Глава 27

— Эй, — окликнула я мальца, пробегавшего мимо, и узнала в нем того самого мальчишку, которого встретила в свой первый день в цитадели. — Привет, Дарал.

— И вам не хворать, — хмыкнул мальчик, сложив руки на груди. — А вы та самая, что спас Великий в пустыне?

Опустим факт того, что я тоже его спасла. Важно кивнула.

— Да, и теперь мне просто необходима помощь.

— И какая?

— Не подскажешь, где тут винные запасы? Очень надо!

Дарал хмыкнул.

— Видишь, куда идут во-о-он те мужчины? — спросил он, указав в сторону, и я проследила за его рукой. Действительно, вниз спускались мужчины, выходящие с амфитеатра. Они бурно обсуждали прошедшие бои и спорили. — Ну так вон там и есть кладовая. Бывай.

Кивнув мальчишке, я уверенно направилась за мужчинами. Выпить хотелось жутко. Напиться и больше ни о чем не вспоминать! Да пусть женится на ком угодно! Подумаешь. Кольцо богине-то еще при мне. Вот напьюсь местного винишка, а потом отправлюсь в свой мир. Надеюсь, она все-таки сдержит обещание.

Хоть какое-нибудь, раз Рейтану помогать отказалась. Даже боги здесь двуличные натуры! Не говоря уже об одним хитрющих посланниках, которые куда-то запропастились.

Вино действительно оказалось внизу. В погребах его брали без счета — удивляюсь самосознательности людей в цитадели, никого не ограничивали, люди выставляли ограничения сами. Любая система коллективизма на Земле бы позавидовала!

Взяв увесистую бутыль, я потащила её наверх — под открытую крышу, где можно почувствовать свет солнца. Не я одна выбрала это место в качестве времяпровождения, здесь уже собирались шумные компании. Я выбрала самый дальний угол и, закрывшись за деревом, открыла бутыль, посмотрела на солнце и сделала первый глоток.

Как же бесит, в самом деле! Я ему всё: душу, сердце, тело! Ладно-ладно, до тела мы еще не дошли, но все равно обидно! А он… на другой женится, потому что, видите ли, на фасхаати жениться нельзя! Предрассудки!

Кругом заговоры богов, смерти и жестокость, а я пью из-за неразделенной любви. Ну нормальная вообще? Решено! Сейчас напьюсь, отведу душу и забуду Рейтана как вчерашний сон! Будто он единственный мужчина, в самом деле. И не такой уж он совершенный: в нем достаточно недостатков. Да и вообще любви не существует. Не встречала же я её до своих девятнадцати лет? Не встречала. А это просто помутнение рассудка. Определенно!

— Привет, — тихо проговорила Элея и присела рядом. Я скосила взгляд на подругу по несчастью.

— К Илантри тоже заявилась невеста?

— Да, — глухо ответила девушка и забрала у меня протянутую ей бутыль. Пить из такой огромной тары, да еще из горла — то еще удовольствие. Я бы сказала, изощренное. Но мы были в таком отвратительном душевном состоянии, что неудобства даже казались определенной формой мазохизма. — Женится… Сегодня вечером состоятся сразу три бракосочетания. Илантри, Рейтан и Марко. Эоланд уже давно и крепко женат, поэтому он сразу проходит в последний этап.

— Значит, четыре победителя. Марко занял место Халифа, — прокомментировала я и сделала еще глоток. Вино уже стало горьким и невкусным, мне явно было достаточно, но я с упрямством продолжала его пить.

— От очередности победителей на завтрашнем испытании зависит время, которые им отведено для испытания. У Рейтана будет сильный отрыв от соперников, он начнет первым. Остальные постепенно будут присоединяться к нему по указанию хранителей.

— Поня-я-ятно, — протянула я и сделала еще один глоток.

Горько, как же горько!

И я вовсе не о вине. Хотя и о нем тоже.

Люди вокруг горланили песни, играли на музыкальных инструментах, развлекались и веселились. И лишь мы со Элеей чувствовали себя скверно, топя свою грусть в вине. Но и оно закончилось. К тому моменту мы были настолько захмелевшие, что уже с трудом соображали. На небосвод уже взошла луна и загорелись звезды, люди с крыши начали уходить вниз — туда, где должно было состояться венчание сразу трех Великих.

