Глава 24. О брачной ночи и любви

Проверка закончилась, и я вернулась в свои покои. Мне требовался отдых и хороший обед. Еды, как всегда принесли много, вот только у нас теперь норма отпуска.

Я, как обычно, взяла немного себе и чуть больше положила Карлу. Протянула ему тарелку, но услышала неожиданное:

— Ешь, я не голоден.

— Ты заболел? — Испугалась я. Чтобы Карл и отказался от еды. Немыслимо!

— Я наелся, — похлопал он себя по животу. — Знаешь, быть красавчиком выгодно. Кухарки сами готовы запихивать в меня продукты, лишь бы я им улыбнулся.

— Хорошо ты устроился, — хмыкнула я.

— Не жалуюсь.

Благодаря находчивости Карла, я наконец смогла нормально поесть. А то моя порция в последние дни была до обидного маленькой. Мне худеть нельзя, буду похожа на ходячий скелет.

Пока я ела, заглянула Ума. Карл при этом не стал утруждать себя маскировкой. Каким-то образом он определял, кто сейчас войдет и надо ли прятаться.

— У меня отличные новости, моя победившая госпожа, — сообщила Ума. — Семья Тиридат покинула Южный дворец. Конечно, это не означает, что все кончено. Усман может мстить. Но уверена, наш великий князь со всем справится.

Я кивнула. С некоторых пор и моя вера в Кира возросла. Вот только я все еще не простила ему ужасного поведения, да он и не извинился толком.

— Чуть не забыла, я принесла вам подарок от князя, моя богатая госпожа, — Ума положила передо мной на стол небольшую коробочку.

Судя по ее размеру, там было ювелирное украшение. Коробочка прямоугольная, но не слишком длинная. Вероятно, внутри браслет.

— Верни подарок князю, — отмахнулась я.

Кир поддержал меня на совете и не настаивал на близости. Я оценила его поступок и была благодарна. И все же я понимала, что на совете он действовал и в своих интересах. Он хотел, чтобы я осталась его женой, потому и помогал во всем.

Несмотря на цветы, стихи и попытки ухаживать, я все еще не могла простить ему обыск. В конце концов, Кир мог сам прийти и поискать, что ему нужно. Но нет, он привел с собой половину дворца. Все видели, как он со мной обращается.

Ума не торопилась забирать коробочку, и я повторила:

— Мне не нужны подарки от князя. Если он думает, что меня можно купить на побрякушки, то его ждет разочарование.

— Ради этого подарка перекопали весь сад под окнами князя, моя привередливая госпожа, — заметила Ума.

Я насупилась. Кир выкопал украшение из земли? Нелепица какая-то. Что у него за сад такой дивный…

— Может, все-таки взглянете, хотя бы одним глазком, моя равнодушная госпожа, — соблазняла Ума. — Это не обяжет вас принимать подарок.

Я замялась, и Карл не выдержал:

— Да открой уже эту коробку, или я сделаю это сам.

— Ладно! — Ответила я. — Открываю.

Я потянулась и, не забирая коробочку со стола, приоткрыла крышку. Затем отдернула руку, словно содержимое коробочки могло укусить. А что, еще свежа в памяти змея Тиридат. Вдруг это не подарок от Кира, а новое покушение.

Склонив головы и соприкасаясь лбами, мы втроем заглянули в коробочку.

— Что это? — Не поняла я.

Никакого блеска золота с бриллиантами. В коробочке лежало что-то тусклое, металлическое.

Я прищурилась. Так стоп, это же ключ. Кир подарил мне ключ? От чего же — от дворца, от города, от своего сердца? Я не понимаю этой метафоры.

Ключ был невзрачный, совершенно обычный, а еще потертый, словно им долго пользовались. То есть он еще и не новый.

— Что открывает этот ключ? — Спросила я.

— А вы его не узнаете, моя забывчивая госпожа? — Улыбнулась Ума.

Я нахмурилась. Постойте-ка… Ну точно, мне знакомы эти зазубрины.

— Ключ от погреба! — Прозрела я.

Опустившись в кресло, я задумалась. Это не подарок. Это послание. И я, кажется, поняла, что Кир хотел мне сказать.

Он дал знать, что с былым покончено. Вот оно — его прошлое — лежит передо мной на столе. Он вручил его мне и предложил самой решать, что с этим делать. А еще это знак, что свое будущее он видит именно со мной.

Этот ключ даже больше, чем кольцо или предложение руки и сердца. Ключ — обещание. Он — клятва и заверение в серьезности намерений.

— Ты примешь подарок? — Спросил Карл.

