Глава 13

Майя вздрогнула, будто просыпаясь. И подняла на Томаса взгляд блестящих от слез глаз.

– Правда? – прошептала она севшим голоском, а потом сильно-сильно обняла его за шею. – Ты правда разрешишь мне остаться дома и никуда не уезжать? Ты… соскучился по мне за эти дни и больше не хочешь расставаться?

Майя спросила это просто, по-детски, даже не думая, что попадет в точку настолько, что Томас вздрогнет от этих слов. Но тут лесные создания, кружащие вокруг нас, зло зашипели.

– Она была несчастна! И плакала! Ты обманеш-шь ее! – это было сказано явно для того, чтобы посеять в Майе сомнения.

Она сжалась и медленно расцепила руки на шее Томаса. Вдруг и правда обманет? Она не хотела оказаться совсем одна в школе далеко-далеко отсюда, где будут только строгие наставники и ни одного знакомого лица!

Томас закружил дочку, светясь от радости. Где-то в голове засел страх. А вдруг все-таки проиграет? И Майя останется в лесу? И когда Хелена вернется, что Томас ей скажет? Что упустил ребенка? Да… лучше он сам останется с ней в этом лесу! Если не судьба ему спасти Майю. Но не оставит ее тут одну.

– Правда, моя девочка. Если ты не поверишь мне и останешься здесь, то придется им разрешить остаться и мне. А Джез отправится к мамочке жить. А я тебя не брошу одну здесь, среди чужих. Понятно?

Последние слова Томас произнес грозно и оглядел всех существ, которые бродили неподалеку. Пускай знают, что он так просто не сдастся. И не отдаст им дочь, магию которой им так хочется отнять!

– Я тебе верю! – радостно воскликнула Майя, обнимая Томаса. – Но я хочу домой! К тебе и маме!

Вокруг раздалось недовольное шипение, рычание, рев. Показалось, что сейчас набросятся все. Даже крохотные феечки, которые поначалу выглядели такими безобидными! Но это был обман. Сейчас и они щерились, как мелкие злые зверушки, носились вокруг разозленными осами. Майя испуганно вскрикнула и зажмурилась, прижимаясь к Томасу, как перепуганный котенок.

– Хватит! – Кайенна подошла к нам. – Он выполнил условие. Полночь еще не наступила. Они могут вернуться домой.

Существа недовольно отступили. А она со вздохом посмотрела на Томаса.

– Я провожу вас… на всякий случай. Нарушить уговор никто не может, но вот заставить побродить и заблудиться со зла – это запросто. Еще попадетесь волкам или в болота.

Томас нахмурился. Доверять лесной нечисти? Вот еще! Он и сам справлится, без помощников. Но тут Майя вцепилась в его шею и начала требовать, чтобы он разрешил Кайенне пойти с ними, иначе в лесу страшно и можно заблудиться. Томас тяжело вздохнул и кивнул.

– Хорошо, Майя. Только пообещай, Кайенна, что не обманешь нас. Откуда мне знать, может, ты и меня заколдовать хочешь, чтобы украсть Майю? – строго спросил Томас.

Кайенна рассмеялась:

– Если бы я хотела это сделать, то уже бы давно сделала. Нет, мои помыслы чисты. Ты можешь доверять мне, Томас. Просто Майя – хорошая девочка, и я желаю ей только добра. Мало кто, попав в наши руки, потом выбирается обратно на свет… из темноты. Из чащи лесной. Но и у тебя, и у ребенка все-таки чистые сердца. Раз ты смог достучаться до нее, а она смогла простить тебя за прошлые обиды и поверить тебе снова.

Так, разговаривая, они шли по лесным тропкам. Майя вечно останавливалась сорвать какой-то ночной цветок, но Томас не подгонял ее и не ругал. Пускай порадуется и отвлечется! Она многое пережила этой ночью. Но теперь все было позади.

***

Когда нанятый мной экипаж подъехал к крыльцу, Томас подбежал к нему. Как услужливый лакей, сам распахнул передо мной дверцу и протянул руку. Я сдвинула брови. Что за собачье заискивание в глазах? Я проигнорировала его помощь, сама спрыгивая на землю. Томас недовольно поджал губы. Он отдернул руку так, как будто ее испачкал.

