Глава 13. Встреча

А тут светло оказывается, ну, то есть для взгляда тёмной эльфийки светло. Тело затекло, затылок неприятно зудел, знобило, но в целом чувствовала я себя замечательно. Особенно по сравнению с тем, как было в теле Резаэлли. Я скосила глаза на алтарь, посмотрев на свое предыдущее пристанище. Побелевшее лицо, струйка засохшей крови под носом, стеклянный взгляд. Ужасное зрелище. Жаль, что все так произошло. Мне нравилось это тело, пусть заняла я его не по своей воле, но…

– Госпожа, – подал голос Эрэль. – Вы не умираете?

– Не дождетесь, – буркнула я и попросила,  – помоги встать, пожалуйста.

Белые брови мужчины чуть приподнялись, но он сразу скрыл свои чувства. Блин! Гамаиса никогда бы не сказала «пожалуйста»: у неё получались приказы, а не просьбы. Надо следить за своими словами и действиями и хотя бы попытаться изобразить истеричную барышню.

В этом теле я еще не освоилась, поэтому Эрэлю пришлось в буквальном смысле ставить меня на ноги. Я могла лишь отчаянно хвататься за его плечи. Так получилось, что лицо дроу оказалось прямо напротив моего. Мы замерли глядя друг другу в глаза. А он ничего такой, симпатичный: прямые брови, две вертикальных морщинки между ними, аккуратный нос, серые глаза. Ого, а у него, оказывается, нижняя губа проколота и маленькое колечко в самом углу рта. Раньше не замечала, поскольку к мужу Гамаисы не присматривалась, но теперь, когда… Твою ж кочерыжку! Я ж, получается, замужем, и сразу за двумя мужчинами!* От свезло так свезло…

А вдруг они станут у меня супружеский долг требовать? Хотя, наверное, не станут. Наполеонушка вообще от этого долга сбежал, да и Эрэль тоже, похоже, не в восторге от подобной перспективы. Как-то странно он на меня смотрит, как на бешеную собаку, будто решает сбежать или пристрелить, или сама отстанет.  

Кстати, надо понять, что случилось с Эрэлем, ему ведь явно было плохо. Может быть, сердце шалит или с легкими проблемы?

–  Кхм… – я постаралась слегка отстраниться от дроу, насколько это было возможно. – А что с тобой было?

– Когда?

– Только что. Когда ты ввалился в комнату.

– Я почувствовал, что вы умираете, госпожа. Брачная клятва начала истощаться, и… – он опустил глаза в пол, – это неприятные ощущения.

Получается, у дроу брачная клятва позволяет почувствовать все ли нормально с супругом? Хотя у него был такой вид, будто помирать собрался. Может, они с Гамаисой пара истинная? И если один помер, то другой тоже в скорости в ящик сыграет? Это ж магический мир, я читала, что тут такое возможно, но вроде бы только у драконов. Истинные, общность душ. Но ведь душ же, а не тел! Душа Гамаисы сейчас в паучьих кущах. Жалуется, наверное, богине на захват тела, собственности и мужей. Воображение нарисовало Гамаису, которая почему-то голосом Этуша вещала: «Все, что нажито непосильным трудом, все украла! Три магнитофона, три кинокамеры заграничные, три портсигара отечественных, куртка замшевая… и мужа тоже три!» Точнее, два мужа и один маг на контракте.

Губы сами собой раздвинулись в улыбку. Ой, Эрэль же не меня смотрит! Сейчас решит, что жена окончательно разума лишилась, надо Гамаису изображать и ни на что не отвлекаться.

– Помоги мне добраться до комнаты! – приказной тон вроде бы получился, – и сумку захвати.

– А что делать с телом травницы? Его ведь найдут. Скорее всего, человечку уже ищут. Я могу попытаться спрятать тело, но рано или поздно стражи порядка или королевская гвардия его обнаружат и все поймут.

