Глава 29

Стоило переступить порог, собравшиеся уставились на меня как группа селян – на фокусника, обещавшего за умеренное вознаграждение явить из волшебной шляпы целую звероферму. Я же магии или фокусам не обучена, а чтобы чудить необходимо вдохновение, но его, как назло, не было. Поэтому взяла самоотвод. Чего бы от меня не ждали, не буду развлекать присутствующих. Пусть ищут себе шута в другом месте.

Третий как-то упомянул, что во мне осталось кое-что от прежней хозяйки эльфийского тела. Самое время воспользоваться бонусом. Стыдливо потупилась, а сама тем временем попыталась изгнать все мысли из головы – так ведь, кажется, медитируют? – и дотянуться до той части, которая когда-то была Эймэлью. Тут главное – не переборщить. А то еще засну стоя, вот будет номер. Получилось, кажется. Не в смысле уснуть. На меня накатило умиротворенное спокойствие, губы сами собой раздвинулись в улыбку, и я выдала невероятно изящный реверанс, на который раньше точно не была способна.

Молчаливый Арденэль снисходительно кивнул. Айнэль же одарила благосклонной улыбкой: сияющей и совершенно неискренней. Остальные участники опознания моего трупа, в смысле тела или, скорее, человеческой сути подошли поближе. Интересно, что они рассчитывают разглядеть? Проблеск маниакального безумия в глазах? Фигурку человеческой женщины, заламывающей руки и кричащей «помогите!», в глубине зрачка? Ответила невинным взглядом сиреневых глаз. Смотрите, какая я нежная, беззащитная эльфийка, не имеющая никакого понятия, что происходит и кто все эти люди и нелюди.

Королева толкнула длинную, пространную речь о том, какие мы с Третьим молодцы, что поженились, и насколько большое свинство с нашей стороны нагло зажать непосредственно сам праздник.

– Свадьба – прекрасное торжество, символизирующее начало новой жизни. Не так ли, леди Вероника?

Я не сказала ни «да» ни «нет». Сознаваться в своей сути вовсе не входило в мои планы. Покосилась на Виллэля, прекрасно сознавая, что со стороны это выглядит, будто ищу у мужа поддержки или жду подсказку.

– Скажи что-нибудь, – спокойно посоветовал он.

– Что-нибудь, – послушно откликнулась я.

Тень недоуменно приподнял бровь:

– Почему ты это сказала?

– Но ты сам попросил, – «растерянно» захлопала глазами я. – А жена должна слушаться мужа.

– Правда? – искренне изумился тот неожиданному заявлению. Ну да. Послушание никогда не входило в число моих достоинств. Даже если я стараюсь, долго не выдерживаю. – И кто тебе это сказал?

– Мама и папа, – с видом прилежной ученицы, зазубрившей свой урок на «отлично», перечислила я. – А еще жрец вчера. – В своей проповеди он действительно упоминал нечто подобное или мне показалось? Точно не помню. – Он солгал? Но как он мог? Он же жрец.

При этих словах в моих глазах появились слезы. Все. «Оскара» в студию за лучшую драматическую роль. Эх! Жаль благодарственную роль не приготовила на такой случай.

– Милая, просто скажи, что ты леди Вероника, и все. Нам еще к твоему брату собираться надо, – тоном «дитятко, только не надо устраивать истерик» предложил Виллэль.

К Еринэлю поедем? Это хорошо. Значит, обещания собирается сдерживать. По крайней мере, одно. А это уже неплохое начало.

– Я – леди Вероника, – гордо сообщила собранию и взгляд в сторону супруга не забыла кинуть.

Мол, гляди, какая у тебя послушная жена: все что надо скажет, во всем родному мужу поддержка. Третий пристально, словно подозревал, что мое тело захватила некая невиданная сущность и без опытного экзорциста ее не изгнать, вгляделся в мое лицо, не обнаружив ничего подозрительного, терпеливо вздохнул:

– Радость моя, если ты сейчас отыгрываешься за что-то, то сейчас не время и не место.

Интересно, как он себе представляет эти самые время и место. Однажды он придет домой и заявит с порога: «Дорогая, время пришло. Жги». И понеслась? Да. Отыгрываюсь. А как он думал? В сказку попал?

– Я же говорила, Вероника не могла стать высокорожденной, – злорадно резюмировала Норандириэль. – Она на это просто не способна. Человеческую природу нельзя скрыть. Слишком уж грубая суть для утонченного эльфийского тела.

