось восемнадцать, печать начала разрушаться. Эта тень — только первая из тех, что почувствовала вашу магию. Пройдет время — и вас почувствует и сама тьма. Когда она вас отыщет, ваше перемещение в Дельтран случится независимо от того, захотите вы этого или нет.

— Но зачем я ей?

— Вы ее жрица, а тьма никогда не отпускает своих слуг.

Звучало безумно. Но еще безумнее была клякса, сумевшая приобрести очертания кошки. Кошачий силуэт неуклюже переступил с лапы на лапу, словно привыкая к новой форме, а потом растянулся на полу и начала постукивать абсолютно негнущимся хвостом по полу, словно это была еще одна лапа. Да, до нормальной кошки ей было еще далеко, но я почему-то не сомневалась, что Клякса научится.