Глава 24

В тишине вдруг слышится шорох: медленно приоткрывается дверь и внутрь заглядывает мужчина, приветливо улыбаясь. Чиновник испуганно пялится на него.

— Уважаемый, я просто спросить.

Никогда не думала, что так обрадуюсь этой фразе, которая способна взбесить огромные толпы народа и привести к армагеддону в отдельной взятой очереди в поликлинике.

— Не работаем! — повышает голос чиновник.

— Как не работаете? Вот же — работаете. Мне бы справочку взять.

Хальсен с досадой бросает перо на стол, злобно смотрит на супругу чиновника.

— Вы что, не заперли дверь? — доносится до меня его шипение.

— Заперли. Вроде, — тихо отвечает она и пятится прочь.

— Олухи! — цедит Хальсен и махает чиновнику, мнущемуся у входа.

Чиновник растопыривает руки, пытается вытолкать мужчину вон.

— Вы нам мешаете! У нас тут бракосочетание!

Но незнакомец, напротив, протискивается внутрь и осматривается. Видит меня, и его глаза округляются.

— О, а невеста на шкафу. Вот те раз. Чудеса! От счастья, небось, вспорхнула.

— Идите, куда шли! — Чиновник багровеет.

Мужчина точно не в сговоре с ними, раз его так гонят. Это мой шанс!

— Не хочу замуж! — кричу я.

Неловко сползаю со шкафа. Страшно спускаться, но я спешу, обдирая руки, и выбираюсь в проход.

— Наталина, сюда иди! — гаркает Хальсен, и от его окрика я ещё быстрее семеню к двери. Бежать боюсь. Вдруг девица, несущаяся со всех ног, испугает мужчину, и он уйдёт.

По широкой дуге я огибаю чиновника, приходится даже по лавкам лезть, отчего незнакомец таращится на меня как на сумасшедшую.

— Они всё подстроили! Притащили сюда и не отпускают, — пытаюсь оправдаться я.

— Она врёт. Просто хочет бросить меня, вот и выдумывает. Оговаривает честных людей. — Хальсен поднимает повыше подбородок и принимает вид оскорблённой невинности.

— Какие страсти! — Незнакомец всплёскивает руками и качает головой. — Экая жалость, что я не поэт и не могу запечатлеть в хлёстких рифмах эти огненные порывы, эти пылкие глаза, эти темпераментные нравы!

Мужчина декламирует, будто на сцене. Смотрю на Хальсена: он вне себя от злости. Клянусь, я даже отсюда слышу, как скрипят его зубы. Хальсен делает шаг вперёд, и я быстро кричу мужчине «Вы свидетель, я сегодня замуж не выходила!», юркаю за его спину и выбираюсь на улицу. Растерянно оглядываюсь, не понимая, куда бежать. Уже темно, город незнакомый, ни денег, ни документов с собой нет. Бросаюсь налево, кажется, мы оттуда приехали.

— Ну что ж, раз не работаете, я завтра зайду. До свидания! — слышу за спиной голос незнакомца и его быстрые шаги.

Я несусь вниз по улице вдоль жилых домов и закрытых учреждений, почти не разбирая дороги. Сейчас главное — быть подальше от Хальсена и его приспешников. Ну и в новые неприятности не влипнуть. Этот день вышел за все разумные пределы, испытывая меня на прочность: сначала пришлось распрощаться с Аска-Зарго, единственным знакомым уголком в этом мире, потом утомительное путешествие в телеге, затем разбойники, а теперь ещё и свадьба!

— Дражайшая бывшая невеста, подождите!

Незнакомец догоняет меня и шумно, даже демонстративно, пытается отдышаться. Но я не останавливаюсь, только оглядываюсь, не бежит ли за мной Хальсен. Однако его, как и тех чинуш, к счастью, не видно.

— Где тут ближайшая полицейская контора?

Незнакомец идёт рядом и посматривает на меня с подозрением. И я только теперь понимаю, как это выглядит для него: недавно слезшая со шкафа, сбежавшая от жениха невеста-растрёпа с безумным видом несётся по улице.

— Простите, — тушуюсь я и замедляю шаг, — сейчас всё объясню. Дело в том, что тот молодой человек, он похитил меня, чтобы заставить выйти за него замуж. Даже государственного чиновника подкупил! Я пыталась спастись, так и оказалась на шкафу. А потом вы пришли… — Я искренне улыбаюсь. — Спасибо, вы мой спаситель.

— Лейр Лаодориус Холторда, к вашим услугам. Можно просто Лао.

Он прижимает ладонь груди и смотрит выжидательно, даже чуть наклоняется вперёд. Я не понимаю, Лаодориус больше напоминает название ядовитого цветка, чем имя. Но на всякий случай киваю, и мужчина расплывается в улыбке.

— Вы читали мои заметки, признайтесь.

— Заметки?

— Да. Я путешественник, катаюсь по стране, пишу заметки и очерки для газет, живу то там, то тут. — Лаодориус машет рукой в разные стороны. — Открываю красоту наших земель рядовым обитателям. А вы?

— Лейрима Наталина Ардилиан, — спохватываюсь я, — рядовой обитатель.

Новый знакомый проводит рукой по тёмным волосам и бормочет:

— Где-то шляпу обронил. Со мной случается. Я рассеян от природы. У меня даже отдельная графа расходов есть — на потерянные в дороге вещи.

— Простите, мне очень жаль вашу шляпу, но где же полицейская контора, вы не знаете?

— О! Кажется, вам нужна помощь. Такая ситуация! Одинокой девушке определённо не справится самой.

Лейр Лаодориус показывает в сторону на широкий переулок. Его освещает множество фонарей, и даже виднеются прогуливающиеся парочки. Кажется, там безопасно, и я соглашаюсь пойти туда.

— Вы так добры ко мне.

— А почему же тот недостойный молодой человек так сделал? — Лейр смотрит на меня с любопытством. — Наверняка любовь толкнула его на столь безрассудный поступок.

— Нет. Если только любовь к деньгам. Всё из-за наследства.

— Дайте угадаю: богатый бездетный дядюшка умер и всё завещал вам.

— Не угадали. Мне досталась одна усадьба, и та, если верить разговорам, в плохом состоянии.

— Так отчего же молодой человек так упрям?

— Он не очень умный и жадный. И раньше усадьба принадлежала его отцу.

— Вот как. И это всё?

Лейр поворачивает ко мне голову, и его карие глаза загораются опасным огоньком.

Я настораживаюсь. Неужели он тоже с ними?

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