Глава 32. Чудовище и… чудовище

– Мамочки! – запищала я, прикрывая голову руками и сжимаясь в комок.

Все же герцог был прав, моя жизнь в этом мире оказалась пустой, безрадостной и короткой. Но вместо удара когтей или впившихся в горло острых клыков я почувствовала только толчок в спину. Болезненный, но не смертельный.

– А-а-а! – закричала я, когда распахнула от ужаса глаза и поползла, перебирая руками по снегу, путаясь во множестве юбок, падая, поднимаясь, но не отводя взгляда от двух дерущихся волков.

Они катались по земле, рычали, скалились, клацали огромными пастями, бросались друг на друга, расходились и окрашивали снег в яркие алые пятна.

– О господи! О боже! – мне хотелось вспомнить хоть одну молитву, но мозг выдавал лишь хаотичные слова и клятву Гиппократа. Она точно мне сейчас ничем помочь не могла. – Помоги. Спаси. Боже.

Звери продолжали сражаться. Яростно и беспощадно. Каждый из них хотел нанести последний удар. Смертельный!

– А-а-а! – заверещала я, когда один из волков бросился на меня. – Мамочки! Мамочки! – повторяла, глядя в желтые глаза и цепенея от ужаса.

– Ар-р-рх, – волчья пасть щелкнула в нескольких сантиметрах от моего лица, обдавая смрадных дыханием гнилой плоти. Темный зверь не дал напасть на меня, впиваясь в заднюю лапу противника и оттаскивая его.

Если я выживу, клянусь, никогда и слова не скажу герцогу против. Буду образцом послушания. Самой примерной иномирянкой за всю историю этого мира.

Перед глазами кружили не только редкие снежинки, падающие с неба и комья, взрытые лапами животного, но и весь мир.

– М-м-м, – я подавила спазм, растирая ледяными ладонями лицо и ища укрытие. – Господин Эдфлед, – прошептала я, замечая конюха.

– Эй! – крикнул он, сжимая в руках мушкет. Стрелять в сцепившихся в схватке волков было глупо. – Эй! – крикнул он и поднял дуло в воздух, производя выстрел. – Пошел вон! А ну пошел! – он наступал на оборотней.

– Да черт бы тебя побрал, – прохрипела я. – И зачем я спасала твою ногу?.. – ругалась, поднимаясь на ноги.

За первым прогремел второй и третий выстрел.

Я только успевала закрывать уши руками и вздрагивать.

Крики, грохот, запах пороха, звон металла.

Меня кто-то дернул за руку.

– Вернуться надо, – кричала Анна, жестикулируя и показывая на замок. – В безопасность. Идемте! Идемте! – она потащила меня, а я пыталась рассмотреть происходящее.

– Герцог там…

– Так отбили его мужики. Жив наш хозяин.

Этой информации мне хватило, чтобы перестать сопротивляться и послушно переставлять ноги.

– Что ж там произошло? – спросила женщина, заводя меня на кухню и усаживая у самого очага. – Сейчас питья горячего сделаю. Сейчас, – повторила она, растирая мне плечи и давая указания работницам.

– Я сама ничего не поняла, – рассказывала я, глядя на дверь и ожидая, что вот-вот войдет его невыносимая светлость и начнет кричать.

– А как же вы на улице оказались? Нет, все же переодеться надо, мокрое платье. Ну-ка, неси одеяло.

Я бестолково хлопала глазами, наблюдая за метаниями девушек.

– Я сама выбежала на улицу, – сказала я, послушно позволяя себя раздеть до нижней рубашки и укутать в колючее полотно.

– Так зачем же? – Анна поправляла мои волосы, подкалывая их шпильками.

– Герцога разозлила, – призналась я, когда с грохотом распахнулась дверь. В кухню ввалилось четверо мужчин, пятым за ними вошел Эдфлед. – А где его светлость? – спросила, поднимаясь на ноги и пытаясь рассмотреть происходящее за их спинами.

– Зверя преследует. Там мы уже ему не помощники, – ответил конюх.

– Как не помощники?! Он что, там один?! – возмутилась я.

