Глава 22

Во дворце был грандиозный бал в честь Воздвижения. Я из окна могла наблюдать, в каких шикарных нарядах прибывают гости, и лишний раз порадовалась, что платье Теании, предназначенное для этого дня, использовала для бала у герцогини Торнберри.

А в душе царила такая пустота, что я всё пыталась справиться с ней, не разрыдаться после пережитых потрясений. Яр негромко разговаривал с герцогом Танским, тот пересказывал ему случившееся.

– Трое из ордена безбожников пойманы, но допросить их не получится – держали за щекой ампулу с ядом и раскусили, едва почувствовали неминуемое поражение. Кто и откуда – выясняется. Зато удалось схватить четвёртого – того, что напал на Юлию. Он попытался уйти портальным артефактом, как однажды сделала Теания, но теперь мы уже предполагали такой исход. Я бросил ему “искру”, по которой и выследил его через сумрак. Он доставлен в допросную.

– Ампулы с ядом у него не было? – уточнил Яр, и Танский отрицательно покачал головой. – Значит, мы поймали одного из главных, который не планировал кончать жизнь самоубийством. Что ж, пусть его обработают наши люди ментальной магией… а затем подойду я.

– Приказ уже отдан, – кивнул глава тайной канцелярии.

Яр перевёл взор на меня и задумчиво произнёс:

– Я всё ещё недоумеваю, как тебе удалось получить Призму.

Я и сама всё ещё недоумевала.

– В монастыре я узнала, что боги чаще прислушиваются к молитве, если принесена жертва, вот я и решилась… На самом деле, этот шаг был отчаянным, я даже не ожидала, что удастся, – выдохнула я и прошла к дивану, опустившись на него рядом с Яром, мужчина тут же притянул меня к себе, переплетя наши пальцы. – А потом, когда я срезала волосы, появился мужчина. Это был… Эрион, бог времени.

– Бог-изгнанник? – изумлённо уточнил герцог и подался вперёд. – И он отдал тебе Призму?

Я кивнула. Мужчины недоверчиво переглянулись.

– Это только подтверждает, что Орден сформировался именно под руководством бога-изгнанника, – сказал Владыка. – Однако совершенно непонятно, если они помогали Теании, то почему Эрион так легко отдал Призму? Нет, разумеется, я понимаю, что обрезать волосы для женщины – тяжёлый шаг, но…

– Но ради этого ломать план, на осуществление которого ушёл целый год, а может, и больше? – подхватил его светлость и нахмурился. – Они использовали Теанию, девушка даже умерла, и неужели всё это было для них зря?

Да, звучало глупо и нелогично. Совершенно!

– А может всё так и есть? – спросила я и развернулась к ним. – Боги любят своих людей. Они нуждаются в наших молитвах и жертвах. Может быть, моя молитва и отрезанные волосы придали ему сил?

На лицах мужчин отразилось понимание. Кажется, они признали правоту моего предположения. Боги – такие боги…

– Но если бог времени отдал тебе Призму, – сказал Лейард и посмотрел на меня, – то почему его приспешники пытались отобрать её? Они пошли против своего бога?

– Это даже звучит глупо и нелогично, – кивнул глава тайной канцелярии, а я вспомнила ещё одну деталь.

– Эрион сжёг все мои волосы, кроме одной пряди – её он спрятал в шкатулке.

– Принял дар. Теперь всё понятно. Думаю, что твоя искренность дала ему намного больше сил, чем принесла бы моя смерть. Он просто выбрал более значимую для него вещь, поэтому и отдал Призму. Эрион – изгнанник и его силы весьма ограничены, ведь молиться ему запрещено, а границы Алексамии смылись нестабильной утекающей магией, вокруг неё пала стена. Он больше не способен возноситься в небо, чтобы принять молитвы от своего народа.

Мы нужны богам не меньше, чем они нам.

Когда Эйрин покинул кабинет, Яр погладил меня по голове и ласково спросил:

– Не желаешь пойти на бал?

– В качестве кого? – хмыкнула я. – Твоей супруги, сбежавшей из монастыря?

Мы с Яром одновременно рассмеялись, представив, как обалдеют гости от подобного.

– А что с телом Теании? А с Ортимусом Диаруским?

