Глава 16. Подготовка

Душ – вот чего не хватает в моей ванной. Приходится поливаться из ковшика. Изобрести, что ли? Хотя не факт, что я тут надолго задержусь. Ивэлас прав, самый лучший вариант –  уйти отсюда.

Ив. Я улыбнулась. Отличный мужик, а Гамаиса его заклевала. Зелье какое-то. Зачем оно ему вообще нужно, если он такой чуткий? Совсем без ласки одичал. Может быть, его соблазнить? Он, судя по его виду, совсем не против, очень даже за. Хотя Ивэлас моего лица не видел, может быть, как разглядит свою женушку, сразу передумает. Эх!

И тут мне в голову пришла мысль, от которой весь любовный туман мгновенно выветрился. Вот ведь идиотка! Мы же не предохранялись! Без регулярного секса я вообще забыла, что это необходимо. Ой, дура!

– Ив, надо срочно поговорить! – это было первое, что я сказала, вылетев из ванны,  – ты не знаешь, Гамаиса предохранялась?

– Нет. И я тоже нет. Ты думаешь, будет ребенок?

– Возможно, – я нервно прошлась по комнате, придерживая на груди полотенце. – Мы же не подумали о последствиях.

– Не думаю, что наш секс будет иметь такие последствия. Обычно эльфийки, особенно одаренные магией, не так часто беременеют. Это для человечки достаточно одного раза. Для зачатия у нас, как правило, надо больше времени. Кроме того, если ты не хочешь ребенка, то есть возможность избави…

– Нет! – оборвала я. – Никаких абортов. Это, во-первых, часто проходит с осложнениями, а, во-вторых, – и это для меня главное – убивать своё дитя я не буду. Просто хотелось бы, чтобы ребенок родился тогда, когда будет стабильность и безопасность. А я пока не знаю, что будет завтра. Может, Айеари меня казнит. 

Ивэлас как-то слишком пристально на меня посмотрел. Уж не прояснилось ли у него зрение? Хотя никаких негативных чувств я не углядела. Полагаю, когда он станет четко видеть, я пойму это. Слишком уж Гамаиса была ему неприятна. Невозможно ничего не чувствовать по отношению к своей бывшей жене. Даже если разумом понимаешь, что в теле другая душа, все равно глаза-то видят ненавистную Гамаису.

– Нет, глава тебя не казнит, ей нужен травник. Но принудит дать клятву, если узнает правду. Тебе надо подготовиться к встрече.

– Да, ты прав. Иди, мойся, а потом поговорим.

У двери ванной Ив обернулся.

– А есть какой-то способ узнать, беременна ты или нет? – спросил он.

– Сейчас – нет. Только недели через две-три. Целитель мог бы сказать через неделю, просто посмотрев магическим зрением, но то целитель. У меня – простой травницы – не сразу получится определить.

За то время, что Ивэлас провел в ванной, я успела одеться и расчесаться. Что дальше делать с волосами, я даже не представляла. Боюсь, обычная коса или пучок тут не подойдут. Что же делать? У Гамаисы, наверное, есть специальная служанка, которая занимается прическами.

Айеари, скорее всего, уже приехала и скоро вызовет меня «на ковер», поэтому необходимо выглядеть соответствующе. А так же придумать, что ей говорить. Ведь у главы клана тоже должен быть артефакт правды. Гамаису она им должна проверить. Вот как говорить так, чтобы с одной стороны не соврать, а с другой – не вызвать подозрений?

Я настолько задумалась, что пропустила момент, когда Ив вышел из ванной.

– Вот, – он положил передо мной заколки, которыми я скалывала ему волосы,  – это твои. А это даже не знаю чья.

Он задумчиво повертел штуку, похожую на двузубую вилку с обрезанной ручкой.

– Наверное, Гамаисы, она купила, пока тебя не было.

– Нет, это мужская заколка.

– А они отличаются?! – удивилась я.

– Конечно! На мужских – камушки или украшения, как правило, мельче, количество зубцов четное. У женщин – нечетное. Обычные заколки-спицы могут носить и мужчины, и женщины. Только жрицы могут украшать свои волосы изображением паука с черными или красными камнями. Если обычная женщина или мужчина позволят себе такое, то их наказывают. Только глава клана может носить обруч, украшенный изображением паука с черными или красными камнями, жрицам или обычным дроу это запрещено, – провел краткий ликбез Ивэлас.

