Глава 27. Танцы

– Армес совсем слетел с катушек за последние дни, – вздохнула Ясира, сдерживая свой недовольный тон. – Наложницы жалуются на него, говорят, мой сын стал грубым и жёстким, замучил их своими прихотями. Без конца просит их танцевать и гневается, когда ему не нравятся их движения. Женщина замолчала, глядя мне в глаза, а я понятия не имела, что ей ответить. – Бедную Джану измучил, чуть ли не каждую ночь её к себе вызывает. Приказал ей волосы осветлить краской. Можете сами полюбоваться, – Ясира махнула рукой, и в дверях появилась девушка в розовом платье. Маман сняла с неё палантин, и светлые волосы волнами легли на плечи. Только цвет был неестественный, и волосы лишились здорового блеска. Наложница скромно потупила светло-карие глаза, в которых блестели слёзы. У меня сердце сжалось от её жалкого вида, хоть и была она красавицей. – Расскажи, Джана, – приказала маман. – Как Армес тебя принимает у себя в спальне? – Кабир… сначала просит меня танцевать, – сдавленным голосом проговорила наложница, – при этом я должна раздеваться. Но господин вечно недоволен моим танцем, злится. Один раз запустил в меня кубком, хорошо промахнулся, – всхлипнула она. – Господин сильно возбуждается, долго меня держит в постели и не отпускает, пока не удовлетворит своё желание. Грубо берёт, толком не приласкает, я даже сама не успеваю как следует увлажниться, чтобы он легко входил в меня, от этого больно и неприятно. Но повелитель словно не замечает этого и продолжает грубо меня брать, долго и напористо. – Слышала? – Ясира посмотрела на меня, поджав губы. – Ты на него порчу навела, ведьма? – Что вы такое говорите?! – возмутилась я, подскочив с дивана, но Умида меня усадила обратно, потянув за руку. – Василина, помолчи пока, – властно проговорила наставница и сама встала, подойдя к Ясире. – Я предвидела это. Тут даже дариши не нужно быть, чтобы заметить, как сильно Армес возжелал Василину. Только вина моей ученицы в том, что её необычная красота и девственность вскружили голову кабиру. А так как он не может сделать Василину своей наложницей, то и жар своего чресла не получается у него удовлетворить как следует. Вот твой сын и пытается сделать это с помощью других девушек из гарема. Не зря он заставил Джану покрасить волосы так, чтобы она была похожа на Василину. – Что же делать? – растерянно посмотрела маман на провидицу. – Не может же Армес лишить себя нужной ему дариши. Ты ведь стара и скоро отойдёшь в мир предков. – Не может, – кивнула Умида. – Если кабир лишился одной наложницы, достань ему другую. Найди невинную деву со светлыми волосами и чтобы походила на Василину. Голубоглазых, конечно, трудно будет отыскать, но хоть какую-то замену дай сыну, хатун Ясира. Маман призадумалась и снова взглянула на меня, но уже без злобы. – Василина, хочу попросить тебя помочь, – вдруг спокойно произнесла она, снова удивляя меня. – Научи, пожалуйста, девушек из гарема своим танцам, чтобы Армес так не лютовал. Уж очень ему понравилось, как ты танцуешь. Я дышать перестала от такого предложения. – Хотя бы один час в день посвяти обучению наложниц. Пожалей их, – умоляющим взглядом смотрела на меня Ясира. Покосившись на Умиду, которая слегка кивнула, я решила, что было бы неплохо как-то развлечь себя и самой поддерживать тело в хорошей форме. – Хорошо, хатун Ясира, я обучу девушек всему, что умею, – спокойно произнесла, даже немного обрадовалась такой возможности. – Завтра же начнём после дневного отдыха. Есть здесь какой-то зал для тренировок? – Да, конечно. И музыканты есть, – облегчённо вздохнула маман. – Спасибо, дариши. Ясира