– Тело нашли. Теания действительно умерла – пронзила сердце кинжалом. Нашли мы её в магическом кругу, который был призван задержать душу. Проанализировав всё, мы с Эйрином пришли к выводу, что девушка хотела убить себя лишь на время, чтобы разрушить нашу связь, а после выпить зелье Семи печалей. Дать его нужно было в ту же секунду, когда сердце остановилось, тогда зелье бы запустило его вновь.

– Клиническая смерть, – пробормотала я. – В нашем мире это называется так. Случается, что сердце останавливается, но человека возвращают к жизни разрядом, похожим на небольшую… м-м… молнию, – пояснила я и вздохнула. – В вашем мире зелье не только восстановило бы сердцебиение, но и исцелило бы раны. Хитрый план… но он не осуществился, так? Её предали?

– Судя по всему, так. Её не захотели возвращать к жизни, избавившись как от ненужного свидетеля.

– Как Ортимус воспринял эту новость?

– Не знаю, она его застала уже по пути в Санморин. К слову, сегодня пришло письмо от короля Санморина – Диаруский лишён всех титулов, большей части состояния и свободы. Его сослали в шахты, где он проведёт ближайшие двадцать лет.

Он был соучастником похищения Призмы, едва не стал причиной смерти Лейарда – думаю, это справедливое решение. Мы немного помолчали, а потом император поднялся и достал из сейфа два экземпляра уже позабытого мной договора. Он положил бумаги на стол и, сев в кресло, откинулся на спинку.

– Ты выполнила условия договора. Я выделю тебе поместье с земельным наделом и хорошее содержание – наймёшь прислугу, толкового управляющего, начнёшь развивать свои земли, получать прибыль.

Я слушала Владыку внимательно и вскоре тоже перебралась в кресло напротив стола, бездумно глядя в бумажки перед собой. А как же его слова, сказанные на лестнице? Были простым крючком, чтобы задержать меня в этом мире? Нет, глупости! Яр не такой. Он не способен на подлость и предательство. Тогда что же это было, как не предложение руки и сердца? Порыв взбунтовавшихся чувств?

– Помимо этого я подарю тебе титул графини. Заслуженно. Ты спасла мне жизнь, и это видели все на площади. Конечно, у некоторых возникнут вопросы, почему ты так похожа на Теанию, но раскроем твоё иномирное происхождение, а магический совет это подтвердит после целительского осмотра. Впрочем, моего слова уже будет достаточно, да и когда тебе не придётся притворяться Теанией – разницу заметят все.

Что ж, титул – это круто! Стану этакой бизнес-леди, начну своё маленькое дело, заведу собаку, а может, кошку…

– Но, – Яр поднялся на ноги, открыв верхний ящик стола, и извлёк оттуда кольцо.

Небольшое, с тоненьким ободком, но просто потрясающим камнем по центру – крупным бриллиантом, вживую я таких никогда не видела. Император развернул мое кресло к себе и опустился на одно колено. Протянув кольцо, он проникновенно произнёс:

– Юлия Золотова, гостья из другого мира, от которой я потерял голову и влюбился до беспамятства, согласна ли ты разделить со мной мою смертную жизнь и стать мне опорой, верной соратницей и любимой женой?

“Любимой” – это слово так и заставило счастливо, радостно улыбнуться. Я прикрыла рот ладонью от переизбытка чувств и эмоций, и коротко кивнула, а Яр, надев мне на палец кольцо, подхватил на руки и закружил по комнате.

Мой император! Мой возлюбленный и самый лучший мужчина!

– Да-а-а, не так просто тебя спровадить из дворца! – услышали мы голос, доносившийся откуда-то снизу, и остановились.

Точнее, остановился Лейард, а я, держась за плечи мужчины, просто посмотрела на Лягуха, который довольно раскачивался на пресс-папье. Император опустил меня на ноги, и я наклонилась к Лягуху, поняв, что за эти дни ужасно по нему соскучилась.

– Ну вы же понимаете, что это я вас свёл? – задал он вопрос весьма наглым тоном и посмотрел на меня. – Сразу после свадьбы ты должна мне поцелуй!

Рассмеявшись, я подхватила Шухера на руки и закружилась вместе с ним по комнате, прижимая его к себе.

– Хоть два! – воскликнула я. – Как же я рада тебя видеть, мой любимый лягушонок, как же рада!

Хозяин сумрака смотрел на нас с лёгкой улыбкой, будто совсем не веря в удачное завершение операции под названием “поцелуй”.