– Так, госпожа, мы ж ни силы, ни скорости звериной не имеем. Не нагоним их, – оправдался он. – Да и куда я с больной ногой?

– Вы – да. А остальные?! Идите! – взревела я.

Нет, я не беспокоилась об упрямом идиоте. Просто не хотела лишать себя удовольствия доказать ему правоту или собственноручно придушить герцога, когда мне представится возможность.

– Идите! – повторила я. – Заряжайте ружья, берите вилы, или что там у вас есть из оружия, и отправляйтесь за хозяином. Идите!

– Так приказ был вернуться.

– Он вам его прорычал? – фыркнула я.

– Нет, госпожа. Но всем известно, когда его светлость теряет разум, лучше быть подальше.

– Так сейчас он может потерять и жизнь! – я чуть не топала от досады, вглядываясь в испуганные мужские лица. – Да что с ними не так? – завопила я на Анну. Ну хоть она бы поддержала меня.

– Все… с… ними… в порядке… – это был точно голос герцога, только без прежней уверенности и нахальства. – Они исполняют мой приказ, – слуги расступились, и я увидела его занудную светлость, только желание спорить с ним пропало за мгновение.

– Срочно несите кипяченой воды, чистые простыни, нити, иголку, алкоголь, – не раздумывая, я отбросила одеяло и подбежала к герцогу, подныривая ему под руку и стараясь удержать его в вертикальном состоянии. – Да что вы стоите? Уберите все со стола!

– Пораззявили рты, дурынды! – Анна щелкнула полотенцем, словно дрессировщик, и работницы кухни тут же заметались, подготавливая импровизированный операционный стол. – За что я вас только кормлю? Ну что ты зенки вылупила. А вы? – она прикрикнула на мужчин. – Госпожа надорваться должна, если вы не шибко умные?

Герцог на удивление был молчалив, а ожидала я чего-то подобного: “Я лучше умру, чем позволю тебе, пришлая, лечить!” Но он молчал, кривя лицо при каждом шаге и все больше повисая на слугах.

– Хм-м-м, – выдохнул он, когда его уложили на спину.

– Сюда, – приказала я, когда одна из девушек принесла простыни. – Вот эту хорошенько прокали утюгом и порви вот на такие полосы, – я показала пальцами ширину. – Только иди сюда, – я открыла бутыль с алкоголем. – Подставь руки и хорошенько разотри. Бинты… тряпицы должны быть стерильными. Чистыми, – подобрала я слово. – Справишься?

– Да, госпожа.

Наверное, мне нужно было радоваться, что я наконец заработала авторитет не только у Анны и управляющего, но еще и у других слуг, только бы лучше был для этого другой повод. Герцог выглядел… слишком человечно, а не как заносчивый средневековый засранец. И вновь голый. Только сейчас меня этот факт абсолютно не смущал – меня пугало количество ран.

– Помоги мне, Анна, – я взглядом попросила налить мне в сложенные лодочкой ладони алкоголя. – Мне нужны тряпицы смыть кровь. Я начну с раны на боку. А вы пока смойте кровь с бедра и руки.

Анна была отличной помощницей. Она не задавала лишние вопросы, не кривила лицо при виде грязи и крови и не пыталась потерять сознание.

Герцог все это время следил за моими действиями взглядом.

– Ай, – пробасил он, когда я едва прикоснулась к ребрам.

– Только не говорите, что я делаю вам больно, – огрызнулась я из страха.

Если с противным герцогом что-то случится, неизвестно, как изменится моя судьба. Возможно, меня просто выгонят на улицу или…  вернут королю. И я не знаю, какая из участей для меня была страшнее.

– Это не ты, это Анна, – пожаловался он, указывая здоровой рукой на кухарку.

– Я? – изумилась она. – Да я… – она попыталась оправдаться.

– Анна не могла вам сделать больно, она просто смывает кровь, – сказала я, продевая нитку в иголку.

– Но мне неприятно, – капризно жаловался герцог.

– Тогда вам придется потерпеть, – сказала я строго. – Вы поймали того, кто напал на меня? – спросила я, желая отвлечь его.

