Глава 24

Следующие несколько дней Лина провела в какой-то странной суете почти постоянно в компании Фианы. Она, словно банный лист приклеилась, таскала ее везде, где надо и не надо.

Теперь, когда у Лины появился кристалл концентрации, ее дар перестал хаотично реагировать на эмоции каждого встречного. И она смогла беспрепятственно перемещаться по Академии.

С ректором виделись украдкой по ночам (хотя бы тогда Фиана отставала от нее). Это очень будоражило и заводило — они будто делали что-то запретное и очень манящее. Лорд Дартион доводил ее до такого нереального состояния, дарил столько удовольствия, что Лина даже пугалась — как ей вдруг так повезло. Учится в магической Академии Димант де Грин, живет в обалденно крутой комнате, причем одна и встречается (да! Встречается. Иначе, как это еще назвать?) с самими ректором!

Студенты готовились к какому-то празднику, Лина сперва не обращала внимания, но потом Фиана начала допытываться, в чем она пойдет, какую прическу сделает. Лина на это мероприятие идти не хотела, с удовольствием бы провела это время наедине с Гадаром Дартионом,

Но Фиана и слушать не хотела.

— С ума сошла? — взвизгнула она, когда они сидели в кафетерии и уплетали второй завтрак между парами по Интуитивной этике и Травологии. — Там будет вся Академия.

— Да я почти никого не знаю, — отозвалась Лина, отправляя в рот бутерброд с каким-то очень нежным крем-сыром.

— Вот и познакомишься, — безапелляционно заявила фиолетовоглазая. — И парней придет много.

При этих словах она как-то игриво подмигнула. Лина хмыкнула про себя. Ха! Парней. Ей, кроме ректора, никто не нужен. Даже удивительно, как все гладко сложилось.

Единственное, что не давало ей покоя, так это странное ощущение, которое появилось после первой ночи с ректором, там в бассейне. Лина пыталась связать это хоть с чем-нибудь. Сперва думала, это из-за его тьмы, что это она пытается в нее прорваться. Даже рассказала об этом ректору, но тот уверенно покачал головой, сказал, что его тьму она бы ощутила совсем по-другому. Тем более, он изо всех сил старается ее удерживать, а на ней кристалл.

— Может, я лучше в библиотеке пороюсь? — спросила она Фиану, когда, наконец, закончили завтрак.

Та замахала руками.

— Потом пороешься. Или ты из этих?

— Кого? — не поняла Лина.

— Заучек!

Да уж, если бы Фиана догадалась, как Лина проводит время, точно бы заучкой ее не считала. Но лорд Дартион прав — знать об этом никому не стоит. Во всяком случае, пока.

Поэтому, как бы ей не хотелось сходить в библиотеку и попытаться выяснить, что за эмпатические проявления у нее начались, пришлось тащиться в «Вестьер», который гардеробная, и выбирать платье.

Фиана визжала и хлопала в ладоши каждый раз, кода Лина примеряла очередной наряд. Это продолжалось, пока она не остановила выбор на коктейльном платье небесного цвета. Облегающее на талии и расходящееся к полу легкими волнами. В целом простое, но очень элегантное за счет открытой спины и вышивки на груди, которая до половины из кристаллов и красиво очерчивает декольте.

— Может, что-то покороче? — с сомнением проговорила Фиана, потирая подбородок и критичным взглядом окидывая Лину. (Кудряшка уселась на маленький пуфик и строго следит за выбором платьев).

— Нет уж, — отрезала Лина. — Я на праздник иду, а не… В общем, покороче пусть Арилия надевает.

Едва она вспомнила о студентке-носферату, как та, будто по волшебству выплыла из-за дверей. В черном обтягивающем платье до колен, таким тугим, что вообще не понятно, как передвигает ноги, грудь перетянута корсетом, черные локоны рассыпаны по мраморно-белым плечам, губы красные, четко под цвет глаз.

Лина нахмурилась — вообще-то, эта Арилия очень красива. Даже не надо быть эмпатом, чтобы ощутить — она притягивает взгляды и манит. Удивительно, что ректор на нее не запал.

Так. Минутку. Она что, ревнует?

Лина даже усмехнулась про себя — ну с какой стати вдруг? Да, у них с лордом Дартионом что-то происходит. Но… он ведь не клялся ей в вечной любви, и вообще ничего не обещал. Они просто… Что?