Да, проблема. Что делать? Очень жаль, что мне придется отвечать за убийство самой себя. А что если не отвечать? Может быть, наоборот, повернуть дело так, будто бы ко мне перешла целительская магия от травницы, и теперь я могу колдовать? А для этого… Точно!

– Нет, прятать тело не надо. Наоборот, мы его предъявим проверяющим, если они придут. Подтащи меня к алтарю: ноги совсем не слушаются.

Эрэль просто сжал мою талию и чуть ли не на вытянутых руках перенес к телу. М-да, похоже, ему неприятно меня касаться. Хотя понять мужика можно: зуб даю, Гамаиса его истериками довела до того, что ему теперь на супругу смотреть противно, не то, чтобы касаться. Да и я сейчас хороша: пялилась на него и улыбалась, как ненормальная. Дроу хоть и считаются более развитыми, чем местные люди, до разводов почему-то не додумались. 

– Теперь сумку давай, расстегни, там порошок такой белый должен быть в желтенькой круглой коробке, – продолжала давать инструкции я. – Нашел? Хорошо, давай мне. Сам стой сзади – я на тебя обопрусь.

То, что я задумала, теоретически могло получиться. Арбикус предполагал, что магия и её направленность – это свойства души, а не тела. Правда, не все так просто. По какой-то причине, магические способности передавались по наследству. Арбикус объяснял это тем, что тело должно быть генетически предрасположено к определенному типу магии. И если направленности тела и души совпадают, то человек может пользоваться магией. То есть целительские способности сейчас со мной, но предрасположено ли тело Гамаисы, и смогу ли я ими пользоваться – большой вопрос.

В своё время Арбикусу пришлось объяснять родителям Резы, откуда у них – людей без крохи магии – взялась одарённая дочь. В деревне все получилось само собой. Отец Резаэлли сразу придумал объяснение: оказалось, у него прабабка была колдуньей. Правда, судя по рассказам, специализировалась на проклятьях, а не на целительстве, но для не особенно понимающих людей такое объяснение сгодилось. Родители стали еще больше гордиться дочерью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Хуже было во дворце, когда маг вселил в принцессу душу девушки из Минска. У неё внезапно обнаружился большой магически потенциал, да еще и склонность к магии земли, хотя в королевском роду были проклятийники, воздушники, целители и огненные маги. Несколько ближайших поколений упор делали на три последних специализации. Мужчины владели либо огнем, либо воздухом, а в пару им подбирались либо целительницы, либо воздушницы. То есть принцесса могла унаследовать огнь, ветер, целительство, на худой конец, тёмную магию прабабки, но не земляную.

Перетряхнув архив, королева нашла какого-то далекого предка, у которого была магия земли, но все равно шепотки о том, что принцесса  неродная, продолжали гулять по дворцу. Расположения к девочке это не добавляло. Она и так там жила, как в террариуме, а после пробуждения ее способностей даже отец стал задумчиво на неё коситься, а потом и вовсе услал подальше. Жаль: общения с Еленой мне недоставало.

Так, хватит воспоминаний! Стараясь не смотреть на тело, я посыпала его порошком и зашептала заклинание, одновременно вкладывая силу. Получилось!

– Теперь тело пролежит еще дня три. Я замедлила процессы разложения.

– Это же… – ошарашено прошептал Эрэль.

– Да, это целительская магия.

Впрочем, я могла и не говорить: тело на алтаре окутывала полупрозрачная магическая пленка. Обычное замедляющее заклинание вместе с одноименным порошком используется довольно часто, когда, например, нужно доставить пострадавшего к специалисту, а времени было очень мало. Порошок, действуя в тандеме с заклинанием, замедлял обменные процессы и давал возможность получить помощь.

Так же это заклинание замедляло процессы разложения и могло использоваться для того, чтобы сохранить труп. И, главное, оно прекрасно подходило для демонстрации целительской магии. Не нужно обладать особым зрением, чтобы увидеть полупрозрачную, чуть мерцающую пленку, окутывающую тело.