Я вздрогнула от его голоса. Ключ так меня потряс, что я забыла, где и с кем нахожусь.

— Князь сказал, что если вы примете подарок, он будет ждать вас на главной террасе дворца, моя сомневающаяся госпожа, — добавила Ума.

Вот значит как. Свидание.

Я протянула руку к коробочке, чтобы взять. Убрала руку. Снова протянула. И так несколько раз. Никак не могла решиться.

Меня раздирали сомнения. Я уже не знала, чего хочу. Сбежать или остаться? Быть с Киром или нет? Все это было так сложно, так непонятно, что у меня рука устала подниматься и опускаться.

— Ой, все! — Фыркнул Карл. Схватил коробочку со стола, потом взял меня за руку и вытряхнул ключ на мою ладонь. — Вот и решили. Иди, выбирай княгине платье для свидания, — велел он Уме.

— С превеликим удовольствием, — улыбнулась служанка и упорхнула в гардеробную.

— А вдруг я была против? — Возмутилась я наглости Карла.

— Расскажи это кому-нибудь другому, — отмахнулся он. — Не забывай, я вижу твои чувства. Ты для меня, как раскрытая книга. Я прочитал тебя от корки до корки. Так что просто возьми этот дурацкий ключ и ступай уже на свое свидание. А я, пожалуй, подожду твоего возвращения на княжеской кухне.

Речь Карла была короткой, но впечатляющей. Я только ресницами хлопала. А единорог-то, оказывается, диктатор. Вон как лихо распорядился всем, даже мной.

Я сжала ключ в кулаке. А что я собственно теряю? Свою свободу? Так ее нет, я — жена Кира, от этого никуда не деться. Свою невинность, если свидание зайдет слишком далеко? Ой, не велика потеря. Я не ханжа, к тому же Кир — мой муж, а не первый встречный.

А главное — Кир мне нравится. Вот такая странная женская душа. За что любит, непонятно.

Я искала доводы против и не находила. В конце концов, тряхнула головой. Иногда много думать вредно.

— Ума, — позвала я, — где там платье? Не будем заставлять князя долго ждать.

В выборе наряда я полностью полагалась на Уму. Она уже не раз доказала, что ее вкусу можно доверять. Вот и сейчас она не подвела.

— Этот наряд, — сказала Ума, вынося из гардеробной платье, — подойдет вам идеально, моя удивительная госпожа. Белый цвет подчеркнет вашу невинность. Но в то же время открытые плечи и руки послужат соблазном. А звезды в виде украшений придадут сияние вашим глазам и коже.

Я кивнула, соглашаясь. Ума была во всем права. Шикарное сочетание — невинность и порок. Моя служанка определено знает толк в соблазнении. Хотя какая она служанка… Подруга — вот кем Ума стала для меня.

Она лично заплела мои волосы и надела мне на голову тиару со звездами.

— Вам так идет корона, моя истинная княгиня, — улыбнулась она.

— Да, смотришься неплохо, — в своей манере поддержал Карл.

— Кстати, — повернулась я к единорогу, — ты со мной не идешь.

— Больно надо смотреть на ваши ми-ми-ми, — скривился он. — У меня от такого еще изжога начнется. Лучше наведаюсь на кухню, перекушу.

Тут я с ним согласилась. Еда отвлечет Карла надолго, и мы с Киром сможем побыть наедине.

Наконец с приготовлениями было покончено, и я кивнула Уме:

— Веди меня к князю.

За дверями спальни к нам присоединились стражи — мои вечные спутники за пределами покоев. Вслед за Умой я прошла по коридору и поднялась по винтовой лестнице. И вот мы оказались перед дверью.

— Это выход на главную смотровую площадку, моя изысканная госпожа, — сказала Ума. — Там вас ждет князь. Дальше вы пойдете одна.

Я кивнула. Что-то я разнервничалась перед встречей с Киром.

По сигналу Умы стражи распахнули передо мной дверь, и я шагнула вперед, прямо под звездное небо Южного королевства. Дверь мягко закрылась за моей спиной, отрезая путь к отступлению. На секунду накатила паника — правильно ли я поступила, приняв приглашение? Но я успокоила себя тем, что всегда могу уйти. Кир меня отпустит, если я попрошу. В этом почему-то не сомневалась.

А вот и он. Ждет меня возле перил смотровой площадки.

— Я боялся, что ты не придешь, — признался Кир.

— Я сомневалась до последнего, — ответила честно.

Кир окинул меня взглядом и судорожно вздохнул. Застегнутый под самое горло сюртук душил его, и он расстегнул ворот резким движением руки. Кажется, от моего вида у него перехватило дыхание. Не перестаралась ли Ума с нарядом?