не стала задерживаться и вместе с Джаной покинула наши покои. – Ох, Василина, как же ты задела Армеса, – улыбнулась Умида. – Бедный мальчик. Видеть тебя рядом и не сметь прикоснуться. – Лишь бы в руках себя держал, – вздохнула я. Чувствую, боком мне выйдет такое соседство с кабиром. Утром, как обычно, мы сидели на берегу реки в тени сада. Я долго медитировала, погрузившись в окружающие звуки, и потеряла счёт времени. Лёгкий шелест листьев, тихий плеск воды и моё мерное дыхание. Вдруг я ощутила, как тело закололо изнутри миллионами тонких игл, кожа покрылась пупырышками. Сила проснулась во мне неожиданно, я почувствовала потоки и то, как они движутся тёплым тягучем киселём по венам. Когда меня полностью накрыло неведомым состоянием, я решила попробовать сосредоточиться на мыслях о Серафиме. Представила её лицо с умными и добрыми глазами, мягкую улыбку. Туман перед глазами рассеялся, и я увидела чудесный сад, совсем не такой, как тут. Его деревья были могучими и на них не было листьев. Лёгкий снег покрывал ветки и газоны. По дорожке шла моя сестра в обнимку с мужчиной. Высокий, широкоплечий брюнет подхватил Серафиму на руки и закружил её, бережно держа в руках. Сестра прильнула к нему, и губы их встретились в обжигающем поцелуе. Я вспомнила, что уже видела этого мужчину во сне, он помог Серафиме сбежать от плохих людей. Значит, они теперь вместе и у них всё хорошо. Меня вырвала из видения Умида, толкнув в плечо. – Василина, вернись сейчас же! – строго приказала она. Картинка перед глазами исчезла, я открыла глаза и заморгала. – Умида, у меня получилось! Я увидела сестру! Она в полном порядке! – радостно воскликнула я. – Вижу, что получилось. Только будь осторожна с видениями. Не нужно пока их вызывать, – покачала головой старушка. – Опасно это. Научись сначала магию контролировать. – А что не так? – опасливо покосилась я на наставницу. – Если войти глубоко в транс, душа перенесётся в реальность видения, ты можешь уснуть и не проснуться. Твоя душа покинет тело и не захочет вернуться, – вздохнула она. – Будь осторожна, не переходи грань. – Хорошо, – сглотнула я. – Пока не буду вызывать видения. Хотя очень хотелось увидеть Серафиму и узнать, как у неё дела. – Увидела. Больше не рискуй. Конечно, наставницу надо слушаться. После дневного сна я ушла в Закатный дворец. За мной пришёл Мурад, чтобы проводить. Я ещё плохо ориентировалась в огромных хоромах. Коротышка привёл меня в просторный зал, где меня ждала толпа наложниц во главе с маман кабира. Среди них я заметила знакомую мне Замину. Васхиры и её подружек не было. Вот и хорошо. Первым делом я оглядела обычные длинные платья наложниц, в которых они собрались танцевать, и сообщила Ясире, что такие наряды для тренировок совсем не годятся. Выслушав меня, маман приказала Мураду привести какую-то женщину в возрасте, которая держала в руках деревянный планшет и бумагу. Оказалось, это портниха. Я объяснила ей, какую одежду нужно сшить для танцовщиц и меня. После долгих обсуждений, что можно и чего нельзя, у нас получился эскиз костюма, состоящего из широких брюк с коротким топом, чтобы было видно ноги и руки девушек. Довольная результатом, я приступила к обучению. Девушки очень старались, они воодушевились, впитывая новые танцевальные движения. Для меня это тоже был первый опыт в качестве хореографа, и мне понравилось, заодно сама размялась. У нас была живая музыка: два музыканта, один с ручным барабаном, другой с кануном, сидели рядышком и играли по моему желанию разные мелодии. Инструменты они принесли обычные, без магии, но с