Когда придут стражники, им можно продемонстрировать тело и показать пару целительских штучек, чтобы они поверили, что сама богиня Ллос наградила Гамаису способностями к исцелению. Маловероятно, что женщину, отмеченную благословением Великой Паучихи, запрут в темнице.

Идиотский план Гамаисы сработал, правда, совсем не так, как ей хотелось. Но, надо сказать, это был лучший выход из возможных. Нужно напирать на то, что я теперь отмечена благословением Ллос и являюсь доказательством того, что для богини нет ничего невозможного. Даже светлой магией она наделить может.

– Тело надо вынести отсюда – остаточные эманации тёмной магии разрушают целительские заклинания, – Эрэль высказал здравую мысль.

– Да, только сначала вынеси меня.

После колдовства накатила такая слабость, что даже стоять на ногах удавалось с трудом. А Эрэль – молодец: хозяйственный. Видя, что я не в состоянии, он, бережно закрыв крышку, положил  баночку с порошком на место, повесил сумку на плечо, а потом подхватил на руки меня. Быстрым шагом перенес в большую спальню и уложил на кровать.

– Куда положить тело?

– Решай сам.

– Может, в прихожую?

– Хорошо. И еще принеси мне поесть. Много. Я очень голодна.

Нормальная реакция на трату магического резерва.

– Слушаюсь, – кивнул дроу и, как мне показалось, с удовольствием покинул спальню.

Надеюсь, он не принесет мне этой их любимой плесени. Даже если и её, не страшно. Сейчас я так хотела есть, что и плесень слопаю. Перед глазами все плыло, поэтому я их закрыла и сразу провалилась в сон. Очнулась от тихого голоса Эрэля:

– Госпожа, я принес вам еду.

Мужчина возвышался надо мной с огромным подносом, заставленным тарелками.

– О, спа… – слова благодарности едва не вырвались по привычке. – Кхм. В смысле… я спала, а ты меня разбудил.

Эрэль явственно вздрогнул.

– Простите, госпожа, не хотел...

Но я уже не слушала, а, сглатывая слюну, смотрела на поднос.

– Поставь его на тумбочку, – оборвала я оправдания дроу.

Он топтался рядом и, похоже, не собирался никуда уходить. Не люблю, когда на меня смотрят во время еды, особенно, если я не просто хочу есть, а готова сожрать все!

– Иди там… тоже что-нибудь поешь, – я махнула рукой в сторону двери.

Эрэль явно удивился приказу, но, не решившись спорить, быстро ретировался из комнаты. Видно, слишком у меня были голодные глаза. Ох, сколько тут всего вкусненького! И плесени нет. Поднос был заставлен тарелками с дорогой для дроу человеческой едой. Надо же – какие у Гамаисы обеды! Оказывается, губа у неё не дура! Жаль, что про остальную голову такого не скажешь.

Утолив первый голод, я задумалась. Что делать? Дроу – закрытая раса. Мне просто необходим тот, кто знает повадки Гамаисы и традиции тёмных эльфов; тот, кому я могла бы доверять, с кем могла бы посоветоваться. В общем, мне надо срочно найти Ивэласа. Но как?

Может, разыграть потерю памяти и спросить у Эрэля? Или вне тела обследовать дом? Кто знает, вдруг мымра держит Ива здесь в каком-то подвале? Однако, если я вылечу из тела, то смогу ли снова сродниться с ним? Пока, наверное, рисковать не стоит, но спросить у Эрэля не выход. Что же делать?

Внезапно мои размышления прервал какой-то подозрительный звук. Будто что-то звякнуло, упав на пол. Чуткий слух эльфийского тела четко определил источник звука – за небольшой ширмой. Может быть там крыса? Не то чтобы я боялась этих зверьков, но они разносили много болезней, грызли все, что попадало в зубы, а однажды разорили склад с травами. Столько тогда трудов пропало, не пересказать! Не просто так их считают вредителями. Крысам тут не место!

