Глава 15

Первое, что я увидела, вернувшись в комнату, – это коробка. И над ней вновь столпились кумушки. Дежавю какое-то! Не дав им возможности второй раз порыться в белье, я забрала коробку и скрылась в спальне.

– Ваше величество, позвольте напомнить, что вы не только замужняя мьена, но и мать будущего наследника Амирада! – услышала я голос Цеании из-за двери.

– И вам следует заботиться не только о своём здоровье в вашем положении, – добавила Рима.

Бьяна… Хотела что-то сказать, но я вновь услышала характерный глоток – наверное, вместо нравоучений решила пригубить. Женщины заговорили о чае и, видимо, попросили его подать, потеряв ко мне интерес.

Я откинула крышку коробки и увидела пять бумажных пакетов со знакомым мне вензелем в уголке, а поверх них лежала ленточка – та самая, которой мы с Лейардом играли в библиотеке. Улыбка невольно расплылась по лицу.

Я распаковала первый пакет, и мне в руки попал потрясающий комплект нижнего белья цвета слоновой кости: бюстье, переходящее в элегантный нежёсткий корсет с ленточками и застёжками, к которым крепилась нижняя часть – чулки с ажурными подвязками, и трусики – такие, какие были модны в моём мире. И всё именно моего размера. Угадал на глаз?

Хм, то есть он думал о моей фигуре? Хотя меня несомненно радует, что кроме панталон тут бывает ещё и более откровенная одежда. В остальных пакетах лежали похожие комплекты, только все разных цветов и слегка отличались по фасону.

Сердце забилось быстрее. Ещё никогда прежде я не получала от мужчины в подарок нижнее бельё. Тем более от императора. Это заставляло кровь прилить к щекам. Имею ли я право принимать такой подарок? Уверена ли я, что за этим подарком ничего не последует? Дарит ли он такое своим фавориткам? А если…

– Ну и ну! – просвистели рядом, и я едва не закричала от испуга, приложив руку к сердцу. – Опять Теании?

– Наверное, – смутившись, отозвалась я. – Скажи, а что бы значили такие подарки? Если, например, мужчина дарит нижнее бельё женщине, чего он от неё ожидает? И если женщина не желает связи с мужчиной, то должна ли она его вернуть?

– Ну-у-у, одно могу сказать точно – такие подарки не дарят без намёка. Тот мужчина, который это прислал, определённо хочет увидеть Теанию в одном из этих комплектов. А ты чего раскраснелась-то? Не о тебе же речь.

Хм, действительно, чего я раскраснелась? Лейард всего лишь хочет увидеть меня в одном из этих комплектов. И самое худшее, что я представляю эту сцену настолько ярко, что приходится даже зажмуриться, отгоняя от себя странную порочную фантазию. Проблема в том, что я сама хотела бы показать Владыке своё тело в одном из этих комплектов. Нет-нет, не потому что желала с ним близости (хотя, может, и это, сама не понимала своих чувств), но главное потому, что мне хотелось почувствовать себя желанной им. Мне хотелось, чтобы у него перехватило дыхание, хотелось, чтобы он не смог оторвать от меня взгляда, восхищённый и покорённый моей красотой.

Хотелось быть красивой для него.

Эта мысль стрелой пролетела в голове, и я шумно выдохнула. Если мы хотим быть для кого-то красивыми, это означает только одно – мы начинаем влюбляться. А мне влюбляться в императора никак нельзя!

– Уберу это подальше, – наконец вынесла я вердикт и закрыла коробку, но лягух прыгнул на бортик и схватил передними лапками крышку. – Ты что делаешь?

– А записки тут нет?

– Нет записки, – стряхнула я зелёного и, закрыв коробку, убрала её в шкаф. – Ты лучше расскажи мне, где был в последние дни? Ты очень редко появлялся.

– Проблема в магии, – пожаловался Лягух. – Воздвижение ведь нужно не просто так, а чтобы подарить богам живительную энергию молитв, в то время как в наш мир обращается магия. И чем ближе Солнцелунная ночь, тем сложнее становится колдовать, поэтому и мне нужно больше времени на концентрацию.

– Короче, ты впал в спячку, – хмыкнула я.

– Можно сказать и так… Слышал, что твой поход в театр повлёк за собой немало досужих сплетен?

– Всё благодаря твоей императрице, – поморщилась я. – Слишком любвеобильной.

Лягух помолчал, а потом неожиданно прищурился.

– Слушай, а у меня тут возник план. А ты не хочешь замуж за Лейарда?

Я даже подавилась воздухом от такого предположения.

