17.1

Когда забрезжил рассвет и небо окрасилось первыми нежными розовыми росчерками, мир начал просыпаться. На место тяжёлым ночным запахам сырости и преющей травы пришли ароматы цветов; в воздухе раздавались птичьи трели, славящие приход нового дня. Даже я, не нуждавшаяся здесь во сне, будто сбросила дремотное оцепенение. Ночь уходила, унося с собой страхи и неуверенность, все вздохнули с облегчением.

— Рину забрали не для того, чтобы убить. По крайней мере, это сделают не сразу. Ходящих во сны всё меньше. Нагейн понимает, что перегнула. Теперь ей выгоднее купить их лояльность и силы, которые так нужны, чем уничтожать всех несогласных. Без Ходящих сновиденный мир не сможет существовать, она это понимает! — Хейн был задумчив, но удивительно спокоен и уверен. Кажется, его сильный организм легко восстанавливался после раны, которую более не разъедало проклятье. — Скорее всего, Рину днём буду держать в клетке посреди центральной площади, а на ночь отвозить в Башню плача.

— Откуда такие глубокие познания в психологии Гадины и в порядке содержания неугодных? Может, как раз ты и есть хитрый шпион, который хочет привести нас в её цепкие смертоносные объятия! — Брамс метнул тяжёлый взгляд на дракона.

Может, пора уже рассказать новым друзьям, кто такой Хейн на самом деле? Я повернулась к нему, но он лишь покачал головой, словно прочитав мои мысли. Атмосфера взаимного недоверия, которое только стало ослабевать после рассказа Ирвина, сгустилась вновь.

— Послушайте, если мы хотим помочь Рине, то нам нужно быть заодно! — даже ладошкой по коленке хлопнула от раздражения. Ну почему эти двое не могут найти общий язык и поладить? Ответ был прост, но удивителен… Из-за меня. В своём мире я не могла и рассчитывать на то, что привлеку внимание сразу двух таких красавчиков. Мне приходилось довольствоваться лишь неумелыми ухаживаниями Вадика, милого, но пухленького парня, с россыпью веснушек на полном добродушном лице.

— Я готов помогать Ходящим во сны, особенно тебе, Соня! Поэтому пообещал тебе помочь и защитить, а про этого самовлюблённого индюка речи не было! — прошипел Брамс.

— Ну так я в твоей помощи и не нуждаюсь! Как-то и без этого отлично обходился! — не остался в долгу блондин.

— Ага, если бы не мы с Ирвином, то тут в овраге лежал уже твой хладный труп, пожранный мертвячьей хворью! Мог бы и спасибо сказать! Вместо этого только нос воротишь! Подумаешь, гордая птица! И не таким клювы обламывали.

— Ты бы следил за языком, деревенщина! — Хейн вскочил на ноги, слегка пошатнувшись.

— А то что?

— А то смотри, как бы тебе чего не обломали! — дракон медленно двинулся в сторону Брамса, потягиваясь мускулистым телом.

— Я не дерусь с раненными! — брюнет пренебрежительно ухмыльнулся.

— Да я тебя и одной рукой смогу побороть!

Мужчины бросились друг на друга, причём с такой неистовой яростью, что стало не по себе.

— Брамс! — я надеялась, что прислушается ко мне, но выкрик остался незамеченным.

— Господин! — Лиска была уже на ногах и, судя по всему, была готова влезть между мужчинами, а может, и помочь Хейну.

— Не надо вмешиваться, пусть выпустят пар! — спокойный голос Ирвина заставил нас обернуться. Здоровяк заинтересованно смотрел на соперников и жевал какие-то ягоды. — Хотите? Это снежевика! Правда, ещё незрелая, но лучше, чем ничего.

— Но… — начала я.

— Не волнуйтесь, ну-ка ягоды пробуйте. А то совсем оголодали. А мужчинам иногда нужно помериться… кхм… боевыми способностями. Кстати, я готов поставить на Брамса, жаль только нечего. Ваш друг ранен и уступает в скорости.

— Ой! — мы с Лиской разом взвизгнули, когда сиренеглазый пропустил мощный удар в челюсть, но тут же провёл серию коротких в корпус брюнета. Мужчины завалились на землю и теперь перекатывались, рыча и чертыхаясь.

— Пожалуй, хватит! — Ирвин пересыпал ягоды мне в ладонь и подошёл к дерущимся, поднимая их на ноги, словно несмышлёных котят. — Ну что, полегче? А теперь пожмите друг другу руки!

Брамс и Хейн обменялись хмурыми взглядами, но протянули наконец друг другу ладони со сбитыми костяшками.