– Нет, – процедил он сквозь зубы, когда я собрала края раны и наложила первый стежок. – Но он тоже ранен. Эм-м-м! Ты мне мстишь, да? – рыкнул он, но все же не сдвинулся с места.

Анна покачала головой, продолжая свою работу.

– Если бы я хотела вам отомстить, то не стала бы сейчас помогать. С такими ранами вы вряд ли бы протянули и неделю. Потеря крови, воспаление, инфекция быстро распространится по кровотоку, жар, нагноение, смерть. И ни капли моей вины, ваша светлость.

Герцог фыркнул и поджал губы.

– На мне все заживает как на собаке.

– Как на паршивой собаке, – ответила я, склонившись и продолжая шить.

– Длинный у тебя язык, пришлая. М-м-м, – застонал он, когда я, признаться честно, нарочно пальцами проверила, хорошо ли сшила рану.

– Ну, возможно, из-за него меня и отправили к вам, чтобы составить конкуренцию. Анна, помоги, – я вновь обеззаразила руки алкоголем. В подобных условиях это было не лишним. – Теперь займемся бедром.

– Найди мне, чем прикрыться, – приказал лорд, когда я склонилась над второй раной.

Согласна, со стороны все это выглядело провокационно.

– Не беспокойтесь, ваша светлость, я достаточно видела обнаженных мужчин, чтобы не падать в обморок. Правда, в большинстве своем они были мертвые, но и они считаются, – хмыкнула я.

Анна аккуратно, прикрыла срам хозяина белым полотенцем и с прежней невозмутимостью выполняла все, что я просила.

– О-о-о, майн го-о-од! Что здесь происходит?

– Вот только тебя тут не хватало, – прошептала я, искоса взглянув на учителя маленькой герцогини. Я совсем забыла про него.

– Я слышал шум, но не посмел прервать урок. О-о-о! – простонал господин де Каррисель, подойдя ближе и загораживая собой свет. – Напали на его светлость? Кто? Да как они посмели? Господа, – он обратился к притихшим мужичкам, что боялись дышать, пока я колдовала над лордом Заносчивая Задница. – Мы сейчас же должны организовать поисковый отряд и найти этих мерзавцев.

– Отойдите! – рявкнула я. – Вы мешаете.

– Прошу прощения, – мужчина изобразил незнакомое мне па или поклон, задевая ногу герцога. – Ох, простите, ваша светлость. Виноват, – герцог не отреагировал, смотрел прямо перед собой, но я отчетливо слышала утробный рык, клокочущий в его груди. – Где я могу помыть ладонь? Я испачкал ее в крови.

– Сейчас не до вас! – произнесла я.

– Но, мон шери, это же кровь.

– Это не ваша кровь.

– Но… это… – мужчина пошатнулся, схватился за край стола, чудом вновь не задев герцога, и упал на спину, театрально раскинув руки.

– Унесите его в комнату, – распорядилась я, совершенно не задумываясь, что не имею на это права. – И если не придет в себя, дайте понюхать что-то… едкое, смрадное.

Спустя два часа я смогла выпрямиться, растереть спину и присесть на табурет, что заботливо подставила Анна.

Раны были обработаны, зашиты и перебинтованы. Герцог спал прямо на кухонном столе, укрытый чистой простыней, а сверху одеялом.

– Учитель пришел в себя? – спросила я управляющего, что к этому времени вернулся из деревни в замок.

– Пришел.

– Ну хоть одной проблемой меньше, – прошептала я, замечая, что и сама не лучше герцога – одета лишь в сорочку. Адреналин схлынул, и я ощутила не только холод, но и стыд. – Принесите, пожалуйста, халат, – попросила я. – Вы нашли носилки? – поинтересовалась я.

– Да, мужики ждут вашего разрешения, чтобы отнести его светлость в спальню.

– Это нужно делать очень аккуратно, – напомнила я. – И, Анна, у герцога должна быть чистая воды для питья и для других нужд. Чистые полотенца. Травы, настои.  Все, что есть от жара и воспаления. Ближайшие сутки я проведу в его покоях. Никто лучше меня не справится с уходом.