Вспомнив заклинание против мелких грызунов, я с опаской заглянула за ширму и потрясенно открыла рот. Ивэласа не надо было искать, он находился тут, в спальне Гамаисы. Прикованный. Истерзанный. Измученный. Это его цепи тихо звякнули об пол.   

Видимо, услышав моё приближение, он с явным трудом поднял голову, и я в ужасе закрыла рот рукой. Закрыла, чтобы не заорать. Глаз у Ива не было. Да, раньше мне доводилось видеть жертв насилия. Что уж и говорить, за время обучения и работы с Арбикусом я насмотрелась всякого, но такой жестокости не видела ни разу.

Не знаю, как я оказалась рядом с ним на коленях, ощупывая травмы Ива дрожащими пальцами. Перед глазами все плыло от слёз. Сколько ран! И ладно бы они возникли в результате падения, неосторожности, на тренировке или в драке, но их специально наносили, чтобы поиздеваться. Просто так. Человеку, ладно, дроу, который даже не мог сопротивляться.

– Сейчас я тебя освобожу. Как это снимается? – я добавила пару непечатных выражений, стараясь понять, как открываются наручники, но даже дырки для ключа не нашла.

– Элли? – тихим голосом спросил Ив.

– Да, – всхлипнула я. Голос осип, горло сжал спазм. – Потерпи немного, я тебя вылечу.

– Уходи! – с трудом шевеля губами, сказал он, – уходи, Элли, она же убьёт тебя.  

– Не убьёт, она больше ничего не сделает, – выдавила я, сквозь слёзы, – Гамаиса умерла.

– Нет, она жива, – Ив облизнул губы, – если бы умерла, то я тоже бы…

– Умер?

– Да… уходи…

Он же пить хочет! Я побежала обратно  к тумбочке, плеснула в кружку чуть кисловатого местного сока из растений. Его отжимали из растущей в горах травки и разбавляли водой из подземных источников. Получалось не только вкусно, но и полезно.

– Пей! – я поднесла чашку к губам.

Ив глотал жадно, но не пролил ни капли. Кончики пальцев закололо от целительской магии. Хотя бы обезболивание. Белой искрящейся пыльцой моя магия окутала его лицо, спустилась чуть ниже: на горло, живот, грудь. Глядеть на его пустые, воспаленные глазницы было физически больно. Я пыталась сдерживаться, но, может быть, меня накрыл эмоциональный откат от смены тела, может, нервы просто не выдержали почти постоянного напряжения последних дней, однако удержать эмоции в себе я не могла: давилась рыданиями, закусывая губы, закрывая ладонью рот, чтобы заглушить всхлипы.

–  Почему ты плачешь? Она что-то сделала тебе, Элли? Тебе больно?

Господи, сам еле живой, прикованный, ослепленный. Спрашивает, больно ли мне.

– Н-нет, – говорить было сложно, потому что я, уже не сдерживаясь ревела, громко шмыгая носом. – Она хотела сделать, но у неё ничего не получилось. Её нет больше.

– Гамаиса жива. Если бы она умерла, я бы тоже умер.

– Почему? – неужели моё предположение про истинные пары оказалось верным, или у дроу есть какие-то свои пары?

– Не могу сказать… запрещено. Уходи…

– Больше она ничего не сможет тебе сделать, поверь мне, Ив.

– Уходи…

– Я никуда не уйду. Я вылечу тебя, слышишь? Теперь все будет хорошо. У Гамаисы есть икра морского дракона. Ею можно восстановить твои глаза, – я аккуратно погладила Ива по щеке. 