Моя жизнь налаживалась. Аристократия меня приняла не сразу, но с благосклонностью вдовствующей императрицы дело пошло быстрее. Сначала у многих было подозрение, что я и Теания – один и тот же человек, но вскоре выступил совет и новый придворный маг, точнее, магиня, и подтвердила, что я – другой человек, никак не связанный с Санморином и вообще с этим миром.

Графство пусть пока ещё не приносило дохода, но зато уже сходился дебет с кредитом. Я радовалась, наконец поняв, чем хочу заняться. Людьми. Мне нравилось работать с проблемами тех, кто жил на территории графства, разбираться во всём и помогать по мере сил.

Эль, когда узнала о смерти Теании, расплакалась и призналась в том, что помогала ей. Знала она далеко не всё. Бывшая императрица сказала, что просто хочет развестись с Лейардом, а тот не даёт ей развода, поэтому ей была нужна помощь Эль. Всего лишь для развода!

Влюблённая в Лейарда девушка с удовольствием согласилась помочь, надеясь вскоре занять место императрицы. Мне даже стало жаль её, а Яр не мог понять, как под его опекой выросла эгоистичная и взбалмошная девица, которую не заботило ничего, кроме одобрения высшего общества и статуса. Наказывать, разумеется, двадцатилетнюю девушку, которую любил как младшую сестру, он не мог, поэтому Яр выбрал стратегию перевоспитания – отправил Элиану Дион учиться в пансион благородных девиц, хотя Эль уже порядком переросла своих сокурсниц по возрасту.

Глава ордена был пойман, и он выдал несколько стратегически важных точек нахождения приспешников бога времени. Поэтому, уверена, вскоре поймают и остальных и орден прекратит своё существование.

А через полгода, при полной луне, в храме состоялась свадьба – храмовник связал нас брачными клятвами. Когда зал озарило белое сияние, священнослужитель упал на колени и приложил руку ко лбу тыльной стороной ладони. Я с удивлением посмотрела на Яра, требуя у него ответа.

– Так и думал, – прошептал мужчина, хитро улыбаясь. – Помнишь наш первый поцелуй? Тогда нас притянуло друг к другу. Ты ведь тоже что-то почувствовала?

Я вспомнила дрожь, охватившую меня, а также тепло, разливавшееся по телу, и медленно кивнула.

– Это благословение богов. Обычно такое чувствуют на свадьбе, но у нас случилось несколько раньше, – Яр приблизился ко мне. – В одном я уверен точно: я люблю тебя больше всего на свете.

Я подалась ему навстречу, чтобы запечатлеть на губах собственнический поцелуй. Мой, теперь Владыка мой! Избранный, возлюбленный, идеальный.

С консумацией мы тоже совсем не тянули, поэтому уже следующим утром я проснулась в объятиях любимого мужа, согретая его теплом и солнцем, пробирающимся через неплотно задёрнутые шторы. Брачные татуировки не остались простым ободком, как было у Яра с Теанией, они разрослись на больших пальцах наших рук, и я уверена – скоро двинутся дальше, на запястья, и коснутся предплечий. Таковы брачные татуировки этого мира: чем сильнее чувства, чем крепче отношения – тем большую территорию захватывает татуировка.

– Доброе утро, моя императрица, – прошептал Яр и поцеловал мягко и нежно.

Мои волосы всё ещё были короткими, хотя аккуратно и ровно подстриженными. Причёска Одри Хепберн[6] мне даже нравилась, и чувствовала я себя с ней озорнее, чем обычно.

– К слову, об императрице, – после короткого кашля, больше похожего на кваканье, раздалось у нас над головами.

Мы с Владыкой одновременно подняли взгляды к спинке кровати, на которой важно стоял Лягух, держась пупырчатой лапкой за столбик. Он даже на грудь ожерелье повесил – чуется, какой-то золотой браслет, честно позаимствованный из запасов Теании.

Что ж, обещания надо исполнять. Только для начала я попросила Яра подать мне сорочку, облачилась в шёлковую ткань, встала на колени и поцеловала лягуха в макушку. Отстранившись, осмотрела Шухера.

Сначала ничего не происходило, а вот потом… Лягух взлетел в воздух, его охватило голубоватое сияние, и несколько секунд спустя, едва сияние развеялось, перед нами предстал… нет, ну не дракон, но лягушонок с перепончатыми крылышками!