– Понятно. Может быть, Эрэль тут оставил или Ниас. Скажи лучше, что мне делать с волосами? У Гамаисы должна быть служанка, так?

– Служанки от моей жены сбежали. Давай я тебе заплету.

Для меня мужчина, умеющий делать прическу, – это нонсенс, но тут у всех длинные волосы. Так что, хочешь не хочешь, научишься плести. 

– А ты сможешь? Зрение пока еще не восстановилось, – неуверенно протянула я.

– Смогу. Иногда перед глазами четко, а иногда – мутно. Периодами. Но помутнения ненадолго, потом опять все нормально. Сейчас четко вижу.

Я поскорее повернулась к нему спиной. Четко видит. Однако на лице у него ничего не отражается. Может быть, сдерживает реакцию? Или все не так страшно? Я ему не противна?

– Что тебе сделать?

– Не знаю. Думаю, меня скоро матриарх должна вызвать – надо быть готовой. Что-то на выход, но не слишком вычурное.

Ивэлас обращался с моими волосами очень аккуратно: никакой боли и неудобства. Хотя волосы у Гамаисы, надо сказать, были шикарные: прямые, тяжелые, густые, почти не путались и блестели. Я как-то привыкла, что пепельные волосы – это часто осветленные искусственно. Они, как правило, тонкие и ломкие, но про волосы моего теперешнего тела так сказать нельзя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Ив, а почему служанки сбежали? Почему такой большой дом практически пуст?

У дроу более-менее пригодные дома, да еще и в столице клана, стоили как недвижимость в Москве. Тут ведь надо не только выдолбить пещеру так, чтобы не обрушить ничего, но и продумать вентиляцию, канализацию, создать хорошие условия для роста осветительного мха – в общем, сильно постараться. Конечно, многие вопросы решали с помощью магии, но стоимость жилья от этого только увеличивалась.

–  Гамаисе этот дом достался от бабки. У моей бывшей супруги была большая семья, но многие погибли на поверхности, оказывая помощь Бизарии. Дом рядом с дворцом великой матери в столице достался сестрам Гамаисы, а она сама приехала сюда. Попросилась в клан. Айари её приняла, помня заслуги матери и бабки, но сейчас, похоже, пожалела об этом решении. Четвертая часть состояния семьи досталась моей жене, да только деньги она тратить не умеет, – Ивэлас осуждающе покачал головой. – Чуть больше года прошло, и она почти все спустила.

– А чем зарабатывала семья Гамаисы?

– У неё соглашение с кланом Урек’Дар на охрану и процент с прибыли. Урек’Дар – богатый клан. Был до недавнего времени. Они разводят рыбу и животных на еду. Когда клан расширял территории, бабка Гамаисы помогла матриарху деньгами и воинами для защиты. Был заключен магический договор, по которому семье Гамаисы доставались проценты с прибыли от продаж мяса и рыбы. И до сих пор он исправно исполняется. Однако последнее время дела клана Урек’Дар идут не очень. Еда людей стоит дешевле и на вкус разнообразней и приятней, чем то, что поставляет клан. В результате и отчисления последнее время стали небольшие.

– А Гамаиса привыкла жить на широкую ногу, – продолжила я.

– Верно. Служанкам она платила хорошо, и они терпели её выходки. Когда с деньгами стало туговато, сократила плату, и женщины уволились. После были рабы. Однако когда умер третий, ей перестали их продавать. В результате в доме осталась лишь семья дроу. Они готовят, убирают, стирают, ходят за покупками, а взамен весь нижний этаж принадлежит им. Часть комнат они сдают и с этого имеют деньги.

– А у нас, стало быть, бесплатно убираются и готовят?

– Так и есть.

Ив плел что-то у меня на голове, но я сидела не перед зеркалом, поэтом видно мне не было.

– Почему тогда Гамаиса не сдавала комнаты на втором уровне? Ну, те, которые рядом с жилищем Ниаса? – спросила я.