Так, хватит реветь! Надо брать себя в руки. У меня есть сумка, там минимальный набор первой помощи, раны надо обработать. Давай, соберись, тряпка! Сейчас ему нужна помощь, а я реву. Тоже мне целительница хрЕнова! Вставай, ему намного хуже. Самовнушение подействовало:  слезы течь перестали, но  горло еще сжимал спазм.

– Скажи, как снять наручники? – сипло спросила я. – Как они открываются?

– Ты не сможешь их снять, они заперты магически.

Зараза! А магии Гамаисы во мне нет. Но, может быть, их как-нибудь можно перепилить? Что же делать? В голову ничего не приходило. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

– Ив, а тут вода  есть?

– Ты ведь не отступишь, да?

– Не отступлю! Мне нужно много тебе рассказать. Давай, я буду лечить и все расскажу про Гамаису. Только ты мне помогай. Где тут вода?

– Там, – дроу повернул голову направо, и я заметила гибкий шланг, который торчал из стены.

Интересно, зачем он тут? Хотя, не важно. Небольшой тазик  я нашла в ванной, которую обнаружила чуть дальше. Большая ванна, водопровод – настоящая роскошь! Потом обязательно искупаюсь с комфортом.

Под ванной я нашла нагревательные камни, а на вешалке рядом с раковиной – чистое полотенце, которое порезала на небольшие тряпки. Моя лекарская сумка обнаружилась у кровати. Аккуратно я начала отмывать Ива, постепенно рассказывая ему то, что случилось после того, как он ушел из моего домика.

Надо сказать, что место для наказания Гамаиса выбрала и оборудовала с особой садисткой тщательностью. Ив мог стоять только на коленях, руки были разведены в стороны и прикованы за кольца к стене. Цепи оказались такими короткими, что он не мог даже опустить руки на пол. Ноги тоже оказались закованы в кандалы.

Под полом в этом месте находился сток. Поэтому вода, кровь и другие жидкости стекали через маленькие дырочки в полу, а потом по желобу смывались куда-то дальше. Вся одежда на Иве –  какая-то набедренная повязка. 

К моей радости, все оказалось не так страшно, как виделось сначала. Смыв корку крови, я обнаружила, что все раны поверхностные. Кое-какие загноились и выглядели некрасиво, но их можно было вылечить  достаточно быстро, если принять во внимание регенерацию дроу. Однако сначала раны нужно было очистить и зашить. Сосредоточившись на работе, я немного успокоилась.

На глаза Ива я аккуратно наложила противовоспалительный компресс. Поверх завязала черным шарфом, который нашла в шкафу. Обезболивающее заклинание, похоже, неплохо у меня получилось в этом теле. По крайней мере, Ив не дергался, даже когда обеззараживала и зашивала, а после того, как я закончила обрабатывать самые сложные раны, напомнил о моем обещании:    

– Так что же произошло с Гамаисой?

– Не знаю, с чего начать…

– Начни с самого начала. Ты убрала всю мою кровь?

– Не совсем… – со вздохом покаялась я.

Рассказ затянулся надолго. Мне пришлось объяснять, зачем нужна кровь, для чего я хочу изучить механизмы регенерации, и все в таком роде. О своей способности выходить из тела тоже пришлось рассказать. Только тут я не углублялась в подробности, сказала, что после лечения у Арбикуса, меня, бывало, выкидывало из тела. Дроу понял, что я о многом умолчала, но настаивать не стал.

Сама смерть Гамаисы его потрясла. Казалось, Ив не мог поверить, что садистки больше нет. Он надолго замолчал.

– Ты мне не веришь? – спросила я.

– Это настолько невероятно и нереально, что может быть правдой. Ты что-то говорила про икру дракона?

– Да, Эрэль убеждал Гамаису вылечить меня с помощью икры морского дракона. Ты хотя бы немного представляешь, куда она её спрятала?

– Я знаю, где находится её тайник. Возможно, ты найдешь икру там? Дверца открывается с помощью капли твоей крови.