– Вы можете ехать, – бросил Томас извозчику и кинул ему монету.

– Но я… – начала было я.

И осеклась под пристальным жестким взглядом. Томас одной этой монетой показал, кто здесь хозяин положения. И мне придется играть по этим правилам. Я посмотрела вслед уезжающему экипажу.

– У тебя такой вид, как будто ты в трауре, – фыркнул Томас. – Сделай лицо повеселее, Хелена. Ты ведь приехала домой.

– Где дети? – холодно процедила я.

– Ты вовремя приехала, сейчас как раз накроют стол. Проведем время все вместе, как в старые добрые времена.

Я повернулась к Томасу, собираясь высказать, что в старые добрые времена он не грозился отдать меня под стражу и состряпать по-быстренькому развод с женой-ведьмой. Не то вдруг я ему прищ на носу наколдую за то, что руку на меня поднимал, ой-ой, как страшно-то! Но сказать я ничего не успела. Ведь дверь распахнулась, и на улице вылетел Джез.

– Мама! Мамочка! – закричал он радостно. – Мы соскучились! Пошли скорее!

Джез обнял меня так крепко, как только мог своими детскими ручонками. Я с улыбкой погладила его по голове.

– Я так соскучилась, малыш, – прошептала я сдавленным голосом, на глаза невольно навернулись слезы.

Даже одна ночь вдали от детей оказалась для меня пыткой. Я не уснула ни на минуту. Лежала, глядя в потолок. Вспоминала о том, как обязательно на ночь читала Майе и поправляла Джезу одеяло. И буквально ломило кости, как на погоду, болью от того, что не могу этого сделать. К концу ночи я попросту разрыдалась в подушку. И поняла, что если Томас упрется, то я готова вот так, в ночной рубашке и босиком, побежать к нему, умолять не сдавать меня страже из-за магии, стерпеть от него все, только бы быть рядом с детьми. Наутро Шарлотта ничего не спросила. Хотя наверняка слышала все. Она спала в соседней комнате, а я не могла заглушить свои рыдания, даже закусывая уголок подушки. Но Шарлотта не стала лезть в душу. Лишь мягко коснулась ладонью плеча в знак поддержки и протянула пудру, которую взяла из дома. Она очень пригодилась. Ведь показываться Томасу с распухшими красными веками от слез я не хотела.

– Пойдем скорее! Майя тоже скучает! – Томас потянул меня за руку.

Я пошла за Джезом, но оглянулась. Томас почему-то замер. Застыл, глядя на меня внимательным долгим взглядом.

– В чем дело, Томас? – шепнула я ему, голос у меня был крайне неприветливый.

– Ты… какая-то особенно красивая сейчас. Когда заботишься о наших детях.

– О, комплименты пошли в ход? Приятно, – колко ответила я. – В прошлый раз ты называл меня, кажется, ведьмой, а не красавицей.

Может, и не стоило вести себя так с Томасом, злить его. Но внутри меня клокотала обида за то, как он поступил. Забрал детей, даже не поговорив со мной лично, так, отмахнувшись запиской! Нам нужно будет серьезно с ним поговорить, и я это понимала.

А пока из столовой доносился аромат свежеиспеченных блинчиков и, кажется, ягодного джема? В коридор выскочила Майя.

– Мама! – обрадовалась она. – Ты уже приехала! А я помогала на кухне.

Майя обняла меня, и я заметила пятнышко от муки на ее щеке.

– Я вижу, – улыбнулась я. – Значит, сегодня ты угощаешь нас всех блинчиками?

– Мы с кухаркой! Пошли скорее за стол! А бабушка не приехала? – погрустнела немного Майя. – Я по ней тоже соскучилась.

– У бабушки пока дела, но она передавала вам привет.

Мы сели за стол и принялись за еду.

– А где ты была, Майя? – спросил Джез, пододвигая к себе пиалку со сгущенкой для блинчиков. – Мне сегодня приснился кошмар. Про то, что я поехал в путешествие и заблудился в пустыне, а за мной гонялся большой скорпион! И я побежал к тебе, но тебя не было в комнате.