Эти мысли возникли как-то внезапно и буквально огорошили Лину. А что, если вот это все у них — просто интрижка? Он говорил, что хотел ее, но ни разу не упомянул о своих чувствах. В смысле, не говорил, что она ему нравится или что-то в этом роде.

А она?

Она влюбилась, блин. Но говорить ректору об этом не станет. Нет уж!

Арилия, тем временем, прошла мимо них, одарив взглядом, полным превосходства и остановилась возле самого входа в коридор из одежды.

— Арилия, тебе разве не доставляют наряды из дома? — недовольно поинтересовалась Фиана.

Носферату даже не обернулась, ответила, перебирая вешалки с платьями:

— Доставляют. У моих родственников достаточно денег, чтобы обеспечить своих детей. Я же не какая-то фея из верхних ярусов.

Странное ощущение, о котором Лина успела забыть, снова возникло в районе груди. Да что это? Откуда оно — колючее, прохладное. И никак не получается дать ему определение. Интересно, у эмпатов есть какая-то терминология? А то все эти чувства… Кто бы мог подумать, что их так много! Есть ведь у народов севера пятьдесят или сколько там обозначений снега. Почему бы и у эмпатов такому не быть? Ведь то, что она ощущает сейчас должно как-то называться!

Фиана тем временем поднялась, уперев кулаки в бока, тоненькие брови сдвинулись — она явно недовольна появлением носферату.

— Да? А чего пришла тогда?

— Да так, — пожала плечами Арилия. — Хотела посмотреть, что за обноски вы себе выберете.

Лина охнула.

- Обноски?

— Не слушай ее, — отозвалась Фиана, — это новая одежда, отшитая специально по заказу Академии. Просто шьют ее не у Гаргониллы де Сардис, а просто в обычном швейном салоне.

Арилия ничего не сказала, только хмыкнула довольно, сверкнув аккуратными клычками. Видимо, этого эффекта она и добивалась — сбить с толку, хоть временно, но унизить.

И вот же! Привязалась к ней эта упырица!

Когда они с Фианой, наконец, покинули гардеробную, вооруженные наборами из платьев, туфель и нижнего белья (которое Лина, несмотря на заверения Фианы, что это все «нулевая», никем никогда не ношенная одежда, решила простирать в горячей воде с мылом), она сказала:

— Кажется, Арилия меня преследует.

— Почему так решила? — удивилась фея. — Это твоя эмпатия говорит?

Лина сдвинула плечами.

— Не знаю, — честно сказала она, ведь толком пока не разобралась, как обращаться со своим даром. То, что на ней кристалл концентрации это одно, но ведь пользоваться магией надо еще уметь. Этому, вон, годами учатся! — Но она как-то всегда смотрит на меня… бррр… Мурашки по коже.

— А… — отмахнулась Фиана. — Она на всех так смотрит. Она же носферату.

— Угу, — согласилась Лина. — Как представлю, что она живой труп… ух…

Фиана покосилась на нее, приподняв бровь, и прыснула от смеха. Лина даже растерялась — что такого смешного? Или она опять какую-то глупость ляпнула? Блин, вот что значит родиться в другом мире. Сколько всего ей еще предстоит наверстать!

— Носферату не трупы, — сквозь смех пояснила фея.

Лина непонимающе повернула к ней голову на ходу.

— Э… это как? Я всегда думала…

— Да ладно, расслабься, — успокоила ее Фиана. — На самом деле, даже местные иногда путают. А ты вообще из другого мира, откуда тебе знать. Так вот, носферату — не мертвые. Они очень даже живые. Просто их обмен веществ специфический. Он очень медленный, поэтому и стареют медленно.

Лина хмыкнула хмуро — ректор тоже очень хорошо сохраняется, выглядит лет на двадцать пять. И эта Арилия… Вообще не понятно, сколько ей лет. Интересно, давно ли она учится тут?

— Как удобно, — фыркнула она.

— Ну как сказать, — продолжила пояснять фея, когда они повернули по коридору в очередные анфилады, — им приходится все время подпитывать себя горячей кровью. В Диамант де Грин нападения запрещены. Добровольное жертвование крови тоже. Им заказывают привозную. Зато, говорят, чувствительность у них — ого-го. Прямо легенды ходят о том, какие они в постели! И девушки, и парни, если что.

