Эпилог

За окном поднималось солнце — первые лучи окрасили тёмные занавески в жёлто-коричневый свет, а петухи завели свою песню. Я лежала на кровати, слушая размеренное дыхание мужчины рядом, и перебирая в памяти калейдоскоп событий, что успели произойти.

Дакар, действительно, попросил у отца моей руки. Поначалу мне казалось, что он пошутил. Ну на самом деле, кто же так с ходу шокирует? Но нет, хаар и владетель земель клана Белых Рысей, был, как никогда серьёзен и настроен решительно. А судя по напряжению, что мгновенно заполнило наш дом — готов был отстаивать свои слова до победного.

Отец тогда крякнул, случайно выронил из рук коромысло и… Благословил будущего зятя, зарядив железным набалдашником прямо между глаз. Это сейчас, вспоминая, губы сами собой растягиваются от улыбки, а тогда было как-то не до смеха. Честное слово!

Я, кто бы сомневался, взяла на себя роль медсестры, а папа — анестезиолога. Достал откуда-то из шкафа припрятанную бутылку хорошего коньяка и тут же разлил по рюмкам. Понятия не имею, откуда у нас алкогольные напитки (отец их и не употреблял никогда), но дело пошло живее. И Дакар подобрел, и папа перестал хвататься за сердце.

Потом был разговор на чистоту, вовсе не приятный, так что отец опрокидывал в себя рюмки, глядя куда-то сквозь нас. А после вовсе ушёл, сказав, что ему нужно побыть одному. Я порывалась пойти за ним, но Дакар не пусти:

— Не надо, — только и сказал он, придержав меня за руку.

Но вопреки ожиданиям, папа вернулся быстро. Замер на пороге, смотря на меня блестящими от слёз глазами, и упал на колени, глухо проронив:

— Лиза, я так виноват перед тобой…

К сожалению, прошлое не переписать и не исправить. Оно навсегда останется, каким было, но в нашей власти построить светлое будущее. Такое, где нет места для боли, предательства и безразличия.

В тот день было сказано много слов, ещё больше пролито слёз и дано обещаний. Кажется, именно в те минуты, я распрощалась со своим одиночеством и никому ненужностью.

А наутро, собрав необходимые вещи, мы вернулись на Роум. Если честно, возвращаться в мир, где со мной приключилось столько всего, было страшно. Но рядом с Дакаром хотелось выглядеть смелее, чем я есть на самом деле. Поэтому, когда с помощью уже знакомого мне жёлтого камня открылся портал в стене, я зажмурилась, вцепилась в горячую ладонь моего… жениха, и шагнула в бледно-голубую дымку.

Я не знала, чего ждать от обитателей замка, ведь они считают меня умершей, но как оказалось, Дакар уже решил эту проблему.

Портал привёл нас к незнакомой крепостной стене. А за ней притаился невероятный сказочный замок с колоннами, увитыми зелёным плющом, витражными окнами с изображением разной живности — от волков и медведей, до белых рысей, — и аккуратно подстриженной лужайкой перед входом.

Я несколько раз оглянулась, даже ущипнула себя, пытаясь проснуться. Но замок никуда не исчез — он всё так же стоял на месте и подмигивал разноцветными стёклами.

— Что это? — решилась всё же спросить у Дакара.

— Это, — мужчина окинул рукой необъятные владения, — наш дом.

Дом. Именно домом мне хотелось назвать этот волшебный замок. Настолько уютным и добрым он казался со стороны, по сравнению с тем каменным колодцем, где я успела побывать служанкой.

— Я подумал, что он больше нам подходит, к тому же давно стоило перенести резиденцию хаара с границы вглубь провинции.

Но кто был удивлён больше моего, так это отец. У него рот не закрывался до самого вечера, правда и речь связной назвать было трудно. Он бубнил себе под нос что-то вроде:

— О! А это что… Так-так, ясно. А это? Ну надо же!

То есть собеседник ему был не нужен, он задавал вопросы и тут же сам отвечал на них. Я даже обеспокоилась, как бы чего не вышло, но Дакар попросил:

— Дай ему время привыкнуть.

И вправду, спустя неделю (на адаптацию ушло больше дней, чем мы думали), папа выглядел вполне привычно — больше не вздрагивал от каждого звука, не бежал по утрам на улицу изучать местную флору и фауну, не приставал с расспросами к Локу. Последний, к слову, особо и не возмущался, наоборот, охотно всё пояснял, что даже удивительно.

Да, забыла сказать о самом главном — я теперь полноправная хозяйка в этом доме. Не только на словах, но и на деле. Стоило нам вернуться, как Дакар «обрадовал» меня:

— Завтра Лок приведёт женщин из деревни — выберешь слуг.

Вот так просто. К тому же на этом сюрпризы не закончились. Да-да, бухгалтерию тоже доверили мне. И вообще, разрешили делать всё, что мне заблагорассудиться, даже перестроить замок. Но от этого сомнительного предложения я решила отказаться — замок мне нравился таким, каким был.

