Глава 69

Шес Берениз мерит шагами гостиную, то замирает у окна, наблюдая за птицами в небе, то снова принимается ходить. Кажется, он слишком увлекается расследованиями, которые ему поручают, и они превращаются для шеса в наваждение. Наверное, это имел в виду Вельен, когда говорил «от тебя он тоже не отстанет». И ведь правда: Берениз снова копался в моём прошлом. Будто невзначай, между делом, задавал вопросы об отце и любил ли он охоту, учила ли меня мать печь хлеб, сколько этажей в доме, в котором я выросла, была ли у меня гувернантка или я ходила в школу. Я отшучивалась, улыбалась, отвечала общими фразами, но чаще Вельен отвлекал Берениза разговорами о сокровищах.

— И всё же не сходится. — Берениз снова оказывается у окна, и вечернее солнце золотит его седые волосы. — Письмо Эстро. В нём явный намёк, что сокровища у него и он готов их отдать. Ближе всего к Эстро в последние годы были вы, Наталина. — Берениз указывает на меня сложенными вместе ладонями. — Однако из всего наследства он оставил вам только старую усадьбу, а дом в Аска-Зарго нет. Почему? Наверняка это сделано для того, чтоб в случае его смерти вы оказались именно здесь. И денег не так уж много Эстро вам завещал, возможно, чтобы вы не отправились в путешествие или жить куда-нибудь ещё.

— А Холторда примерно то же самое сказал, — бормочу я, сжимая в руках декоративную подушку и поигрывая бордовыми кисточками, пришитыми по углам.

Берениз возобновляет кружение по комнате. На диване между мной и Вельеном Киви сонно тянет лапы, Вельен почёсывает его за ухом, но не отрывает взгляд от шеса.

Надо обязательно рассказать Вельену, что Берениз вылитый детектив из фильмов. Это его позабавит. Беренизу бы ещё трубку в зубы, трость в руки. А потом он должен выпустить колечко дыма, улыбнуться в усы, сказать что-нибудь вроде «Я знаю где искать. Это же очевидно!» и броситься бежать, а мы за ним. Но настоящий шес Берениз молчит и никуда не бежит, лишь складывает руки за спиной.

— По всей видимости, Эстро рассчитывал, что ты непременно здесь появишься, — говорит Вельен. — Конечно, Эстро не мог знать о скорой смерти, но он был благоразумным и осмотрительным человеком. Подумай, Наталина. Тут возможно есть нечто, что должно дать тебе знак, где искать. Расскажи, как вы проводили дни в Аска-Зарго?

— Я в основном за учёбой в библиотеке. Эстро в это время был рядом или в мастерской. Потом прогулки по городу или к озеру. Магазины в середине недели. Завтраки, обеды и ужины всегда вместе.

Голос срывается. Наверное, когда-нибудь я научусь вспоминать то счастливое время без слёз, только с тихой грустью.

— Показывал ли какие-нибудь книги? Карты? — Берениз не даёт мне перевести дух. В последнее время тактичностью он не отличается.

— Карты? Только в географических атласах. А книги… — Мысленно снова оказываются в доме в Аска-Зарго. «Структура механизмов», «Подвижные соединения», «Теория исчислений». — Книг в Аска-Зарго много, целые шкафы. Но Эстро любил расчёты и механизмы, а не карты и путешествия.

Вельен хмурится, рассеянно поправляет прядь тёмных волос.

— Расчёты… А у нас буквы. Эстро — часовых дел мастер. Числа ему должны быть милее. — Вельен придвигает лист с переписанными буквами к себе. — Если присвоить каждой букве число, согласно её положению в алфавите, мы как раз получим ряд чисел.

Бумага шуршит в руках Вельена. В, Е, У, Ё, Д, М, Б быстро превращается в 3, 6, 21, 7, 5, 14, 2.

— Это всё равно ничего не даёт. Не похоже ни на адрес, ни на координаты, — фыркает Берениз и, не скрывая скепсиса, рассматривает новую запись.

Хочется огреть шеса подушкой. Мог бы и похвалить Вельена. Разве не видит, что он старается!

— Вельен прав, — заявляю я, чтобы его поддержать. — Эстро любил математику, хорошо и быстро считал. А часы так просто обожал! Чинить, собирать, перебирать. Настолько он их любил, что просил меня каждое утро протирать все-все часы в доме. Каждое утро! А их там сто пятьдесят четыре. Если Эстро и спрятал что, так в часах. Может, эти семь чисел — отметки на циферблате?

Я снимаю часы с шеи, кладу на стол, и мы с шесом Беренизом уставляемся на них, будто первый раз видим.

А если цифры соединить линиями, то получится… получится… Ерунда получится!

— Зачем так часто протирать часы? — тихо спрашивает Вельен. — Что именно ты делала, Наталина?

— Ну как что? Брала тряпку, стряхивала пыль, тщательно протирала стёкла. Эстро настаивал, говорил, что для него это важно. Я и не возражала, с удовольствием помогала ему, хоть такая уборка отнимала немало времени. И тут за часами ухаживаю, только сегодня впервые пропустила — всё из-за Лао! Но завтра обязательно. Здесь и часов поменьше — сто две штуки всего. Ещё Эстро доверял мне следить за точностью, заводить остановившиеся, сообщать, если какие-нибудь ломались. Кстати, Вельен, ты сможешь починить часы? Пожалуйста, прошу тебя. Некоторые отстают. Я их завожу, а они опять!

Вельен молчит, уставившись в листок, исчёрканный буквами и числами. Я даже не уверена, что он меня слушает.

— Вельен?

Он вдруг начинает улыбаться.

— Три сотни лет назад жил часовых дел мастер, прославившийся своими изобретениями. Это его руками сделаны знаменитые ходячие часы-павлины в Совете.

— И? — Берениз переводит взгляд на Вельена.

— И каждому интересующемуся точной механикой прекрасно известны его книги. Готов спорить, что и в Аска-Зарго есть его труды. Но кроме механизмов, он был известен тем, что создавал шифры на основе… — Вельен поднимается, вплотную подходит к Беренизу. — Шес, я догадываюсь, что означают эти буквы на гравировке. Только я вам этого не скажу!

В гостиной повисает тишина, лишь Киви жалобно мяукает, оставшись без поглаживания и тёплого бока Вельена.

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