Чувствительность. Как же. Об этом фея могла бы и промолчать. Нет же, подлила масла в огонь. Лина попыталась одернуть себя — ох, да чего она взвинтилась-то… Лорд Дартион не давал ей повода переживать.

И все же она переживала.

Сама не понимала почему, да и еще и это дурацкое ощущение, которое то накатит, то отпустит.

— Не бойся, — попыталась успокоить ее Фиана, — если будут доставать, пригрозим им накапать моей крови в чай. Хи-хи.

— Слушай, а почему они все называют тебя ядовитой? — поинтересовалась Лина. Ей действительно давно интересно, чего вдруг эти демоны и упырицы идут на попятную, едва слышал про укусы феи.

Фиана хитро прищурилась и проговорила:

— Для носферату, демонов и других детей ночи кровь фей ядовита.

Теперь Лине стало понятна эта явная прохлада между феей и детьми ночи. Значит вот оно что. Она думала, дело в личной неприязни, а оказывается тут еще и биология.

И, если верить этой же биологии, опять же выходит, что девица-носферату куда ближе к ректору, чем она. Вот же блин…

Эти мысли не давали ей покоя, пока она раскладывала наряд, наконец, оставшись одна в комнате. Не давали покоя, пока упражнялась в медитации (из-за этого медитация получилась весьма так себе). Только когда села за учебник по интуиции стало немного полегче.

В эту ночь ректор не пришел, хотя Лине очень хотелось увидеть черное облачко его теней у себя в комнате, ощутить его сильные руки на себе, его твердый… Эх… Но он предупреждал, что будет занят.

Он ведь действительно занят? А не развлекается где-нибудь с Арилией? Или еще какой-нибудь носферату. Как же. Чувствительность у них повышенная. Вот же…

Да блин, что с ней? Что за тупые приступы ревности? Да еще и колючий холодок внутри усилился. Нет, надо как-то с этим бороться.

Подойдя к окну, Лина уперлась ладонями в подоконник и вдохнула свежий вечерний воздух. Солнце уже ушло за горизонт, небо быстро становилось лиловым, стали появляться сверкающие иглы звезд. Отсюда из ее окна открывается шикарный вид — башня темного мага-ректора, Нирийское поле, красивое вообще-то. Никогда бы не подумала, что это темный канал некромантии.

Свежий ветерок немного остудил мысли, в то время как кристалл концентрации на груди потеплел, засветился.

И тут Лина поняла — это не ее эмоции. Не ее ревность!

Обалдеть…

Если прежде, пока у нее не было кристалла, чужие эмоции швыряли ее из стороны в сторону, то сейчас она просто ощущает их, как легкую тень. И ведь догадалась она об этом сама! Значит, понемногу навыки обращения с даром у нее растут.

Так. Если это не ее ревность, тогда чья? И к кому? В Академии такое количество студентов, что и за неделю не перебрать.

Даже интересно стало — это ведь ее первый осознанный эмпатический контакт!

Так захотелось поделиться этим с ректором, но сейчас его беспокоить не стоит. Что ж, остается только молча радоваться своей находке и ждать подходящего случая.

Лина долго не могла заснуть, все думая, чьи эмоции оцифровала. Очень хотелось попасть на занятия по Эмпатической этике, узнать побольше. Но все требовало подождать, тем более завтра выходной, и этот праздник посвящения в магические студенты.

В конце концов, проворочавшись до половины второго, она, наконец, уснула.

Утро прошло в суете, потому что явилась Фиана, причем в такую рань, что Лина даже не вылезла из постели — так и крикнула «входи», когда та стала тарабанить в дверь.

Около часа они собирались. Все-таки платье Лина выбрала удачное — оно очень выигрышно подчеркивает ее тонкую талию, красивые бедра и высокую грудь, при этом не вульгарно, как у некоторых клыкастых.

Лине казалось, прошло не много времени до момента выхода из комнаты, но, когда это случилось, оказалось народ уже собрался в центральном зале.

Украсили его здорово — парящие в воздухе зеленые и синие кристаллы, какие-то сверкающие бабочки, небольшие островки фуршетов. Из плоского зеркального кристалла на потолке льется тихая приятная музыка — какие-то арфы и флейты.

— Обалдеть, — только и смогла сказать Лина, когда они спустились в толпу. — Сколько народа…

— А ты думала! — довольно отозвалась Фиана. — Тут же все сегодня. Все!