отличным чистым звучанием. И снова понеслась вереница дней. Утром медитация, днём танцы, вечером гадания, иногда мы с Умидой присутствовали на встречах кабира. В один прекрасный день среди наложниц появилась новенькая. Красивая азра с длинными светлыми волосами и серыми глазами. Она ни с кем не общалась и была сама по себе. Ясира решила не показывать сыну новую игрушку, пока я не обучу её танцам. Портнихи через пару дней сшили прекрасные костюмы из шёлкового шифона и парчи, украсив их россыпью бисера. Такие можно было и на выступление надевать. Я заказала дополнительные комплекты из юбок и топов – одинаковые и более богато украшенные – для выступления перед кабиром. Хотела показать ему групповой танец, который я начала ставить для моих учениц. Сблизиться ни с кем не получалось. Ясира присутствовала на каждой тренировке и глаз не сводила с наложниц и меня. Расслабляться она никому не давала. И вот однажды спустя две недели в зале неожиданно появился сам кабир. Стоило ему войти, как музыка затихла и девушки остановились, низко кланяясь господину. Армес по-хозяйски оглядел девушек и повернулся к маман. – Приветствую вас, – он склонил голову и поцеловал руку матери. Та лучезарно улыбнулась и погладила по сына по волосам. Сразу видно, что хатун без ума от своего сыночка. Любимый и единственный. Помнится, Умида рассказывала как-то за вечерними посиделками, что Ясира овдовела и потеряла двух старших сыновей в один миг, когда в пустыне на караван мужа напала стая голодных дадаффи. Старый кабир был слишком самоуверен и взял с собой мало охраны, чтобы быстрее прибыть с ревизией в Салмадар, за что и поплатился. Хорошо хоть младшему сыну не велел ехать с ним, а то бы оставил престол без наследника. Армес отошёл от матери и жадно впился глазами в своих наложниц, коих тут насчитывалось почти двадцать. – Какие у вас интересные наряды, – хмыкнул он, и его взгляд упал на меня. Я невольно прикрыла руками грудь, так как была в точно таком же топе и в брюках. – Васи-лина, ты придумала этот необычный фасон? – и мужчина приблизился, откровенно пожирая меня глазами. – Да. Это для тренировок, – робко ответила я, опустив глаза. Смотреть в зелёные глаза нага было невыносимо, он меня гипнотизировал и вводил в ступор. – Хочу, чтобы ты пришла ко мне вечером и потанцевала для меня, – хриплым голосом властно прошептал кабир. Его рука легко коснулась моей щеки, и я зажмурилась. – Не бойся, я не трону тебя, просто посмотрю, полюбуюсь. А то твои ученицы ещё не умеют столь прекрасно двигаться, как ты. Порадуй своего господина. Я понимала, что отказа он не примет и всё равно придётся идти к нему в спальню. Открыв глаза, я обречённо вздохнула. – Хорошо, господин. – Можешь взять с собой ещё камушки, погадаешь мне, а я посмотрю, чему Умида успела научить тебя, – он улыбнулся и убрал руку от моего лица. – Только надень этот наряд, что сейчас на тебе. Если мне понравится, буду щедрым. Подарков нага я не желала, но покорно кивнула. Он действовал на меня как змей-искуситель, я боялась его до трясучки, но и отказать не могла. – Мурад придёт за тобой перед ужином, – бросил кабир и удалился. Я шумно выдохнула и посмотрела на Ясиру. Её тёмные глаза пылали яростью и недовольством. Когда закончилась тренировка и наложницы покинули зал, маман подошла ко мне, гордо вскинув голову. – Смотри, дарши, не провоцируй моего сына. Я не хочу, чтобы он сделал глупость, – процедила она сквозь зубы. – Танцуй не так откровенно и ни за что не снимай одежды, даже если он попросит. Можно подумать, он будет спрашивать, если ему вздумается раздеть меня.