– Что ты! Тогда всем станет известно о том, что Гамаиса находится в бедственном положении. Это позор. Есть большая разница: или сдают слуги и всего лишь комнаты для простых дроу, или будет сдавать аристократка. Гамаиса на такое пойти не могла. 

– Понятно.

Значит, мне не показалось, ситуация с деньгами у Гамаисы оказалась непростая. Но способности и знания травника всегда со мной, так что о пропитании не стоит волноваться. Да и всяких украшений у тёмной эльфийки выше крыши. Особенно каких-то драгоценных булыжников в ожерельях. Ни изящности, ни красоты – только понты. Можно продать, если будет туго с деньгами. Ладно, с этим я справлюсь, самое главное, что меня беспокоит – разговор с Айеари.

– Ив, как ты думаешь, что именно мне надо сказать главе клана, чтобы она не догадалась о том, что произошло?

– Мне кажется, лучше всего сразу подготовить наиболее расплывчатые ответы на вопросы. Так, чтобы артефакт правды не распознал ложь в твоих словах.

– Как это можно сделать? Я не представляю. Кроме того, боюсь возможных последствий: если Айеари поверит, что Гамаиса обрела способности, убив травницу, жрицы станут вылавливать людей со светлой магией и приносить их в жертву, желая приобрести такой же дар.

Честно сказать, эта мысль не давала мне покоя с самого начала.

– Мне кажется, у тебя есть только один путь убедить главу клана и не навредить травникам на поверхности, – после недолгого молчания сказал Ив. – Постараться построить речь так, чтобы подчеркнуть, что все, что случилось, произошло не по твоей просьбе, а по велению Ллос, и является исключительным случаем. Задабривать, шантажировать и просить Великую Паучиху о таком нельзя.

– А сами жрицы могут прознать о том, что я вру?

– Наверное, нет. Я не знаю способности жриц. Не знаю, как они общаются с богиней. Но ты можешь просто сообщить это, сказав, что это твоё личное убеждение.

Слишком зыбко, но у меня нет другого плана, кроме как напирать на то, что это не я захотела принести травницу в жертву, а Великая Паучиха подсказала. Вообще, в этом есть смысл. Тот артефакт – фенопылесос – он же, вроде, проводник воли богини. Раз забрал душу Гамаисы, а не мою, значит, так и надо. Воля Великой Паучихи. Если так подумать, в этом есть смысл.

Мы еще немного поговорили с Ивом, стараясь подготовить максимально нейтральные и правдивые ответы на вопросы, которые задаст Айеари. Единственное, что мы не придумали: что делать, если глава клана решит меня наказать с помощью ментальной магии? Она ведь сразу поймет, что я не настоящая Гамаиса. Оставалось только уповать на везение.

Одеться мне тоже помог Ивэлас: он лучше знает, в чем пойти к матриарху. Так же мы вместе подобрали артефакты. Да, пока меня не вызвали во дворец, но гвардейцы или стражи правопорядка могут пожаловать в любую минуту. Маловероятно, что мне дадут время, чтобы собраться. Так что надо быть готовой.

– Ты не хочешь посмотреть, какую прическу я тебе сделал? – поинтересовался Ив.

Признаться, я даже забыла о прическе, пока обсуждались более важные вопросы. Просто чувствовала, что волосы закрывают часть ушей. Когда же я подошла к зеркалу, то губы раздвинулись в улыбке.

– Ну как?

– Отлично, капитан Соло! Берите Чубаку, парочку джедаев и выводите «Сокол тысячелетия» на орбиту! – бодро отрапортовала я.  

– Что?

– Сказка есть такая. У принцессы Леи была похожая прическа.

Нет, конечно, сходство было неполным (в моих волосах сверкали красивые заколки), однако знаменитые «бублики» вполне угадывались. Помнится, принцесса Лея была весьма боевой дамой и в самых сложных ситуациях не опускала руки.  Может быть, и у меня все получится, главное – не отчаиваться.

Мы снова обсуждали будущую встречу с Айеари, моя ложь была шита белыми нитками. Я боялась, что глава клана все равно догадается о том, что случилось, и вытянет подробности. Может быть, лучше все же рассказать Айеари правду? Клану нужна травница, и пусть ей буду я, но не на таких кабальных условиях, просто дам клятву  молчания. Однако ответ Ива показал мне то, что  порядки дроу я совершенно не понимаю.