– Вау! – изумлённо выдохнула я и опустилась на кровать, сев и во все глаза смотря на лягушку. – Ты действительно… ну… дракончик!

Почти… лягодрак. Драколяг. В общем, кто-то совершенно удивительный и мифический!

Лягух наконец ощутил новую часть тела, крылышки затрепетали, он пошатнулся в воздухе, не удержал равновесие, а потом медленно, но верно начал учиться ими управлять. И вот Шухер уже на всех парах летит к зеркалу, чтобы полюбоваться собой! Любовался он минут пять, а налюбовавшись – сбежал через окно, вереща, что теперь-то придворные начнут его уважать!

Я искренне хохотала, радуясь за него. А когда он вылетел, посмотрела на Яра недоумённо.

– Ты видел? Это действительно получилось! С ума сойти! Я до последнего не верила.

И по расслабленному взгляду Лейарда поняла, что без его помощи не обошлось. Я подалась вперёд, легла на живот и подпёрла голову ладонями.

– Это ты сделал, да?

– Да, – не стал увиливать Яр, – но пусть это будет нашим маленьким секретом. Вид защиты ведь выбирает создатель – не знаю, почему мой предок выбрал не стандартную мантикору, горгулью или дракона, а именно лягуха, но хозяин замка – в данный отрезок времени это я – может в любой момент изменить внешний вид магической защиты. Но мне самому нравился лягушонок, а сейчас… что ж, пусть порадуется. Только, умоляю, не рассказывай ему, что я способен сделать из него полноценного дракона!

Я озорно рассмеялась и картинно округлила глаза.

– Ну что ты, ни за что! В виде лягодрака он мне нравится гораздо больше!

Чуть позже, когда мы сидели в кабинете и разбирали поздравления с бракосочетанием, в кабинет после представления секретарём буквально вихрем влетела статс-дама.

– Ваши величества, нельзя больше откладывать это грандиозное дело! Ровно семь месяцев назад я запланировала ремонт, да мне и бывшей императрице… кхм, – тут она запнулась, бросив на меня смущённый взгляд, всё ещё не догадываясь, что тогда это и была я, – отказали. Но, простите, дворец нуждается в обновлении. Здесь не было ремонта со времён вашей матушки, интерьер устарел. Пора идти в ногу со временем! Мы должны…

– Хорошо, – перебил её император.

Ламфиса стушевалась. Она явно рассчитывала на долгую атаку, заготовив длинную тираду, и уж точно не надеялась на такую лёгкую победу. План “Барбаросса” в действии.

– Хорошо, – вновь повторил Лейард и посмотрел на меня, встав и пройдя за свое кресло, облокотившись на его спинку, – даю вам карт-бланш. Дворец действительно нуждается в обновлении. Если на этом всё, можете быть свободны, мьена Ламфиса.

– Правда можно? – спросила я, едва не хлопнув в ладоши, и Яр благосклонно кивнул.

Я отложила поздравления и поднялась без лишних слов, побежав вслед мьене Ламфисе. В коридоре мы начали обсуждение ремонта, точнее, в основном мьена Ламфиса рассказывала о своих идеях, воплощении и главное, о модных домах, где можно брать материалы для ремонта.

– Мне вновь вызвать делегацию магов-бытовиков? – спросила она в заключение.

– Было бы чудесно! Но на этот раз, прошу, будьте рядом и ознакомьтесь с договором лично, чтобы избавить меня от лишних хлопот.

Хотя я учила местный, он всё же был для меня ещё слишком сложным, поэтому лучше довериться кому-то другому, хотя и сама с удовольствием взгляну на договор. Ох, ещё ведь мне предстоит встреча с новыми “кумушками”, положенными в первый год брачной жизни. Интересно, кого в этот раз предоставит мне синод?

– Знаете, я ещё слышала о потрясающем дизайнере из Санморина! Говорят, она всего за месяц такое обновление во дворце провела – с ума сойти можно! Нам нужно заключить с ней контракт за любые деньги!

Дизайнер? Это слово всколыхнуло воспоминания о сёстрах. Как было бы чудесно увидеться с ними!

Но у каждого выбора есть последствия. И я могу с уверенность сказать, что счастлива. Здесь и сейчас – невероятно счастлива!