– Что?

– Ну смотри: я устрою так, чтобы он в тебя влюбился, а ты, когда выйдешь за него замуж и станешь императрицей, поцелуешь меня. Тебе – целый Аверлад, а мне – драконьи крылья!

Вот это план! Да он настоящий Румпельштильцхен – договор на договоре. Восхищаюсь этим желтоглазым зелёным!

– У меня есть другой план, – хмыкнула я, – почему бы тебе просто не дождаться, пока его величество сам выберет себе императрицу, самостоятельно и без твоего вмешательства, а уж потом ты с этой императрицей как-нибудь договоришься на поцелуй? Ну на крайний случай можешь приврать, что это, дескать, ты их познакомил и помог довести их историю до счастливого финала.

Лягух всерьёз призадумался. Я же испытала лёгкую искру раздражения, подумав о будущей жене Лейарда, но тут же сама её потушила.

– А вдруг ждать придётся слишком долго? Вдруг императрица не согласится? Или ещё хуже – не понравится мне как женщина?!

Я даже рот открыла от такого заявления. Не понравится ему, видите ли! Да он должен молиться, чтобы он ей понравился! И вообще – дарёному коню в зубы не смотрят.

– Придётся стерпеть ради драконьих крыльев, – наставительно произнесла я и прищурилась. – Слушай, а если тебе Теания нравилась как женщина и поцелуй тебе обещала… Не ты ли их свёл?

Последнее, разумеется, было шуткой. Я понимала, что Шухер некоторым образом привязан к этому месту, а Лейард и Теания познакомились в Санморине.

Если я думала, что Шухер возмутится, то сильно ошибалась. Вместо этого он призадумался и пробормотал:

– И как я сам раньше не додумался?

Я пожала плечами и уже собиралась вернуться в гостиную – оттуда доносился потрясающий запах сдобы, видимо, принесённой к чаепитию. Но остановилась у самых дверей, внезапно озарённая догадкой:

– Поцелуй вдовствующей императрицы тоже не подходит, потому что она “недостаточно прекрасна” для тебя?

– Рад, что ты тоже высоко меня ценишь. Кто знает, какие крылья я получу – может, такие же дряблые и морщинистые? Эх, если бы я узнал об этом способе обрести крылья раньше – точно бы вытребовал поцелуй у матери Лейарда или у мьены Клеостры, когда она ещё была молодой. А она, между прочим, была вполне себе ничего…

Даже слушать не желаю о фантазиях извращённого лягуха! Взяла и вышла туда, куда меня тянул сладко-ванильный запах.

А вот после ужина, позвав Лейарда на прогулку, я решила объяснить ему, что дарить такой подарок – это моветон. По крайней мере, меня не интересует то, какой намёк он вкладывает в этот презент.

– Бельё чудесное! Уверена, оно стоило целое состояние, – попыталась я сгладить свои слова, – и я была бы счастлива получить этот подарок от того, кто действительно может считаться моим мужчиной. Однако… Лейард, прошу, больше не следует так тратиться.

– Ты исполняешь роль моей супруги – с чего ты взяла, что я не имею права дарить тебе такие подарки? – хмыкнул Яр, пока мы прогуливались мимо высоких приятно пахнущих кустов.

– Но ведь это был не публичный подарок для поддержания моей роли. Это был интимный подарок лично мне, иномирянке, не для чужих глаз, – возразила я. – Или же ты хочешь, чтобы я продефилировала в одном из этих комплектов по дворцу, всем и каждому сообщая, что эту красоту мне подарил супруг?

Лейард прищурился и остановился, заложив руки за спину. Я тоже остановилась рядом с ним, но старалась смотреть на кусты за его спиной, а не на самого Владыку.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, – решилась поднять на него взгляд и вздохнула, – что такие подарки делаются с намёком. Ты сделал намёк мне. Я его поняла. И отвергаю. Не хочу, чтобы ты думал, будто можешь на что-то рассчитывать.

Лейард даже рот приоткрыл. Уверена, до этого дня ему ни разу не приходилось получать отказ. Любая, стоит ему лишь пальцем поманить, готова была прыгнуть к нему в постель. Хотя, думаю, существовали и те, что специально отталкивали, желая разжечь в нем ещё больший интерес, пробудить в мужчине охотника, чтобы сильнее привязать к себе, но он знал, что это не тот случай. Мне не нужно привязывать Владыку к себе, ведь я собираюсь вернуться домой.

