Глава 3

- Мэтр Дорвин, - зовет врач, я скукоживаюсь еще больше, стараясь слиться с обстановкой, - идите сюда, срочно.

К раненому подходит тот самый, сероглазый.

- У пациента признаки внутреннего кровотечения, - говорит тот, кого назвали Гарон. Уж не знаю, это имя или фамилия.

- Ты уверен? – переспрашивает главный.

- Да.

- Возьми кого-то себе в помощь и несите его в операционную. Я пока посмотрю остальных.

Вокруг раненого засуетились, очень аккуратно уложили на носилки и унесли. Решив, что мне будет лучше лишний раз не попадаться на глаза и не лезть помогать, захожу в больницу. Прохожу по длинному коридору первого этажа. Натыкаюсь на молодого парня с буйными кудрями в форме больницы.

- Извините, - зову его, - подскажите, куда можно обратиться по вопросу устройства на работу?

- Это ты хочешь? – парень осматривает меня с ног до головы. – Что-то ты не производишь впечатление хорошего работника. Ела-то давно?

- Сегодня утром. И не нужно обманываться моим внешним видом, я крепче, чем кажусь.

- Ты же понимаешь, что должность выше санитарки тебе никто не предложит? А там тяжелые ведра, много грязной работы. Уверена, что осилишь? Учти, помогать тебе никто не будет.

- Я справлюсь.

Видимо, в моем тоне звучит и уверенность, и посыл незнакомца с его заботой в пешее эротическое путешествие, потому что парень внезапно улыбается и протягивает руку:

- Патрик Одли, местный медбрат, человек.

- Мари Фаро, - пожимаю руку, - человек.

- Слушай, Мари, как новой знакомой дам тебе совет: поищи что-то получше. Это реально кошмарная работа.

- Спасибо, Патрик, но я не просила совета.

- Ну как знаешь. И еще… вряд ли наш мэтр тебя примет.

- Почему это?

- У него пунктик на счет женщин в его больнице. Если хорошенько присмотришься, то заметишь, что у нас в штате нет ни одной. Ладно, я тебя предупредил. Если что, его кабинет в конце коридора. Темная дверь, не промахнешься. Увидимся… может быть.

И парень быстро топает на выход, откуда все еще слышны стоны и крики. Я же, растеряв половину своей уверенности и энтузиазма, все равно иду до конца коридора и, уперевшись в примечательную дверь, останавливаюсь. Кстати, дверь очень простая. Не то, что у директрисы приюта. Касаюсь пальцем и получаю какой-то электрический разряд. Интересно… охранная система такая?

От нечего делать, хожу вдоль стены, читаю висящие здесь в рамках разные законы, дипломы и листы благодарности. Последних, кстати, всего два. И оба от одной и той же дамы. Интересно…Чтение дается мне с трудом, но все же, благодаря печатным буквам, гораздо проще, чем договор, который мне дала на подпись директриса.

А потом я нахожу одну бумажку, прочитав которую, чувствую, как холодеет у меня внутри. Закон. «О недопуске женщин к врачеванию». Я-то думала, что тут какой-то там патриархат. Типа женщина, знай свое место. Подобное хоть и тяжело, но можно обойти, особенно, если мужчинам в таком случае удобно.

Но увы. Согласно этому закону, любую женщину, на которую поступят жалобы или кляузы, стражи обязаны арестовать и доставить на допрос в городскую тюрьму. После чего, если женщина сознается, проводится судебное заседание. Наказание – от ссылки куда-то в горный поселок «Плеевка» на всю оставшуюся жизнь, до смертной казни. В зависимости от «вины» подсудимой.

Просто отлично!

- Вы ко мне?

Внезапно раздавшийся за моей спиной голос, заставляет подпрыгнуть до потолка и резко повернутся. Сероглазый главврач смотрит на меня слишком внимательно и переспрашивает:

- Если вы ко мне, то давайте быстро. У меня еще одна операция сегодня. Если же нет – покиньте здание больницы, у нас экстренная ситуация.

- Нет. Я к вам.

- Проходите, - сероглазый открывает дверь и пропускает меня первой.

Захожу и останавливаюсь на пороге. Главврач проходит к столу, наливает себе стакан воды, одним махом его выпивает и бросает на меня еще один взгляд.

- Мы виделись с вами раньше? Мне кажется ваше лицо знакомым.

И вот что делать? Врать? Или сказать правду? А если он заодно с директрисой?