Спустя три месяца жизнь устаканилась. Отцу привезли из столицы (по приказу Дакара), старинные книги по истории их мира и он окапался в библиотеке. Правда, за всеми своими исследованиями он обо мне не забывал — мы часто болтали обо всём на свете за чашечкой прекрасного травяного чая.

И свадьбу мы тоже сыграли. Традиции этого мира несколько отличались от тех, к которым я привыкла, но, тем не менее, тот день стал самым прекрасным в моей жизни. Лёгкое платье из белоснежного атласа, кружев и дорогих камней; уединение под сводами высокого храма; парные браслеты, что теперь украшали мои запястья. Клятвы, произнесённые и запечатанные в самом сердце. Пожалуй, это было лучше выкупа, подписей в ЗАГСе и пьяных гостей.

Потом был вечер, посвящённый только нам двоим, и признания, от которых всё сладко сжималось внутри.

— Доброе утро, — хриплый голос мужа вырвал меня из воспоминаний.

— Доброе, — обернулась к нему, поймав губами нежный поцелуй.

— Почему не спишь? Плохо?

Буквально на днях, я узнала, что беременна, после этого всегда собранный и спокойный хаар превратился в настоящего параноика. Теперь мне запрещалось всё, вплоть до просмотра бухгалтерии, выхода из комнаты без сопровождения и слишком долгие прогулки по саду.

— Нет, хорошо, — улыбнулась шире, потом вовсе рассмеялась.

Растерянный Дакар — это такое забавное зрелище. Почему-то он свято верит, что беременность и болезнь два совершенно одинаковых понятия.

— Лиза, что смешного? — поднялся на локте, сверкнув недовольным взглядом.

Я подавила смех, и отрицательно покачала головой:

— Ничего, просто… Я люблю тебя.

Прищурился, явно не доверяя моим словам.

— Что? — возмущённо округлила глаза, ткнув ему в плечо пальцем.

Надо поговорить с ним, объяснить, что чувствую я себя как никогда прекрасно, но… Женщина я или кто? Несмотря на замашки тирана, его забота, искренняя и чистая, мне была действительно приятна.

— Ты мне не лжёшь? — заправил пальцами прядь моих волос за ухо.

— На счёт чего? На счёт того, что люблю тебя, или по поводу самочувствия? — я его дразнила. Вот такая я несерьёзная и взбалмошная девчонка, у которой детство только началось.

— Ну, знаешь ли, по поводу первого я даже не сомневаюсь, а вот второе…

— Не сомневаешься? Даже так? — улыбнулась, не в силах устоять против его улыбки.

— Так, — кивнул, подтверждая слова. Потом поднялся, нависнув надо мной, заставляя лечь на подушку. — Я говорил тебе, что ты очень красивая?

— Ага, а ещё, что тебе нравилась моя немота, потому что…

Договорить не дал.

— Вот тут я соврал, у тебя прекрасный голос, особенно по ночам, м-м-м… ты так мелодично храпишь!

Я его всё же ударила, легко, больше для вида.

— Я тоже люблю тебя, — прошептал, прежде чем накрыл губы лёгким поцелуем.

Всё у нас хорошо. А со временем станет ещё лучше — когда этот дом наполнит детский смех и топот маленьких ножек.

* * *

Дакар

Переезд из одного замка в другой занял куда больше времени, чем он думал. Потом ещё дольше хаар пытался заставить бесполезный камень перенести его к Лизе. Ингария как-то не подумала о том, что Дакар понятия не имеет, как управлять этой волшебной штукой.

Ничего не происходило, сколько он с ним не разговаривал, ни швырял об пол, ни пытался утопить в бочке. Пока с досады не ударил кулаком по столу с зажатым в ладони камнем. Как только капля крови впиталась в янтарную глубину, на стене появилась голубоватая дымка, в которую он шагнул не задумываясь. В конце концов, это единственный шанс, которым он был просто обязан воспользоваться.

И вот она здесь. Вернулась. Настоящая, живая, с мягкой улыбкой на губах и звонким смехов. Кажется, даже изменилась за то время, пока он её не видел. Или хаар себе это только придумал. В любом случае, она здесь, под крышей его дома, под его защитой, и никто, начиная от шаара и заканчивая любой крестьянкой, не сможет причинить ей вред.

Он не допустит.

Лайгиру к нему не подобраться — Дакар решил не рисковать. Заручился поддержкой лордов, не всех, но тем, кто откликнулся, он доверяет.

Теперь в их жизни всё будет по-другому. Хаар уверен. Ведь у него есть его личное счастье, которое он не позволит никому разрушить. У него есть она и крохотное чудо под сердцем, чьи эмоции он чувствует уже сейчас. Ради них Дакар готов на всё.