Найти тайник, следуя указаниям Ива, оказалось просто. Внутри я нашла большую шкатулку и, капнув кровью на скрытый замочек, открыла крышку. Какие-то документы, долговые расписки, пара мелких артефактов, украшения, немного золота и в  специальном футлярчике две икринки.

Кстати, на обычную икру они совсем не походили. Представьте себе вытянутую полупрозрачную подушку примерно десяти сантиметров в длину и четырех в ширину. Внутри у этой «подушки» густая, прозрачная жидкость золотого цвета и черная «семечка». Я вгляделась в эту «семечку». Плоская, вытянутая, мелкая, как в одной икринке, так и в другой, жидкость прозрачная, еще не кристаллизировалась.

Если «семечка» стала круглой, начала увеличиваться, то это значит, что дракон в ней уже зародился, а для лечения и выращивания органов подходили исключительно неоплодотворенные икринки, которые обычно становились добычей только что вылупившихся дракончиков. Если жидкость внутри помутнела или кристаллизировалась, значит, икринка хранилась неправильно и не годна для лечения. А у Гамаисы икринки оказались подходящими. Замечательно! Все должно получиться.

Конечно, я пообещала Иву вылечить глаза, но боялась, что искать место, куда его бывшая супруга спрятала драгоценную икру, придется долго. Подспудно готовилась к трудностям, но все получилось легко. Прямо камень с души, только кое-что меня беспокоило.

– Наручники надо снять. Остальные раны я еще могу залечить, когда ты в цепях, но для того, чтобы вырастить новые глаза, нужно, чтобы ты лежал на спине.

– Положить меня можно, не снимая с цепи, – хмуро сказал Ивэлас.

– Это как?

– Слева есть рычаг около пола, он поворачивает часть стены сзади меня.

– Как поворачивает? – не поняла я.

– Увидишь, – под нос буркнул дроу и громче добавил: – Ты мне еду обещала.

– Ох! Ты же голоден! Прости, растерялась. Не знаю, что делать сначала, что потом.

Я подтащила поднос, на котором еще много всего осталось, и начала кормить Ива. Найдя икру дракона и убедившись, что здоровье моего… хм… вроде как мужа можно полностью восстановить, да еще и в короткие сроки, я немного расслабилась.

Ив в цепях, совершенно голый (просто тряпочка на бедрах мешалась, и я её убрала) с повязкой на глазах и в самодельных бинтах из порезанной простыни смотрелся почти нормально. Не здоровым, но уже и не таким измученным, каким я нашла его несколько часов назад. Я поймала себя на том, что улыбаюсь во весь рот, глядя, как он ест. Ну, точно мамаша, которая кормит малыша, осталось только начать приговаривать: «Ложечку за папу, ложечку за маму».

После ужина, а по времени поверхности сейчас был ранний вечер, Ив попросил меня помыть ему голову. Дело в том, что ран на волосяной части головы у дроу не было, поэтому я просто забрала волосы наверх и зафиксировала их заколками, которые нашла у Гамаисы в столе.

Честно сказать, просьба Ива меня удивила. Нет, как раз логично предположить, что грязные, слипшиеся от крови волосы доставляют ему дискомфорт, но то, что он допустил меня к своим волосам, удивительно.

У тёмных эльфов культ волос. По прическам можно определить не только социальный статус дроу, но и прочесть какую-то информацию. Например, замужние женщины заплетали либо одну, либо две косы сложным плетением; женатые мужчины, наоборот, плели только одну косу или сразу много тонких и закалывали их по-разному, получалось очень похоже на дреды.

В общем, причесок было очень много, но главное, что к волосам можно было прикасаться только с разрешения. Расчесывать и мыть волосы доверяли проверенным и верным дроу. То есть его просьба означала, прежде всего, доверие ко мне. Я прониклась.