— Подойди, — попросил Кир, протянув мне руку. — Отсюда открывается потрясающий вид на город.

Но я замешкалась. Он стоял у самых перил, а в моей памяти еще был свеж полет с прошлой смотровой площадки. Повторять его желания не было.

Кир верно истолковал мою растерянность и произнес:

— Не бойся, я не причиню тебе вреда. Можешь, заглянуть в мои эмоции. Ты увидишь в них ответ на свои сомнения.

Я осторожно кивнула и сделала, как он предлагал — посмотрела его эмоции. Первой как всегда в глаза бросилась тьма. Она никуда не делась, но я и не рассчитывала, что от нее так легко избавиться. Важно другое — тьма ощутимо притихла. Сжалась, даже скукожилась и отползла в дальний угол. Все еще черная и жуткая, но уже не такая значительная.

На фоне этой тьмы другие чувства Кира переливались радугой. Среди них преобладали все оттенки красного — розовая нежность, алая страсть и, наконец, багровая, цвета восхода любовь.

Не сразу поверилось, что эти эмоции предназначены мне. Кир любит меня? Подобное казалось невероятным, но только если забыть о единороге. С болью в сердце я осознавала, что все чувства Кира — результат работы Карла. Это он своим Даром раздул симпатию князя ко мне до размера любви. Все это ненастоящее, внушенное.

Я не могла скрывать это от Кира. Он заслужил правду.

— То, что ты чувствуешь ко мне, результат воздействия на тебя Дара единорога, — произнесла.

Я должна была сказать Киру правду. Он сам просил вызвать у него любовь при помощи Дара, но я не хочу, чтобы между нами были недомолвки.

— Ты ошибаешься, — возразил он. — Мои чувства настоящие.

Я только головой покачала. Если Кир хочет верить в свои чувства, не буду ему мешать. И сама попробую хоть ненадолго забыть о том, что все это неправда. Я заслужила немного счастья. Пусть всего на один вечер.

Отважившись, я шагнула Киру навстречу и встала рядом с ним у перил.

— Посмотри, какой вид, — он указал рукой на город.

Я повернула голову и ахнула. Вечерняя столица была прекрасна. Город переливался огнями и был наполнен музыкой. Именно по вечерам, когда жаркое солнце юга скрывалось за горизонтом, люди выходили на улицу — повеселиться и пообщаться. Казалось, вся столица — одна сплошная дискотека, а ее улицы и площади — танцплощадка.

— Этот город принадлежит нам, как и все Южное королевство, — прошептал Кир, наклонившись ко мне. — Мне и тебе.

Вид так меня захватил, что я не сразу заметила — на нас с неба льется дождь из звезд. Маленькие, как снежинки, блестящие и разноцветные звездочки падали вокруг нас, оседали на коже и таяли яркими каплями.

— Что это? — Я запрокинула голову к небу, любуясь необычным явлением.

— Дождь желаний, — пояснил Кир. — Загадай любое, и оно непременно сбудется.

Я посмотрела ему в глаза. Желание? У меня всего одно. Чтобы Кир меня поцеловал, прямо сейчас, немедленно.

Наверное, дождь в самом деле волшебный. Потому что мое желание сбылось.

Кир повернул меня к себе лицом и склонился еще ниже. Его дыхание ветерком пробежало по моей щеке. Я осторожно подняла руку и коснулась его щеки. Гладкая. Кир резко вдохнул, дернулся вперед и накрыл мои губы своими.

Я легко могла вырваться и уйти. Он бы отпустил, я точно знаю. Но я не хотела уходить. Я хотела прикосновений Кира, его нежности и силы. Я теряла разум от томных движений его губ, от вкуса его поцелуя.

Может, это было неправильно или даже глупо, но я решила остаться. Этой ночью, с Киром. А там… будь, что будет!

Я подняла руки и зарылась пальцами в короткие волосы Кира. Притянула его к себе, и сама привстала на носочки, чтобы быть ближе к нему.

В ответ Кир глухо зарычал и прижал меня к себе с такой силой, что дышать стало невозможно. Но я не жаловалась. Мне нравилась эта его контролируемая животная дикость. Она придавала остроты всему, что между нами происходило.

Кир состоял из сплошных противоречий. Нежный зверь, ласковый и агрессивный, сильный и слабый одновременно.

Сделав над собой усилие, он оторвался от моих губ ради важного вопроса.

— Как далеко мне позволено зайти? — спросил он.

— Так далеко, как пожелаешь, — ответила я и аж задохнулась от собственной дерзости.

Что же я творю? Что творю! И почему мне от этого так сладко и радостно? А еще все время хочется улыбаться.