Я хотела было наплевать на этикет, сообщив принцессе, что она неблагодарная идиотка. Кто-то же должен просветить ее на этот счет. Это ведь из-за ее любви к прогулкам с незнакомцами на индивидуальную демонстрацию дракона все здесь застряли. Кроме разве что Арагорна со Скворчащим животиком. Их просто не пригласили или они умудрились найти лазейку из города? Неизвестно. Поинтересуюсь при случае. Впрочем, возможно, никто и не собирался покидать город: прижились, нашли свое место в клане, им хорошо, сытно, не надо таскаться по горам и долам в поисках разбежавшихся в разные стороны принцев клана Вечного рассвета.

– У леди Вероники всегда было своеобразное чувство юмора. – Внезапное появление откуда-то из-за белых драпировок из летящей газовой ткани заставило вздрогнуть не только меня.

И почему, черт побери, было?! У меня до сих пор чувство юмора о-го-го!

– Вы так уверены, что перед нами она? – вопросил Арденэль.

– Сама она все отрицает, – выразила свою солидарность с супругом королева.

Какая наглость – обсуждать меня в моем присутствии! Теперь принципиально не признаюсь. Эльфийке все равно ничего не сделают. Нас хранят, лелеют и берегут, а не по тюрьмам рассаживают. Приятное разнообразие. Не скрою.

– И вы поверите ей на слово, скажи она «да»? – развеселился дракон.

Действительно. Доказать, кто я, на самом деле нереально. С этим не поспоришь.

– И что вы предлагаете? – холодно поинтересовалась Ардинэль. – Довериться Третьему и лорду Кайдэлю, в один голос утверждающим, что данная леди является воплощенной леди Вероникой? Или же исходить из утверждения, что, если леди выглядит как эльфийка, движется как эльфийка – эльфийкой и является?

– Ни то, ни другое, – заинтриговал присутствующих его Светозарность. – Предлагаю поверить нам с лордом Лиэлем.

Все с удивлением уставились на довольного своим заявлением дракона. Начнем с того, что верховный маг не почтил собрание своим присутствием. Если, конечно, он не притаился где-то за драпировками. Все может быть. Столько ткани на стенах может спрятать не одну потайную дверь.

– Как известно, леди Вероника, при моем непосредственном участии, убила черного дракона. – Факт не был новостью, и его оспаривать никто не стал. – Почивший оставил в наследство замечательную пещеру. К сожалению, черный собрат оказался скорее барахольщиком, чем собирателем сокровищ. Но кое-что ценное там все-таки обнаружилось. Это пара дивных клинков и довольно редкие брачные браслеты драконьей работы. Как вы можете убедиться, браслеты прекрасно подошли нашим новобрачным. А как известно, подобные артефакты признают лишь истинного владельца и его пару. Более того, брак был консумирован.

– Что?! – возмущенно выдохнула я, не в силах дальше разыгрывать из себя послушную тень собственного мужа. Будь он хоть трижды тысячелетний воин. – А это-то откуда известно? У нас что, на лбу это написано? Я, конечно, не знаток эльфийской физиологии, но думаю, у вас вряд ли где-то высвечивается список входящих.

Виллэль насмешливо фыркнул. Лисса и Янорэль дружно покраснели.

– Ваша супруга не имеет ни малейшего понятия о поведении в обществе, – с презрением отметил лорд Риффиэль.

– Конечно, имею, – настала моя очередь фыркать. Какой смысл притворяться, если уже спалилась? – Вилкой в зубах не ковырять. Вместо «идите на хрен», говорить «вижу, вы далеко пойдете». Что тут сложного?

Судя по выражению лица вероятного свекра, он считал иначе, но не успел поведать весь список претензий. Третий вспомнил о своих обязанностях защитника слабой и беззащитной эльфийки. То есть меня.

– Лорд Риффиэль, – начал он настолько вкрадчивым голосом, что прям пупырчатые мурашки толпой побежали вниз по позвоночнику. – Мне все равно, считаете вы себя моим родственником или нет, но, если вам дорога собственная жизнь, воздержитесь от грубых высказываний в адрес моей супруги. Иначе я буду вынужден вызвать вас на поединок и убить.

– Я вполне могу постоять за себя сама, – раздраженно отметила я.

– Разумеется, радость моя, – не стал отрицать очевидное муж. – Но мы оба знаем, что убивать ты не станешь. В отличие от меня.

– Не знала, что гуманное отношение к чужой жизни – плохо, – парировала я.