— Ты не собираешься идти на брачо… брасочо… бракосоче… тание? — выговорила Элея и попробовала подняться на ноги, но тут же схватилась за ствол дерева, припав к нему. — Хотя нет… лучше здесь посидим.

— А ведь я спасла его, — со злостью выплюнула я и провела ладонью по своим волосам. — Я ведь могла его бросить… но никогда бы себе этого не простила! А ведь никто бы меня не осудил, не стал бы повторно приговаривать к смерти, ведь он оправдал меня перед этими варварскими законами тем, что рисковал своей жизнью. Но у меня даже на мгновение не возникло мысли, чтобы оставить его. Потому что… Потому что он тоже украл мое сердце, — проговорила я. — Фасхаати… это он мое сердце. И мысль о том, что он мог подумать, будто я объединюсь с Халифом, чтобы избавиться от него, причиняет мне практически физическую боль.

— Я знаю, — тихо ответила Элея, прислонившись лбом к шершавому стволу дерева. — Знаю…

Я сжала кулаки и подскочила на ноги. Бутыль отлетел в сторону, а я пошатнулась, но устояла на ногах. Нет, так просто я это не оставлю! Я поговорю с Падмой. Любит ли она его так же сильно, как и я? Ценит ли она его, как я? Может ли представить жизнь без него?

Я прикрыла глаза и бросилась к выходу. Элея пыталась меня окликнуть, но я все пробиралась сквозь толпу, бежала по лестницам цитадели, желая успеть. Когда оказалась внизу, то увидела сразу троих Великих, к которым вели их невест.

Опоздала, я опоздала. Не бежать же вперед сквозь толпу, крича, что я против? Нет, настолько унизить себя я не могу. Или могу? Что значит любовь? И настолько ли это унижение? Бороться за возлюбленного, который в ответ любит тебя? Любит, я точно знаю. Но что если он настолько упрямый?

Я уже было дернулась вперед, как краем глаза увидела странное движение справа. Незнакомец в балахоне закрыл рот девушке, пытающейся вырваться. Никто, казалось бы, не замечает этого, взгляды всех жителей цитадели направлена вниз, где венчают молодых.

Похититель открыл одну из дверей и затащил туда девушку, вот только перед этим с неё спал капюшон. Я ахнула. Это же Падма! Но тогда…

Кто идет к алтарю, у которого стоит Рейтан?..

Я разрывалась между желанием броситься к Великому, рассказать о подлоге, и тем, чтобы открыть дверь и спасти Падму. Что если её пытаются отравить? Алкоголь бурлили в крови, мешая соображать, но геройствовать хотелось знатно. Свернув налево, я кинулась к двери — та оказалась заперта и вела в коридор с множеством комнат.

И в которой из них Падма? Открывать каждую?

Так и поступила, вот только за первой дверью оказались двое возлюбленных на кровати. Девушка закричала, прикрываясь простыней.

— Подлец! — воскликнула она, поднявшись, и при этом поглядывала на меня, явно картинно заламывая руки. — Да как ты посмел обесчести…

Дальнейшее не дослушала — захлопнула дверь и побежала дальше. Больше не желая становиться причиной ссор возлюбленных, я стала прислушиваться к звукам. Магия играла между пальцев, я чувствовала её каждой клеточкой тела, потому что плохо контролировала из-за бурлящего в крови алкоголя.

— …и больше без неожиданностей! — услышала приглушенный мужской голос, полный угрозы, когда дошла к пятой двери. — Еще раз сбежишь — и больше никогда не увидишь солнце.

— Вы не представляете, что с вами сделает мой отец… — проговорила Падма, захлебываясь слезами. — Он это так просто не оставит!

— И что же он скажет жене амита? Я не сомневаюсь в том, что Рейтан им станет, а значит и моя сестра. Осталось подождать каких-то пару минут, — хмыкнул незнакомец и бросил куда-то в сторону: — А ты будь внимательнее, если хочешь вернуть свою должность при дворе.

— О, разумеется, господин, разумеется. Спасибо вам, господин, спасибо…

А этот голос был мне слишком знаком! Слишком! Так вот где ты, звездочет! А тот незнакомец и есть заказчик отравления Падмы? Только почему они её сейчас не убили, а решили просто запереть? Грязно действуют господа, грязно.