Мой ответ вызвал у Кира дрожь. Кажется, он едва сдерживался, чтобы не наброситься на меня прямо здесь, на смотровой площадке. Но все же почему-то медлил.

Может, причина в том, что он боится лишить меня Дара? Надо сказать ему правду. Вот только немного страшно… Как Кир отреагирует? Но врать дальше еще хуже.

— Мой Дар не пропадет, если лишить меня невинности, — выпалила я и зажмурилась.

И вдруг услышала ласковое:

— Обманщица.

— Ты не сердишься? — Я открыла глаза и посмотрела на Кира. Нет, сердитым он не выглядел.

— Я даже рад, что не взял тебя сразу, — заявил Кир. — Ни ты, ни я не были тогда к этому готовы.

Я кивнула. Тут я с ним полностью согласна. Всему свое время. Наше настало сейчас.

Придерживая меня за талию, Кир шагнул к перилам и спросил:

— Пойдешь за мной в пропасть? Добровольно?

Я шумно сглотнула. Вот так предложение. Опасное, как и сам Кир. Но отчего-то страха совсем не было. Вместо него в крови играл адреналин. Он и заставил меня кивнуть, принимая это сомнительное приглашение.

Едва я это сделала, как Кир подхватил меня на руки. Я только ахнуть успела и вцепиться ему в плечи, как он перемахнул через перила.

Я снова зажмурилась, испугавшись — снова падаем. Но спокойный голос Кира немного успокоил:

— Открой глаза и оглянись, — предложил он.

Я осторожно приоткрыла одно веко. Второе мигом распахнулось само. Мы летим! По-настоящему! Не едва держимся в воздухе каким-то чудом, а набираем высоту и парим над дворцом.

Все, что осталось внизу, казалось маленьким и игрушечным. Нас окружали облака, а свежий ветер, как ласковый котенок, терся по коже.

— Потрясающе! — выдохнула я.

— Это все благодаря тебе, — произнес Кир и поцеловал меня в висок.

А я вдруг всхлипнула, но совсем тихонечко, чтобы он не заметил. Нет, это все из-за Карла и его Дара. Единорог сотворил чувство, объединившее нас. Не знаю, благодарить его за это или ругать. Я еще не решила…

А пока Кир нес меня среди облаков. Над башнями Южного дворца, над садами и фонтанами. Мы совершили круг и плавно спикировали вниз. Кир летел легко и свободно. Для его крыльев я была как пушинка.

Опустившись на землю, Кир по-прежнему держал меня на руках. Так он и внес меня через распахнутые окна-двери в свои покои и опустил на кровать.

Глядя, как Кир стягивает рубашку через голову, я пообещала себе, что сегодня отброшу прочь все сомнения и просто отдамся моменту. Есть только здесь и сейчас. Прошлое, будущее — неважно. Этой ночью я буду любить и буду любима. А дальше… жизнь покажет.

Кир помог мне избавиться от одежды. Просто взялся за лиф и стянул платье вниз. А потом выпрямился в полный рост и посмотрел на меня.

— Я мог бы любоваться тобой вечно, — хрипло выдохнул он.

Вместо того чтобы смутиться и прикрыться, я наслаждалась его взглядом, блуждающим по моему телу. Мне нравилось, с каким восхищением он изучает меня.

— Но еще больше я хочу обладать тобой, — признался Кир. — Никогда не испытывал такого острого желания.

Он склонился надо мной, упираясь руками в матрас. Один короткий вдох, беглый взгляд глаза в глаза, и наши губы снова соединились. А следом за ними, после долгих томных ласк, соединились и наши тела.

Кир был нежен и беспощаден одновременно. Если он и сделал мне поначалу больно, то потом дал время привыкнуть к новым ощущениям. И лишь после этого продолжил.

Я потеряла контроль над своим телом. Оно само выгибалось навстречу Киру, а с губ слетали стоны удовольствия.

Кир целовал меня всюду, куда дотягивался. Гладил мои волосы, наматывал пряди на руку и тянул, заставляя меня запрокинуть голову и подставить шею под его губы.

Он касался… двигался… и снова возносил нас обоих к небесам, но уже не на крыльях, а на чистом наслаждении. Мы поднимались все выше и выше, пока не достигли солнца — пика взаимного удовольствия. Оно опалило нас, сожгло до пепла и развеяло. Мы сгорели подобно Икару, а потом восстали точно фениксы из пепла.

Это было прекрасно. Каждая секунда с Киром стоила риска. Отдыхая в его объятиях, я поняла, что сделала правильный выбор. А что будет дальше… поживем — увидим.