— И ректор? — вырвалось у Лины.

Но Фиана вроде не заметила ее слишком большого интереса, сказала:

— Конечно! Это же его Академия!

Ну хотя бы сегодня она его увидит. Пусть и не так, как хотелось бы, но все же. Как странно — всего сутки без него, а она уже соскучилась. Какая-то дурь. Ох, ладно, у нее хотя бы хватает сил себе в этом признаться.

Чтобы отвлечься от мыслей о лорде Дартионе, его теплых и чувственных прикосновениях, Лина стала глазеть по сторонам.

Да уж, Арилия не самая выпендрежная по части одежды оказалась. Здесь собрались толпы студентов в таких нарядах, что Лина только рот раскрывала и закрывала. Люди (какое счастье, здесь есть люди, а не только создания!) вполне прилично наряжены — коктейльные платья, туфли-лодочки, костюмы. Зато остальные…

Вот прошли две остроухие девушки, видимо эльфийки, в легких шифоновых платьицах. Вроде в пол, рукава закрыты, воротник под горло. Но ткань полупрозрачная, все белье видно, как на ладони. А трусики, между прочим, стринги!

А там, у левого фуршета, определенно оборотни — три загорелых парня в кожаных брюках без рубашек и босиком. Грудные у каждого такие, что любой тренер обзавидовался бы. Правда, с повышенной волосатостью.

Большинство демонов в классических костюмах, только без рубашек. Видимо, мода такая. Вообще-то это очень интересно выглядит, особенно в сочетании с рожками. Краем глаза Лина заметила сестер Дракан со своими парнями — они, наверное, единственные, кто не сменил нарядов — все в тех же темно-синем и темно-зеленом обтягивающих костюмах.

— А они чего? — кивнула Лина в их сторону.

Фиана не сразу поняла о ком речь, но проследила за взглядом и сказала:

— А… Драканы. Им плевать на общественное мнение. Они зрячие ведьмы и не заморачиваются внешним.

— Здорово, — впечатлилась Лина. У нее быть такой непосредственной и самостоятельной не всегда получалось. — И чего они зрят?

Фиана пожала плечами.

— Откуда я знаю. Говорят, им видны варианты настоящего и будущего.

— Ого, — впечатлилась Лина и задумалась — может поэтому они вступились за нее перед Ивасом Абанором там, в ресторации? А вдруг? И тогда, что они могли такого увидеть в ней?

А, ладно. Нечего себе надумывать и накручивать.

Фиана не заметила ее озадаченности, продолжала рассказывать, кто есть кто, и Лина постепенно отвлеклась от глубоких мыслей.

Столько созданий! И все в традиционных (ну, или почти традиционных) нарядах!

Больше всего, конечно, впечатлил Лину наряд Арилии. Эта девица-носферату явно постаралась обзавестись шмотками. На ее шикарной фигуре с четвертым размером, красное короткое платье в облипочку смотрится вульгарно и шикарно одновременно. Высоченная шпилька (как только держится на ней), туфли тоже красные лаковые. Декольте глубокое… блин! Она же без лифчика!

Все выпуклости видно!

Ну вообще трындец.

Она что, решила всю Академию соблазнить?

На шее Арилии сверкает красный камень на черной цепочке, наверное, ее кристалл концентрации. Волосы подняты в высокую прическу, в которую воткнуты шпильки с красными камнями. Они святятся и испускают вокруг легкую светящуюся пыль.

— Эти шпильки из особых рудников в Рибейских горах, — проговорила Фиана, заметив, кого так пристально разглядывает Лина. — Это очень далеко и очень дорого. У драконов все дорого.

— Угу, — только и смогла протянуть Лина.

Что она могла противопоставить этой шикарной упырице, которая блестит ослепительной улыбкой с клыками в окружении таких же носферату? Стоит вся такая элегантная, бокал держит. Прям хозяйка торжества.

А потом в зал вошел Ивас Абанор.

В белом классическом костюме, как и остальные демоны, без рубашки, и его кубики на животе и гладкие накачанные грудные мигом привлекли внимание многих студенток. Волосы, как и всегда, зачесаны назад, рожки как-то таинственно сверкают, на губах самодовольная улыбка.

Красивый, ничего не скажешь.

Но Лину волновало другое — взгляд его бордовых глаз прикован к ней, и он решительно движется в их сторону.