– Не знаю, но… Мне тоже снился кошмар, – Майя опустила взгляд в тарелку.

– Это был не кошмар, Майя, – вдруг сказал Томас, и мы все уставились на него, ничего не понимая. – Все было на самом деле. Майю пытались похитить магические существа из леса, лесные духи. Я зашел, а комната была уже пуста. Но я нашел Майю, и им пришлось нас отпустить!

Майя побледнела. Мне стало ее жаль, такими испуганными стали у нее глаза. Я вскочила и подбежала к ней, обнимая ее.

– Почему ты не позвала на помощь? Я тебя защитил бы! – пискнул Джез, вскакивая с места.

– Меня заколдовали, – вздохнула Майя, – и я уже не могла закричать. Это было страшно.

Я погладила ее по волосам, обнимая крепче.

– Все хорошо, Майя, все позади.

Я подняла взгляд на Томаса. Что ж, сейчас я злилась на него уже чуточку меньше. Ведь он почувствовал неладное, обнаружил пропажу и спас нашу дочь.

– Мы подружились с Кайенной, она живет в лесу, но добрая, поэтому помогла нам вернуться домой, – рассказала Майя с улыбкой, потихоньку отходя от испуга.

И мы снова принялись за еду. После Томас сказал, что ему нужно со мной поговорить, и настойчиво взял за локоть. Я со вздохом пошла вслед за ним. Что ж, разговор нам явно предстоял непростой.

Томас увел меня в библиотеку. Там, у камина, стояли два мягких кресла, но никто из нас не стал садиться. Томас плотно закрыл дверь, и мы застыли друг напротив друга, напряженные.

– Оставайся, – сказал он не то просьбой, не то приказом. – И я прощу тебе то, что ты скрывала свою опасную магию.

Я разозлилась мгновенно.

– Она не опасна! И я это говорила! – выпалила я. – И это не тебе нужно меня прощать, а мне – тебя! За то, что ты поднимал на меня руку год за годом, а потом и вовсе запер и собирался…

– Хватит! – рявкнул Томас. – Я пытаюсь наладить с тобой отношения!

Он вскинул руку, но в последнюю секунду остановил сам себя, чтобы не ударить. Я зло, презрительно сощурилась, глядя на его занесенную ладонь.

– Делая мне великое одолжение, что прощаешь? Вообще-то, примирение обычно выглядит иначе. Ну, там стихи при луне, ужин при свечах, букет красных роз на коленях… Может, на такое я еще и повелась бы.

– На красные розы? – Томас медленно, как-то заторможенно опустил руку.

– Да, на розы! – огрызнулась я, не понимая, с чего он так тупит.

Томас вдруг схватил меня за плечи до боли, толкая спиной на книжный шкаф. Я охнула, почувствовав каждую выступающую полку, о которую ударилась.

– Кто ты такая? – прошипел Томас мне в лицо.

– Что?! Пусти меня!

Я дернулась всем телом, пытаясь освободиться. От страха не в силах даже сосредоточиться, покопаться в воспоминаниях, чтобы понять, где же и в чем я допустила ошибку.

– Ты не моя жена! – выпалил Томас одновременно и зло, и испуганно. – Хелена ненавидела красные розы! После того, как в день нашей помолвки из букета выползла гусеница прямо ей на руку! Хелена тогда перепугала криком весь дом. А потом плакала, говоря, что это плохой знак.

Он сжимал пальцы на моих плечах жестко, отчаянно. Словно это могло бы удержать меня, окажись я вселенским злом. Я опешила, вспоминая то, о чем он говорил. Точно. Томас подловил меня.

– Кто ты? Говори, – напряженно понизив голос, он слегка встряхнул меня. – Иначе я не знаю, что сдела с тобой. Сегодня ночью какие-то чудища из леса пытались украсть Майю, чтобы отобрать у нее магию. А ты… выходит, такое же чудище, просто принявшее облик моей жены? И охотишься за Майей, чтобы заманить ее в ловушку и забрать ее магию? А Хелена? Где она?

Пусть Томас сейчас и нападал на меня таким обвиняющим тоном, но меня тронуло волнение, которое звучало в его голосе. Я подняла руку, накрывая его ладонь своей. И решила рассказать правду.