Кстати, каштановый цвет ему шел, только корни у волос уже прилично отросли. От стены до спины Ива было около полуметра, и, хотя я старалась мыть волосы аккуратно, все равно забрызгала водой повязки.  И тут мне пришла в голову мысль: а почему бы не протестировать икринку?

Главным «строительным материалом» была полупрозрачная жидкость окружающая «семечко». А в двух икринках жидкости более чем достаточно, значит, можно потратить немного, чтобы залечить хотя бы самые длинные и воспаленные раны возле позвоночника и на пояснице. Во время операции по выращиванию глаз Иву придется лежать на спине, и лучше, если больно ему  при этом не будет.

Мысль показалась мне отличной. Я аккуратно проткнула икринку, капнула немного жидкости на рану и чуть растерла. Сначала ничего не происходило, но постепенно кожа начала светлеть, из раны вытекло немного гноя, а потом края притянулись друг к другу и склеились. В том месте, где попало больше всего средства, только тонкая ниточка шрама осталась.

– Ух, ты! Круто! Одно дело читать, а другое – видеть все это воочию. Как ощущения? Не больно?

– Нет, но ощущения неприятные: будто насекомые по спине бегают.

– Сейчас еще забегают! – я капнула на вторую рану и сразу же на третью. – Чувствую себя, как  Люси из Нарнии!

– Как кто?

Вот холера! Надо быть осторожней.

– Это такая сказка. Там у девочки был флакончик с целительской жидкостью, достаточно было одной капли, чтобы вылечить любую рану.

У меня даже лучше, чем у Люси! Помнится, жидкость из супер-флакончика хвост Рипичипу не отрастила, а я сейчас буду растить глаза.

Буквально за десять минут все раны удалось заживить. Я даже подпрыгивала от воодушевления. Мне так хотелось быстрее вернуть глаза Иву. Рычаг работал, как надо. Цепи, державшие руки дроу, натянулись, Ивэласа дернуло вверх, распластало на спине, а потом часть стены развернулась и застыла горизонтально на уровне пояса.

Твою ж мать! Теперь мне понятно, почему он так ругался, оказавшись привязанным у меня на столе. Это слишком напоминало место для наказаний. Потом он отказывался спать на столе. Я еще шутила по этому поводу. Если б я знала…

Ладно, не время страдать по этому поводу. Признаться, сейчас цепи только помогали. Ощущения будут не из приятных, лучше, чтобы Ив не лез руками в глаза. Голову ему я тоже зафиксировала, объяснив, что какое-то время придется потерпеть.

Я помыла руки, подготовила все, что могло понадобиться, и сняла повязку. Сейчас предстояла самая неприятная процедура: нужно было удалить все остатки органов. Наложив обезболивающее заклинание и для надежности побрызгав анальгетиком местного действия, я приступила к важной, но очень неприятной стадии, и как-то уж очень быстро с этим справилась. Новое тело, оказывается, довольно ловкое. Ив сцепил зубы, но не двигался.

Дальше я делала все по инструкции: каждое «семечко» должно стать зародышем будущего органа, а жидкость нужна для того, чтобы он вырос. Ужасно антинаучная хрень, но ведь работало! В магическом мире такое происходило постоянно, но я до сих пор не привыкла.

Несмотря на магическую анестезию, Ивэласу все равно было больно, но на все мои вопросы он отвечал только одним словом «терпимо». Чуть больше получаса потребовалось на то, чтобы вырастить глаза, только пока они не работали. По моим расчетам только послезавтра – и это самое раннее – зрение должно будет восстановиться.

Сразу после операции, когда боль отступила, Ив заснул.  Я едва успела подложить под него матрас с кровати. Вторую ходку я сделала за одеялом, но когда укрывала моего вроде как мужа, он уже спал. Осунулся, морщинок, кажется, прибавилось. Ничего. Вместе мы со всем справимся. Кстати, а как там Эрэль, что-то он подозрительно тих. Да и Ниас давно не появлялся. Интересно, где он?