– Вовсе нет. Беда в том, что ты обладательница боевого транса. Сразиться с тобой в поединке – честь. И желающих останавливает только полная невозможность пережить подобный опыт. Как только воины убедятся в твоем «гуманизме», у тебя будет пять-шесть поединков в день. А то и больше. Если тебе настолько не хватает физических нагрузок, просто дождись лорда Нейлэля, он тебе их обеспечит с лихвой, – с улыбкой предложил Виллэль. – И насчет подтверждения нашего брака – все просто. Наши браслеты изменились.

– Не может быть. Я бы заметила, – тут же встала в позу я.

– Сама посмотри.

И я посмотрела. Ну надо же! Действительно изменились. Раньше это были просто полоски металла. У Тени – золотая. У меня – серебряная. Теперь мое запястье плотно обвивал изящный серебряный дракон с сиреневыми глазками. В зубах он держал собственный хвост. Стоило только обратить на него свое внимание, как он подмигнул, расправил крылья и легко взлетел в воздух.

– Линк, посмотри, – толкнула колдунья парня в бок локтем. – У них дракончики! Я тоже таких хочу.

Вслед за моим с руки Виллэля взвился золотой с сапфировыми глазами, он нагнал серебряного, нагло попытался сгрести того лапами, в ответ получил хлесткую пощечину по наглой морде и укусил. Серебряный обиделся, хлестнул обидчика хвостом, спикировал вниз и уютно устроился, обвив мое запястье, оставив золотого в гордом одиночестве.

– Твоя зверюга укусила моего дракошу! – тут же возмутилась я. – Это просто невероятное хамство.

– Хорошо, радость моя. Я сделаю ему внушение, – тихо рассмеялся Третий, наблюдая как золотой обвивает его руку.

В оставшееся время аудиенции Третий сначала огорошил членов клана Вечного рассвета внезапным известием о местонахождении младшего принца клана, которого все искали (теперь, возможно, никто и не ищет, просто не признаются себе в этом), затем умудрился произвести неизгладимое впечатление на лорда Тиррэля, уломав короля с королевой отпустить нас, дабы лично передать приглашение на нашу официальную свадьбу Еринэлю. Да-да. Официальное торжество состоится, но только при условии, что брата мы все-таки позовем. Возможно, пригласим еще кого-нибудь. Моих «родителей» тоже стоит позвать, а то они расстроятся. Собственно, Виллэль предложил их величествам обмен: они получат то, что хотят, взамен того, что хотим мы. При этом Тень еще и уболтал отпустить с нами Линка, Лиссу и принца Астураэля. Ему это удалось легко и непринужденно, но, судя по тому, как восхищенно округлялись глаза официального шпиона темного двора, легко это было лишь на первый взгляд. К моему злорадному удовлетворению, принцессу не брали. Она сильно расстроилась, даже попыталась высказать претензии (почему-то опять мне, хотя в переговорах участия я не принимала), но ее строго одернул собственный брат. Норандириэль замолчала и все оставшееся время гневно сверкала в мою сторону васильковыми глазами.

Завтракать решили почти полным составом у меня (или у нас?) в комнате, так как это единственное место, где еда подавалась, когда хотелось есть, а не по какому-то внутреннему распорядку дворца (которого я, к слову, так и не узнала). Его Светозарность предпочел откланяться, сославшись на дела. Их величеств никто и не приглашал, да и они вряд ли на это рассчитывали. Мы с мужем возглавили шествие. Следом рука об руку шли принц с принцессой, затем темный и светлый эльфы и наконец, Лисса с Линком. Как выяснилось, колдунья с будущим наемником тоже поженились. Это, наверное, город всех действует как Ноев Ковчег – всем по паре. При виде нас встречные эльфы слегка округляли глаза, но пальцами не тыкали. Вот что значит хорошее воспитание.

– Зачем ты это сделал? – тихо интересуюсь у ведущего меня под руку супруга.

– Что именно, радость моя? – так же тихо уточняет он, и я вижу в факельном полумраке коридора его полуулыбку.

Он доволен как кот, точно знающий, как достать спрятанную в погребе сметану, но я никак не могу понять причины обуявшего эльфа самодовольства.

– Позвал моих друзей с собой, – осторожно уточняю я.

– По той же причине, по какой Айнэль с Арденэлем не позволили принцессе Норандириэль отправиться с нами в клан Тигриных всадников, – сообщает он с таким видом, будто это что-то объяснило.

– И?.. – напоминаю о заданном вопросе я, настойчиво требуя дальнейших разъяснений.

– Я все время забываю, что при дворе ты новичок, – хмыкнул он. – Их величества ни за что не отпустят принца и принцессу вместе. Они же попросту не вернутся обратно.