– Да, Айеари – умная женщина. Есть такая вероятность, что она догадается о том, что произошло. Но почему ты решила, что к тебе будет какое-то особое отношение, если ты признаешься? Да, у тебя душа человечки, но тело-то тёмной эльфийки. Значит, ты обязана, – Ивэлас голосом выделил последнее слово, – выполнять законы дроу, и конкретно нашего клана. А по законам надо принести клятву подчинения главе. Почему ты решила, что раз душа у тебя человеческая, к тебе будут применяться человеческие законы? Потому что ты травница и нужна клану? Наоборот, Айеари постарается привязать тебя всеми возможными способами. Это человечку нельзя было принудить дать клятву, а тебя – тёмную эльфийку – можно. И не надо надеяться, что раз она к тебе-человечке хорошо относилась и не давила на тебя, то она станет так же относится к тебе-эльфийке. Ты – дроу, хочешь ты этого или нет, и ты будешь обязана дать клятву. Поверь, чтобы получить тебя, Айеари не остановится ни перед чем. Вдруг тебе придет в голову уйти? Вдруг ты станешь сопротивляться её политике и укладу дроу? Нет, признаваться Айеари нельзя.

Его отповедь еще больше меня напугала.  

– Просто я понимаю, что шанс обмануть матриарха призрачный. Она не удовлетворится коротким рассказом, обязательно начнет задавать вопросы. Ответить ей так, чтобы не соврать, будет очень сложно. На какой-то мелочи я обязательно проколюсь, и мне даже подумать страшно, что потом  будет.

– Многие дроу хотят выйти из-под действия клятвы. Если у тебя получилось освободиться, надо  попытаться использовать даже призрачный шанс. Мой побег тоже не гарантировал успех, но он удался. 

Я понимала, что Ив прав, надо попытаться. Даже если Айеари пойдет мне навстречу и не будет брать клятву подчинения, она меня отсюда не отпустит. Готова ли я жить под землей, выбираясь на поверхность только для сбора трав? Нет. Не хочу. Неделю-две, может месяц, но жить тут постоянно (без солнечного света) – это не моя мечта.

Надо рискнуть, но в случае, если Айеари догадается, сразу пойти на попятный. Да, я могу спрятаться от боли, покинув тело, но если она начнет пытать Ива, соглашусь на все что угодно.    /здесь смысл соглашусь на абсолютно все, поэтому зпт не ставится/

Решение я приняла, но страшно было ужасно. Чтобы меня отвлечь, Ивэлас начал рассказывать об этикете дроу. Конечно, будучи травницей, я в общих чертах знала о том, как приветствовать великую матерь и знатных эльфов, о том, кому уступать дорогу и прочее, но Гамаиса – аристократка, поэтому тут были свои нюансы.

Так же Ив настоял на том, чтобы рассказать все Эрэлю.

– Он связан с тобой брачной клятвой и клятвой молчания. Ему не выгодна твоя смерть, да и то, что ты не подчиняешься Айеари, для него тоже плюс. Он поддержит.

Рассказывать Эрэлю решили на кухне. Меня успокаивало это место. В комнате Гамаисы некомфортно.  Смотреть на цепи на стене, думать о том, что тут творила эта садистка – нет уж. А на кухне уютно, тепло, светло, пахнет едой.

Пока мы рассказывали историю моему второму «мужу», он молчал. По его лицу ничего сказать было нельзя.

– Предлагаю сделку, – заявил он, посмотрев на меня тяжелым взглядом. – Я помогу. Все сделаю для того, чтобы вы ушли на поверхность или… куда заходите. Буду защищать и помогать. Но взамен прошу свободы. Ты аннулируешь брачную клятву. Разведешься со мной. Согласна?

– Конечно!

Не знаю, чего ждал Эрэль, но я испытала облегчение от его предложения. Два мужа для меня – слишком много. Если еще с Ивом мы могли договориться и сделать наш брак настоящим, то, как вести себя с Эрэлем, я не знала. Да, понимала, что так принято у дроу: все же девочек у них рождалось значительно меньше мужчин, но представить себя на месте многомужней жены не могла. 