Но было бы совершенно глупо отрицать, что Лейард мне нравится. И мысль о ночи с ним слишком соблазнительна. Вот только я боюсь влюбиться. Влюблюсь – и потеряю себя навек. Он ясно дал понять, что хочет близости, но никак не брака, а ради близости с императором, который быстро охладеет ко мне и сменит на другую фаворитку, оставаться в этом мире бессмысленно. Променять сестёр на временного мужчину? Если бы он предложил что-то большее, чем просто интрижку… тогда я могу подумать. Выбор будет в любом случае неправильный, но разве правильные “выборы” вообще существуют?

Сейчас же… я не хочу вернуться в свой мир с разбитым сердцем. Не хочу тянуть плохие воспоминания, хочу оставить лишь приятные.

– Простите, мьена, – неожиданно безразлично произнёс Яр и отступил, – что отнял у вас время. Позвольте проводить вас в покои.

Его холодность обескуражила, но я подумала, что это вполне приемлемо. Деловые отношения – именно то, что нам нужно.

Быть императрицей – нелегко, я это знала уже не понаслышке. Следующая неделя прошла вся в официальных приёмах и даже послеобеденных визитах, которые приходилось наносить в знак уважения хозяевам торжества на следующий день после балов и званых вечеров.

Однажды меня попросили сыграть на пианино – я с ужасом взглянула на этот инструмент и сказала, что, к сожалению, я недавно обожгла пальцы неосторожным заклинанием, поэтому не смогу играть. Кажется, все поверили.

К тому же, в обществе Теанию не особо любили. Будто чувствовали её фальшь, потому что как бы я ни была радушна, как бы ни хотела помочь всем и каждому, казалось, меня отталкивают. Мне улыбались… за глаза или под звуконепроницаемым куполом, который был для меня ничтожной преградой, конечно, люди злословили, но при мне вели себя учтиво. Хотя бы из уважения к Лейарду.

Зато Эль блистала. За неделю ей поступило ещё три предложения о замужестве, над двумя из которыми она ещё раздумывала, а вот третье сразу отвергла – дворянин без титула ей не чета.

А мне он понравился. Сильный маг с отличием окончивший магическую академию, молод и красив – уверена, его ждёт головокружительная карьера, о чём мне намекнул Яр – молодой человек уже взят в тайную канцелярию на экспериментальную, но перспективную должность.

Чем больше я смотрела на Элиану, тем больше понимала, что она зависима от общества. Ведь тот дворянин самой ей понравился! Но даже себе она бы в этом не призналась. Я решила, что приглашу его во дворец выпить чаю на следующий день после бала у герцогини Торнберри.

Ах этот бал у герцогини Торнберри! Его все ждали, о нём мечтали и судачили, сколько было ажиотажа вокруг этого события! Центральный бал двухнедельной череды приёмов перед великим Воздвижением – это было событие года, не меньше!

Даже меня захватило это странное пьянящее чувство. “Ожидание чуда” – так я его охарактеризовала. С самого утра в назначенный день дворец словно опустел – все разъехались по модным лавкам и салонам, хотя образ был готов у всех заранее, я уверена – только об этом придворные дамы и толковали. Даже список гостей был разобран по буковкам – настолько обсуждаемое это было событие.

– Говорят, герцогиня смогла пригласить самого принца Рандара из Боравира! И он там будет инкогнито! – вещала Эль за обедом, даже не замечая вкуса еды, настолько мечтательным у неё было лицо.

Да как же ему удастся сохранить инкогнито, когда список приглашённых уже у всех от зубов отскакивает? Его определят хотя бы методом исключения!

Я же глубже изучала этот мир. Он мне всё больше нравился – такой разный, магический, однако нельзя сказать, что я не тосковала по привычным гаджетам и общению со знакомыми, не говоря уже о сёстрах. Оксана недавно окончила университет и готовилась к свадьбе. Злате исполнилось двадцать. Из всех нас, наверное, у неё был самый сильный характер. Она отдавалась своему делу целиком: плаванье – её страсть. И Ева… сказочница и мечтательница, самая нежная и добрая девочка на свете. Как подумаю, что я их могу больше не увидеть, на глаза слёзы наворачиваются.

Однако… как подумаю, что больше никогда не увижу Яра, – происходит то же самое. Какими-то незримыми щупальцами он успел пробраться в мои мысли. Нет-нет, я не влюбилась! Точно вам говорю. Однако почему мысли так часто возвращаются к этому мужчине, почему столько эмоций он вызывает, почему, засыпая, я так часто фантазирую о нём?

Глупости!

И вместе с этими глупостями наступил день бала у герцогини Торнберри.