– А так принцесса осталась у них в заложниках! – потрясенно ахнула я, вспоминая, что в каком-то любовном романе читала, будто при королевских дворах часто «гостили» наследники враждебно настроенных держав. Или я путаю с сериалом «Игра престолов». – Но зачем? Не проще оставить Астураэля? Он – наследник и гораздо более ценен как заложник.

– Только не в данном случае. Астураэль опорочил свое имя дважды. Первый раз – связавшись с замужней эльфийкой. Еще хуже было бы, только лиши он ее невинности. Во второй – совершив убийство собственной любовницы. И если первое еще как-то можно замять и простить, то второе не сойдет с рук даже наследному принцу. Его разыскивают. И делают это вовсе не для того, чтобы вручить букет цветов и орден. В лучшем случае его ждет тюрьма. В худшем – плаха. Астураэль – изгой. Сомневаюсь, что его примет хоть один клан, кроме нашего. И не факт, что Тигриные всадники позволят ему появиться на своей территории. И они вполне могут раскрыть его местонахождение клану Вечного рассвета со всеми вытекающими последствиями.

– Иными словами, деваться ему некуда? – растерянно пробормотала я. Да. Я знала о произошедшем с наследным принцем клана Вечного рассвета, но почему-то всегда считала, что дело вполне поправимо, если знать, как именно следует за него взяться. В конце концов, когда мы встретились, он вообще был левбаем. А теперь вернул свой истинный облик. – А если он найдет возможность оправдаться?

– Интересно какую? – Виллэль умудрился вложить в одну фразу столько скепсиса, что хоть в баночки раскладывай и используй по мере надобности или делись с кем-то, кому своего не хватает. – Чтобы оправдаться, ему придется вернуться в свой клан и провести там расследование. Во-первых, его наверняка сразу схватят. А во-вторых, за год след истинного преступника наверняка не просто остыл, даже инеем покрылся.

Как ни крути, а он прав. Мне стало жаль опального принца. Вот так ошибся мужик – и вся жизнь наперекосяк. Я, конечно, не оправдываю неразборчивости в связях, но, если каждого после такого казнить, с демографией начнутся проблемы.

– Но ты ни слова не сказал о том, зачем уговорил их величеств отпустить с нами часть моих друзей, – напомнила я.

– Ответ на твой вопрос лежит на поверхности, недогадливая моя, – усмехнулся он. – Мне тоже нужны гарантии.

– Гарантии? – переспросила, уже понимая, что ответ вряд ли приведет в восторг.

– Разумеется. Гарантии того, что ты не наделаешь глупостей, устроив очередной побег.

– С чего ты взял, что я собираюсь бежать? – тут же оскорбилась в лучших чувствах я, хотя на самом деле побег и планировала.

Но просто свинство меня в этом подозревать и тем самым рушить мои планы.

– Радость моя, я же вижу, что ты что-то задумала, а в твоем исполнении непредсказуемы только экспромты. Остается только побег. Он у тебя вполне традиционен, хотя порой и нелеп. С учетом того, что я собираюсь вернуть тебе оружие и тигра, ты точно решишь в очередной раз продемонстрировать мне быстроту своих ног. Ну, или в данном случае быстроту лап своего тигра. Предупреждаю, солнце мое, я тебя все равно найду. Это только вопрос времени. Так что сбегать тебе нет никакого резона. И да. Забыл упомянуть. В случае твоего бегства, пострадают твои друзья. Как сильно? Будет зависеть от моего настроения.

– Ты не сделаешь этого. – Я замерла от ужаса, глядя во все глаза на довольного своей придумкой супруга. – Не посмеешь.

Он не дал мне остановиться посередине коридора, слегка обнял за талию и повлек дальше. Простое прикосновение к спине вызвало во мне какое-то совершенно непонятное, противоречивое чувство: то ли омерзение, то ли возбуждение, то ли смесь того и другого – так сразу не разберешь. Но сердце в груди пропустило пару ударов – это точно.

– Посмею и сделаю. Мест безлюдных на пути много. Возможностей прикопать трупы тоже. Я – Тень, радость моя. И в своей жизни убил столько представителей разных рас, что места на могилы в твоем замечательном саду не хватит. Так что не надо делать глупостей.

Капец. Я вышла замуж за серийного убийцу. Вот влипла-то.

– И как мне не делать глупостей, если я признанный мастер в этом деле?

– Я вовсе не собираюсь надевать на тебя наручники или следить за каждым твоим шагом, но постоянная игра в догонялки утомляет, – «успокоил» Третий. – Ты моя жена. Просто смирись с этим.

«Легко сказать „смирись“, – подумала я, покосившись на самодовольного эльфа. – Просто мне нужен другой план, раз этот не подходит».