Стоп!

Что я сейчас подумала? Настоящий брак? С моим Наполеонушкой? Не о том я думаю, не о том!

– Ты дашь мне клятву, что отпустишь меня, как только я помогу вам, – поставил условие Эрэль.

– Да, конечно,  но ты тоже поклянешься не рассказывать о том, что со мной случилось.

– Договорились. Сейчас! Клятва.

– Нужны четкие условия, – вмешался в наш разговор Ивэлас. – Куда ты нас сопроводишь, где мы расстанемся. А для этого необходим план. Пока у нас его нет. Как только будет…

– Да, тогда я дам клятву.

А сейчас на лице у Эрэля четко обозначилась эмоция: недовольство. Но он сразу взял чувства под контроль. Недаром про дроу ходят нехорошие слухи – обходить клятвы они мастаки, хорошо, что Ив на моей стороне.

Составить план побега мы не успели: в холле что-то громко хлопнуло. Будто воздушный шарик взорвался. Я вздрогнула от неожиданности, мужья вскочили со стульев.

– Что это? – прошептала я.

– Кто-то ломает чары на двери, – нахмурившись, сказал Ивэлас.

– Я проверю, – вызвался Эрель и плавной, стелющейся походкой вышел из комнаты.

Мы прислушались. Хлопнула входная дверь, кто-то зашел в холл. Видимо, женщина, потому что я слышала стук её каблуков. Все же слух у дроу потрясающий!

– Эрэль! – неизвестная дама словно выплюнула его имя. – У меня приказ. Гамаису надо доставить к главе клана. Пусть эта убогая поторопится…

– Сириэлла, – злобно прошептал Ив.

– Что за фифа?

– Бывшая подружка Гамаисы, старшая стражница. Не знаю, из-за чего они поссорились, но сейчас Сириэлла будет делать все, чтобы тебя спровоцировать на нападение. Она тут как представитель власти, поэтому имеет право наказывать. Лучше не реагировать на её слова.

– Айеари прислала мне эту Насириэллу, чтобы она тут насириэлила?

– Не знаю. Это может быть и собственная инициатива стражницы: она, в принципе, любит насириэрить. А уж бывшей подружке не откажется нагадить.  

У меня как-то само собой получалось коверкать дроудиш и человеческий, образуя новые слова. Но обычно местные не всегда понимали, о чем речь, а Ив так легко подхватил, что это против воли вызвало улыбку.

– Надо идти, – я махнула в сторону холла, где Сириэлла продолжала распространяться о моей ничтожности.   

– Не ведись на провокации, – вслед прошептал Ив.

– … какая жена, такие и мужья, – недовольно цедила стражница, – тупоумный кретин, разве я тебе не сказала, что надо позвать свою госпожу?

Высокая, широкоплечая и немного мужиковатая дама в форме застыла посредине холла. М-да, подружка у Гамаисы подобралась такая же, как и она сама.  Унижает Эрэля, зная, что он ничего не может ей противопоставить.

– Здравствуй, Сириэлла. Ты забыла, как открывается дверь, поэтому пыталась вломиться в дом? Там звонок есть. Кстати, давно у тебя провалы в памяти? Может быть, тебе надо помочь? У меня как раз способности нужные появились, – я решила, что лучшая защита – это нападение.

Сириэлла раскрыла рот, чтобы ответить, но у меня в руке вспыхнул полупрозрачный, белый шарик. Глаза стражницы расширились, голос пропал, и она на мгновение застыла.

– Ну, что же, идем, – я довольно кивнула Эрэлю и Иву.

– У меня приказ…

– Да-да, мы поняли.

Я быстро выскользнула из дома, не дожидаясь пока Сириэлла придет в себя, за мной последовали Ив и Эрэль. Возле входа ждали охранники, царственно кивнув им, я направилась ко дворцу. Чуть позади меня вышагивали мужья, а еще дальше пристроилась охрана. Шествие создавало впечатление, что стража сопровождает меня, а не ведет на суд к Айеари.

Причем, все получилось само собой и явно не по плану бывшей подруженьки Гамаисы. Сириэлла недовольно зашипела на стражников, суетливо обогнала меня и зашагала впереди, старательно виляя худым задом.