Я приникла к стене, надеясь, что незнакомец выйдет, но, кажется, наблюдать за счастьем сестры, как я поняла из их диалога, он не собирался. Магия продолжала плясать между пальцев, кровь бурлила во мне, и я на полнейшем адреналине открыла дверь с пинка.

Попробовала открыть. Ладно-ладно, я не ожидала, что она окажется заперта. Отлетела в сторону, плюхнувшись на пятую точку, и схватилась за голову. Че-е-ерт, вот и кто заставлял меня столько пить?

Дверь открылась, и передо мной предстал широкоплечий мужчина весь в черном. Увидев меня, он хмыкнул, схватил за шкирку и поволок в комнату. Я пыталась отбиваться, но куда там — амбал был не из маленьких. А еще я действительно заметила сходство брата с сестрой — едва уловимые черты Аравати.

Вот, значит, кто у нас идет под венец и собирается стать повелительницей всего Амитана!

— Отпусти! — рыкнула я, когда меня затащили в другую комнату — напротив той, где была Падма.

Меня бросили на кровать, но я тут же вскочила на ноги. Незнакомец не стал удерживать, смотря на меня с насмешкой.

— А вот и маленькая мерзавка, кто разрушил наши планы. Теперь-то мы с тобой поквитаемся.

— Зря надеетесь, — поморщилась я. — Отпустите меня и Падму немедленно!

Магия, как назло, отказывалась слушаться. Мужчина искренне рассмеялся.

— Какая наивная простота… Что в тебе Рейтан нашел? Хотя, пожалуй, на мордашку симпатичная. Необычная. Экзотичная. М? — Брат Аравати приблизился ко мне и схватил меня за лицо, заставляя смотреть ему в глаза. — Да и этот вызов… кто-нибудь говорил, как это распаляет страсть?

— Говорили, — выплюнула я, — но все они вскоре получили по заслугам.

Включая одного заносчивого правителя первого хааспата.

— Неужели? Я уже хочу испытать судьбу, — хмыкнул он и толкнул меня на кровать, тут же раздвинув коленом мои ноги.

Не дождешься. Зашипев, я вцепилась ему пальцами в лицо: с них побежали частички магии, обжигая кожу. Мужчина взревел, отскочил и схватился за лицо: теперь на коже остались красные волдыри.

— Ты кто такая, эйфины тебя сожри?! — вскричал мужчина.

— Воплощение богини Яраати, — приврала я и выставила руку вперед. На пальцах продолжала переливаться магия. — А ты, смертный, поплатишься за свои грехи.

— Воплощение богини? — побледнев (частично, а частично он был красный от ожогов), повторил брат Аравати. — Ты лжешь…

Лгу, но кто ж в этом признается?

— Отойди, — произнесла я, и мужчина послушно отошел в сторону… чтобы в следующий момент напасть на меня, пытаясь оглушить магией.

Вот ничего смертных не учит! Тьфу ты!

Вокруг меня образовалась защита — действовала инстинктивно, ничего не пытаясь сделать. Удивительная у меня магия, даже учиться ею пользоваться не надо! Сама все делает. За что мне преподнесла такой дар Яраати?

Магия неудавшегося насильника отлетела от моего щита и рикошетом ударила по нему — он упал, как подкошенный, а я бросилась к выходу и влетела в соседнюю комнату — теперь мне удалось вышибить дверь той самой магией. Звездочет испуганно вздрогнул, держа руки с заклинаниями наготове. Каждое из них полетело в меня, но щит вновь сделал свое дело. Звездочет взревел — видимо, заклинания были не оглушающими, а причиняющими боль.

— Сюда, скорее! — крикнула я зареванной Падме и, схватив её за руку, потащила к выходу. — Скорее! Надо не дать Рейтану жениться на Аравати!

Мы выскочили в коридор и бросились в сторону холла. Из соседней комнаты вылетел недонасильник с красными отпечатками на лице и злющим выражением.

— Стой! — закричал и кинулся за нами.

— Беги, — шепнула Падме. — Беги и останови церемонию. Скорее.

— А как же ты?..

— Беги!

Молясь всем известным богам, а именно пяти известным мне в этом мире, я развернулась к брату Аравати. Мужчина хмыкнул. Но сделать я ничего не успела — мне на лицо легла тряпка с чем-то дурно пахнущим, а я потеряла сознание.

Вот и помогла…